Без прелюдий

Автор:  snusmoomrik Лучший авторский RPS по зарубежному фандому 4569слов

  • Фандом RPS (Supernatural)
  • Пейринг Дженсен Эклз / Джаред Падалеки
  • Рейтинг NC-17
  • Жанр PWP
  • Предупреждения PWP, AU, First time, Альтернативная анатомия, Золотой дождь, Омегаверс, Римминг
  • Год2016
  • Описание Три года подряд Дженсен старательно избегал ежегодных закрытых приёмов в Нью-Йоркском Клубе, но сейчас отвертеться не удалось. Статус предполагал обязательное посещение раз в два-три года, тем более, эти безумно дорогие приёмы устраивались именно с целью свести как можно больше пар.

Всё, не могу больше! - Джаред со смехом оттолкнул руку Дженсена с бутылкой шампанского, - сейчас польётся обратно!

- Э-эй, приятель! - так же, смеясь, ответил Дженсен, - это же только начало! Давай, давай ещё!

- Не-ет, - протянул Джаред, сползая с дивана на ковёр, - или... да, но сначала мне нужно...

- Ещё пару глоточков, - пообещал Дженсен, - и я отпущу тебя в туалет. Или... не отпущу, - добавил он, прижимая Джареда к дивану. - Ты ведь знаешь, что всё равно без меня не справишься.

Джаред не сопротивлялся - наоборот, смотрел с лёгким вызовом, и Дженсену очень нравилось, что он так быстро освоился и не смущался. Впрочем, похоже, смутить его было не так легко, и Дженсена это более чем устраивало. Он был рад, что всё сложилось именно так - им обоим повезло.

Три года подряд Дженсен старательно избегал ежегодных закрытых приёмов в Нью-Йоркском Клубе, но сейчас отвертеться не удалось. Статус предполагал обязательное посещение раз в два-три года, тем более, эти безумно дорогие приёмы устраивались именно с целью свести как можно больше пар.

В Нью-Йорке всё было просто для тех, у кого есть деньги - и в немалой степени это было хорошо, разумеется. Но Дженсен почему-то упрямо считал, что должен найти своего омегу сам. "На улице?" - ехидно поддевал его отец. А хоть бы и на улице, думал Дженсен, зато это будет... честно. Что "нечестного" в знакомстве среди людей своего круга, Дженсен бы толком и не ответил. И, тем не менее, продолжал упорно избегать посещения Клуба.

Теперь же, глядя на основательно накачанного шампанским Джареда в расстёгнутом смокинге и сбившейся белой рубашке, Дженсен понимал, что свой шанс он уже получил - вот прямо сейчас, или немного раньше, когда вошёл в общий зал и пересёкся взглядом с раскосыми зелёно-золотыми глазами.

Позже Дженсен думал, что если бы не запах, ему бы и в голову не пришло, что Джаред омега. И решил про себя, что трахнул бы его (или попытался хотя бы), даже если бы он был альфой. В социальном плане такая связь ничего бы не дала, но Джаред стоил всего на свете.

С этой секунды всё было решено - и Дженсена совершенно не занимало количество окружавших Джареда альф. Он был полностью уверен в себе. Тем более, Джаред, возвышаясь на голову почти над всеми присутствующими, толком ни на кого и не смотрел - до тех пор, пока в зал не вошёл Дженсен.

Они следили глазами друг за другом - до тех пор, пока их не представили. Формальность была соблюдена, и Дженсен обрадовался, увидев промелькнувшее во взгляде Джареда облегчение - он испытал то же самое. Вот теперь можно было с лёгкостью наплевать на приличия - оба хотели одного и того же. Собственно, а не для этого ли всё и затевалось?

Клуб предусматривал любой вариант, и весь просторный второй этаж был занят комфортными номерами с отличной звукоизоляцией. Если всё складывалось, из Клуба уезжало несколько счастливых пар, если же нет - впоследствии никто никогда не намекал на неудачу, а уж тем более - не жаловался. Таковы были негласные правила.

Поэтому, когда Джаред и Дженсен "исчезли", даже не скрывая, что уходят в одном направлении, в зале раздалось лишь несколько приглушённых вздохов - все были слишком хорошо воспитаны, чтобы открыто показать на людях досаду. Впрочем, все так или иначе признавали, что Джаред был не по зубам кому-либо из них.

Всё это Дженсен отлично понимал, и сейчас откровенно обхаживал Джареда, стараясь, чтобы встреча раззадорила его интерес; тем более, что вёл он себя примерно так же, как Дженсен - до последней возможности избегал посещения Клуба. Вытаскивать это из него не пришлось, он был очень открыт и разговорчив, но пока что совершенно не собирался связывать себя семейными узами. Ведь исход встречи мог быть каким угодно, и Джаред получал отсрочку ещё на целый год. Как и Дженсен. Но, похоже, оба передумали тянуть, едва разглядев друг друга получше.

И теперь складывался тот самый момент доверия: Джаред мог позволить Дженсену всё, что должно произойти в таких случаях, или же отвергнуть. Тогда оба тихо покинули бы Клуб через чёрный ход один за другим с интервалом в десять-пятнадцать минут, и на следующей встрече вежливо "не узнали" бы друг друга.

Думая об этом, Дженсен отставил бокал, нагнулся над Джаредом и сделал то, что хотел с самого начала встречи: поцеловал в сладкие от шампанского губы. Джаред отреагировал очень искренне - тоже отбросил свой бокал и запрокинул голову, подставляясь губам Дженсена. А потом ещё и обхватил за шею, соединив пальцы на затылке. Вылизывая его рот, Дженсен думал о том, что он совсем ещё мальчишка, и нужно быть очень аккуратным, чтобы не разрушить самое начало связи.

Целуя Джареда, Дженсен расстегнул его рубашку, не глядя, и только тогда отстранился. Джаред был восхитителен, неподражаем в своей невинной решимости - в его глазах читалось желание пойти до конца. И лёгкое смущение - сейчас было не время бравировать своей несуществующей опытностью.

- Значит, ты мне разрешаешь это сделать? - Дженсен подумал, что стоит оставить Джареду крохотную лазейку, потому что совсем не хотел разочарования в момент, когда остановиться будет уже сложно.

Джаред и не колебался - молча кивнул, и глаза у него блестели от предвкушения. Это было немного серьёзнее, чем Дженсену хотелось бы, но Джареда можно было понять. Его согласие означало, что он готовился не зря.

Дженсен помог ему встать и расстегнул пуговицу на его брюках, а потом и молнию, не прерывая зрительного контакта. Ему очень нравилась искренность Джареда - тот пока что не умел прятать свои чувства и ощущения.

Брюки соскользнули по ногам, и Дженсен, всё так же не глядя пока вниз, стащил с его плеч уже расстёгнутую рубашку. И только тогда позволил себе посмотреть.

Сбившееся дыхание он вернул лишь через несколько глубоких вдохов и выдохов. Всё, что можно было хотеть, глядя на обнажённого Джареда - это трахать его до полной потери сил. А, кроме того, Джареда действительно подготовили по всем правилам - и Дженсен представил себе, каких усилий ему стоило небрежное поведение в общем зале.
Вернее, нет. Это даже представить себе было сложно.

Белья на Джареде не было, зато... Бёдра охватывала продуманная конструкция из тонких кожаных ремешков. Жёстко эрегированный член был полностью оплетен кожаным шнуром, оплётка была частой и тугой, охватывала и мошонку, подтянутую к животу как можно выше. У Дженсена пересохло во рту: кожаные нити оплетали и головку, а их концы были аккуратно заправлены в красную и сухую дырочку уретры. Оттуда каким-то хитрым способом тянулся ещё один шнур, и охватывал узкую талию Джареда, тем самым прижимая член к животу. Ещё несколько ремешков обвивали ноги вкруговую, и Дженсен знал, что они исчезают между ягодиц. Дженсен мимоходом отметил, какое у Джареда охренительное тело, надеясь, что время рассмотреть его (и не только рассмотреть) ещё будет. Дженсен знал, что видит лишь внешнюю часть конструкции, и перед глазами плыло только от мысли о скрытом пока что от его глаз.
Широкую грудь Джареда тоже перехватывали кожаные ремешки, несколько раз переплетаясь в середине. Соски были плотно перехвачены круговыми зажимами, и из середины каждого торчали покрасневшие, набухшие венчики.

Всё это было своебразной данью традициям. Этакий пояс девственности. Конечно, можно было и не соблюдать ритуал, но пока никто не думал от него отказываться - и теперь Дженсен понимал, почему. Это делало первый раз незабываемым, превращало его в некое особое действо. Воочию он это видел первый раз. И теперь ему не терпелось... распаковать этот роскошный подарок.

Разделся он в рекордные сроки, и судя по взгляду Джареда, шансы были вполне неплохи. Даже более чем неплохи.

Но стоило Дженсену взять Джареда за руку, как тот ощутимо напрягся. Всё же у него был предел раскованности. Разумеется, был.

- Эй, - Дженсен не стал делать вид, что не заметил, - Джаред, если ты не хочешь - мы этого делать не будем. Сам... расшнуруешься. Или вообще...

Дженсен блефовал, но самую малость - Джаред не смог бы расшнуроваться сам. Разве что просто разрезать оплётку. Но этот вариант всерьёз не рассматривался.

- Всё в порядке, - Джаред улыбнулся и руки не отнял, - просто мне... просто я...

- У меня тоже первый раз... такое, - улыбнулся Дженсен. - Но я постараюсь, чтобы ты не разочаровался.

Джаред нисколько не казался Дженсену робким или неуверенным в себе, да и наверняка не был таким - Дженсен уже имел возможность убедиться в этом, наблюдая за Джаредом в общем зале, а после и беседуя с ним - кровь и воспитание делали своё дело. Но происходившее сейчас было слишком важным, ответственным, своего рода испытанием. А Джаред был ещё совсем юн, тем более, гормональная буря влияла на его поведение.

До обширной ванной они дошли мелкими шагами - Джареду очень мешал переполненный мочевой пузырь. Но Дженсен не собирался помогать ему сию же секунду - такая ситуация выпадала лишь раз в жизни. Может, и не раз, но Дженсен категорически не хотел думать о неудачном исходе (он даже бы посмеялся над собой, не будь так занят сейчас - ибо уж точно не ожидал такой поспешной смены убеждений на диаметрально противоположные).

Поэтому сначала усадил его на унитаз, так, что бы ноги Джареда остались широко расставленными, и мягко провёл пальцами между бёдер. Кожа Джареда была гладкой и ровной, один из признаков истинного омеги - волосы на теле попросту не росли. Тем эффектнее смотрелась его роскошная каштановая грива. Дженсен на секунду отвлёкся, запустив в неё руку, и Джаред улыбнулся выжидательно.

Дженсен ощупал плотно натянувшиеся ремешки и спросил, присаживаясь на корточки перед Джаредом:

- Тебя ведь готовили заранее, да?

Джаред смущённо кивнул.

- И... долго ты так ходишь?

- С самого утра, - признался Джаред.

- И тебе очень хочется отлить, правда? - шёпотом протянул Дженсен, целуя его в мочку уха. - и ещё тебе хочется... поменять контейнер, да?

Джаред вспыхнул, ничего не ответив, а Дженсен поцеловал его в плечо и пообещал:

- Помогу тебе. Только доверься мне, хорошо?

Дженсен никогда не видел и не делал этого раньше, но альф готовили к своей части ритуала, как омег - к своей. Правда, у альф это было чисто теоретически. Но тем не менее, Дженсен знал, что делать, и был рад тому, что Джаред не сопротивляется.

Ритуал - а это был именно ритуал, в восприятии Дженсена - был очень интимным, несколько грязным, и призван сразу же, без прелюдий, выяснить уровень совместимости альфы и омеги. В моче, сперме и смазке содержалось самое большое количество половых гормонов, и будущей паре требовалось безо всякого стеснения получить как можно больше физиологических жидкостей друг друга: если они подходили один другому, это позволяло быстрее перестроить работу эндокринной системы организма, максимально подстроиться под обмен веществ партнёра; если же нет - всё заканчивалось, и не начавшись.

Дженсен нащупал на внутренней поверхности бёдер Джареда несколько ремешков, туго укреплённых под самыми ягодицами, мягко растянул ягодицы пальцами и нашёл два узелка, завязанные особым способом. Он потянул за один из них, и второй развязался сам собой. Он не совсем верил в то, что делает это наяву, да ещё и с такой лёгкостью. Крепление тут же ослабло, и Джаред дёрнулся: внутри у него сместился контейнер для течной смазки. Обычно это была небольшая пробка из мягкого губчатого латекса, но в этом случае она представляла из себя длинную полую пластиковую трубку. Ни одна капля жидкости не могла просочиться наружу, собираясь внутри, - до момента, когда трубку вытаскивали, позволяя вылиться всему накопившемуся.

Джаред часто задышал, а Дженсен придержал трубку пальцем, глядя Джареду в глаза:

- Хочу посмотреть, как ты течёшь, Джаред. Потому что... очень хочу тебе вставить.

Джаред не ответил, прикрыв глаза, но ответ и не требовался. Дженсен вдавил основание пробки пальцем, и Джаред только охнул, когда из него хлестнула тёплая жидкость. Дженсен знал, что её будет много, но такого потопа не ожидал. Немного липкая жидкость всё лилась, а Дженсен мягко размазывал её пальцами по бёдрам и ягодицам Джареда, уже не сдерживая громкого, возбуждённого дыхания.

Когда поток иссяк до отдельных капель, Дженсен пошевелил трубку, заставив Джареда дёрнуться, и медленно потащил её наружу. Они оба дышали открытыми ртами, и Дженсен почти срывался на стон, наблюдая, как плывёт взгляд Джареда. Когда контейнер покинул его тело, в ладонь Дженсена вылилось ещё немного жидкости, и он, позволив трубке упасть, поднёс руку ко рту. Дженсен длинно лизнул свою ладонь, и Джаред вскрикнул, вид у него был шокированный.

Дженсен принялся расшнуровывать ремешки, начиная с талии. Джаред глубоко дышал и постанывал от облегчения с каждым витком, и у него подрагивали пальцы - он явно хотел прикоснуться к Дженсену. Дженсен взял его руку, коснулся губами ладони, положил себе на плечо и слегка придавил, показывая, что хочет этого прикосновения. И теперь, пока он сражался с кожаной сбруей Джареда, тот мял пальцами его плечи, шею и грудь, зарывался в короткие волосы. Это было чертовски приятно.

Наконец остался лишь длинный шнур, оплетавший член и яички. Дженсен ещё немного полюбовался зрелищем, понимая, что Джаред уже в полуобморочном состоянии, и аккуратно завёл руку под самую мошонку, вытаскивая затягивающий конструкцию конец. Дженсен осторожно расплетал шнур, обнажая тут же наливающиеся красным отпечатки на твёрдом стволе, и чуть придержал пальцем, когда дошёл до самого верха. Остались лишь две нити, тянущиеся из уретры.

Пальцы Дженсена слегка дрогнули. Он представлял себе, что сейчас увидит, и от предвкушения поджимались мышцы живота.

Дженсен глубоко вздохнул, смочил слюной указательный палец и аккуратно коснулся места, откуда свисали кожаные шнурки. Джаред учащённо дышал, но никаких признаков сопротивления не выказывал.

Дженсен очень легко потянул шнурок на себя, и покрасневшую тонкую кожу вокруг уретры натянуло изнутри. Дженсен потянул ещё, и отверстие максимально растянулось, пропуская крупную жемчужину, влажно блестящую от смазки. Это было "ожерелье принцессы" - жемчуг разного размера, нанизанный на тонкий шнур. Едва жемчужины сдвинулись внутри, Джаред задрожал и вцепился в плечи Дженсена, кусая губы.

- Больно? - обеспокоился Дженсен. Он по себе знал, что стоны боли и страсти едва ли различимы.

- Н-нет, - хрипло, с запинкой протянул Джаред.

- Боже, - пробормотал Дженсен, когда показалась вторая жемчужина. Он представил себе, как это всё... помещали внутрь. Сейчас он готов был проклинать старинный обычай, но Джаред втянул воздух сквозь зубы - и Дженсену осталось лишь благодарить небеса за такую эластичность тканей. С каждой новой жемчужинкой он целовал Джареда в губы, превращая в удовольствие странную процедуру.

Ожерелье очень легко скользило вверх, подчиняясь руке Дженсена. Он словно загипнотизировал сам себя, и горловые стоны Джареда звучали для него отдалённо, в них было только нетерпеливое ожидание.

Когда выскользнула последняя бусина, Джаред сипло выдохнул и почти обмяк, склонив голову на плечо, но Дженсен не дал ему расслабиться - несильно надавил пальцами на самый низ живота и прошептал:

- Давай, Джаред, не сдерживайся.

- Но... но как же, - сбивчиво пробормотал Джаред, - я ведь тебя...

- Давай-давай, - подбодрил Дженсен, - я этого хочу.

Похоже, Джаред действительно был на грани - на грудь Дженсену хлестнула обжигающая струя, и он сейчас не был уверен в том, что кричит Джаред, а не он сам.

Успокаиваясь, Джаред горел, будто в лихорадке, часто дышал и облизывал губы. Больше Дженсен терпеть не мог.

- Так хочу тебя, Джаред, - признался он честно, и Джаред посмотрел на него слегка мутными глазами.

- Я тоже... кажется, - ответил он хрипло и на пределе слышимости.

- Пойдём, - Дженсен потянул его за руку.

Он хотел, чтобы всё сложилось самым лучшим образом, чтобы первый раз получился незабываемым.

Они наскоро ополоснулись под душем, и Дженсен снял с Джареда остатки "сбруи" - освободил его плечи и грудь от тугой оплётки, покрывая обнажающуюся кожу частыми поцелуями.

До постели они добрались в обнимку, спотыкаясь и то и дело задевая стены и мебель, а когда упали в мягкое гнездо из одеял и взбитых подушек, Джаред сам поцеловал Дженсена и широко развёл колени.

- Готов? - спросил Дженсен, целуя Джареда в мочку уха, скулу, шею.

Джаред кивнул, зажмурившись, и Дженсен плотно вогнал член в роскошно мокрую, горячую, но ещё узкую девственную дырку - при таком возбуждении омеге не нужна была подготовка. Член стремительно разбухал, утолщался на конце; а внизу, над самой мошонкой, пульсировал пока небольшой и мягкий узел.

Джаред часто задышал открытым ртом, и Дженсен протолкнул член до конца, сильно оттянув край ануса пальцем. И тут же узел налился, отвердел, распирая вход и замыкая канал намертво.

Первый оргазм был таким острым, что Дженсен на секунду отключился. Он только услышал слабый стон Джареда, почувствовал, как тот дрожит, и прижал его к себе покрепче; а потом стенки канала уплотнились и сузились, побежали мышечные волны, ровной сильной пульсацией выдаивая узел. Дженсен задыхался, а Джаред мелко дёргал бёдрами и тёк непрерывной струёй смазки ему в ладонь. Края ануса, запечатанные узлом, тоже подплывали смазкой.

Джаред кончал невыносимо долго - изливался в руку Дженсена, стонал, будто в полуобмороке, и в коротких передышках подставлял губы поцелуям.

В конце Джаред не стонал и не кричал, а уже почти выл - член Дженсена распирал его изнутри, и с каждой новой волной его дёргало жгучей сладкой болью и мышечными судорогами - до искр перед глазами. Жаром охватывало бёдра, сжимало мышцы ануса в бешеном ритме, отчего и Дженсен стонал и хрипел на грани боли.

Сцепка была долгой, счёт времени Дженсен потерял, Джаред же просто не открывал глаз, когда его продёргивало слабеющими уже судорогами, только тёрся щекой о плечо Дженсена. Губы у него были красные и искусанные, лицо горело неровным румянцем, волосы вымокли от пота.

Целуя его, Дженсен понял, что ему хочется делать все эти грязные вещи с Джаредом вовсе не ради ритуала - дико хотелось самого Джареда, во всех его проявлениях.

Расцепились они неожиданно - просто вдруг мышцы Джареда разом ослабли, позволяя члену Дженсена выскользнуть, и на постель хлынул настоящий поток горячей жидкости.

Джаред приоткрыл глаза и слабо улыбнулся.

- Чертовски хорошо было, - сказал он негромко, уставший и удовлетворённый.

- Не представляешь, как я рад, что не смог отвертеться от приёма, - прошептал Дженсен, стирая пальцами крупные капли пота с его лица.

Если Джаред и намеревался уснуть, то осуществить это ему не удалось.

Дженсен позвонил по внутреннему телефону, потом чуть не на руках оттащил Джареда в ванную и плотно закрыл за собой дверь.

Пока они отмокали в бурлящей приятно горячей водой джакузи с ароматной пеной, прислуга приводила в порядок номер и меняла постельное бельё. Негромкий стук в дверь сигнализировал о том, что все удалились, оставив комнаты идеально прибранными.

Разумеется, ночь на этом не закончилась. Дженсен поил Джареда шампанским и кормил кусочками фруктов - Джаред быстро включился в игру, и так старательно облизывал его пальцы, что вскоре оба оказались в спальне на свежей постели.

Конечно, о второй сцепке за ночь не было и речи, но Дженсен вознамерился довести Джареда до полнейшего удовлетворённого бессилия - и ему, несомненно, это удалось.

Дженсен заласкал его до дрожи и испарины, целуя гладкое тело и оставляя на коже яркие засосы.

Один раз Дженсен довёл Джареда до оргазма, просто целуя его соски. Он принялся сосать один из них, постоянно прихватывая зубами и сверля венчик самым кончиком языка. Потом переключился на второй, облизывая его и покусывая опухший ореол. Он лизал, сосал и покусывал долго, пока Джаред не принялся елозить по простыне бёдрами. Тогда Дженсен плотно прищемил его соски пальцами и принялся катать твёрдые бугорки выдаивающими движениями, проводя сверху вниз большими пальцами и сильно сжимая каждый раз. Стонущий и извивающийся Джаред вскоре выстрелил в воздух фонтаном спермы, обрызгав и себя, и Дженсена.

Потом Дженсен заставил его кончить только задницей, натирая края влажного ануса пальцами, теребя снаружи, пока Джаред не потёк. Дженсен поймал лишь остатки сокращений, сунув внутрь пальцы, но сейчас ему было достаточно и этого, чтобы кончить ещё раз. Он долго спускал на розовую сладкую дырку, и без того утонувшую в сперме и смазке - сливал длинные струи внутрь, переживая остатки наслаждения. Джаред уже не мог кончить от усталости, но цепко держал его за бедро, для надёжности обхватив и ногой.


Проснулся Дженсен от яркого солнечного света и оттого, что Джаред завозился, пытаясь незаметно выбраться у него из-под руки - заснули они в обнимку. Дженсен с трудом подавил улыбку и не стал показывать, что проснулся, лишь осторожно приоткрыл глаза, наблюдая за Джаредом. Тот, порозовевший и взъерошенный спросонья, морщился и кусал губы, как можно аккуратнее перемещаясь к краю кровати. Ему это удалось, удалось даже встать на непослушные ноги, но стоило сделать один шаг - и на пол хлынуло всё, старательно закачанное в него Дженсеном во второй половине ночи. Джаред не удержал короткий вскрик, зато достаточно резво убежал в сторону туалета. Отпускать его Дженсен не собирался, и через минуту оказался у него за спиной - Джаред, кое-как добравшийся до унитаза, упирался рукой в стену.

- Доброе утро, маньяк, - с вежливым ехидством поздоровался он, когда Дженсен поцеловал его в шею.

Дженсен в ответ что-то промычал, пристраиваясь членом у него между бёдер - стояло у него ещё спросонья.

- Вместо доброго утра? - поинтересовался Джаред. На это Дженсен отвечать не стал вовсе, потому что в голосе Джареда не было недовольства. Просто задвинул член в мягкую, мокрую, сладко разъёбанную дырку, чувствуя себя на вершине блаженства. А потом подставил ладонь под тугую горячую струю, звонко бьющую о фаянс. Джаред ещё раз сообщил Дженсену, что он маньяк, но отстраняться не стал.

Дженсен не зря с таким старанием вбивался в него - вскоре анус набух и плотно охватил член, а Джаред, немного лениво крутя бёдрами, принялся кончать, как делают омеги, когда у них не стоит, но им хорошо: сперма просто потекла с кончика члена, и Дженсен помог, мягко сжимая в руке его мошонку.

Джаред несколько задержался под душем, наслаждаясь горячей водой и всё ещё позёвывая; Дженсен же закончил с водными процедурами раньше, прежде крепко поцеловав его: следовало покидать Клуб - при всём радушии и гостеприимстве администрации, существовали стандартные общие правила.

Когда Джаред вышел из ванной, завернувшись в полотенце, Дженсена в номере уже не было. Зато на столике лежала записка, придавленная открытой бутылкой шампанского:

"Джей, жду тебя в машине. Постарайся не задерживаться, я уже соскучился. Ах да, шампанское для тебя. Вся бутылка. Я же маньяк, сам знаешь".



Эпилог.

Год спустя.


- Джей! - позвал Дженсен уже от двери, - Ну где ты? Опоздаем на встречу.

Ответ прозвучал совершенно невнятно, и Дженсен вернулся в гостиную, собираясь действительно поторопить Джареда, но...

Джаред стоял посреди комнаты в дорогом костюме и обуви, с идеально уложенными волосами и каким-то странным выражением лица.

- Что случилось? - обеспокоился Дженсен.

- Да я тут... упустил кое-что.

- Да что же? - Дженсен даже немного повысил голос - он не любил неопределённых ситуаций.

- Такая досада, - ответил Джаред тоном, из которого следовало, что ему вовсе не досадно, - пробку забыл.

- Но... Ещё не поздно, - полуутвердительно сказал Дженсен, чувствуя, как скручивается внизу живота.

Он отлично знал, что Джаред просто не может забыть пробку, никогда, ни при каких обстоятельствах.

- Поздно, - притворно вздохнул Джаред.

На восхитительных брюках сливочного цвета проступило сырое пятно в паху.



На свадьбе оба смотрелись ослепительно в чёрных смокингах и белоснежных рубашках.

Можно сказать, всё шло просто идеально. Они подошли друг другу на сто процентов, кроме того - оба втрескались по уши в первую же ночь. Что ж, Дженсен не стал упорствовать и безоговорочно признал правоту отца. И был совершенно счастлив.

Через месяц после свадьбы Джаред сбежал. Дженсен ударился в панику, но решил пока ничего не предпринимать. Навёл справки по своим каналам, узнал, что Джаред жив-здоров, и принялся ждать, сцепив зубы.

Джаред вернулся через неделю, ночью, когда Дженсен уже совершенно извёлся, и упал на постель рядом с ним, как был одетый.

Дженсен молча раздел его, вылизал с головы до ног, ласками довёл до состояния полуобморока и трахнул так, что Джаред валялся на кровати три дня. Дженсен терпеливо за ним ухаживал. Он видел по довольной физиономии, что Джаред симулирует, но поддавался игре с удовольствием - сам был рад, что Джаред дома и не мечется.

Гораздо позже, собравшись с духом, Джаред уткнулся ему в шею и пробормотал невнятно, что слишком влюблён и должен был хоть немного побыть один. Дженсена эти извинения успокоили - он чувствовал примерно то же самое, но всё же был старше и рассудительней. Немудрено, что совсем юный Джаред испугался таких сильных чувств.



Всё это на несколько секунд вспомнилось Дженсену, когда он рассматривал стоявшего посреди гостиной Джареда - уверенного в себе, высокого, раздавшегося в плечах - такого роскошного самца, и совершенно взрослого. И... настоящего провокатора. И Дженсен был не против. Совсем, совсем не против.

"Бессовестный", - сказал он одними глазами, не в силах сдержать улыбки.

"Знаю. Прости, ничего не могу сделать", - так же ответил Джаред.

Оба оставили при себе совершенно одинаковое "люблю тебя, придурок".

- Так уж и поздно? - Дженсен приподнял бровь, но в ту же секунду потерял дар речи: пятно на брюках увеличилось, и на беслоснежный пушистый ковёр пролилась тонкая струйка.

Джаред улыбался, глядя Дженсену в глаза, правда, щёки у него слегка порозовели, что выдавало лёгкое смущение, но делало его ещё более очаровательным.

- О-о, - только и смог протянуть Дженсен полузадушенно. Струйка всё лилась, Джаред расстегнул пиджак и ослабил галстук, а потом присел на корточки, и от этого Дженсен вновь обрёл способность двигаться. Он в два шага оказался рядом с Джаредом, и рухнул на колени, подставляя руки под обжигающую струйку и вгрызаясь поцелуем в его губы.

Дженсен толкнул Джареда в плечо, заставляя лечь спиной на ковёр; Джаред выгнулся навстречу и потянул его за собой, укладывая на себя. Они целовались, жадно и немного болезненно, и у Дженсена темнело в глазах, когда он вжимался бёдрами в полностью мокрый пах Джареда. Когда Джаред потянулся рукой к своему члену и сжал его сквозь мокрые брюки, Дженсен тут же опустился вниз и в два счёта расстегнул ширинку. Конечно же, белья под брюками не было. От брюк избавились в несколько секунд, и Дженсен приподнял Джареда за бёдра, выставляя перед собой. Член лежал на бедре, яйца были плотно охвачены тонкой кожаной сеткой с заклёпками - подтянуты и одно отделено от другого более широкой полоской чёрной кожи. Зато анус был совершенно свободен - без следа пробки или контейнера. И блестел влагой, едва заметно пульсируя. Дженсен знал, что если тронет его, искупает пальцы в обильной смазке. Тогда он просто растянул края пальцами, чувствуя, как всё подплывает вязкой тёплой влагой, и вдавил полутвёрдый член в мягкую дырку. Член Джареда он сжал в руке и провёл свободным пальцем вдоль перетянутых яичек.

- Давай, Джей, - сказал он, - отдай мне всё до капельки.

И принялся мягко, неторопливо, глубоко ебать податливый, разработанный анус. Джаред сладостно постанывал и принимал его член с восторгом - ласково и глубоко, и Дженсен нагнулся, целуя прикрытые от кайфа глаза Джареда.

Вскоре анус набух, как обычно бывало в таких случаях, и Джаред жалобно простонал:

- Сними... кончить хочу.

Но Дженсен не торопился. Он мог себе позволить маленькую сладкую месть за сорванную встречу. Положа руку на сердце, он и сам не хотел туда идти.

Он потёр пальцем влажную головку, натягивая уздечку, и прошептал, целуя Джареда:

- Давай по-другому, мне хочется посмотреть.

Он вытащил член почти полностью, и погружая в ставший очень тугим сфинктер лишь головку, вставлял и сразу же вытаскивал, мягко, быстро, мелкими движениями. От этой поверхностной ебли Джаред дёргался всем телом и дрожал, отчаянно пытаясь получить в себя больше, но Дженсен был неумолим. Когда анус Джареда задёргался в быстром ритме, Дженсен полностью вытащил член и растянул края четырьмя пальцами. Плотная пульцация стенок сводила с ума, Джаред кричал, но Дженсен знал, что процесс уже не остановить - оргазм скручивал тело Джареда привычной долгой волной. Пульсация на секунду замерла, а потом из расслабившейся дырки полилась прозрачная жидкость. Края опять сжались, и Дженсен подставил под этот поток член, удерживая края лишь одной рукой.

- Да, кончай на меня, - шептал он, - выдою тебя досуха.

Член стал совсем скользким от этих потёков, и Дженсен всунул в теперь уже совершенно мягкий анус три пальца, чтобы почувствовать стенки изнутри. После нескольких секунд скольжения стенки опять слабо сжались, вытолкнув ещё одну порцию жидкости, теперь не такой плотной, и чуть мутной. Джаред лишь изредка постанывал, мокрый изнутри и снаружи. Не долго думая, Дженсен вытащил шёлковый платок из его нагрудного кармана, скрутил и сунул между мокрых ягодиц. Потом принялся за Джареда всерьёз - аккуратно отстегнул кожаную сетку сначала с одной стороны, потом с другой. Она была разъёмной - крепилась к разделяющей мошонку средней полоске. Дженсен широко раскрыл рот и принялся сосать одно яичко, втянув его в рот почти целиком. Второе он мягко катал в пальцах, тёр снизу, пачкая собственной смазкой Джареда. Он знал, что Джаред так не кончит, но торопиться уже было некуда. Он сосал то одно, то другое яичко до тех пор, пока Джаред не охрип от крика. Тогда Дженсен осторожно отстегнул остатки "сбруи" и принялся натирать пальцами края ануса - будто дрочить мокрый сосок. Джаред распластался и напрягся всем телом, а потом сперма и смазка полились из него одновременно - струйка выстрелила из твёрдого члена, а напрягшийся сфинктер вытолкнул мокрый платок. Лишь после этого Дженсен вставил член в ещё слабо сокращающийся анус и кончил в два движения.

У Джареда не осталось сил даже пошевелиться, пока Дженсен вылизывал его, собирая ртом остатки влаги. Но когда Дженсен добрался до его губ, он нежно ответил на поцелуй, а потом невинно спросил охрипшим голосом:

- Дженс, так ты уже не боишься опоздать?

Дженсен ещё раз поцеловал его и ответил совершенно очевидное:

- Ты же сам знаешь, что уже всё равно, мелкий паршивец. Так что давай-ка в душ, и продолжим в более удобном месте.

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить отзыв, ставить лайки и собирать понравившиеся тексты в личном кабинете
Другие работы по этому фандому
Джаред Падалеки / Дженсен Эклз, Дженсен Эклз / Джаред Падалеки

 libela
Дженсен Эклз / Джаред Падалеки

 libela
Джаред Падалеки / Дженсен Эклз, Миша Коллинз

 Marinera