Запертый дом

Автор:  Jell

Номинация: Лучший авторский слэш по вселенной Гарри Поттера

Фандом: Harry Potter

Бета:  MightyMegatron

Число слов: 8128

Пейринг: Сириус Блэк / Люциус Малфой, Гарри Поттер / Драко Малфой, Альфард Блэк / Абраксас Малфой

Рейтинг: PG-13

Жанры: Action,Mystical Story

Предупреждения: AU, OOC, Нецензурная лексика

Год: 2017

Число просмотров: 599

Скачать: PDF EPUB MOBI FB2 HTML TXT

Описание: Старый заброшенный дом может таить немало загадок и скелетов в шкафах, особенно если раньше он принадлежал одному из Блэков.

Примечания: Написано на "Тайного Санту" на сообществе Люцемании.

1
Уродливое лицо Темного лорда будто висело в воздухе, и из его распахнутой пасти рвалось:

— Круцио! Круцио! — крик переходил в совершенно нечеловеческий визг. — КРУ-У-У-ЦИО! — завывал Лорд как банши.

Люциус распахнул глаза, выныривая из сна, но вопль не исчез, наоборот — стал громче. Казалось, даже оконные стекла звенят. В следующий миг Люциус выхватил из-под подушки палочку и как был — босиком и в ночной рубашке — выскочил из спальни. Охранные чары сигнализировали, что вор бежит в сторону гостиной. Там-то Люциус и собирался его перехватить. Был бы злоумышленник не один, Люциус бы еще поостерегся, затаился, вызвал авроров, но пасовать перед одиночкой он не собирался. Как раз отличный повод вспомнить, что он настоящий боевой маг, а не мебель в родном поместье.

Перескакивая через две ступеньки, Люциус в несколько секунд преодолел лестницу и, влетев в гостиную, замер возле второй двери, тяжело дыша. Восстановить дыхание он не успел — резко распахнувшаяся створка едва не врезала ему по лбу. Сигнальные чары смолкли — похититель с добычей оказался перед Люциусом.

— Люмос Максима! — крикнул он и увидел вора. И узнал. — Блэк! Ступефай!

Промазал. Блэк шарахнулся в сторону и вслепую махнул палочкой:

— Экспеллиармус!

— Протего! Экспеллиармус!

Они кружили по гостиной, обмениваясь заклинаниями. Блэк был хорошо знакомым противником, и, хотя они давно не скрещивали палочек, Люциус был готов к его уловкам, каскадам проклятий и защитных заклинаний, отбивал и атаковал с привычной легкостью. Голова кружилась от азарта.

— Что, так обнищал, Блэк, что стал обворовывать приличные дома?

— Нет, просто решил проверить твою коллекцию запрещенных артефактов. Знаешь, впечатляет!

— Ты бредишь! — рявкнул Люциус.

Одной рукой он швырнул в Блэка Ступефай, а второй — початую бутылку Огденского, которую схватил со столика. Тот поймал бутылку и отправил обратно, бросив вдогонку Экспеллиармус.

Палочка выскочила из руки Люциуса и ударилась о дальнюю стену. Он зарычал и бросился на врага с голыми руками.

—Ступе... — Блэк не успел — Люциус ударом по руке выбил у него палочку. — Да я тебя!..

Люциус врезал ему кулаком под дых. Блэк согнулся и боднул Люциуса в живот. Дыхание перехватило, а Блэк еще и наступил ему каблуком на босую ногу и повалил их обоих на пол.

— Отпусти, ублюдок! Я уже вызвал авроров! Они вот-вот будут здесь.

— Врешь! Иначе бы так и сидел в своей спальне, ждал их или прятал по тайникам все незаконное.

— У меня нет ничего незаконного!

— Ну конечно, — смешок у Блэка прорезался даже через тяжелое дыхание.

Люциус вцепился Блэку в горло — тот захрипел, но схватил его за предплечья и начал сжимать, будто собираясь сломать их. Они еще боролись, но Люциус понимал, что слабеет. Блэк был сильнее. Люциус попытался вырваться, дернулся, попробовал согнуть ногу, чтобы оттолкнуть, но Блэк завел его руки за голову, прижал к полу и замер, чуть прищурившись, разглядывая его.

— Хорошая рубашечка. Кто подарил?

Люциус зарычал, собрал силы и одновременно врезал коленом в пах и головой в челюсть Блэку. Тот вскрикнул, отшатнулся, и этого хватило, чтобы вырваться из захвата. Люциус вскочил на четвереньки, Блэк попытался схватить его сзади и получил по голове так кстати оказавшимся рядом креслом. Что-то треснуло. Может, само кресла, а может, череп Блэка, но на такое чудо Люциус не рассчитывал. Он попытался подняться, едва не споткнулся и увидел под ногой волшебную палочку. Люциус схватил ее за мгновение до того, как на ней должны были сомкнуться пальцы Блэка.

— Ступефай! — бросил он, почти не глядя. И в этот раз попал.

Что теперь? Вызывать авроров сейчас действительно казалось отвратительной идеей. Выпытать бы из этой сволочи, как он смог пробраться в дом незамеченным и что успел увидеть и утащить. Если Блэк добрался до чего-то действительно интересного...

Нет, никаких авроров. Все надо решить тихо, по-семейному. Люциус опустился перед Блэком на корточки и стал обшаривать карманы. Ключи, еще ключи, монетки, какой-то мусор... Люциус вывернул карманы куртки и брюк, расстегнул все пуговицы, проверяя, не спрятал ли Блэк что-то на себе. Он старался действовать осторожно, чтобы не дотрагиваться лишний раз до самого Блэка, боясь своей реакции. Ведь, несмотря на все годы, перед ним лежал все тот же Сириус Блэк... Чтоб ему провалиться! Люциус ничего не находил. Он еще раз осмотрел добычу, и его взгляд остановился на одном из ключей.

— Люмос!

При свете палочки он внимательно рассмотрел его, припоминая, где мог такой видеть. Ответ нашелся почти сразу. Большой железный ключ с чуть проржавевшей бородкой и облезшей по краю позолотой уже много лет хранился в одной из шкатулок на верхней полке в кабинете. Но Люциус ничего о нем не помнил. Он взмахнул палочкой, проверяя наложенные на ключ чары, и убедился в своей правоте. Это был его ключ, и чары накладывал он сам.

— Интересно... — пробормотал Люциус и посмотрел на Блэка. — И от чего он?

Если бы взглядом можно было убивать... Но, к счастью, Блэк не обладал этой способностью.

— Инкарцеро! Фините Инкантатем!

Блэк задергался и зарычал, пытаясь освободиться.

— Что это за ключ? Зачем он тебе?

— Не твое дело!

— Ключ принадлежит мне, так что мое.

— Да пошел ты! Он — мой.

— Докажи!

Блэк зарычал — значит, доказать не мог. Иначе бы привлек авроров, благо все возможности для этого были. Отлично! Люциус повертел ключ перед глазами, но припомнить, когда и как он появился в его доме, все не получалось. Блэк явно пришел именно за ключом, значит, хорошо знал, где его искать. Интересно...

— Откуда ты узнал, что ключ именно здесь? Как попал в Малфой-мэнор? — Блэк лишь рассмеялся, окончательно выводя Люциуса из себя. — Вижу, ты мечтаешь, чтоб я вспомнил уроки Темного Лорда.

— Пытать собрался? Ну, давай, в Азкабане по тебе давно скучают.

Люциус знал, что пытать Блэка бессмысленно, да и опасно, хотя удержаться было тяжело. Хотелось врезать по этой наглой морде.

Люциуса едва ли не трясло от ненависти или чего-то еще — он не хотел думать, от чего именно. Блэк его бесил, и бесил сейчас особенно сильно, когда ухмылялся настолько нагло и глядел своими бесстыжими яркими глазами как на ничтожество.

— Я и так знаю ответ, — сказал Люциус, выпрямляясь. — Он взмахнул палочкой, снимая маскировочные чары с цепочки, на которой висел знакомый медальон, и рывком сорвал его с шеи Блэка. — Фините Инкантатем! Пошел вон! — Люциус кивнул на камин. — И скажи Драко, что я утром хочу его видеть. Твою палочку отдам ему. А насчет порт-ключа я пока не уверен.

Блэк дернулся было к нему, но почему-то передумал драться, повернулся к камину, бросил в него дымолетный порох и через мгновение унесся к себе домой на Гриммо.

2
Спать Люциус больше не мог. Не рассчитывая на Блэка, он отправил Драко вопиллер, надеясь, что у сына хватит смелости явиться. Только после этого он чуть успокоился и отправился в кабинет. Если Блэк его разнес... Но внутри царил полный порядок. Все вещи стояли на местах — даже перо, которым Люциус писал накануне вечером, осталось в том же положении. Ящики — заперты. Сейф и картины — не тронуты, все книги выставлены по линейке, как стоят уже не один год. Блэк явно хорошо знал, где искать. Люциус поднял глаза на верхнюю полку — шкатулка стояла на прежнем месте. Если бы Блэк ушел тихо, Люциус и не узнал бы, что в кабинете побывал посторонний. И никогда бы не вспомнил о ключе. Люциус посмотрел на него и отправился переодеваться. Оставлять ключ в кабинете он больше не собирался, решил временно спрятать в одном из тайников спальни.

И все же — от чего он?..

Люциус переоделся в мантию и решил выпить кофе, чтобы успокоиться и подстегнуть свою память.

Благодаря проклятым новым властям и Грейнджер домовые эльфы стали свободными, получили возможность работать за плату и брать выходные. Люциусу в очередной раз «повезло», что эльфы Малфой-мэнора оказались на удивление свободолюбивы. Может, заразились от Добби, а может, до сих пор с ужасом вспоминали Лорда и Беллатрикс. Так что теперь слуги появлялись в доме только к завтраку и уходили после ужина. На ночь оставаться без дополнительной платы никто не хотел. До их прихода оставалось еще часов пять.

Люциус сидел на простом табурете за высоким кухонным столом, пил крепчайший кофе и пытался вспомнить хоть что-то про ключ. Он сам его в дом не приносил. Это точно. Шкатулка стояла на полке с тех времен, когда кабинет еще принадлежал отцу. Он же, должно быть, и рассказал, зачем нужен ключ, но, как Люциус ни силился, не мог припомнить разговор. И вот спустя столько лет ключом внезапно интересуется Блэк. И имеет наглость прийти сюда и пытаться его украсть. Идиот. «Патологическая тяга к риску», — так говорил о Сириусе Блэке отец. Ему Блэк никогда не нравился. Люциус же в молодости был настолько глуп, что зачем-то спорил с ним.

Блажь, случайность, каприз — только этим спустя годы Люциус мог объяснить свою короткую и, по счастью, неудачную влюбленность в бешеного Блэка. Сейчас он благодарил судьбу, что все очень быстро встало на свои места, и они остались тем, кем и должны были быть всегда — врагами.

Спустя семь лет после официальной смерти Сириус Блэк вернулся из-за Вуали, всего лишь немного постарев. Что с ним происходило за гранью — неизвестно. Сам он уверял, что не помнит. Поселился на Гриммо, в доме, который всегда ненавидел, вместе с дорогим крестником и Драко — как будто только для того, чтобы действовать Люциусу на нервы. Лучше бы убрался куда-нибудь подальше, за границу и не мозолил глаза.

Не было еще и шести, когда явился Драко. Люциус предусмотрительно заблокировал все камины и аппарацию, так что сыну пришлось стучать в дверь. К счастью, пришел он один: Люциус не был уверен, что сейчас пустил бы Поттера на порог. С Драко он хотел поговорить наедине, чтобы тот объяснил свой поступок. Несмотря на то, что жили они отдельно, Люциусу всегда казалось, что отношения с сыном у него остались хорошими. Он доверял Драко и никак не ожидал предательства.

— Я все тебе объясню, — холодно сказал Драко вместо приветствия и извинений и вошел в дом. — Все идет так, как задумано.

Люциус едва не задохнулся от возмущения, но сдержался и повел Драко в кабинет. Тот мельком глянул на все еще стоявшую на шкафу шкатулку.

— Значит, я прав: это ты подал Блэку идею меня ограбить.

— Нет. Не совсем так. — Драко без спроса сел в кресло, что было до отвращения нагло.

Люциус неплохо знал собственного ребенка и чувствовал, что за вызывающим поведением скрываются страх и неуверенность.

— Прежде всего: что это за ключ? — спросил Люциус.

Он садиться не стал, встал у окна, где только-только начинал загораться рассвет.

— Ты забыл? Ведь именно ты мне рассказал в свое время о нем. Альфард.

— А... Альфард Блэк. — Вот тут Люциус вспомнил. Вот только как и почему ключ от дома Альфарда Блэка оказался у его отца, Люциус не знал. — Сириус решил предъявить права на наследство?

— Ну, формально дом действительно принадлежит ему, и он собирался туда перебраться, но попасть не смог. Ключа не нашел.

— И ты не мог сдержаться и не рассказать, что ключ у меня. Конечно... — Люциус фыркнул.

— Отец, если бы я хотел, чтобы ключ попал к Сириусу, я бы пришел сюда и взял его сам, охранные чары при этом не сработали бы, а ты про ключ никогда бы и не вспомнил.

Это звучало разумно.

— Значит, ты хотел, чтобы я его поймал с поличным?

— Я не сомневался в твоей ловкости.

— Или надеялся, что он прикончит меня в процессе?

Драко побледнел и явно обиделся:

— Нет... Знаешь, если ты так обо мне думаешь, то я не понимаю, что тут делаю. У меня было полно возможностей заполучить наследство — достаточно было поговорить с Гарри.

Люциус похолодел. Своей свободой он на самом деле был обязан сыну и его любовнику — без поддержки Поттера он бы оказался в Азкабане, но...

— После такой выходки я не уверен, что могу тебе доверять. Ты должен был меня предупредить!

— И Сириус бы сразу понял, что это инсценировка. Нет. Все должно было произойти естественно. Но я надеялся, что ты вспомнишь, что это за ключ, и вы сможете сразу договориться.

— Договориться о чем?

— О том, чтобы открыть этот дом вместе, естественно, — ухмыльнулся Драко.

— Зачем?

Люциус откровенно не понимал, чего добивается Драко. Какой-то идиотский план, никому не нужный старый дом... Еще и вместе с Блэком.

— Что с тобой, отец? Стареешь? Это — дом Блэков! Ты только представь, сколько там может быть золота и артефактов, и единственный ключ от этого дома — у тебя. Попасть внутрь может только наследник с ключом. Понимаешь?

— То есть ты предполагаешь, что я уступлю ключ Блэку за часть вероятных сокровищ?

— Думаю, это справедливо. Нет?

В идее определенно что-то было. Денег, особенно в последние годы, существенно недоставало, и поправить финансовое положение Люциус не отказался бы. Но иметь дело с Блэком? Это невозможно... Просто невозможно!

— Справедливо, допустим... Но ты забываешь, что Блэка я даже видеть не хочу.

Драко пожал плечами.

— Можешь на него не смотреть. Откроете дом, осмотрите, заберешь, что понравится, и можете еще хоть сто лет не встречаться.

— Если бы! Я еще не отошел от твоего прошлого дня рождения... Этому ублюдку за сорок, а ведет себя так, словно и четырнадцати нет.

— На себя посмотри, — буркнул Драко и отвел взгляд.

— Что ты сказал?

— А что — нет? Не ты ли меня учил, что ради выгоды надо отбросить эмоции? Я-то смог, а ты? В чем выгода того, что вы минуты не можете находиться рядом, чтобы не разругаться и не подраться? Смотреть тошно!

— Я тут ни при чем!

Драко скривился.

— Не лги себе.

Себе Люциус и не лгал. Но из-за Сириуса он еще в молодости терял контроль над собой, и, хотя отношения изменились кардинально, сохранять спокойствие рядом с ним не удавалось. Сириус Блэк был полностью и абсолютно невыносим.

— Хорошо. Я напишу ему. Надеюсь, хоть пять минут он будет вести себя прилично. Но я бы не рассчитывал на его согласие.

— Просто предложи ему, — Драко заметно успокоился и расслабился.

Они поговорили еще немного, обменялись новостями от Нарциссы, которая традиционно писала им совершенно разные письма. Люциусу — почти исключительно о том, с кем она бывает, а Драко — где. От завтрака, поданного свободными эльфами, Драко отказался, сказав, что его ждет Поттер, который готовит гораздо лучше, и ушел, едва не забыв палочку Сириуса и свой порт-ключ.

— Отдай этому неудачнику, — сказал Люциус напоследок.

После завтрака Люциус набросал записку Блэку. В меру холодную и вежливую. Идеальную.

«Старый кобель! Как оказалось, ты так страстно жаждал получить ключ от грязной конуры, которую оставил тебе дядя, что не стал действовать, как нормальный цивилизованный волшебник, а проявил свою животную натуру. Что ж, буду снисходителен к твоим слабостям — я даже помогу впустить бедную собачку домой. Не бесплатно, разумеется. Думаю, десяти процентов тех богатств, что хранятся в доме твоего дяди, будет достаточно».

Филин вернулся очень быстро. Блэк никогда не был силен в эпистолярном жанре, так что, прочитав три слова, Люциус усмехнулся и отправил обрывок пергамента в камин. Как он и сказал Драко — Сириус Блэк никогда не согласится иметь с ним дело. Впрочем... можно отдать ключ и просто так, если только найти способ проникнуть в дом без Блэка. В конце концов, Блэк был долгое время мертв, и даже магия считала его таковым. Значит, наследником мог бы быть не только он, но и Поттер, а может, даже Драко.

Или Нарцисса... Она тоже не особо любила Блэка, а потому могла пойти Люциусу навстречу. Но сначала надо было почитать об особенностях защитных чар — может, найдется способ попроще… Например, Оборотное зелье.

Люциус оторвался от книг, когда уже приближался вечер. Похоже, идея с Поттером могла сработать. В отличие от Блэка, с ним отношения у Люциуса были если не хорошими, то вполне нормальными.

Люциус был совсем не в восторге, когда Драко после восьмого года в Хогвартсе сообщил, что переезжает к Поттеру. Это рушило все надежды и планы, но лучше здоровый и счастливый сын с любовником Поттером, чем никакого сына. И если сначала он надеялся, что Драко, как и он в молодости, рассорится с любовником, а потом вспомнит о долге перед семьей, то уже через год оставил эти мечты.

Сначала Поттер Люциусу не доверял и откровенно его не любил, стараясь разве что быть вежливым, чтобы не ссориться с Драко, поэтому бремя налаживания отношений пало как раз на Люциуса. Он действовал медленно и осторожно, будто приручал дикого оленя. Рассказывал Поттеру о его семье, показывал разные артефакты, проводил экскурсии по поместью. Постепенно Поттер начал оттаивать, и, хотя речи о полном доверии идти не могло, они вполне могли поддерживать друг с другом мирную и интересную беседу. В конце концов, несмотря на то, что Поттер был гриффиндорцем, он заслуживал уважения за то, что избавил всех от Лорда.

Люциус вздрогнул, когда в оконное стекло что-то ударилось. Он взглянул в окно и увидел недовольную взъерошенную сову. Записка, прикрепленная к ее лапе, состояла уже из двенадцати слов — явный прогресс! — и несла совсем иной смысл.

«Хрен с тобой. Завтра в семь. Даркмур, 6, Лондон.
P.S. Три процента».

3
Даркмур была пустынной заброшенной площадью в той части Лондона, которую невозможно было отнести ни к маггловской части, ни к магической. Выложенный брусчаткой и окруженный мрачными серыми особняками пятачок мог бы привлечь лишь кого-то вроде Лорда или Снейпа, которые никогда не задумывались о комфорте и не способны были радоваться солнечным дням. Казалось, тут царит вечный полумрак и почти дождливая погода даже в самое погожее утро.

Люциус аппарировал из дома на рассвете под пение птиц, окруженный запахами цветов и трав, а оказался в месте, которое никогда не знало, что такое лето. Небо было каким-то серо-желтым, от недружелюбных стен тянуло стылым холодом, в самом центре площади растеклась грязная лужа. Отвратительно.

Дом шесть ничем не отличался от своих соседей. Не выглядел ни жилым, ни заброшенным. Серые окна, серая дверь, целые стекла, перила — о разрухе не говорило ничего.

— Да, район не очень, — сказал тихо Люциус, оглядываясь.

— На Гриммо не лучше.

Люциус едва не вздрогнул, он не заметил, как за его спиной появился Блэк.

— Восемь процентов.

— Хорошо-хорошо — пять, и закончим на этом. Именно столько ты с самого начала и собирался потребовать. Да, мерзкий гоблин?

— В отличие от блохастых псов, я не склонен к альтруизму. Может, поэтому еще не пустил по миру все свое состояние и не живу за счет крестника.

— У такой змеюки, как ты, в принципе не может быть крестника. Завидуй!

— Я позаботился завести родного сына.

— Что, хочешь сесть на шею ему? То-то он от тебя сбежал ко мне. Так что заткнись, и займемся делом.

Отделаться от Блэка поскорее захотелось нестерпимо. Люциус достал ключ и направился к дому. Мощные защитные чары на нем он ощущал буквально кожей.

— Такое чувство, что хотели не только не пустить посторонних, но и не выпустить кого-то оттуда, — сказал Люциус, пытаясь разобраться в хитросплетении наложенных на дом заклинаний. Впрочем, безрезультатно.

— Так давай ключ и убирайся, трус. Без тебя разберусь.

— Нет уж. Мне интересно узнать, ради чего ты решил забраться в эту халупу

Ключ повернулся легко. Дверь открылась, впуская свет в угрюмый пыльный холл. Защитные чары спали.

— Ну, что стоишь? Входи!

— Ты первый, Блэк. Это же твое наследство.

Люциус посторонился, пропуская его вперед. Ключ он вытащил и спрятал в карман. Блэк вошел, подняв палочку, огляделся и направился к лестнице. Люциус немного подождал и, убедившись, что с Блэком ничего не случилось, шагнул следом.

Дом казался совершенно обычным, не опасным, но что-то в нем Люциусу не нравилось. Может, затхлый запах или царящий холод, хотя уже несколько дней стояла жара.

— Судя по интерьеру, Альфард был не особо богат, — сказал Люциус, чтобы нарушить неуютную тишину.

— Не все любят выставлять свой дурной вкус напоказ.

Блэк замер возле лестницы, видимо, выбирая, куда направиться дальше. Люциус подошел к нему. В этот момент с грохотом захлопнулась входная дверь, а в отдалении послышался приглушенный перестук. Сразу стало темно, исчезли пятна света на лестнице и возле дверных проемов.

— Рехнулся?! — Блэк повернулся, зажигая Люмос.

— Я ничего не делал. Ветер?

Люциус в два шага вернулся к двери и попытался ее открыть — бесполезно. Она была не просто заперта, но и зачарована.

— Хватит шутить, Блэк. — Люциус достал ключ, но замочной скважины изнутри не обнаружил.

— Если это и шутки, то не мои. — Блэк встал рядом и несколько раз дернул за ручку двери, потом взмахнул палочкой, крикнул: — Алохомора! — И снова попробовал ее открыть.

Люциус церемониться не стал:

— Бомбарда! Инсендио!

Заклинания били в дверь, рассыпаясь искрами, но не причиняли ей ни малейшего ущерба. Блэк еще какое-то время соревновался с Люциусом, применяя поочередно все более и более опасные и изощренные заклинания, но все было бесполезно.

— Аппарируем? — предложил Блэк.

— Попробуй!

Люциус не стал говорить, что уже пытался. Разумеется, у Блэка тоже ничего не вышло. Кто бы сомневался...

— Выйти же можно не только через дверь, — пробормотал Люциус и направился в ближайшую комнату, но Блэк опередил его, первым добежав до окна, плотно закрытого ставнями, которых они не видели снаружи. Оконное стекло брызнуло осколками в ответ на Бомбарду Блэка, Люциуса едва успел выставить защиту. Ставни не шелохнулись.

— Думай, что делаешь! — Люциус ударил Бомбардой по стене, но не выбил ни камешка — только картину уронил.

— Да что ж это такое! — заметался Блэк. — Это все твои шуточки? Хочешь долю больше?

— Сейчас я хочу только выбраться отсюда! Какого дементора ты тут забыл? Совершенно пустой и никчемный дом, никаких сокровищ тут наверняка нет и никогда не было. Какой идиот хранит ценности в доме, если есть надежный сейф в Гринготтсе?

— Сейчас это не важно! Сначала найдем выход. Надо обойти все комнаты, проверить подвал, если он тут есть, чердак. Где-то выход должен быть.

— Вовсе не обязательно. Магия может сама закрывать все лазейки.

— И? У тебя есть план лучше?

Люциус пожал плечами — плана у него не было.

— Разделимся или вместе будем исследовать?

— Вместе, — сказал Блэк, смерив Люциуса неприязненным взглядом.

Они осмотрели первый этаж, потом поднялись на второй, на третий, осмотрели пыльный чердак, но даже слуховое окно в крыше оказалось закрыто ставнями.

Повсюду лежала нетронутая пыль. Обследовав чердак, они начали спускаться вниз, продолжая испытывать на окнах, ставнях и стенах все новые и новые заклинания. Попытались пробить выход через камин, но и это не получилось — дым свободно уходил через трубу, но сами они выбраться не могли.

Настроение, что у Люциуса, что у Блэка, портилось все больше. Они огрызались друг на друга, а в какой-то момент, когда Блэк в отчаянии попытался выдавить ставни при помощи дивана, едва не подрались. Люциус уже понял, что у них ничего не получится. Ловушка захлопнулась, оставалось ждать следующего хода противника. Если этот противник действительно существует, а не защитные чары невовремя сработали.

— Если мы здесь надолго, надо позаботиться о еде, — сказал Люциус, и отправился искать кухню. Должна же она здесь быть?

— Ну да, кто о чем, а Малфой — о еде и выпивке.

— Учитывая, сколько времени этот дом стоит нетронутым… Сколько, кстати?

— Не знаю. Дядя умер двадцать пять лет назад, но бывали ли здесь люди после его смерти, мне не известно.

— А отчего он умер?

Сириус остановился на мгновение.

— Нет, не помню. У меня в это время был последний курс, разгоралась война, не до дядюшки было. Им Министерство занималось.

— А почему не родственники?

— Мамаша выжгла его с родового гобелена, значит, никаких отношений с предателем остальная семья не поддерживала.

— А ты сам? Неужели не был на похоронах любимого дяди?

— Я вообще не знал, что он умер. Как-то не удосужились сообщить. Узнал, когда из Министерства явились по поводу наследства.

— И ты ни разу здесь не был? Даже не поинтересовался, что тебе досталось в наследство?

— Я же говорю: не до этого было. То ты, то прочие отморозки, война...

— Значит, ловушка могла остаться еще с тех пор.

— Может быть. Кстати, ключ нашелся у тебя — сам-то ничего не знаешь о безвременной кончине моего дяди?

— Увы. Если кто и знал, то отец. Кажется, они учились вместе, но он ничего об Альфарде не рассказывал. И дом этот я тоже вижу впервые.

— Попробую тебе поверить... — пробормотал Сириус.

Кухня была пустой, холодной и такой же пыльной, как все остальное в доме. Где-то медленно капала вода — как оказалось, из крана. По крайней мере, сдохнуть от жажды им не грозило. В кладовке нашлись консервы времен Второй мировой войны, такие же старые галеты и сухари. Какая-то крупа и мука, которую не тронули никакие паразиты. Видимо, даже они здесь не водились.

— Вода и еда есть. Сколько-то мы продержимся, а там Гарри начнет бить тревогу.

— Даже странно, что нам настолько повезло. Словно кто-то позаботился...

— Это чтобы мы сразу не сдохли. Впрочем, не думаю, что это надолго. Терпеть твое общество, Блэк, я не намерен ни одной лишней секунды.

— Аналогично, Малфой. Еще немного, и я просто придушу тебя.

— Что ж, попробуй. — Люциус выпрямился.

Блэк уже хотел что-то ответить, но над их головами раздались шаги. Тяжелые и громкие.

4
Люциус и Блэк переглянулись и побежали наверх. Над кухней была гостиная и, разумеется, в ней было пусто. Скрипнула лестница, снова и снова, будто по ней неспешно поднимался немолодой человек. Но когда они вернулись к ней — никого не нашли.

— Кто-то дурит нам голову! — рявкнул Сириус.

— Гоменум Ревелио! — выкрикнул Люциус, но они с Сириусом, похоже, были единственными живыми существами в доме.

Больше здесь не было никого, даже мышей. И при мысли об этом стало действительно жутко.

— Да что за ерунда! — воскликнул Блэк, когда и сам убедился, что они тут одни. — Полагаешь, тут завелся полтергейст?

— Что-то вроде Пивза? Почему нет? Но такие сущности питаются чужими страхами…

— Точнее, сильными эмоциями.

— Да. Голодное существо закрыло ловушку и собирается хорошенько нами пообедать.

— Фигу ему с маслом, а не обед!

Сверху что-то упало, а потом послышались новые шаги, легкие и торопливые, будто кто-то бежал.

Люциус взбежал по лестнице вслед за Блэком, но наверху они не нашли не только «полтергейста», но и того, что могло упасть. Казалось, все осталось без изменений. Даже пыль лежала так же. Наверное. Люциус не очень приглядывался к пыли. Шаги раздались снова, выше этажом, потом еще выше, с чердака вдруг послышался приглушенный детский смех, внизу кто-то заохал и забормотал.

— Пугает, но не показывается. Странно. Полтергейст думает, что мы магглы?

— Надо допросить портреты, — предложил Блэк. — Они точно должны знать, кто тут водится.

Но и эта идея ни к чему не привела. Все портреты спали, и разбудить их, несмотря на все попытки, не получалось. В поисках хоть какой-то информации Люциус потащил Блэка в кабинет Альфарда — во всяком случае, когда они пытались выбить тут окно, Люциус решил, что эта комната — кабинет. Большую ее половину занимал стол, над ним — полупустые книжные полки; на стене напротив висела огромная рама с пустым черным холстом. Видимо, там когда-то был портрет. Подписи под рамой не было.

Пока Блэк вытряхивал ящики в поисках чего-нибудь интересного, Люциус простукивал стены, шепча «Алохомора». Безрезультатно. Попытался сдвинуть раму, но она была намертво приклеена к стене чарами. Он постучал по ней и по звуку понял, что за картиной скрыт тайник.

— Нашел что-нибудь? — спросил Люциус.

— Нет... только старые газеты и отчеты из Гринготтса. Судя по ним, дядя многое забрал оттуда.

— Значит, сокровища тут все же есть...

— Если есть, то мы не знаем, где они. Может, дядя все потратил, хотя суммы слишком большие.

— Дай посмотрю, — Люциус шагнул к столу.

— Э, нет. Пускать Малфоя к своим деньгам — все равно, что лиса в курятник. Не идиот, сам разберусь.

— Лет через двадцать. Видимо, именно благодаря своему уму ты настолько увеличил блэковское наследство, что вынужден был тайком пробираться в мой дом. Может, ты мечтал прихватить там не только якобы принадлежавший тебе ключ, но и пару мешков галлеонов?

— Ты хранишь мешки с галлеонами в собственном кабинете? Надо будет в следующий раз учесть.

— Следующего раза не будет.

— Кто знает... Или ты снова отберешь у Драко порт-ключ?

— Кто бы мог подумать, наследник великого и благородного рода Блэк опустился до того, чтобы стать грабителем! Интересно, одобрил бы твое поведение Альфард...

В тихие смешки, шаги и завывания, к которым Люциус почти привык, вклинился разъяренный вопль. Громко хлопнула дверь сначала наверху, потом внизу. С треском распахнулась дверь в коридор, и кто-то невидимый, но огромный и яростный устремился в их сторону. Со стен сдирались обои, летели на пол подсвечники и картины. Блэк пришел в себя первым, одним прыжком достиг двери и закрыл ее. Люциус привалился к ней рядом с ним и чуть не заорал, когда что-то врезалось в нее с той стороны.

— Что-то мне это уже не нравится, — пробормотал Люциус.

— Не надо было поминать дядю.

За дверью вновь послышались тяжелые шаги и раздался сильный удар — будто в комнату пытался пробиться бык.

— Колопортус! — бросил в дверь Люциус, но отходить от нее не спешил. Чары могли не сдержать мощи полтергейста.

Он все ждал, что раздастся новый удар, но нет. Все было тихо. Ни шагов, ни дыхания. Люциус вздрогнул, когда под его ногами захихикал ребенок.

— Ушел? — шепотом спросил Люциус.

Блэк только пожал плечами — лоб у него взмок, и к нему прилипли длинные темные пряди.

— Ну... будем надеяться, что пока успокоился...

— Но теперь мы застряли не просто в доме, а в этой комнате. И если не поймем, что тут происходит, мы обречены, — сказал Люциус, осторожно отступил от двери и вернулся к картине. — Кстати, могу поклясться, что тайник именно здесь.

— За картиной? Мой дядя, в отличие от тебя, был не настолько банален.

— Значит, потайной ход или еще что-нибудь. Там — пустота, — Люциус в подтверждение своих слов постучал по стене.

— Действительно... — Блэк подошел ближе, зашарил руками по раме, тоже попытался ее отодвинуть — безрезультатно. — Эй, дядя, открывай, это я, Сириус! — Блэк, дурачась, постучал по холсту, и его рука вдруг провалилась внутрь. — О, так тут все просто.

Блэк подтащил стул, забрался на него и засунул в картину уже ногу, зашарил, ища опору, и шагнул вперед. Люциус, не желая оставаться один, уцепился за него, перелез в раму и свалился на рухнувшего Блэка.
За картиной было темно.

— Люмос! — прохрипел Блэк и поднялся.

Помещение оказалось маленьким и походило скорее на большой шкаф с бюро, чем на комнату. Вдвоем с Блэком они едва помещались. На первый взгляд золота здесь не было, хотя книги, расставленные по полкам, показались Люциусу весьма ценными. Может, именно в них Альфард вкладывал деньги? Сириус же открыл бюро и вытащил несколько коробок с письмами и бумагами, отложил в сторону две пачки — переписку с другими Блэками и с ним самим, взял следующую, замер, а потом присвистнул:

— Ну, чего-то в этом роде я ожидал, конечно…

Люциус вытянул из пачки пару писем — и сразу же узнал почерк своего отца.

Переписка продолжалась почти сорок лет, начиная с первого курса Хогвартса. Со смесью любопытства и стыда Люциус просматривал письма отца, и на его глазах детская дружба перерастала в нечто куда менее невинное.

— Обалдеть, они действительно были любовниками, — сказал вдруг Сириус, просмотрев очередное письмо из своей половины пачки. — Ты только послушай: «Дорогой друг, когда я думаю о тех мгновениях блаженства...»

Люциус не выдержал и врезал Блэку по лицу, тот уронил письмо и ответил ударом в челюсть. Он получился смазанным, Люциус успел отшатнуться и пнуть противника в голень, тот не удержался и упал спиной в картину, вновь оказавшись в кабинете.

— Не смей.... — крикнул Люциус, устремляясь за ним, но договорить не успел.

Блэк подставил ему подножку и уронил на пол. Что-то хрустнуло. К счастью, всего лишь стул, хотя бедро пронзило болью. Вдруг стоявший в кабинете стол поднялся в воздух и с размаху врезался в дверь, распавшись на обломки. С другой стороны ответили ударом не меньшей силы — дверь затрещала.

— Тихо! — прошипел Люциус, зажимая Блэку рот.

В дверь ударило снова, сильнее.

— Мы уже не деремся! — крикнул он, ни на что особо не надеясь.

Послышался тихий удар, потом смех откуда-то из-под потолка — и все смолкло. Чудесно. Полтергейст — или что здесь такое? — пытается помирить его с Блэком? Как бы проверить?

5
Люциус почти лежал на Блэке, продолжая зажимать ему рот. «Сейчас укусит», — подумал он и отдернул руку. Наклонился ниже и зашептал ему в ухо:

— Считаю, тут буйствует дух Альфарда. Он видит в нас себя и моего отца и не в восторге, что мы ссоримся. Но надо проверить.

— Ты — псих. — Блэк тоже почему-то шептал. — Должно быть другое объяснение.

— Сначала проверим. — Блэк пах пылью, старыми книгами и чем-то знакомым и родным. До боли. Люциус задержал дыхание и отстранился. — Надеюсь, ты хорошо ударился башкой; сдохнешь тут — и двери сами откроются, — сказал он громче. — Или... попробовать самому тебя убить?

— Попробуй! — Блэк потянулся к палочке, но Люциус успел перехватить его руку. — Да-да, попробуй! Я затолкаю палочку тебе в глотку и избавлю этот свет от такой мрази, как ты.

— Мне показалось, или ты имел в виду вовсе не убийство?

Глаза и щеки Сириуса вспыхнули. Он рывком сбросил Люциуса с себя, вскочил на ноги и схватился за стул.

Дом тряхнуло так, что Блэк не удержался на ногах. Дверь влетела в комнату и разбилась о стену, осыпая пол щепками. За пределами кабинета хлопали двери, летали подсвечники и трещал пол. Из соседней комнаты раздался оглушительный вой, сменившийся душераздирающим треском.

— Что происходит?! — закричал Люциус, притягивая Блэка к себе.

Он вглядывался в темноту коридора, надеясь разглядеть недовольного призрака. Шум начал стихать.

— Дом не в восторге, что какой-то белобрысый гад нападает на его хозяина.

Где-то совсем близко что-то большое упало и со звоном разбилось — скорее всего, огромная люстра в соседней комнате.

— Похоже, дело не в этом! — попытался перекричать поднявшийся гвалт Люциус. — Нам просто не надо ссориться.

Внезапно стало очень тихо, только справа раздался тихий детский смех. Люциус усмехнулся — он оказался прав, чего и следовало ожидать.

— Хорошо, ты прав, — сказал Блэк. — Наверное. И если дом сходит с ума, когда мы ссоримся, что надо сделать, чтобы открылась входная дверь?

Люциус пожал плечами и отстранился. Он устал, он был весь в пыли, ошметках двери и стола, весь взмок и страшно хотел есть. Думать он уже просто не мог. Надо держаться от Блэка подальше. Если они не будут разговаривать, ссориться тоже не будут. Люциус попытался подняться, но Блэк неожиданно вцепился в него.

— Отпусти.

— Нам уже давно надо было поговорить.

— Бред. Нам совершенно не о чем разговаривать.

— Если бы это было так, мы бы не вели себя при встречах, как дети.

— Мы?!— Люциус попытался вскочить, но потерпел неудачу.

— Мы. Наши дети вместе уже почти пять лет, а мы до сих пор не можем разобраться друг с другом.

— Мне не очень хочется в Азкабан, думаю, тебе тоже, так что разобраться друг с другом мы не можем, — усмехнулся Люциус и закрыл глаза.

Смотреть на такого спокойного и серьезного Блэка было совершенно невыносимо. Как и находиться рядом с ним.

— Ты действительно так уж мечтаешь меня убить?

— Не меньше, чем ты меня.

Блэк горько засмеялся.

— Я мечтал разделаться с тобой почти двадцать лет назад, когда твоя шайка начала убивать моих друзей. Я мечтал убить тебя семь лет назад, когда из-за тебя едва не погиб Гарри. Но мне всегда мешало то, что я знал тебя другим. Я убеждал себя, что ты притворялся, но...

— Но убеждал себя, что как раз с тобой я и был настоящим. Ты дурак, Блэк.

— За это тоже хотел убить — чтобы ты не смел разрушать иллюзию.

— Жизнь в иллюзиях — не жизнь. Я жил иллюзиями почти два года, думал, что значу для тебя хоть что-нибудь, но нет — всего лишь очередная победа великолепного Сириуса Блэка. Сколько нас у тебя было, а? И все «единственные»?

— Не понимаю, о чем ты.

— О той блондиночке, а потом — о брюнете. А, еще ведь были Прюэтты — сразу двое. Я видел все собственными глазами. И... нет, я бы понял, если бы ты согласился, что между нами только секс по случаю, а не... А я же, идиот, умудрился влюбиться в тебя. Еще прикидывал, как выбраться из той ямы с Темным лордом, в которую по глупости угодил, а потом увидел, что ничего для тебя не значу.

— У меня тогда никого, кроме тебя, не было, Малфой.

— Прекрати.

— Ты слышал? Не было! — Сириус схватил его за подбородок и заставил посмотреть в глаза. — Ты что, из ревности их всех убивал?! Из ревности?

— Я лично никого из твоих дружков пальцем не тронул.

В голове было пусто. Он не верил Блэку. Он столько лет жил с мыслью, каким был идиотом, так тщательно выдирал из собственного сердца Сириуса Блэка, что в какой-то момент считал, что избавился от чувств совсем. Потом считал, что это все была глупость, юношеская влюбленность и идиотская обида. Что не стоило так переживать. Но возвращение Сириуса, его воскрешение всколыхнуло чувства вновь. Наверное, еще и потому, что он оказался совсем один.

— Тебя обманули, ты так и не понял? Ты же мог просто спросить меня…

— Я спросил. Но ты заявил, что тебе недостаточно «милого блондинчика».

— Малфой, ты идиот. Это была подстава! Я не знаю, чья — просто поверь мне.

— Зачем? Это все в прошлом.

Ни хрена не было в прошлом. Люциус отлично это знал. Он закрыл глаза и попытался дышать ровно и спокойно, потому что верить, что вся его жизнь и жизнь Сириуса полетела ко всем чертям из-за того, что кто-то десятки лет назад смог его обмануть, не хотелось. Он как будто даже с облегчением поверил в предательство Сириуса. Ведь даже сомнений не возникло. Просто потому, что так было проще. Он даже ждал этого. Люциус вдруг почувствовал губы Сириуса на своих губах. Надо было оттолкнуть его, надо... Сейчас… Но он понял, что уже отвечает на робкий поцелуй.

— Не надо, — выдохнул он, пытаясь подняться.

Сириус даже не ответил, просто поцеловал его снова. Чертов-чертов-чертов Блэк. Люциус чувствовал, словно ему снова чуть за двадцать, он в Хогсмиде, в одной из комнат в «Трех метлах» и... Нет. Неправда — он в проклятом доме Альфарда Блэка, им надо как-то отсюда выбраться, кругом опасность. Плевать! Люциус потянул Блэка на себя, обхватывая ногами, руками и не давая разорвать поцелуй. Наверное, ему это все снится.

— Блэк...

— Малфой.

Они встретились взглядом и оба усмехнулись. Все же чертовски приятно видеть, как сияют у Сириуса глаза.

— Да! — раздался сдвоенный крик, а за ним — у самого входа в кабинет — оглушительный треск. Над разверзшимся полом мелькнули и исчезли две головы — светлая и темная. Дом задрожал и ожил.

6
Проваливаясь в болото, которым стал пол, Люциус вслед за Сириусом пополз к дыре, в которой исчезли Гарри и Драко. Дом вокруг дышал, стонал, то будто отряхивался, то дергался. Стены и окна трещали, дверной проем перекосило, доски пола и в кабинете, и по всему коридору встали дыбом.

Сириус первым достиг провала.

— Твою мать… — процедил он.

Полы двух нижних этажей были пробиты, так что дыра достигала подвала; ее дно скрывала темнота.

— Гарри! — крикнул Сириус, но ответом ему был лишь очередной громкий треск — дом зашатался.

— Драко! — крикнул уже Люциус.

Доски пола взмыли вверх и устремились к нему — он едва успел отразить атаку. Щепки и обломки в кабинете тоже поднялись в воздух.

— Прыгаем! — крикнул Блэк и первым сиганул в дыру, повиснув на балке перекрытия. Люциус поторопился за ним, деревянный вихрь промчался над его головой, не причинив вреда. Балка, за которую держался Люциус, хрустнула, он едва не сорвался вниз, но Блэк успел перехватить его Мобиликорпусом и перенести на уцелевшую часть пола.

Люциус помог Сириусу спуститься. Они едва могли стоять — дом трясся так, будто началось землетрясение. Гостиная тоже сошла с ума: все портреты проснулись и загомонили на разные голоса:

— Смерть — предателям Малфоям!

— Наследник должен избавить мир от тварей Малфоев!

— Что-то мои родичи не очень тебе рады, — сказал Сириус, пытаясь рассмотреть, что творится ниже этажом, на кухне. — Кстати, там еще один этаж, который мы еще…

Старинный сервант, кресла, резной столик взмыли к потолку — и полетели к Люциусу, словно кто-то швырял их огромной рукой. Они с Блэком едва успевали отбиваться. Камин полыхнул огнем, струи пламени выстрелили в разные стороны, но Люциус смог залить его водой.

— Вниз, скорее! — бросил он, спускаясь первым.

Люциус, зажмурившись, пролетел мимо кухни, ощутив, как что-то холодное и острое задело щеку. Он ударился о неровный пол, не удержался на ногах, но успел откатиться в сторону до того, как едва ли не на него упал Сириус. Сверху посыпались столовые приборы, кастрюли и тарелки. Огромный котел не пролез в дыру и запечатал ее сверху.

Люциус зажег Люмос. Они оказались в опустевшем винном погребе с одной-единственной бочкой, да и та была разбита. Ее ошметки валялись по всему полу. За ней, чуть в стороне, открывался узкий проход.

— Их что-то утащило… — сказал Сириус, глядя на пол.

В толстом слое пыли просматривалась широкая дорожка, на которой осталась грязь и красные пятна; она вела в замеченный Люциусом проход.

Сириус вскочил на ноги и побежал туда, зовя Гарри. Люциус только успел подняться, когда тот уже исчез в темном проеме, но вдруг вылетел оттуда спиной вперед. Следом за ним показался призрак.

Полупрозрачный и чуть светящийся, он замер перед проходом, осматриваясь. Когда его взгляд наткнулся на Люциуса, черты лица призрака исказила ярость.

— Малфой! — От его голоса кровь стыла в жилах. — Еще один Малфой в моем доме! Ты ответишь за предательство!

Сириус встал между призраком и Люциусом и сказал:

— Дядя, я — Сириус, ты помнишь меня?

Призрак повернулся к нему и величаво кивнул.

— Я помню тебя, Сириус Блэк. И я рад, что ты привел в мой дом Малфоя, чтобы помочь мне исполнить клятву. Теперь убей его.

— Нет.

— Абрахас Малфой предал меня и убил, и я поклялся, что уничтожу его и всех его потомков.

— Драко… — прохрипел Люциус, так что едва услышал сам себя, но призрак ответил ему:

— Он отчасти Блэк, я не решил еще, что с ним делать. Но ты! Ты — настоящий Малфой, и твоя кровь окропит мои кости. Раз ты, Сириус, не хочешь мне помочь, я справлюсь сам.

Послышался треск, котел все же провалился в дыру, едва не задев Люциуса, но он успел вовремя отпрыгнуть.

— Стой! А если ты ошибаешься?! — закричал Сириус.

— Я не ошибаюсь. Малфой из моих рук получил ключ от этого дома, от всех защитных чар, благодаря которым до меня не мог добраться Волдеморт, и привел его сюда.

— Волдеморт? Это он тебя убил? — спросил Сириус.

— Нет. Малфой успел раньше. Я напал на его хозяина, не верил, что старый друг действует по своей воле, но Малфой обрушил заклинанием лестницу. Перила проткнули меня, словно пики, — он показал на сердце и на живот. Я умер не сразу — еще успел поклясться расправиться со всем гнилым родом Малфоев, пока Волдеморт требовал, чтобы я рассказал, где мои книги.

— Книги?

Пока Сириус отвлекал призрака, Люциус вдоль стены двинулся к проходу. Если Драко жив — он должен быть там.

— Убей предателя, и они все будут твоими! Я открою все тайники, ты обретешь невероятные знания и богатство.

— Подожди, но когда мы только появились, ты же не пытался убить Люциуса. Что произошло?

— Прошло слишком много лет, я уснул, но пробудился, когда ощутил знакомое… проклятое и невозможное чувство, которое ты, мой наследник, испытываешь к Малфою.

Люциус шмыгнул в проход и побежал по нему. Вдогонку Сириус крикнул:

— Берегись!

Что-то зазвенело и заскрежетало, Люциус бросился на пол и накрыл себя защитными чарами. Вихрь металла пронесся над ним и ударился в стену впереди. Все вокруг затряслось, сверху начали падать камни, потолок грозил вот-вот обвалиться, и Люциус, хромая, побежал вперед.

Он оказался в небольшом и холодном помещении, похожем на склеп. Посреди комнаты валялся перевернутый каменный гроб, а рядом с ним — скелет со свернутой шеей. Это, что ли, Альфард? Что ж… Раз призрак хочет малфоевской крови, он ее получит. Просто чуть меньше, чем надо. Главное, формально соблюсти условия.

Факелы едва чадили, но стоило Люциусу поднести к останкам руку — взвились ярким пламенем. Люциус поднес к руке палочку, но в этот момент булыжник вылетел из стены, выбивая ее.

Призрак появился из прохода.

— Ты в ловушке, Малфой!

Вновь зазвенели ножи и вилки, поднимаемые силой призрака. Люциус отступил к стене, надеясь, что успеет увернуться, но места почти не было. Металлический вихрь начал набирать силу, из прохода к нему летели все новые предметы — кинжалы, мечи…

Сириус пробежал сквозь Альфарда и оттеснил Люциуса за спину.

— Отойди, наследник! — крикнул призрак.

— Нет. Если ты хочешь убить его, тебе придется убить последнего из Блэков.

— Ты хочешь пожертвовать жизнью ради этого ничтожества? — в голосе Альфарда прорезалось удивление.

— Я уже как-то умирал — ничего страшного, — заявил Блэк.

Он завел руку за спину, что-то пытаясь отдать Люциусу. Нож!

— Отойди, или я расправлюсь с твоим крестником!

Гроб поднялся под потолок, открывая лежавших без сознания Гарри и Драко. Если эта громадина упадет — размозжит им головы.

Люциус полоснул по ладони ножом и бросился к сыну, набирая в горсть кровь. Сириус взмахнул палочкой и взорвал гроб Бомбардой. Скрывшись за поднявшейся пылью, Люциус брызнул на скелет кровью.

— Ты хотел, чтоб моя кровь пролилась на твои кости, Альфард? Смотри, твое желание исполнилось.

— Думаешь, все так просто? Нет, Малфой, я уйду, только когда ты сдохнешь!

Люциус понял, что ошибся. Призрак и не думал исчезать.

— Люц, прикрой парней! — закричал вдруг Блэк. — Инсендио!

Без палочки Люциус мог разве что упасть на них. За спиной полыхнуло жаром, раздался вопль:

— Не выйдет!

Дом вздрогнул.

— Аппарируйте! — завопил Сириус. — Он ослабел.

— Нет! — закричал призрак. Спину Люциуса обдало холодом.

Он нашарил палочку то ли Поттера, то ли Драко и попробовал аппарировать. Уже почти исчезая, он услышал, как Блэк крикнул:

— Адеско Фаер!

Идиот. Сумасшедший идиот. И самоубийца.

8
Блэк появился в Малфой-мэнор через секунду с опаленными бровями и ресницами, чихая и кашляя. Люциус с трудом удержался, чтобы не сжать его в объятьях, — или не огреть чем-нибудь тяжелым.

— Я всегда неплохо обращался с огнем, — заявил Блэк. — А нежить его боится, так что…

— Надеюсь, из-за этого не сгорит Лондон, — заметил Люциус.

Он отлично помнил, что Адское пламя остановить было тяжело.

— Не сгорит, я использовал маленькую вспышку — только чтобы спалить останки. Думаю, даже дом не пострадал. Потом посмотрим.

Гарри и Драко пришли в себя после Энервейта. Сириус рвался загнать их всех в Мунго, но эту идею никто не поддержал. Им просто надо было умыться, выпить укрепляющих зелий и прийти в себя.

Уже через час притихшая парочка сидели рядом на диване. Сириус стоял у камина со стаканом огневиски. Люциус смотрел на сына, ждал объяснений от него, но первым заговорил Поттер:

— Это была просто шутка… Ну, квест. Магглы иногда так развлекаются.

— Квест, — повторил Люциус. — Развлекаются. Магглы.

— Мы же видели, что вам скучно. Что ты, что Сириус — сидите дома, пьете, ругаетесь, и так — уже который год. Ничего не меняется.

— Да! — Поттер поддержал Драко. — Только вместе вы будто оживали, хотя и вели себя по-идиотски. Я в шутку предложил позвать вас на квест.

— А я решил, что квест должен быть больше похож на настоящее приключение и принести пользу. Вспомнил про ключ… Гарри ведь тоже считался наследником Блэков, поэтому мы свободно прошли туда и все подготовили. Установили артефакты, чтобы мы за вами следили, а вы нас не замечали, продумали сценарий.

— А потом я напомнил Сириусу про дом, а Драко сказал, что видел ключ у отца.

— Но мы не видели никаких призраков. Дом был пуст, даже крыс, пикси и боггартов не было.

— И вам не показалось странным, что в заброшенном доме нет боггартов и других паразитов? — тихо спросил Люциус.

Он чувствовал облегчение, что все кончилось хорошо, но сын его совершенно разочаровал. Где были его мозги? Наверняка во всем виновато дурное влияние Поттера и Блэка.

— И вы не пытались узнать, что это за дом? Как умер его хозяин? — добавил Сириус. — Что за беспечность!

— Тебе ли их журить за это!

Сириус только глянул на Люциуса, но возражать не стал.

— Простите, — поднялся Драко, — мы не имели права вмешиваться в вашу жизнь.

Поттер тоже поднялся, но ничего не сказал. Люциус махнул рукой:

— О компенсации поговорим позже, а сейчас убирайтесь.

— Мы домой, пап. Хорошо?

Люциус пожал плечами: как бы он ни хотел, чтобы Драко сегодня остался в Малфой-мэноре, уговаривать не собирался. Пламя камина полыхнуло зеленым, и мальчишки исчезли. Сириус поставил пустой стакан на каминную полку.

— Ладно, я тоже тогда...

Люциус поднялся. Совершенно не хотелось, чтобы тот сейчас уходил, но… да, так правильно.

— Спасибо, Блэк, что спас мне жизнь.

Люциус поднял руку, но так и не коснулся Сириуса.

— Не за что. Помозолим друг другу глаза еще лет двести, не против?.. Все же живой ты немного лучше мертвого.

— Немного?

— Слушай, то, что случилось в том доме, эти наши объяснения…

— Ничего не значат, понятно, — Люциус опустил руку и выпрямился.

— Нет, значат. Но мы столько лет друг друга ненавидели, столько наворотили, что ничего уже не получится. Наверное.

— Согласен. Не надо бередить.

— Но хоть перед Гарри и Драко больше стыдно не будет. — Сириус ухмыльнулся. — Мир, да?

— Разумеется. — Люциус пожал протянутую руку. Он был немного разочарован, но Блэк был прав. Что между ними может быть после стольких лет ненависти и вражды? Ничего.



Прошел день рождения Поттера, на котором они с Сириусом впервые не разругались, а даже вполне спокойно поговорили о сортах огневиски. Не самая лучшая тема для разговора, но в тот момент они сочли ее очень актуальной. Люциусу все казалось — особенно, когда они решили подкрепить разговор дегустацией, — что Блэк хочет сказать ему что-то другое, но так и не решился. Так же, как и сам Люциус, несмотря на все выпитое, и то, что они с Блэком в какой-то момент оказались наедине.

После этого Люциус вновь вспомнил о доме Альфарда и потратил время на поиски переписки отца. Ничего не нашел: похоже, Абрахас все уничтожил. Его портрет на вопросы отвечать отказался, он повторял одну-единственную фразу: «Семья прежде всего». Будто в ней и была разгадка.

Пытаясь вспомнить, что было в год, когда умер Альфард, Люциус нашел свои собственные старые письма и дневник, в котором не хватало страниц. Незадолго до смерти Альфарда он как раз присоединился к Волдеморту, а уже через год жалел об этом — из-за Сириуса. Делился своими сомнениями с отцом, но тот уверял, что Люциус все сделал правильно. Хотя Люциусу всегда казалось, что Абрахас недолюбливает Темного лорда.

В бывшей спальне отца он нашел тайник, а в нем — флакон с засохшим зельем и прядь волос, похожих на волосы Сириуса. Неужели именно отец приложил руку к ссоре, которая так изменила его жизнь?

— Что же ты наделал?..

Пытался ли отец защитить его или просто манипулировал им — похоже, так и останется неизвестным.


В середине августа на пороге Малфой-мэнора появился Блэк. Он отказался от предложения войти и на вопрос, что хочет, ответил:

— Я тут поразмыслил над словами Гарри и решил, что он прав.

— В чем именно?

— В том, что я хотя и воскрес, но как будто и не жив. Сижу все время дома… Как привидение. Ничего не хочу, ничего не делаю, сохну и дохну.

— И что? — Люциус вспомнил, что Драко говорил о нем то же самое.

— И решил поездить по стране. Среди дядиных книг…

— Так ты до них добрался?

— Ну да, жить там невозможно, все порушено, да и не хочется, честно говоря, но библиотеку спасти получилось. Кстати, там путевой дневник какого-то его знакомого, в котором есть информация о всяких диковинных и загадочных местах. В общем, я решил прошвырнуться, посмотреть…

— Отлично, тебе давно надо проветриться.

— Не хочешь со мной? — Блэк вдруг улыбнулся, и Люциус, уже собиравшийся ответить отказом, замер.

Двадцать пять лет назад за улыбку Сириуса он мог бы свернуть горы, но сейчас…

— Не хочу, — сказал Люциус, и улыбка Сириуса потухла. — Но, видимо, поеду. Просто загибаюсь тут от скуки один.