План Д

Автор:  Кубок Борджиа

Номинация: Лучший авторский слэш по компьютерным играм

Фандом: Call of Duty

Число слов: 2152

Пейринг: Джейкоб Хендрикс / Игрок (Солдат #25954), Джейкоб Хендрикс / Джон Тейлор

Рейтинг: NC-17

Жанр: Drama

Предупреждения: PWP, Dub-con, Секс в измененном состоянии сознания

Год: 2016

Число просмотров: 298

Скачать: PDF EPUB MOBI FB2 HTML TXT

Описание: Не все войны удается выиграть, но это не значит, что нужно отказывать себе в развлечениях.

Примечания: POV Игрока, секс под воздействием компьютерного вируса, киберпротезы.

Операция в Египте тогда подходила к концу — самое тяжелое задание за те пять лет, что нам с Джейком довелось работать в паре. Силы нашей небольшой команды были на пределе. Проблемы накатывались лавиной, и мы не успевали их решать. Однако ими все не ограничивалось, помимо прочего были и затруднения личного характера: Джейк, кажется, приревновал меня к Рейчел, нашему координатору.

— Сохнешь по ней? Строишь планы на загородный дом и идеальную семейку? Ты идиот, эта гребаная ЦРУшница морочит тебе голову!

Слушать его было противно. Джейк понемногу съезжал с катушек и нес полную херню. Мы нешуточно рисковали — оба подхватили Корвус, хитровыебанный программный вирус с собственной волей и бог знает какими планами. Эта дрянь угрожала в считанные дни подчинить себе нас и таких же невезучих ублюдков из команды Джона Тейлора — всех, кто имел нейронный интерфейс и был связан общей сетью.

Мы завязли в дерьме по уши, а задачка перед нами стояла не из легких.

Для начала требовалось как можно скорее остановить Тейлора, пока в желании отомстить ЦРУ он не утянул на дно кучу людей. За каким чертом ему, капитану группы киберсолдат, понадобилось идти против своей же организации и обнародовать информацию о секретных разработках, вызвавших массовую гибель гражданского населения, я не знал и знать не хотел, но от этого за милю несло мировым скандалом. Нужно было уничтожить Тейлора, пока дела не пошли совсем скверно.

О том, что будет с нами после, я старался не думать. Рейчел предупредила о последствиях заражения. Выход был всего один: после устранения Тейлора мы с Джейком должны сдохнуть. Корвус представлял слишком большую угрозу — управлял своими жертвами, заставлял действовать в своих интересах. Его распространения нельзя было допустить. Сразу после окончания миссии я готовился выстрелить сперва в Джейка, а потом и в себя.

Догадывался ли он о моих планах? Трудно сказать. Но он точно знал, что заражен, и не мог не понимать, чем все в итоге закончится. Возможно, именно поэтому Джейк психовал и вел себя как мудак. В какой-то момент я тоже дошел до ручки — когда он в очередной раз завел старую песню о Рейчел, я не сдержался и хуком в челюсть отправил его на пол.

Он заткнулся. Только смотрел на меня, не пытаясь встать, — кажется, понял, что был не прав. Я ждал, пока он окончательно успокоится. Нет, я не был зол и не собирался идти на конфликт. Нас осталось двое, Джейк был моим другом — всем, что я имел на тот момент.

Я сказал ему об этом и протянул руку. Перед лицом скорой смерти никакая сила не заставила бы меня отречься от него. Думаю, Джейк что-то для себя уяснил: до конца дня он работал спокойно и больше не доставал.

Вечером мы как всегда торчали на конспиративной квартире и почти не разговаривали. Джейк предложил пива, но я отказался. Усталость не снималась алкоголем, проще было отключиться и молчать. Я подошел к окну, закурил, открыв створку — вентиляция в помещениях работала неважно, комнаты приходилось постоянно проветривать.

Интересно, как выглядела сигарета в металлических пальцах моего киберпротеза для гражданских?

Пять лет назад, потеряв обе руки в ходе операции по спасению министра, я готов был распрощаться с армейской карьерой, но командование распорядилось иначе. Кто-то сверху решил — от этого парня еще будет толк. Теперь у меня отличные искусственные руки, лучше прежних.

Преимущества киберпротезов я оценил сразу, еще до того, как парни из лаборатории завершили настройку. В первый месяц я не вылезал с тренировочной площадки. Это было сродни опьянению — чувствовать, как возможности многократно возросли. Стало доступным то, о чем раньше нельзя было даже мечтать. Амортизаторы выдерживали прыжки с тридцати футов, кулаки вырубали кого угодно с одного удара, марш-бросок на десять миль почти не вызывал усталости — я чувствовал себя совершенным.

После калибровки движения киберпротезов ничем не отличались от движений обычных рук и ног. Прекрасные, безотказные конечности из стали и полимеров — что еще нужно в бою?

Был один несомненный минус — эти игрушки не слишком нравились девочкам. Зато перед своими солдатами ими точно можно было прихвастнуть.

Джейку пристегнули штуки еще круче, с мощными наборными браслетами, гравировкой на торцах шарниров и тиснением на защитных пластинах. Я бы тоже от таких не отказался, но излишества полагались только офицерам.

Я потушил окурок о дно пепельницы и закрыл окно. Неплохо было бы связаться с Рейчел — в последний раз я говорил с ней перед ужином, и с тех пор в эфире повисло молчание.

Джейк подошел неслышно, но я вдруг почувствовал — он стоит за спиной, его дыхание согревает мой затылок. От неожиданности я замер. Уже понимая, что это может означать, я все же не был готов поверить и ждал, что будет дальше. Хотелось убедиться в верности догадок. Я даже не пытался обернуться.

Джейк вдруг обнял меня — я удивился осторожности, с которой он это сделал. Еще можно было выкрутиться и сказать ему пару ласковых, но вместо этого я лишь молчал и обалдело пялился на стальные ладони, сминавшие майку на моей груди. Даже через ткань от них ощущался холод. Прикосновение было странным. Раньше никто не пытался обнимать меня киберпротезами — эти штуки создавали для войны, а не для нежностей. В этом было что-то непривычное, даже противоестественное. И все же я не сопротивлялся.

Джейк продолжал гладить меня по спине, по бокам, в какой-то момент коснулся губами шеи, а я не мог его оттолкнуть и ответил, откинувшись затылком ему на плечо. Если он хотел трахаться, я не собирался возражать. После того, что мы пережили за пять лет, особенно в последние дни, мы оба нуждались в восстановлении доверия друг к другу. Сказать об этом вслух не получалось, но действия Джейка говорили обо всем вместо слов. Я все понимал и готов был дать ему ту близость, которой он хотел — только бы между нами все стало как прежде.

Голова опустела, сомнений в правильности решения не было. Джейк стоял вплотную, а я придерживал его за бедра, и все шло просто отлично, лучше некуда.

Я развернулся, первым потянулся к его губам, а он сразу ответил — я тоже начал заводиться. Его ладони легли мне на поясницу совсем ненастойчиво. Джейк давал понять, что у меня есть свобода для маневра. Если я бы передумал, мог бы прекратить это в любой момент, но останавливаться совершенно не хотелось.

От контакта с горячей кожей стальные пальцы нагревались, холода от них больше не ощущалось. Все было так, как если бы вместо протезов у нас были настоящие руки. Джейк оттащил меня к ближайшей стене и встал на колени. Я знал, что он сделает дальше, и от этого в висках застучало, тело было готово взорваться от напряжения. Мне сто лет никто не отсасывал. Кто бы знал, как я этого хотел.

Он расстегнул мой ремень и спустил штаны, а я положил ладонь на его затылок и закрыл глаза. Больше ничего не требовалось. Да и вряд ли я был хоть на что-то способен: сознание мутилось, я перестал управлять собой.

Когда губы Джейка наконец сомкнулись на члене, у меня перегорели последние предохранители. Одного резкого вдоха хватило, чтобы переполненные легкие начало жечь от воздуха. Тело отозвалось пугающе острым возбуждением, и с этого мгновения началась чертовщина. Я вспомнил то, чего помнить не мог — будто все это уже происходило с нами не раз. Это не было дежавю, перед глазами мелькали слишком четкие картины. Мне казалось, я спятил.

За пять лет мы с Джейком почти не говорили о сексе и уж тем более ничем подобным не занимались, и все же я прекрасно знал каждое движение его языка, каждый наклон головы, словно он сто раз проделывал со мной этот фокус. Откуда, черт побери, это взялось?

Память подсовывала другие эпизоды. Я вспомнил, как сам отсасывал ему. Между нами было все: бесчисленное количество раз в самых разных обстоятельствах. Я трахал его, а он — меня, мы теряли голову от ощущений и только каким-то чудом не спалились. Я знал наизусть, что любит Джейк, а он был в курсе моих предпочтений.

Это было похоже на настоящее безумие, и тогда до меня наконец дошло кое-что важное: Корвус — вот что разъедало нам сейчас мозги. О нем предупреждала Рейчел, когда говорила, что мы с Джейком заражены. Единственное, чего Рейчел не знала — как быстро вирус лишит нас рассудка. Я спрашивал ее, сколько времени еще осталось в запасе. Может, несколько часов, а может, дней — таким был ответ.

Сомнений не осталось, вирус начал атаку: в моей голове поселилась чужая память. Возможно, Джейк чувствовал нечто похожее. Группу людей соединило сетью. Я осознал, что очень скоро перестану отличать свои воспоминания от чужих.

Впрочем, это не имело значения. Мне даже не было интересно, кем был тот человек, с которым трахался мой друг, его опыт теперь принадлежал мне. Я потерял привычного себя, и на месте киберпротезов снова были конечности из плоти и крови.

Догадывался ли Джейк о том, что происходило со мной? Я не знал. Он жадно отсасывал мне, прижимая язык к головке — ни с чем не сравнимое ощущение, от которого меня вело, как подростка. Возбуждение становилось нестерпимым. Невыносимо хотелось кончить, но ради Джейка я притормозил и отстранился:

— Пойдем на кровать.

Он молча поднялся с колен и начал раздеваться. Я не сводил с него глаз. Раньше мне не было дела до раздетых парней — я ни за что не смог бы с точностью вспомнить тех, с кем мылся в одной душевой. Теперь все было иначе. Джейк казался чертовски красивым. Киберпротезы сидели как идеально подогнанные латы, не нарушая природных пропорций. Крепкое тело напоминало машину — может, именно поэтому места соединений между металлом и плотью выглядели естественно.

Джейк тоже пялился на меня во все глаза, не пряча взгляд.

Когда на нас не осталось одежды, я влез на кровать, встал на колени и повернулся к нему спиной — чужая память подсказывала, что это нравилось нам обоим. Было слышно, как Джейк роется в тумбочке, разыскивая презерватив и смазку, — привычные звуки, ставшие частью ритуала. Меня с головой захлестнуло обжигающим возбуждением, но в то же время никак не удавалось избавиться от чувства, что мы оба бредим.

Я прогнулся, когда Джейк начал медленно в меня входить. Он остановился, так и не дойдя до конца, наклонился и стал мне дрочить. Я машинально толкнулся навстречу. Джейк шумно выдохнул и втиснулся до упора. Кажется, в тот момент его повело.

— Ты отличная сучка, малыш. — Голос был хриплым, переходил в шепот: — Отличная послушная сучка.

Я понимал — он просто не мог сказать такое в наш первый раз. Слова предназначались кому-то другому, с кем Джейк имел дело раньше, знакомому, привычному партнеру, перед которым не приходилось сдерживаться. А могло быть и по-другому: в его сознание, возможно, просачивалась память кого-то третьего — вирус мог выкинуть что угодно. Личность Джейка, подобно моей, разбивалась на несколько — он был не только собой, но и кем-то еще.

Меня это не волновало, я перестал видеть проблему в чужих воспоминаниях. До тех пор, пока мы понимаем, кто мы, Корвус бессилен. Почему бы просто не подыграть и не получить удовольствие в последний раз?

В тот момент и мне, и Джейку хотелось только одного — трахаться, так что к черту проблемы.

В общем прошлом мы любили эти игры, в том числе и тогда, когда снизу был Джейк. Ему нравилось жестче, мне — нет. Он знал меня и делал все так, как нужно.

Джейк двигался медленно и неспешно отдрачивал мне. Мне было мало этого, и я требовал большего — стонами, криками. На деле это тоже было частью развлечения — я желал, чтобы он продолжал меня изводить, и Джейк это понимал, игнорируя мои просьбы. В конце концов он совсем остановился, заставляя двигаться меня самого. В ответ на мои действия он сжал пальцы на моей заднице и удовлетворенно выдохнул:

— Как же ты меня заводишь.

В его тоне было столько кайфа, что я чуть не лишился последних мозгов. Он дразнил меня, заставлял упрашивать и только изредка поощрял инициативу парой встречных толчков. Я сходил с ума — звал его, умолял засадить глубже, чуть ли не выл. Уверен — он наслаждался.

Я кончил, поминая Джейка последними словами. Он остервенел и начал вбиваться изо всех сил. Это продолжалось недолго, бессвязные ругательства и резкие движения вскоре сошли на нет. Кончив, Джейк вышел из меня, стянул презерватив и бросил его на пол. Потом рухнул на спину, шумно дыша. Взгляд его был пустым, бессмысленным — Джейку, как и мне, требовалась передышка.

Вечер удался, мы отлично развлеклись — вероятно, в последний раз на этом свете. Корвус жил в нас лишь сутки, но изрядно покалечил мозги. Мне не хотелось об этом думать. Я провалился в дрему.

Голос Джейка заставил меня вздрогнуть:

— Как же давно мы с тобой не были вместе, Джон… Я успел соскучиться.

Джейк назвал меня чужим именем — он бредил. Теперь я уже не был уверен в том, что он протянет хотя бы до завтра. Грудь прошило болью. Мне совершенно не хотелось в него стрелять. Только не это, господи, что за проклятое дерьмо!

Необходимо было прийти в чувство, холодный душ в таких случаях — идеальное средство. Я с трудом поднялся и направился в ванну.

Я открыл дверь и успел включить свет, а потом вдруг машинально скользнул взглядом по отражению в зеркале — и моментально отпрянул. Меня затрясло, в попытке найти хоть какую-то опору я привалился спиной к стене. Нужно было осмыслить увиденное. Это Корвус, просто Корвус, говорил я себе. Все в порядке до тех пор, пока ты себя осознаешь. Плевать на все. Финал один — смерть.

Наконец удалось восстановить дыхание — сердце перестало колотиться, страх исчез. Я снова подошел к зеркалу, на этот раз мало беспокоясь о том, что в нем увижу...

Оттуда на меня смотрели задумчивые и искрящиеся смехом глаза Джона Тейлора.