Спорим, я выиграю?

Автор:  proxyDark

Номинация: Лучший авторский RPS по зарубежному фандому

Фандом: RPS (киберспортсмены)

Число слов: 55972

Пейринг: Зест / Рэйн

Рейтинг: R

Жанр: Romance

Предупреждения: First time, POV, UST, Нецензурная лексика

Год: 2015

Число просмотров: 738

Скачать: PDF EPUB MOBI FB2 HTML TXT

Описание: В Южной Корее профессиональные игроки в военно-экономическую стратегию СтарКрафт 2 — очень серьёзные и сдержанные парни. Особенно во время игры. Но как тут сохранить покер-фэйс, когда разгромно проигрываешь сопернику из конкурирующей команды? Комментаторы его иначе как красавчиком и не называют, раздражает дико! Как же хочется припереть этого заносчивого выскочку к стенке!

Примечания: Дилогия, рассказывающая одну историю с двух точек зрения. POV Рэйна — в первой книге, POV Зеста — во второй. Эпилог общий.

В фике упрощены игровые моменты и сделаны всевозможные допущения относительно самих людей, но в пределах вероятных фактов. Использованы некоторые реплики и диалоги, имевшие место в действительности, слегка изменены даты реальных событий. Надеюсь, любимые мальчишки никогда не узнают, сколько чепухи способны написать их восхищённые фанаты.))

Фотографии принадлежат: @mi_norii, @life_Hegel, @badriyah_sc2, @nnaga_276, @HIDDENxTRACK, @pic_mas, @akd_32, @OnlyVeya, @kimbillly, @kenzi131, facebook.com/ktesports, facebook.com/SKsports.T1, rational-fan.net, esports.dailygame.co.kr, fomos.kr, inven.co.kr, gamemeca.com, thisisgame.com, youtube.com/user/ESportsTV, youtube.com/user/exp, youtube.com/user/TVOngamenet, lidary.tumblr.com.

Спасибо большое моей скромной бете, которая настояла, чтобы сие не писалось «в стол» и исключительно для себя.

image

Я бы, наверное, не поверил, если бы мне кто-то сказал, что будет так. Я лежу, глядя в потолок, чувствую, как ласковые пальцы перебирают мои волосы. Что же я творю?..



ЧАСТЬ ПЕРВАЯ



Когда-то давно... Да, когда-то очень давно мой мир был проще. Каждый мог сказать, что Рэйн способен надрать задницу почти любому прогеймеру во втором СтарКрафте, и я веселился от этой мысли. Я был горд собой и тренировался как ненормальный. Дни летели, запоминались только соревнования. Ещё одна стратегия, ещё одна идея, опробовать, отшлифовать, довести до автоматизма. Кому-то может показаться скучным: постоянные тренировки и минимум свободного времени. Но мне — нет, мне это время не было нужно, я жил любимой игрой.

image

С другой стороны, тимхаус — это вам не у родителей дома прохлаждаться. Тут всегда что-то кипит: то работа, то вода в кастрюле для ужина на всю нашу толпу голодных геймеров. Пожалуй, голова свободна от мыслей, только когда я гоняю в футбол или вообще сплю. Тогда ничто в мире не имело такого значения, как СК2 и моя команда. Моя буйная команда. Друзья и соперники, братья по оружию и конкуренты. Фэнтэзи с его нежеланием выходить из игры, пока его полностью не убьют, Партинг с его стрёмным чувством юмора...

image

Пожалуй, да, именно его можно обвинить во всём ЭТОМ. Его дурацкие шутки привели меня туда, где я сейчас. Лежу головой на тёплых коленях, думаю глупости, не хочу видеть ни тренера, ни тиммейтов, никого.



*** Глава 1 ***


Полгода назад

На очередной матч ПроЛиги я со своей командой SK Telekom T1 или просто СКТ приехали, как всегда, заранее, ведь соревнования идут в прямом эфире. Сидим в студии, ждём. Скоро наступит время выходить в зал и показывать, какие мы крутые. Меня уже загримировали и волосы уложили во что-то более подходящее под слово «причёска», чем у меня обычно. Ничего особенного, вполне обычная стрижка, начинает лезть в глаза — стригу. Наэкспериментировался пока с волосами: осветляли и на тон, и на два, только в блондина не превратили ещё. Сейчас волосы мне не мешают и ладно, не очень слежу. Гримёрша опять вздыхает, что меня не кормят. Привык. В смысле, не к тому, что меня не кормят, а к этим вздохам. Отшучиваюсь, что пойду работать моделью после окончания карьеры прогеймера. А что, рост позволяет. Ну, а худых там любят. Она медленно кивает, начинает обдумывать мысль, и я свободен. Буду настраиваться на игру.

image

Сегодня против нас KT Rolster. Или мы против них. Неважно, тут главное итоговый результат. Чемпионат на то и чемпионат, чтобы набирать очки, проходя все команды по очереди. Мы ещё посмотрим, в чьём тимхаусе блестящий кубок будет стоять!

image

Всё, время. Выходим на поклон. Наши красные поло смотрятся круче, чем их чёрные! Да и в спортивных брюках удобнее, чем в таких более классических, как у них, да ещё светлых. Рассаживаемся по креслам друг напротив друга, между нами зал со зрителями. Пока ведущие распинаются и красочно расписывают все прелести предстоящего матча, Партинг ушёл раскликиваться. Будет первым, может, и последним, если уделает всех КТешников один за другим. Команда не очень сильная, но есть пара-тройка весьма неслабых игроков, которых поставят скорее на последние сеты. От КТ вышел Зест. Посмотрим, как он в ПвП сейчас. Помню, когда-то у него были такие смешные кудри на голове. Парикмахер отрывалась, наверное, всё это накручивая. А теперь он подался в племя рыжих. Рыжий протосс в очках, посмотрим, что ты можешь против нашего брюнетистого протосса в очках.

Gogo

Партинг, друг, не пускай его в макро. Пусть заглохнет в самом начале, не успев развернуться.

Блин, шутник фигов, ты опять свою вторую базу не разведал! Никогда этого не делаешь, и все об этом знают и пользуются, а ты всё равно так же играешь. Вот и сейчас произошло то же самое. Это не ты его не пустил в макроигру, это он тебя не пустил с твоего мэйна никуда вообще. Однобазовый протосс против раскочегаренного двухбазового — попробуй сломи такую экономику, ха.

Ладно, кто у нас там следующий? Как насчёт зерга? Соулки, файтин!

Чёрт, не повезло, стратегия КТешника эту зерговскую заготовку контрит, уже сейчас видно. В итоге Зест его тоже уделал.

2-0

Следующий у нас Су. Выходи в масвоздух и завали его мутой. Ты умеешь, я знаю!

Хммм, мда. Завалил. В смысле, Зест и Су завалил, а ведь он финалист прошлого сезона GSL! Какой довольный КТешник, противно даже. Теперь что? Мне идти всё это разгребать в одиночку как лидеру команды?

image

Так. Моим бицепсам до его бицепсов, возможно, далеко, но титулов у меня побольше будет, и я в хорошей форме. Макро в ПвП у меня отличное, мы ещё посмотрим кто кого! Выключаем эмоции, включаем мозг и рефлексы.

Да чтоб тебя!.. Как так вообще можно микрить?! У него руки, что, волшебные? В призму из призмы, в призму из призмы, как тут угнаться! Я его стукнуть не успеваю, а он меня – очень даже! Какой-то тотальный фейл... Блин... Угрюмо собираю свою клавиатуру и мышку в рюкзак со спонсорскими нашивками. Звукоизолирующие наушники я давно снял, зал вопит и аплодирует, вспыхивает фотовспышками, ведущие только что не верещат. Энергетиков спонсора перепили да шоу получили: команда одной крупной телекоммуникационной компании разбила команду другой крупной телекоммуникационной компании в пух и прах. Красивые 4-0, как не вопить, да ещё в три глотки?.. ох...

Нет, я зол! Я сейчас этого заносчивого протосса просто порву прямо тут за сценой! Пока грим смывать будут, найду момент. Уж найду!

Коридор пустовал, команды разбрелись по гримёркам. Я выловил Зеста уже готового уходить.

image

— Поздравляю. Ты сегодня хорошо отыграл.

Аж скулы сводит от необходимости соблюдать этикет, но не будешь же прямо тут орать. Руки в карманах форменной командной толстовки в кулаки сжались.

— Спасибо. Ты тоже.

Вежливый какой. Ему легко, он тут всю мою крутую команду в одиночку разнёс.

— Хотя у меня на тебя времени ушло меньше, чем на остальных.

— Спорим, я тебя побью в БО3? — выпаливаю я.

Да! Да! Я его размажу по стенке! Вот прям сейчас.

Улыбается хитро, глаза серьёзные. Достал платочек, очки протирает.

— Не помню, чтобы у нас были с тобой матчи в GSL в ближайшее время, — спокойно отвечает мне.

— Я тебя так побью, без GSL!

Зест не спеша надевает очки и интересуется:

— То есть ты хочешь в свободные часы сыграть? Интересно, есть ли у меня время. Надо обсудить с тренером.

— Без тренеров. Спорим, у тебя не получится?

Смешно ему... Да что он облизывается-то постоянно, что за дурацкая привычка?

— Да? И что мне будет за победу? Если я даже разобрать игру с тренером не смогу?

— Боишься? — ха, я его сейчас зацеплю, сегодня же отыграем, пока выходной в тимхаусе и свободное время есть.

— Я подумаю, — по-прежнему спокойный ответ.

— Эй! То есть «подумаешь»? Что тут думать?! Давай сегодня!

Сён Ук, ты идёшь? — другой игрок КТ, Флэш, показался в коридоре. Оглядывается на меня.

— Да, минуту. — Зест достал небольшой блокнот. — Давай свой номер.

image

— А что это вы тут делаете? — Партинг подошёл, приобнял меня. — Записочками обмениваетесь? Ребята, Ромео и Джульетта — это слишком грустно, прекращайте срочно!

— Ты спятил, Партинг? Хорош фигню молоть. Иду я.

Номер я Зесту оставил. Спина как будто горела от провожающего взгляда. Вечно с этим Партингом стыдобища какая-нибудь. Нашел тоже мне Ромео с Джульеттой! О чём он вообще? Ну, потрепался с кем-то из команды принципиального соперника, и что? Я ж не автограф у него брал, как те девчонки: "Оппа! Оппа!..".

Дорога назад в тимхаус заняла немного времени, ужин примерно столько же. Телефон молчал весь вечер и всю ночь. Такой необходимый сон не шёл, в голове вертелась игра. Под закрытыми веками сменялись разные картинки с участием довольного собой Зеста и моих расстроенных тиммейтов. Вспоминались обрывки фраз: "а что мне за это будет?", "Ромео и Джульетта", пошлое выражение физиономии Партинга и прочие обидные неудачи вечера. Я бесполезно комкал одеяло и заснул только под утро.

На следующий день ни смс, ни звонка не было. И потом. И потом. Бурные эмоции постепенно улеглись, обычные тренировки пошли привычным ходом. Остальные матчи с другими командами следовали один за другим. Ничего особенного, размеренно и предсказуемо.


***


День финала GSL — соревнования не команд, а отдельных игроков. Каждый сам за себя и только спонсоры за нас всех, хе. Много зрителей пришло в студию ГомЭкспо, но в этот раз организаторы GSL не стали менять обычный зал на что-то побольше. Я ещё месяц назад чертовски обидно продул в одной восьмой, теперь только тиммейта Су поддерживать осталось. Всей командой ему помогали готовиться к ПвЗ с Зестом — вторым финалистом, только наши терраны в стороне сидели. Су прошлый свой финал проиграл, теперь должен выиграть! Готовили стратегии с упором на воздух. Микро у него отличное, АПМ чудовищный, будет круто.

image

Увидел Зеста в коридоре перед началом. Идёт сияет: у него это первый финал. Душа потребовала справедливости, и я не смолчал:

— Ты утопил телефон? — негромко интересуюсь у него.

— И тебе здравствуй, — ухмыляется.— Телефон в порядке.

— Что тогда? — я даже губу закусил, чего он тянет?

— Не вижу перспектив. Палить тебе свои стратегии и прочие заготовки нет желания, — Зест запустил руку в волосы и стал их сгребать вперёд.

— Чжу Сён Ук, иди раскликивайся, не успеешь! — тренер KT вынырнул из-за поворота.

Пришлось идти в зал, как всем нормальным зрителям, и ждать шоу.


Стоит ли говорить, что я зря отпустил Зеста так просто? Потому что он выиграл этот финал. Су был разбит, полностью раздавлен счётом 3-4. Вся наша команда, приехавшая на матч, находилась в подавленном настроении.

image

Пока шло награждение, сидели на местах в зале. Как только закончилась церемония и фотографы стали снимать персонально победителя, мы пошли в гримёрку к Су. Какие тут утешения помогут? Похлопал его по плечу, пообещал отомстить всему КТ на ПроЛиге и вышел. А навстречу мокрый с ног до головы, сияющий улыбкой Чжу Сён Ук, шампанским разит за километр.

Встаю поперёк коридора и требую игры. На его условиях.

— Сам придумывай свой приз, но я с тобой подерусь в БО5.

— Уже БО5? — Зест, смеясь, прислоняется к стене, поправляя мокрые волосы, лезущие под очки. Но ответить мне не дают. Шумная толпа остальных КТешников вываливается из-за поворота и налетает на Зеста с криками и объятиями, весело утаскивая в свою гримёрку. В итоге стою один и пинаю стенку. Чёрт.

image


***


Как так получается, что, казалось бы, рабочие моменты настолько могут раздражать? Проиграл, вся команда проиграла, ну и что? Бывает. Если бы у меня был стопроцентный винрейт, то я бы не играл только в Корее, я бы по всему миру делал турнир за турниром. Результаты у меня, конечно, неплохие (а, кстати, почему я так редко выезжаю куда-то играть?). Я лидер команды со стабильно хорошей игрой, у меня есть поклонники. И вообще, как мне кажется, я достаточно «звезда» уже не один год, чтобы не тратить эмоции впустую на такие вот дрянные переживания и желание мести. Просто очень раздражает. Он раздражает. Зест. Эта его довольная физиономия, этот взгляд «я сейчас просто проеду по тебе дэдболом, мне всё равно, кто ты, что ты». Как вообще держит себя. Что-то дико раздражающее, просто голова кругом.


***


Близится долгожданный финал ПроЛиги, мы дошли до него! Готовимся как сумасшедшие, методично отрабатываем новые идеи и старые проверенные стратегии, гадаем, кто против кого будет выставлен. В этот раз игроки будут меняться после каждого сета. Думаю, мы справимся. А, я не сказал, что мы против КТ? Так вот, можно отыграться за всё.

Вчера стало известно, что я таки попал на Зеста. Или он на меня. Без разницы. Круто. Замучаю Классика тренировками ПвП.


***


Приехали на площадку, где всё будет проходить. Свежий воздух с реки, какой-то бассейн, рядом сцену собрали, белых шатров наставили для всякого стафа. Вначале будет небольшой концерт, потом ведущие будут тарахтеть. И только когда уже совсем стемнеет, начнётся матч. Скорее бы…

Прошёлся по площадке, нет сил просто сидеть и ждать. Соулки где-то стащил кусок плёнки с круглыми пупырышками и методично их лопает. Помог в этом благородном деле, но надолго меня не хватило. Ушёл погулять. Заглянул в шатёр КТ, сразу увидел рыжую макушку Зеста у парикмахера в кресле, кивнул ему на выход. Он улыбнулся мне. Что я, фанатка его персональная, так мне улыбаться? Раздражает!

image

Через минуту Чжу Сён Ук вышел из шатра, посмотрел на меня и тоже кивком головы повёл в сторону, где толкалось поменьше народа. Между шатрами он остановился. Посмотрел на меня и заговорил негромким голосом:

— Что ты хочешь?

— Я хочу БО5, ты знаешь.

— Вот игра, мы с тобой третьей парой выходим. Что тебе ещё надо?

— Мне мало! Это одна игра, в ПвП слишком часто многое зависит от удачного выбора стратеги в самом начале, пока ещё и не началось толком ничего. Я хочу тебя уничтожить, а не получить просто один удачный сет.

Стоит молчит. Изучает меня, буравя взглядом через очки. Становится неуютно. У меня нет очков спрятаться, как у него, а почему-то хочется. Что-то есть в этом взгляде гипнотизирующее… Выдавливаю глухое:

— Не смотри на меня как удав. Нашёл, тоже мне, кролика! — прикусываю губу во избежание прочих резких реплик. Пусть бы сюда и дальше никто не заглядывал, а то выглядит вся ситуация, должно быть, подозрительно. Финал, а лидеры команд шепчутся о чём-то на задворках… Зест подходит чуть ближе и совсем негромко отвечает:

— Обыграй меня сегодня, если сможешь, и получишь БО5.

Наконец-то! Даже мурашки побежали. Да! Я его сделаю. Хрен он против меня сегодня попрёт вот так танком. Быстро ретируюсь к шатру своей команды и делаю вид, что ничего не происходит. Кроме финала. Ничего не происходит, кроме финала. Мурашки не бегут, предвкушение командной битвы не подслащается чем-то ещё. Таким раздражающе остропряным, с рыжим оттенком.

image

Пышные церемонии прошли, как-то не слишком запоминаясь, отметились только краем сознания. Хотя хип-хоп группа была неплоха. Первые два сета завершились неудачно для нас. КТешники вошли во вкус и их надо было останавливать.

Пока Партинг бился с Флэшем, я сидел через переборку, раскликивался. На десять метров в сторону точно так же сидел Чжу Сён Ук, разминая пальцы и отрешаясь от зала, полного жаждущих сражений болельщиков. Я вышел против этого зазнайки при некрасивом счёте 2-0. Одел большие шумоизолирующие наушники на обычные со звуками из игры, и концентрация выбила все мысли из головы, эмоций ноль. Будет по-моему.

Gogo

и

gg

Вот вам КТ. От меня лично. И за команду.

image

Моя победа да победа Су стали единственными, а этого в БО7 точно нельзя делать. Кубок вручили им. Внутри прыгало смешанное чувство неудачи, обиды, собственного триумфа и предвкушения. Дикая смесь. Если бы кто-нибудь из тиммейтов заглянул мне в голову, то… Нет, лучше не заглядывать. Я сам не хочу там что-то разбирать по аккуратным полочкам. Я должен быть сейчас в дауне. Поражение. Возможно, меня просто меньше гложет совесть, и только.

image

Хотелось уехать сразу после объявления результатов, но пришлось ждать всех и вся. Имел неудовольствие опять столкнуться с облитым шампанским Чжу Сён Уком и его мокрой командой, ха. Он прошёл рядом, обдавая сладким запахом алкоголя, и подмигнул мне. Вот что это было?


Я бы не стал стопроцентно утверждать, что финал погасил во мне жгучее желание припереть этого заносчивого протоса к стенке. Для меня лично окончательный, если можно так выразиться, финал должен был состояться в матче из 5 сетов.

Когда вернулись в тимхаус и съели поздний не праздничный, а скорее траурный ужин, я не мог спокойно усидеть. Коленки прыгали, хотелось действия. Сколько можно пить, отмечая? Звони уже!.. Но телефон не подавал признаков своей таинственной электронной жизни. Остаток вечера в ушах гудели отголоски шума арены, голова слегка плыла куда-то, чудился запах шампанского — я не представлял насколько измотался за этот длинный день. Дождаться звонка не получилось, вырубился носом в подушку.


***


На следующий день Партинг меня разбудил, завалившись с утра пораньше прямо мне на подушку, где «внезапно» была моя голова. Такой немилосердный способ изображать будильник был мне не нов. Я же знаю этого толстокожего дурня, он всего лишь хотел меня подбодрить. А заодно и сам взбодриться, наслушавшись моих воплей спозаранку. Ладно, поплелся с ним в тренажёрку, что тут ещё делать.

Когда я вернулся, на телефоне было сообщение: «Ночью. В Батлнете я Wooki». Торопливо ответил «ок» и хотел завтракать идти, как мне прилетело с того же незнакомого номера «Джульетта ответила. ^_^». Вспомнился дружище Партинг с его тупыми шутками, захотелось этому милому человеку-будильнику уши надрать, зажарить и съесть. На завтрак. Ага.

Вечером я сел за ноутбук, залогинился в Батлнете и хотел отправить Вуки стандартное приглашение сыграть. Но он не логинился, пока не перевалило за полночь. Хорошо иметь комп в своей комнате, а ему, видимо, пришлось ждать, пока все уйдут спать.

— Я тебе не Джульетта, — написал я вместо приветствия.

— А кто? Кролик? — получил я саркастичное.

— Rain!

— Ок, Дождик.

— Gogo!

Всё неплохо начиналось. Но всё плохо кончилось.

3-2

Чёрт.

Чёрт!

— Ты мне должен, Дождик.

На часах было почти три утра, в глазах пересыпался песок, но я всё ещё жаждал чего-то. Победа не далась мне в руки, в этом последнем сете рухнув на хрен из-за одной малюсенькой ошибки. Глубокий вдох и долгий выдох — всё, что я могу себе позволить сейчас, чтобы не разбудить никого за тонкими стенами.

— Что ты хочешь?

Тишина. Думает. Блин, неужели придётся мыть тарелки за всю команду у него в тимхаусе? Ооо…

— Желание.

— Ты там больной или просто пьян?! — взрываюсь я стуком клавиш. Хотя пьяные так не микрят, а больные не соображают в майндгеймсах. Кажется, я влип. Ещё раз чёрт!..

— Какое желание?! Надеюсь, ты не будешь палить меня в своём тимхаусе за посудой?

— Смешной.

Тишина. Долго он думает, не к добру. Ощущение, будто через вебку смотрит своими глазами-лазерами и ухмыляется. Блин… Кажется у меня уже глюки начинаются, спать надо идти срочно.

— Ты приедешь ко мне. Адрес дам.

Как приеду, так и уеду, всего-то. Фигня вопрос!

— Тарелки мыть?

— Увидишь.

— То есть?! Ты чего задумал?

— Ну… Ты хотел меня унизить поражением, но не вышло. Посмотрим, что застыдит тебя.

— Эй! рр ЧЕГО??!!

А он уже разлогинился. Рано я обрадовался такому простому желанию как мытьё тарелок, это не оно. Мозг, ты бедный тормоз, но я тебя отосплю. Ах, ты ж… На что я подписался?.. бляяяя…


***


Как вчера отвалился на кровать от ноута, так и заснул. Мозг впал в окончательный отруб, и тело просто переключилось в режим гибернации. От большого удивления, я так полагаю. Утром еле проснулся вовремя. Я что вчера — перепил? Лохмачу волосы, зеваю, голова трещит... А. Нет — захлопываю я рот во время очередного отчаянного зевка. Не перепил, похуже. Оооо, дайте, я обратно засну — валюсь я на кровать.

Телефон мяукнул смс. Незнакомый номер, адрес. Вроде не тимхауса КТ. Что-то Зест там задумал, мало ему традиции проигравшему мыть тарелки за всю команду, он сам что-то придумал. Придётся переться хрен знает куда, чёрт знает зачем.


***


Погода в конце этого лета не отличалась сильной жарой. Сегодня небо затянули неподвижные серые тучи, не обещавшие ни ливня, ни солнца в ближайшие часы. Казалось, серый свет заполнит собою всю вселенную, исключая из неё время и не давая возможности увидеть движение светлого пятнышка солнца сквозь тучевую толщу.

Я накинул капюшон толстовки на голову и нырнул в автобус. Прошлая ночь вытянула из меня привычную энергичность. Я даже над жующим бутерброд Партингом не постебался, когда он попался мне на выходе из тимхауса. А зря, у него майонез по подбородку так живописно растекался. Ну просто какой-то майонезный вампир! Ха...

Я присел на место у окна, включил плеер. Полчаса ехать, если я правильно понял. Чего он хочет? Так и вижу его кривую ухмылку и сощуренные глаза. С таким пронизывающим взглядом надо идти работать врачом-рентгенологом, а не в СтарКрафт играть. Он ещё не спалил себе монитор?

Ох, эту песню я промотаю, опять они про Джульетту, задолбали уже! Чего автобус еле плетётся? Сколько можно ехать? Блиииин...

Нужный дом оказался многоэтажкой в достаточно престижном районе. Чжу Сён Ук тут живёт? Набираю номер квартиры в домофоне — ответа нет, только замок пискнул. Вошёл. Глубокий вдох, нажимаю звонок.

Дверь открылась в темноту. Яркая полоска света из коридора выхватывает Зеста, освещая не полностью. Чёрная футболка, джинсы. Лампы бликуют в стёклах очков в чёрной же оправе.

— Здравствуй, — произносит он негромко.

Вздыхаю ещё раз и угрюмо здороваюсь:

— Здравствуй. Вот он я. Что тебе надо?

— Заходи, — он отходит в глубь квартиры. Я шагаю в темноту, захлопывая дверь. Глаза медленно начинают привыкать, и я различаю свет, точнее, полоску света, льющегося из соседней комнаты. Прислоняюсь к стене, руки в карманы. Тишина.

— Сними капюшон?

— Мне и так хорошо.

— Мне тебя не видно.

Мой совет «свет включи» потухает невысказанным из-за движения Зеста рукой мне по голове: он сам подошёл и скинул мой капюшон.

— Что же мне от тебя потребовать? — Чжу Сён Ук не отходит, задумчиво поправляет мои взлохмаченные волосы. Он на пару сантиметров ниже меня, оказывается. Ни за что бы не подумал. Впрочем, я ещё в обуви.

— Где твои тарелки? — бурчу, не поднимая взгляд.

— В посудомойке.

— Сам виноват! — взрываюсь я и тянусь к двери.

— Стой, — Сён Ук хватает меня за руку. — Ты проиграл, это время моё. Ты же проспорил мне желание.

— Ты сам-то знаешь, чего хочешь? Я тут пёрся через полгорода не пойми зачем, а ты дома сидел и ничего не придумал!

— Это не мой дом, это дом тёти с дядей, — задумчиво отвечает Зест и щёлкает выключателем, загорается свет.

— А... И что мы тут делаем вообще тогда?! — Я кажется на него уже ору, а он говорит, как обычно, негромко. Сердце прыгает.

— Они уехали, я захожу рыбок кормить.

— Ну ни фига себе — рыбок! Ох!.. — обратно откидываюсь на стену, вперяю взгляд в потолок. Пнуть бы чего-нибудь или, лучше, кого-нибудь. Зест стоит спокойненько себе и изучает, кажется, мою шею. Ещё один вампир? На этот раз настоящий. Так и сверлит взглядом, примериваясь.

— Что, укусить хочешь? Вампир фигов, — говорю, а у самого уголки губ вверх ползут. Зест тоже начинает смеяться. Заразительно, вспыхивая белозубым оскалом. Стоим, ржём в голос, как два придурка, завалившись на стенки напротив друг друга. Он взлохмачивает свои рыжие волосы и снова зачёсывает их наперёд.

image

— Я правда не придумал, что от тебя потребовать. Хочешь чаю? — улыбается мне.

— Ну ты знаешь, как соперников из себя выводить! — продолжаю посмеиваться я.

— Да это просто. Дэдбол и все дела, — закусывает он губу, облизываясь.

— Ох...Not enough minerals! Где твой чай?

Снимаю кроссовки и иду за ним на кухню, по совместительству гостиную. Квартира оформлена в европейском стиле: стол, стулья — всё высокое.

— Рыбки, — кивает Зест на большой аквариум со стайками мелких зелёных и золотых блёсток.

— Рыбки! — фыркаю я.

Дикий хохот выплеснул бурлящие эмоции, что сдерживались всю дорогу сюда. Чаепитие прошло в спокойной атмосфере, обсуждали разные матчи. Поговорили о предстоящих патчах СтарКрафта и будущем усилении залпа мин терранов вместе с увеличением радиуса действия. Повздыхали на тему имбаланса против расы протоссов... В какой-то момент я поймал себя на том, что мне тут хорошо, что разговор интересный, собеседник приятный. Что я давно уже сижу, удобно уложив голову на скрещенные руки на столе, да и Чжу Сён Ук тоже. Разлеглись на столешнице в полуметре друг от друга и беседуем светские беседы. Он запустил свои длинные пальцы в волосы и время от времени шевелит ими, сгребая волосы то чуть набок, то опять вперёд.

image

Я с утра не одел гаджет для осанки, а то бы он у меня тут давно тарахтел, возвращая в реальность. Сажусь прямее, закусываю губу и начинаю понимать, что тут у меня не друг-тиммейт, а другой игрок из команды, с которой мы почти как Капулетти с Монтекки. А блин, опять это сравнение. Сам выдал, молодец.

— Пора на тренировку?

— Дааа, — тяну я. — Чашки помыть?

Зест засмеялся, зарываясь лицом в сложенные на столе руки.

— Ну чего я такого сказал? — Нахохливаюсь, пихаю руки в карманы.

— Давай я тебя провожу, — Чжу Сён Ук встаёт и направляется в коридор. Я бы и сам нашел входную дверь, если бы не темнота в той части квартиры.

— Ты реально вампир что ли? Свет вообще не выносишь? — подкалываю я, стараясь приглядеться к темноте, и натыкаюсь на Зеста. Вспыхивают лампы под потолком. Я отпрыгиваю.

— Выключатель тут, — говорит он, убирая руку с выключателя.

— Прости, — глотаю воздух.

— Ничего, — отвечает Зест и облизывается.

Я надеваю кроссовки и, открывая дверь, оглядываюсь на него. Стоит, сложив руки на груди, губу закусил. Ничего ему не сказал, просто вышел. Хлопнула дверь.

Кажется, я чего-то не понимаю.



*** Глава 2 ***


До тимхауса добрался как-то незаметно, даже музыку забыл включить в плеере. Внутри было что-то сложное, трудно понимаемое. Жгучее желание мести, не утихавшее даже после отыгранного БО5, трансформировалось в какую-то растерянность. Этот недодень с серым небом перешёл всё же в ночь, что давало надежду на солнце завтра.

Хён! Не будь ещё большим неряхой, чем ты есть! — сказал утром Партинг, раскапывая меня из-под одеяла и вороха одежды. — Пошли завтрак готовить, наша очередь.

— Давай сам....ааа, нет, ты ж сам всё и съешь, если оно вообще съедобно будет, — сонно бурчу в ответ, протирая глаза и яростно зевая.

— Ага! — расплывается он в улыбке.
Натягиваю на себя что подвернулось под руку из кучи всего на одеяле и плетусь на кухню. Придётся готовить, тренер считает, что это дисциплина, командный дух и всё такое.

— Ты чего вчера такой дохлый вернулся? Как Ромео в грустях!

— Если я Ромео, тогда ты будешь нянечкой или кто там был. Точно! Нянечка, нянечка, сварите мне риса! — ржу над ним, пригибая за шею к посуде, которую он моет. В результате полкухни мокрые, и я бегу за шваброй. Возвращаясь, замечаю, что Партинг ковыряется в своём телефоне — не иначе в Твиттер полез писать. Сейчас ещё там начнёт трепать своим языком без костей. Ох, уж эти мне его шуточки! Я срочно требую завтрака во избежание привлечения общественности к вопросу, не Джульетта ли небезызвестный Рэйн, лидер своей команды, победитель многих турниров плюс некогда чемпион всея Корея.

И сегодня солнце не показалось из-за туч, ещё один недодень повис в безвременном пространстве. Сплошные моросящие сумерки не то утра, не то вечера. Я ушёл с головой в тренировку и, ни на что не отвлекаясь, катал ПвЗ, проверяя на прочность одну свою идею. Ложась спать, я взглянул на телефон и увидел смс с по-прежнему незнакомого моей телефонной книжке номера:

«БО3? Пароль: рыбки»

Зест. Я сел на кровати, по телу побежали мурашки от предвкушения. Интенсивность матча с ним била все рекорды. Это круто, но она будет бить их прямо по моей сонной голове. И я задумался. Спать или не спать, вот в чём вопрос (опять Шекспир, чёрт!). Или это игра на выживание с недосыпа у обоих? Он там сам-то глаза не трёт ещё, которую ночь играть вместо сна?

Опять пиликает смс:

«Кролик спит, рыбой не интересуется»

«Кролики вообще рыбу не едят!»

Отвечаю ему, а сам откидываюсь на кровать, заложив свободную руку за голову. Мягко, тепло, сейчас я тут усну вместе с телефоном в руке, и фиг Зест меня добудится ради матча. В ответ приходит смайл и:

«БО3?»

Кажется, тело вперёд разума решило, что надо делать. Потому что я обнаружил себя уже тянущимся к крышке ноута. Загрузил СтарКрафт, залогинился в Батлнете. Тут же получил вызов от Вуки.

gl hf

— hf? Теперь ты мне будешь должен желание! :р

Я раскликался только к середине первого сета, но и он тоже, видимо. Никаких ражей, но и в макро я не пошёл. Сделал его, разнеся всю добычу. Обменялись gg и пошли в следующий сет. Спать хотелось зверски, но сердце не давало, гоняло кровь по венам с бодрым стуком. Вторая игра началась вполне стандартно, но тут я заметил пробу, проезжающую на мой натурал. Фотонит! Пришлось выводить своих проб и блокировать его. Микрил, микрил... вымикрил! Он уже слишком много ресурсов вложил в ставшее неудачным зафотонивание, так что я к нему пришёл, пробив защитную стенку, и просто убил.

— gg

— gg

Вышли из игры. Пишу в чате:

— И теперь ты мне должен желание.

Тишина. Сидит, наверное близко придвинувшись к монитору, и изучает статистику по сету, облизываясь. Жду.

— Тарелки? — пишет он минуты через полторы.

— Так я тебе прямо сейчас и сказал! Не знаю как ты, вампир, а я пошёл спать.

Вырубаю комп. Всёёё, теперь спаать...

Утром я проснулся с довольной улыбкой. Снилось что-то приключенческое о вампирах, красные губы, белоснежные клыки и, внезапно, шампанское, которым меня всё время пытались опоить до бессознания. Телефон мигал сообщением:

«Я в твоём распоряжении»

Меня прошибло ознобом, улыбка стёрлась. Я закусил губу и пошел в душ просыпаться и приходить в себя.

Тёплая вода и привычная разрядка не дали успокоения моему бешено стучащему сердцу. Хотелось чего-то ещё. В голове крутился сонм из кучи мыслей без разбору. Жажда выбрала пронзительный взгляд и остановила карусель. Кажется, я влип, сам не представляю во что, подумал я, тая от горячего ощущения, затопляющего всё внутри.


***


Групповые этапы в GSL не заставили себя долго ждать и начались почти сразу после финала ПроЛиги. Концентрация на конкретном сопернике и конкретном матчапе помогала мне лучше сосредоточиться на игре сейчас. Я с головой ушёл в тренировки, забывая вообще про всё. Так и не написал ему ответ на ту смску, неожиданно сорвавшую мне мозг. Я предпочёл тренироваться — это понятно, это знакомо, тут я хорошо чувствую почву под ногами, и не нужно шарить в темноте, где там выключатель...

Всё шло по плану, по отличному плану, пока я не узнал, что в моей группе Е находится и Зест. Я слегка впал в ступор, когда тренер объявлял соперников, но был быстро приведён в чувство нехилым ударом в плечо от Партинга. Шипя и потирая ушибленное место, я треснул ему по загривку. Но действия это не возымело, ибо он хихикал и пошло ухмылялся, поигрывая бровями.

— Джул...- не успел Партинг проговорить заветное, как я его ещё раз хорошенько треснул, даже руку отбил. Но возмездия моей персоне со стороны пошляка-шутника не последовало, потому что тренер резко окликнул нас обоих.

Настраивался на ПвП и ПвЗ, активно вспоминая, что Зест мог мне спалить во время ночных игр и просто в разговоре. Партинг отказывался со мной тренироваться, посматривая исподлобья. Он вообще вёл себя как обиженный бегемот. Мда, приложил я его крепко. Да сколько можно Шекспира притягивать за уши?! Раздражает же, подумал я, и опять впал в ступор, а краска потихоньку стала заливать лицо. Мои круглые глаза отражались в тёмном ещё мониторе. Я сидел в общем тренировочном зале за компом, разминал пальцы перед тренировкой. Нет, теперь уже не разминал, так и застыл. Краска пошла уши заливать горячим. Чччёрт, я что?.. Я... Проклятье!

Взял себя в руки и стал размышлять логически. Ничего не случилось. Всё в норме. Всё в порядке. Спокойненько отмораживаемся, и всё будет ок. Ничего не случилось. Ничего. Не. Случилось.

Пока. Ох...

image

Чжу Сён Ук не писал больше, видимо, тоже в тренировках по уши. Знает, с кем будет играть. С чемпионом, с лидером СКТ, с одним из лучших протоссов в мире.

Со мной.

Хм.



***


День игры, точнее вечер. Еду на эфир в студию ГомЭкспо с тренером, никто из тиммейтов не составил компанию, все готовятся к своим соперникам. Будут смотреть по телевизору непосредственно матч.

Я не из тех, кто пасует перед трудностями, иначе не проработал бы пять лет профессиональным геймером. Пришёл в свою первую команду, когда мне было семнадцать, и добился всего, чего хотел. Теперь осталось по миру покататься, сделать несколько европейских да американских турниров. Пусть побольше всяких статуэток-кубков на полочке стоит.

Я вылез из машины, накинув капюшон на голову. Тихо прошел мимо всяких фотографов и начавших собираться заранее зрителей прямо к гримёрше в служебные помещения.

— Здравствуй, Чжон Юн Чжонг! Посиди минутку, я почти закончила.

— Здравствуйте, — говорю я и отвожу взгляд от Сён Ука в её кресле. Он сидит, закрыв глаза и откинувшись, положив руки на подлокотники. Снятые очки держит за одну дужку двумя пальцами, слегка покачивая. Оплетённые жгутами вен кисти, тонкие пальцы с чуть выступающими суставами, аккуратные овальные ногти.

Я отвернулся и сел в сторонке ковыряться в телефоне. Через пару минут красные кроссовки прошествовали к выходу на самом горизонте моих событий, отфильтрованных краем капюшона.

Невозможно не улыбаться ведущей Гьюри во время предматчевого интервью, она такая милая! Доходит мне до подбородка на своих высоченных каблуках. Одета всегда во что-то чрезвычайно женственное, глаза с задорными стрелочками излучают позитив. Очень милая. Она поздравила меня с попаданием в этот раунд, я пообещал выиграть свои матчи — всё по правилам.

Залез в кабинку к компу. Включил в наушниках свою музыку вместо музыки в игре и отыграл ПвП с Харикейном в чистые 2-0. Ждал победителя второй пары для следующего матча с ним, кликал всякую ерунду, продолжая слушать музыку и отстукивая ногой немного нервный ритм. Победитель был предсказуем. Зест прошёл зерга Роуга с такими же сухими 2-0 в сжатые сроки. Я длинно выдохнул, закрывая глаза, и усилием воли выкинул из головы вообще всё.

Наше с ним БО3 я потом с тренером разберу по геймплею, сейчас даже думать не хочу. Свои необходимые две победы из трёх я получил, пусть и проиграл один сет. Зест в итоге тоже вышел из группы в следующий раунд, отыграв в матчах проигравших.

Когда зрители расходятся, в воздухе студии ненадолго повисают отголоски прошедших на экране битв, отзвучавших криков «файтин!». Мне нравится проходить по залу, ловя это ощущение. Душу заполняет умиротворяющее чувство завершенного этапа, завершённого хорошо, успешно. Я так не часто делаю, но в этот раз решил задержаться. Встал с затенённого края площадки за зрительскими стульями, привалился к стене и закрыл глаза.

Не знаю, когда он подошёл и как долго стоял просто напротив меня, если стоял вообще. Я не слышал ничего, погружённый в состояние близкое к медитации. Почувствовал только, когда кто-то задел рукав моей толстовки, прислонившись к стене рядом. Я тут же открыл глаза и уставился на непрошеного гостя.

— Хей, — сказал Зест, не поворачиваясь.

— Ты что тут делаешь? — сердце пустилось вскачь.

Он косо взглянул на меня и, слегка усмехнувшись, опустил голову. Я стал отталкиваться от стены, делая шаг, но был пойман теми пальцами, что разглядывал пару часов назад.

— Ты утопил телефон? — спросил он тем моим вопросом.

— Телефон в порядке, — ответил я его ответом.

— Суббота, рыбки?

Руку, которую он не отпускал, жгло прикосновением через ткань. Ох. Нервы у меня не железные, я люблю веселиться и ругаться, люблю дышать полной грудью. Я поддался. Зажмурившись, сказал:

— В три.

И ушёл, высвободившись и не оборачиваясь.


***


До субботы оставалась половина недели. Не стал ничего анализировать в себе. Только тренировался и вырубался спать. С перерывами на еду, конечно, и тренажёрку. Дни тянулись, жара опять навалилась на город. Пошли обычные для августа ливневые дожди. Небо перестало быть просто серым. Плотные, почти фиолетовые тучи сменялись палящим солнцем и обратно. Сидя у окна, я смотрел на небо и вспоминал, как поменял ник с Sun на Rain. Вот такой дождь с внезапным солнцем — это я. Солнце с ливнем. Полоска воды, полоска голубого неба, солнечные зайцы, улыбаясь, думал я.

— Юн Чжонг! — донеслось из коридора. — Хён! — принесло Партинга по мою поэтичную душу.

— Ты чего орёшь?! — вскакиваю я и сграбастываю его себе подмышку, примеряясь хорошенько почесать эту тёмную макушку.

— Эй-эй, я только хотел тебя позвать готовить ужин, — упирается он. Получается эффективно, потому что весовые категории у нас с ним разные.

— Кто о чём, а Партинг о еде! Пожиратель! — Я хохочу, отпихивая его в коридор. Несёмся наперегонки в кухню, вызывая смех попадающихся по пути тиммейтов. Кто-то запустил в меня подушкой, попал в Партинга. Я завалился на Фэнтэзи, тормозя и стараясь отдышаться, а «пожиратель» растянулся поперёк вопящего Соулки, до того сидевшего себе спокойненько на полу с журналом. Вечер начался удачно. Хехе.

image

Пока я жарил наш ужин на гриле, Су подошёл:

— Меняешь расу прямо перед финальными стадиями GSL?—хитро улыбнулся он, разглядывая мою футболку с зергом.

— Это для соответствия ситуации, — засмеялся я в ответ, указывая щипцами на мясо.

— Не пережарь.

— Я ж не Партинг.

— Чего опять я?! — завопил тот.

— Не отвлекайся! — кричим ему оба.

— А то будет салат с кусочками партинговых пальцев. Фу, гадость! — вслух размышляю я, переворачивая, шевеля, и поправляя, чтобы не пригорело.

Позже, заваливаясь спать, пришлось футболку кинуть в стирку: слишком пахла дохлыми зергами, ну, то есть, жареным дымом.


***


Внезапно после пятницы настала суббота. Я узнал об этом невероятном факте утром по опустевшему тимхаусу: многие разъехались по семьям или просто ушли гулять по городу да на свидания. Хм, у меня тоже сегодня не то прогулка, не то свидание. Не уверен.

Залез в любимую футболку и шорты, взял зонт и вышел в дождь с музыкой в ушах. До автобуса я ещё дошёл нормально, но на подходе к многоэтажке меня всё-таки крепко полило. При подобном ливне зонт бесполезен, и я его просто сложил. Стоял у входа в дом и наблюдал за спешащими мимо людьми, закутанными в дождевики и пытающимися укрыться под трепещущими от потоков воды зонтами. Мне уже было всё равно, сухим остался только телефон в водонепроницаемом чехле. Шум ливня пробивался сквозь музыку. Дослушаю песню и пойду «радовать» Зеста своим величественным появлением, подобным появлению древнего морского бога. Короче, залью к чертям ему прихожую! — думал я, нажимая вызов нужного номера квартиры.

Знакомый писк домофона, дверь открылась без слов приветствия или вопроса: «кто там?» Мои мокрые следы украсили коридор и небольшую лестницу. Отпечаток пальца остался на кнопке звонка в квартиру. На этот раз дверь распахнулась не в полную темноту, только в сумрак. Зест сразу отступил вглубь, старательно пропуская моё мокрое величество внутрь.

— Дождик, мда, — говорит он, оглядывая меня с ног до головы: с волос капает, одежда облепила тело, струйки воды стекают на пол. — Что же с тобой теперь делать?

Я стою, ослепительно улыбаясь и смеясь глазами:

— Люблю дождь!

— Мне тоже он нравится... — тихо говорит Сён Ук и отворачивается. — Полотенце.

Не имея приглашения пройти, просто сажусь тут же на пол, опираясь на стену, и улыбаюсь дальше. Есть преимущество в полностью мокром состоянии: можно уже не задумываться о промокших кедах или промокшей футболке. Тут мокрое всё, терять больше нечего.

Прямо в руки падает полотенце внушительных размеров.

— Да это целое одеяло! — смеюсь я.

— Тебе не повредит, — кусает Зест краешек нижней губы.

Думаю, не снять ли футболку, но в итоге просто вытираю голову.

— Пойдём, я тебе чаю горячего налью.

— Умгу, — мычу я и пытаюсь встать, но обувь едет по мокрому полу, и я почти поскальзываюсь на дожде, что принёс с собой.

— Юн Чжонг! — Зест подхватывает меня за плечо, не давая упасть. Его рука кажется неожиданно горячей по контрасту с погодой снаружи. Он крепко держит меня, пока я окончательно не выпрямляюсь и не снимаю скользкую обувь.

— Спасибо, — криво улыбаюсь я.

Зест медленно отпускает моё плечо, чуть поглаживая напоследок промокшую насквозь ткань.

— Ты простудишься. Снимай,— бросает он, плотно сжимает губы и уходит в комнату. Я туплю: чего снимать? Медленно стягиваю футболку. Мну её в руках, накинув полотенце на плечи. Сён Ук возвращается, неся одежду:

— Вот. Ванная там. — Он быстро уходит. Ставить чайник, очевидно. Меня не нужно просить дважды, я, кажется, уже начинаю чувствовать озноб. Тело чуточку потряхивает дрожью. По-прежнему улыбаясь, как буйно помешанный на ливнях идиот, хлюпаю в ванну. В зеркале меня встречает довольный тип с лихорадочным блеском в потемневших глазах. Заворачиваю его в полотенце и смотрю, что за одежду принёс мне Зест. Там домашние серые брюки, вроде тех, что я сам ношу в тимхаусе, и простая белая футболка, хранящая следы сгибов, которые бывают только у совсем новых вещей.

— Так это всё же дом не только твоих тёти с дядей? — говорю я, появляясь в кухне-гостиной.

— Ливни. Это запасное, — Зест оборачивается ко мне, сгребая волосы уже ставшим привычным мне жестом.

— Умгу...— тяну я. На нём тоже белая футболка с аналогичными следами от сгибов. Я разглядываю его, а он меня. Зестова одежда на мне висят чуть мешковато, хотя футболка ладна в плечах.

— Бирка.

— Где? Не заметил. — Я пробую заглянуть себе за шиворот.

— Тут. — Сён Ук подходит помочь убрать бумажку, проходясь пальцами по моей шее. — Зацепилась, — он уже двумя руками отпутывает бумажку от ярлычка на горловине. Всем телом чувствую тепло, идущее от него, по шее скользит лёгкий выдох. Моё собственное дыхание сбивается, а пульс начинает частить. Улыбка пропадает с губ.

— Всё, — немного отстраняется он, убирая руки.

Я отворачиваюсь, стараясь скрыть сильные эмоции. Но мой манёвр не очень удаётся. Сён Ук чуть улыбается и поворачивает меня обратно, легонько потянув за край рукава футболки.

— Ты пахнешь дождём, — говорит он тихо.

— Я он и есть, — пытаюсь отшутиться я, несмело улыбаясь и глядя исподлобья.

— В таком случае, позволь угостить тебя красным чаем с апельсином. — Ярко вспыхивает его улыбка. Смеюсь в ответ, расслабляясь. Кажется, заминка испарилась, как не было.

— У тебя вроде матч с Бомбером в Кеспа Кап на днях? — интересуется Зест, отворачиваясь за чайником.

Поспевший через пару минут чай был очень вкусный. Я поставил локти на стол, обхватил чашку руками и стал греться. От неё шел очень приятный запах: терпкий и пряный, сладкий. Я не разбираюсь в специях, могу только понять, нравится или нет. Этот чай мне нравился. Сён Ук внимательно за мной наблюдал, пока я дегустировал. Потом отпил сам и, как я, зарылся носом в идущий из чашки ароматный пар, стёкла его очков сразу запотели. Дождь шумел за окном.

— Как поживают рыбки? — спрашиваю я, чтобы что-то сказать.

— Я в них ничего не понимаю, — улыбнулся Зест.

— А тётя-то с дядей и не знают, что ты только СтарКрафт в своей жизни видел... — подкалываю я. Он смеётся и ставит чашку обратно на стол.

— Насколько обширны твои познания в рыбках? — хитро прищуривается Сён Ук через прозрачные уже стёкла.

— Побольше твоих! Я знаю, — я важно поднимаю палец, — что их надо... кормить! — завершаю и сгибаюсь пополам от смеха. Хохочем оба.

image

— И что кролики их не едят, — отсмеявшись, добавляет он, снова беря чашку в руки. Я слежу плывущим после хохота взглядом за его языком, облизывающим губы, и сам автоматически облизываюсь.

— Ты ж их кормишь? — не унимаюсь я.

— Пока не жаловались, — коротко отвечает Зест.

— Да они как бы и говорить-то не умеют, как они будут жаловаться! — вступаюсь я за рыбок. Подхожу к аквариуму и, указывая на стайку юрких блёсток, серьёзно говорю:

— Взгляни в эти честные круглые глаза и покайся в содеянном! Точнее в не содеянном!

— Да покормил я их, покормил! — Он снимает очки и опускает лицо в сгиб локтя на столе, чтобы заглушить смех. Довольный произведённым эффектом, я рассматриваю аквариум. Он большой и имеет на дне игрушечный замок и какие-то кораллы, ракушки, песочек. Крутой десктоп. Рыбки плавают через арки, выныривают из окон замка. В уголке тихонько бурлит струйка пузырьков.

— Красиво...

Утихший и надевший обратно очки Сён Ук поднимается и подходит ко мне:

— Я их только изредка кормлю, в основном этим не я занимаюсь. Приезжаю, чтобы побыть одному. Тут тихо.

— Даа... —говорю я и веду кончиком пальца по стеклу, вслед одной из золотистых рыбок.

Он касается тыльной стороны моей ладони.

— У тебя красивые руки, — говорит чуть слышно.

Замираю, дыхание перехватывает. Тут надо что-то ответить. Что? Стою в нерешительности, лихорадочно что-то соображая. Но Зест, похоже, не ждёт ответа, отходит убрать чашки со стола.

— Ты… — начинаю я, — твоя команда не держит рыбок? — спрашиваю я невпопад. Он усмехается невесело:

— Хватает человеческих оболтусов.

— Давай я вымою! — вспоминаю я заветное правило «посуда проигравшим» и кидаюсь к раковине. Сён Ук ловит меня на подлёте и останавливает. Его руки всё равно кажутся горячими, хотя ливень хлещет далеко за окном, а не льётся на меня тут.

— И потребуешь пойти мыть тарелки к тебе в тимхаус? — шепчет он мне, замершему в десяти сантиметрах от него в захвате. Я тут же отодвигаюсь и отвожу взгляд от его тёмных глаз.

— Вряд ли...

Он меня отпускает и прислоняется к холодильнику, закидывая голову, вздыхает:

— А что же ты хочешь за свою победу?

— Я не придумал, — закусываю губу и ухожу в зону гостиной. Валюсь на пол около дивана и закрываю глаза. — Надо что-то придумать, — рассуждаю я, — что-то смешное, определённо, а то не весело же... Рыбки, тишина... — но доразмышлять вслух мне не дает подушка, прилетевшая прямо в живот. — Ай!

image

— Вот тебе смешное! — ухмыляется Сён Ук. Скидывает на меня ещё одну подушку и подбирает следующую с дивана. Ха!

— Удав фигов, нашел себе кролика, да?! — рычу я, сгребая с себя подушки.

— Кролика не кролика, рыбку не рыбку... —бормочет он, методично скидывая на меня большие и маленькие подушки с дивана и кресел. Приходится вступать в боевые действия, но моя тактика умнее, чем его. Я не выкидываю ценные боеприпасы, а хватаю их побольше и прыгаю в атаку, придавая значительное ускорение всему этому объёмному грузу. Зест валится с ног и захлёбывается хохотом. Я, угрожающе занеся новый снаряд над головой, восседаю около поверженного врага и гордо смотрю на него сверху вниз.

— gg?! – интересуюсь я воинственно.

— gg! — разбираю сквозь отработанные боеприпасы его смех. Растягиваюсь неподалёку, с удовольствием устраиваясь на голом полу. Дожди дождями, но жара не спадает ниже тридцатника всё равно. Зест переворачивается на бок и смотрит на меня слегка ошалевшими раскосыми глазами, улыбается одними губами. Красивый... Мне всё меньше хочется отмораживаться, следуя плану, и я не отвожу взгляд. Сён Ук протягивает в мою сторону руку, но сгребает подушку на полпути, ничего не сделав. Опять мнёт губы. Я отворачиваюсь и смотрю в потолок широко раскрытыми глазами:

— Вроде бы, дождь заканчивается.

Он не реагирует на фразу и молча сверлит меня пристальным взглядом. Скашиваю глаза и понимаю, что неправда: ливень никуда не делся, тут он, в комнате. Шумит, затопляя пол и подушки, заливая меня горячими волнами. Такого взгляда я не видел никогда: тёмный и глубокий, кажется, можно утонуть. Хватаю воздух ртом и быстро сажусь. Но наваждение или наводнение не проходит. Сён Ук не встаёт вслед за мной, а остаётся лежать, только откинулся на спину и положил руки за голову. По-прежнему всматриваясь мне в глаза своим кареглазым водоворотом, втягивая куда-то, где нет воздуха.

Я порывисто встаю и отхожу к окну, доказывая себе, что вот они, капли — то, что осталось от ливня, бушевавшего полчаса назад. Другого дождя тут нет. Кроме меня. Выравниваю сбитое дыхание, насколько удаётся, и говорю вслух, пытаясь подчинить голос своей воле:

— А та игра с Бомбером... — но я не успеваю договорить, волна сбивает меня с ритма слов, захлёстывая руками Зеста поперёк груди. Он опускает голову мне на плечо и шепчет:

— Я говорил, что мне нравится дождь?..

Говорил, думаю я... Говорил, когда я мокрый стоял в прихожей, пока с меня ручьи текли на пол. Когда я, подтверждая свой прошлый никнейм, сиял, наслаждаясь недавними объятиями стихии воды. Кажется, от тепла тела Зеста у меня начинает сносить голову просто начисто. Я стою, не шелохнувшись, и молчу. Глаза закрылись сами собою. Слышу:

— Меня к тебе как магнитом тянет. Я спать не могу. Сижу за компом часами и тренируюсь как ненормальный, стараясь выкинуть тебя из головы. А ты, как назло, попадаешь в мою группу на GSL, приходишь в зал, когда я играю... существуешь! — Зест резко отстраняется. Я в отражении стекла вижу, как горят его искусанные губы, как он нервно прочёсывает пальцами волосы. — Мой тренер рад, что я столько времени уделяю ПвП, хотя и слегка удивлён. Но я не хочу так. Меня вертит как в урагане. Я могу сосредоточиться только на тебе. На тебе, Рэйн...

Мне уже не кажется — я точно попал, думаю я, и больше мыслей в голове не остаётся. Отворачиваюсь от окна, протягиваю руку и трогаю подушечками пальцев его искусанные губы. Разглядываю все трещинки на них и улыбаюсь шальным ощущениям. То шампанское из сна с вампирами — меня им опоили. Не иначе. Какое ещё объяснение тут может быть? Сён Ук по привычке машинально облизывается, и я чувствую влажный горячий язык под пальцами. Это почти порно, и возбуждает безумно. Ох, попал я...

—Ты знаешь, что ты меня ужасно раздражаешь? Весь целиком. И в особенности привычкой облизываться, — поднимаю я брови и, проведя напоследок по родинке над правым уголком губ, убираю руку. Чуть приседаю на высокий подоконник. От его гладкой поверхности идёт дождливая прохлада. Я наблюдаю слегка снизу вверх за взволнованным, даже встревоженным Сён Уком. — Высокомерный катэшный протосс! — фыркаю я.

Серьёзное лицо Зеста начинает разглаживаться, но взгляд не меняется, оставаясь по-прежнему пронзительно внимательным. Кажется, повисшее напряжение может не одну электростанцию напитать, но мне легко. Чёрт, мне давно не было так легко! Пусть штормит, пусть хоть в дребезги разносит мою голову, что уже, похоже, произошло. Схватив воздуха, ныряю с разбегу:

— Нравишься.

Сён Ук резко выдыхает и тоже ныряет в шторм, подавшись вперёд и уперев руки в стекло. Смотрит на мои губы в десяти сантиметрах от своих и опять облизывается. На этот раз медленно.

— Ну вот, опять ты меня раздражаешь! — смеюсь я тихо. А он покусывает влажную нижнюю губу, следя за моей реакцией и не опуская напряжённого взгляда от глаз.

— Дико... — выдыхаю я.

Может быть, мне всё это снится, и я очнусь на сбитых простынях. Может быть, я с ума сошёл. Может быть, я не прав, целуя парня. Но я не соображаю уже просто ничего. В ушах шумит ливень, сердце громыхает грозой, а лёгкие крутят ураганы, наворачивая воздух за двоих, пока я... Пока я пробую существовать только рецепторами на коже губ и кончике языка.

Мои познания в любовных отношениях шли не намного дальше поцелуев с девчонками в школе. Когда я уже получил место в команде, но ещё не закончил учиться, они так и бегали за мной стайками, разглядывая и шушукаясь. Некоторые звали на свидания. Но те давно пережитые ощущения нельзя было сравнить с этими. С жаркими, ни разу ни стеснительными губами, напором энергии. Я сражался с водоворотом и не желал проигрывать, хотя прекрасно понимал, что нахожусь уже почти на дне воронки. Без воздуха, без сил сопротивляться, но не один.

Сён Ук отстранился с чуть слышным низким стоном, прикоснулся своим лбом к моему, не в силах сразу окончательно разъединиться. Голова шла кругом. Хотелось смеяться в голос, но сил не было совсем никаких. Всё тело расплавилось от жара. Я медленно перемещал расфокусированный взгляд по лицу Зеста: припухшие влажные губы, тёмная точечка родинки, зажмуренные глаза, пушистая чёлка... Я удивлялся, как Зест стоит на ногах, потому что чувствовал себя будто после изматывающего БО7 с перебоями в связи с сервером. Я усмехнулся:

— Это круче БО7.

Сён Ук оттолкнулся от окна и, заливаясь весёлым смехом, присел на стеклянный журнальный столик рядом с диваном. Всё-таки он стоять не может, подумал я с удовольствием. Улыбаюсь ему, но быстро отвожу глаза, опять почувствовав волну жара в ответ. За окном снова барабанит августовский дождь.

— Кажется, Сеул смоет на фиг... — выдаю я умное замечание по поводу мокрой погоды. Зест ерошит волосы, поправляет очки и встаёт со столика, протягивает мне руку:

— Идём, — хватает за запястье и ведёт в тёмную прихожую, открывает входную дверь, кидает ключи в карман мягких брюк и нажимает кнопку вызова лифта. Я чувствую приятно прохладный кафель коридора босыми ногами. Сён Ук тоже не одел никакой обуви. Делая вид, будто внимательно рассматривает табло со сменяющимися цифрами этажей, он осторожно поглаживает моё запястье большим пальцем. От этого движения мурашки расходятся по коже вверх, пробираются под футболку. Стою, сдерживаю порывы, недопустимые в общественном месте, пусть и пустом сейчас.

Лифт наконец-то раскрывается. Зест заходит внутрь, нажимает верхнюю кнопку на блестящей панели и ловко дёргает меня за руку, так что я охаю и на мгновение бесконтрольно впечатываюсь в твёрдые мышцы его груди. Меня награждают победным взглядом хищных глаз и ухмылкой, на что я хочу ответить... ну, чем-нибудь, но не могу: тонкие пальцы поглаживают мою шею сзади и перебирают кончики волос. Толпа мурашек, бодро маршировавшая по моей руке, спешно передислоцируется на шею и встает там в боевое построение, готовая штурмовать мозг. Последний, который час находящийся в жестокой осаде и не имеющий возможности отправлять гонцов даже в ближайшие пункты, сдается на милость этих мистических насекомых. Возможно, в надежде, что я всё же приду в себя и изгоню их. Что сказать? Я идиот. Влюблённый в ливни.

Зест выводит меня на крышу — приятное местечко со множеством растений в глиняных кадках всевозможного калибра. Скамеечки то тут, то там наверняка делали площадку очень популярной. Посмотреть на город, полюбоваться закатом, подышать воздухом. Но не сейчас. Как я и предрекал, дождь пошёл смывать Сеул. И начал с этого дома, выгнав всех людей с крыши. Лишив их приятного отдыха на воздухе в выходной день. Сён Ук тянет меня под ливень, первым шагая под тугие струи. Его очки сразу становятся бесполезны, белая футболка промокает насквозь и облепляет рельефные мышцы. Он снимает очки и поправляет лезущую в глаза рыжую чёлку. Вода капает с его носа, заливает тёмные глаза, просачиваясь сквозь ставшие острыми ресницы. Охлаждает яркие припухшие губы. Я воображал себя богом морской стихии? Вот тот, кто больше подходит под это великолепное название...

Заранее немного съёжившись, я вышел из-под навеса. Что бы Зест ни задумал, но остудить жар внутри тут точно не получится. Я глядел на Сён Ука во все глаза, не обращая внимания на проливной дождь, и не мог оторвать жадного взгляда.

Я хотел переиграть его, показать ему, чего он стоит на самом деле. Я показал. Но только самому себе, понял я. Высвободил руку из плена его пальцев и пошел к краю крыши. Брызги разлетались из-под босых ступней. Я посмотрел на улицы внизу. Меня разбили в пух и прах, а если быть точнее и учесть погодные условия, то в мокрые тряпочки.

— Ха-ха, я так злился на тебя! — Я закрыл глаза и подставил разгорячённое лицо под капли.

— Ничья. Следующий сет? — услышал я, негромкие, почти заглушённые плеском воды в водостоке слова и почувствовал прикосновение к груди. Сён Ук провёл ладонью по моей промокшей футболке, разглаживая складки и заставляя жмуриться ещё больше.

— Ты зачем меня сюда привёл, я ж не аквариумная рыбка, чтобы нуждаться в такой прорве воды, — хитро улыбаюсь, подглядывая одним глазком за его реакцией. Сён Ук неторопливо расправляет одну большую мокрую складку и принимается за другую — поближе к молотящему сердцу.

— Ага, ты мокрый-мокрый кролик, — задумчиво пробегает он пальцами по ткани, задевая сосок, вынуждая меня зашипеть. Повторяет движение, исподлобья разглядывая моё лицо сквозь дождь.

— Сколько можно повторять, я не кролик, нечего на мне опыты ставить. Я Рэйн! — почти выкрикиваю последнее слово и делаю этому экспериментатору подножку, валя в лужу, и сам почти падаю следом. Я ему покажу, кто тут кролик! В итоге, оба хохочем как ненормальные. Я держу Сён Ука за плечи, он сидит, оперевшись на руки. Вода течёт по мне, попадает на него и продолжает затоплять мой капитулировавший мозг. Бурный смех замирает, время — тоже, только ливень хлещет с прежней мощью.

Я силой воли отвожу взгляд от лица Зеста и стараюсь переключиться на что-то другое. Фигово помогает. Плавные линии ключиц просвечивают через мокрую белую ткань футболки, жестоким образом не способствуя моему успокоению. Грудь с острыми сосками, линии пресса... Спасибо свободным тёмным брюкам, а то я бы точно спятил! Негромко смеюсь своим мыслям и тяну объект моих неуёмных, но не до конца понятных желаний из лужи. Объект криво усмехается, чешет чёлку и брызгается. Шлёпаем с крыши вон. Нет, не на манер Джульетты с Ромео к краю, а к сухому пока что лифту.

Еле различимый за серой пеленой воды город продолжает существование. В соседних домах зажигаются тёплые огоньки, машины с плеском рассекают лужи, ставшие морями. Похоже, будто спятивший дождь не собирается прекращаться сегодня, завтра, никогда.




ЧАСТЬ ВТОРАЯ



Что будет, если пустить двух абсолютно мокрых людей в нормальный цивилизованный дом?

Коридорный кафель обрёл свои реки и ручьи, особенно обширные около места вызова лифта, где мы его ждали. Пихали друг дружку в бок и старались не так громко смеяться, ибо звук разносился по всем этажам прыгающим эхом.

Мы и лифт предсказуемо залили.

Оценив себя в зеркальной стенке, я отряхнул волосы, помотав головой. Сён Ук засмеялся над этим моим собачьим движением и стал вытирать капли с моего лица. Чуткие пальцы прошлись по бровям и вниз по носу. Я смотрел на него чуть исподлобья и посмеивался, какой он довольный. А Сён Ук солнечно улыбался сквозь собственный дождь, капающий с его чёлки, и щурился без очков.

— Если ты хотел сделать нас мокрыми, как две рыбы, то твой план удался. Можешь добавить нас к аквариумному братству.

Сён Ук замер, прервав блуждание пальцев по моему лицу, опустил руку. Пристально поглядел мне в глаза. Пока лифт ехал вниз, он молчал. Игра в гляделки прервалась, только когда лифт доехал до нужного этажа. Я слегка выпал из реальности и, чтобы прийти в себя, снова встряхнул головой, так что ещё одна порция дождевой воды брызнула во все стороны. Зест зажмурился одним глазом и слегка отвернулся от летящих брызг.

Он невозмутимо вышел из лифта, будто так и надо: полностью мокрый да ещё и босиком. Опять же невозмутимо нашарил в кармане ключи и открыл дверь. Я вошёл в квартиру и понял, что всю дорогу от лифта пытался вжать голову в плечи. Ладно, мокрый насквозь, но ещё и босиком я точно никогда по чужим домам не разгуливал! Чужим домам неких тётей с дядями, которые рыбок держат и не ждут, что к ним ещё две рыбины с человеческий рост заявятся! Ага, только что из пучины дождевой...

Шлёпаю за Зестом на кухню.

— Ты понима... — начинаю я рождать вслух мысль о чём-то. Кажется. Не помню. Мысль сразу обрывается, как только Сён Ук резко оборачивается и подходит очень близко. Я нервно сглатываю. Он, едва касаясь, проводит рукой мне от кисти до локтя, потом по плечу, следя глазами за движением. Я рассматриваю находящуюся так близко его левую скулу, замечаю крошечную родинку на мочке уха, прямо там, где обычно делают прокол при пирсинге. Рука уже пропутешествовала до моей шеи, и я чувствую мягкие поглаживания. В нижней точке амплитуды они скользят мне под футболку на пару сантиметров.

— Юн Чжонг.

— М?

— Там не было бирки тогда.

— Да?

— Да. Я придумал повод.

Мои щёки вспыхивают, хотя мозгом я понимаю, что уже можно расслабиться. Выдаю первое пришедшее:

— Стратег и тактик. — Я гну шею, опуская голову ему на плечо, вдыхаю запах дождя с чуть уловимой будоражащей терпкой ноткой. Зест зарывается рукой в мои волосы и прочёсывает сначала легко, потом сильнее. Я чувствую, как плечо приподнимается в такт глубокому дыханию, увеличивающему темп одновременно с моим. Голова немного кружится.

— Сён Ук? — окликаю я его неожиданно низким голосом.

— Мм? — теперь Зест мычит вместо слов. Я запускаю руки под его мокрую льнущую к телу футболку, чувствую мурашки прохладной кожи. Веду руками вверх, вниз и останавливаюсь на резинке брюк. Только кончики пальцев запустил под неё. Вдыхаю поглубже, придвигаюсь сам и придвигаю Сён Ука теснее к себе. Чувствую твёрдость под его брюками и снова судорожно вдыхаю, шепчу на выдохе:

— Кажется, я не зря Партинга побил. Дошутился.

Зест прочищает горло и слегка надтреснутым голосом спрашивает:

— Ты о том, что он сказал после моего All-kill`а СКТ? — он продолжает гладить мои волосы, а второй рукой гладит спину, считая позвонки через ткань футболки чувствительными пальцами.

— Да, — пускаю я нервный смешок. — И потом.

— Что же?

— Доприкалывался по Шекспиру. Я его треснул и руку отбил, — поворачиваю голову и смотрю расфокусированным взглядом на плавные линии шеи, веду взгляд выше, плыву от ощущений.

— Рукоприкладство в команде? Вот почему вы так здорово играете… — Сён Ук проводит кончиком носа по подставленной шее.

— Ещё какое... — бурчу я, скорее мурчу, правда. Щекотное ощущение сменяет жаркий язык. Остатки дождевых капель исчезают.

— Ммм, дождик, вкусно, — слышу я шёпот в самое ухо и всхлипываю, почувствовав неожиданный укус.

— Так я и знал… ты крови моей хочешь. — Я дрожу и чувствую отклик его тела. Не двигаться становится трудно, и я перестаю мучить себя. Жарко, очертания кухни вокруг плавятся. Воздух пряный и текучий, не охлаждает лёгкие. Моё дыхание сбивается окончательно, силясь поспеть за пульсом и волнами жара внутри. Мир смыкается до тесного объятия Зеста. Его влажный язык оставляет следы, будто дорожки из лавы, обжигает шею. Горячие губы, горячие руки, горячий воздух... Я слышу задушенный стон и срываюсь следом.


Прихожу в себя, постепенно понимая, где я и с кем я. И что я делаю. Мозг решил включиться и обдумать положение. Внезапно. Распахиваю глаза и встречаю взгляд сощуренных глаз. Кажется, у меня на лице всё написано ровными слогами, потому что Зест тихо спрашивает:

— Страшно?

— Чёрт! — выпаливаю я. — Как же я... Если... — я кусаю губы.

— Это только твоё и моё дело. — Он следит за моими губами взглядом и, облизнувшись, тянется ко мне. Проводит языком по искусанной тонкой коже и ныряет, сталкиваясь с моим языком. К Зесту что, электричество подключено? Током прошибает от каждого движения. Я окончательно порчу ему причёску, если там ещё оставалось что-то после похода на крышу под ливень. Слышу тихие стоны в ответ и продолжаю с большим напором. Вторая волна накрывает внезапно и искристо, захлёстывая нас обоих почти одновременно.


Успокаивая дыхание, разглаживаю его чёлку. Рыжие прядки высыхая, показывают свой цвет. Сён Ук не спешит открывать глаза, его ещё потряхивают отголоски схлынувшего жара.

— Хотел. Я так давно этого хотел. — Он открывает глаза. — Не ожидал, что ты будешь сбивать мой контроль так упорно. А ты как магнит тянул.

— Кто бы говорил! Удав, — фыркаю я и тащу его к ванной. Тело ватное, расслабленное, не желает шевелиться, но и оставаться в холодной промокшей одежде не хочется. Смотреть на разморенного и немного сонного Сён Ука приятно. Я улыбаюсь и подцепляю краешек его футболки, тащу вверх. Сён Ук податливо тянется, освобождаясь. Гладкие мышцы под руками заставили меня закусить губу. Я поиграл завязками его брюк и задумчиво вышел из ванной.

Приваливаясь к стене рядом с дверью, я посмеялся сам над собою:

— Ох, ё! Фигов Партинг... — я стал стягивать и свою футболку тоже.

За окном совсем стемнело, дождь продолжал накрапывать, бормоча что-то по подоконнику.


***


Вернувшись в тимхаус, я завалился на кровать, не ужиная. Не хотелось сидеть в общей комнате, хотелось побыть одному. Голова ещё шла кругом от недавних ощущений.

Оставить наушники с музыкой, выключить свет и не о чём не думать.

«Это только твоё и моё дело». Да, моё дело, с кем я. Моё. Хочу и… Чёрт, хочу, да… Зверски. Он меня раздражал, он меня бесил. Он чертовски хорош! Особенно в полотенце — я занялся перебором воспоминаний конца вечера. Как Сён Ук вышел из ванной в одном только низко повязанном на бёдрах полотенце. Увидел меня у двери, вспыхнул улыбкой и погладил по щеке. Я старался как можно незаметнее подобрать челюсть с пола, но он опять меня прочёл. Выволакивающим душу взглядом потянул мою силу воли, а сам стал развязывать тесёмки на моих-его брюках. Кажется, я начинаю терять голову только от одних движений этих пальцев, подумал я тогда. И сейчас лицо заливает краска: я сбежал в ванную! Смеюсь, утыкаясь лицом в сгиб локтя. Как там его телевизионщики зовут? KingSlayer? Так вот, он не просто «убийца королей», он вообще убийственен сам по себе!

Нет, спать! Сколько можно? Мне что, опять пятнадцать лет? Столько гормонов разом по мозгу.


***


Утром вытащил себя из кровати силой, заставил поесть и пошёл к компу в зал. Взялся продумывать будущую драку с легендарным Бомбером. Если учесть, что он уже который год в Штатах тусует, то, скорее всего, у него помедленнее реакция, но побольше креатива в игре. Надо приготовиться к неожиданностям. Поговорил с тренером, обсудили этот животрепещущий вопрос. Позвал Фэнтези, чтобы отрабатывать задуманные против терранов стратегии. Так и прошёл весь день. Методом погружения, что называется. Попытки разговорить меня о вчерашнем выходном не увенчались успехом ни у того же Фанты, ни у Партинга, всё ещё дующегося на меня. Я тихо-мирно сидел и старкрафтился всё время. Собственно, как я и делал последние годы.

image

А вечером пришла смс со словами «Тебе понравится» от набора цифр, принципиально уже не вписываемых мною в телефон (шифроваться, так шифроваться). Завис над смс на 10 минут, но всё равно не придумал, что ответить.

Тем же привычным методом погружения прожил ещё пару дней, но мой настрой был сбит в один вечер Партингом. Я уже закончил тренироваться и хотел вырубать комп. Мой тиммейт, хихикая, тыкал пальцем в свой монитор. Остальные, кто оставался ещё за компьютерами, как и я, оглянулись. Я окликнул Партинга:

—Ты над чем там потешаешься?

Он прыснул со смеху:

— Твиттер колбасит: Зест перед камерой разделся! — Партинга распирало. — Ещё одна королева бала выискалась! — он покатывался со смеху, строча что-то в телефоне. Сейчас остатки твиттера на уши поставит.

— Это вам не Флэш и не Мару — в костюме котика сниматься, тут писк пойдёт такой, что у КТ всю атрибутику разберут за неделю. Гыы…

image

— А что будет на играх твориться, даа... — подключились к обсуждению мои тиммейты.

— Он решил с Надой бицепсами померяться или что? — интересуется Классик.

— Нет, он решил Бэйби переплюнуть по части женской аудитории фанклуба! — строит догадки Фэнтэзи.

— Не, Зесту надоело в тени Сущего макро-террана прозябать! — авторитетно заявляет Партинг и с новой силой принимается мучить телефон, по видимому, печатая эту мысль для твиттерной общественности.

— Но он же выиграл GSL, а Флэш нет. При чём тут тень? — как бы невзначай вставляю я. Бросаю взгляд, что за сайт опубликовал фото и выключаю рабочий компьютер.

— И ПроЛигу его команда выиграла. И вообще он неплохо рубит, — добавляет Фэнтэзи. Я хлопаю друга по плечу:

— Ага! Слушай, а может, ты сам жаждешь в обнажёнке посниматься и завидуешь? — подкалываю я Партинга.

— Чё?! Я-то? Не! — пошел тот сопротивляться, но я усмехаюсь, типа «я всё знаю!» и ретируюсь. Сён Ук написал «Тебе понравится» про эти снимки? Кусаю губы и нарочито медленно плетусь из зала.

Залез на кровать с ноутом так, чтобы было не видно экран никому, кто войдёт в мою комнату перемывать косточки новоявленной фотомодели из команды принципиальных соперников. Первые снимки были обычные. Зест в классическом пиджаке сидит в стильном кресле, закинув ногу на ногу. Неплохо. Ещё одно фото, где фотограф взял фокус на руки, чёрно-белое, как и следующее: Сён Ук во весь рост, босиком, в простой белой футболке и джинсах.

Стоп. В БЕЛОЙ футболке. БОСИКОМ. Чёрт, а ведь при последней смс это можно не считать тупым совпадением! Но где же тот снимок, от которого Партинга колотило? Пока грузилась очередная страница, я достал телефон и нажал смс для набора цифр, уже въевшихся прямо в мозг. Чего бы написать?.. Гляжу на экран ноутбука: вооот оно...

image

Ммм. Всё не так серьёзно, как этот шутник уверял! Ну, не успел надеть рубашку, переодевая футболку, получил бликом вспышки по голой спине. Совсем не так серьёзно. Ничуть. Нет-нет. Крутая рубашка...

Да, блин, кого я обманываю?! Вскакиваю с кровати, убираю ноут и иду в душ снимать жгущее напряжение. Спасибо, блин! Хорошо хоть тренировку на сегодня уже закончил. Чёрте что и сбоку бантик — вот что Зест со мной делает. В голове будто кисель... Кожа сама загорается недавними прикосновениями, шею жжёт «вампирский» укус. Зест сейчас далеко, у себя в тимхаусе, но заимел способ опять достать меня! Теперь и без СК2 нашёл, за какую ниточку подёргать. Да что же со мной творится? Это безумие какое-то. Гипноз чёртов. Мурашками продирает от одного только воспоминания о взгляде. А я помню не только взгляд. Ох...



***


Один турнир переплетается с другим, тот с третьим, и только успевай. Это привычный график, и он всегда меня устраивал, даже хотелось ещё больше соревнований, ещё интенсивнее. Но сейчас я чувствую себя не в форме. По ночам одолевают сны, после которых я просыпаюсь с диким возбуждением и выключенным мозгом. Разрядка дает мало, только немного успокаивает. Чтобы сконцентрироваться на игре, приходится долго раскликиваться и собираться с разбегающимися мыслями. Обычный ход жизни полетел к чертям. Тело ломает, кожа вспыхивает острым жаром. Фиг знает, во что всё выльется, но так дальше продолжать нельзя. Надо что-то делать с этим буйнопомешательством. Или с невозможностью дотронутся и получить дозу моего наркотика…



Сегодня меня ждет студия ГомЭкспо и GSL. Из отбора соперников по группам сделали шоу. В одну часть студии поставили высокие табуреты для игроков, напротив них — четыре стола для групп. Первый участник каждой из четырёх групп должен был выбрать второго, тот — третьего, третий — четвёртого. Всё это под бодрые трели ведущих.

Я прошёл за свой стол B, Су за стол D, а Партинг с Соулки расселись на табуретах. Через два метра от меня, за столом А сидел Зест, который и бровью не повёл в мою сторону. Разглядывая предложенный «ассортимент», он отвечал на вопросы о желаемых качествах соперника. Вертел микрофон в пальцах, и вспыхивал улыбкой.

Ведущие отжигали, съёмочная команда хохотала, подколы сыпались со всех сторон. Кто-то пускал шуточки с двойным дном, из-за чего впоследствии всё это дело назвали date-show. Ну, кое-кто особенно постарался. Зест первым выбирал себе соперника в пару. Он, задорно улыбаясь, вышел из-за стола, постоял немного и повернулся к моему тиммейту Соулки, взял за запястье и потянул за собой. Я старался на них не смотреть, но поймал скользящий взгляд — Зест следил за моей реакцией. Что ж...

image

—Сидение рядом с Рэйном кажется мне очень привлекательным! Рэйн — самый лёгкий соперник из предложенных, — заявляет зерг Солар из команды Самсунга. Ну ничего себе.

— Я не выберу игрока, который будет смотреть на меня сверху вниз, — говорю я в микрофон, отвечая зергу, а вместе с тем и одному протоссу. Сам смеюсь над получившейся двусмысленностью. — Я выберу того, кому буду нравиться, и кто будет меня уважать!

Солар тут же реагирует — меняет тактику:

— Я был восхищён, когда Рэйн выиграл СтарЛигу! Пожалуйста, выбери меня.

Студия покатывается со смеху, а я выбираю скромнягу Эффорта из СиДжеев. Зерг возобновляет уговоры, но уже его:

— Я мечтал стать прогеймером, смотря на игры Эффорта! — Солар только что руки в молитвенном жесте не складывает и преуспевает в деле завоёвывания места за моим столом. Сев, он сразу заявляет:

— Во-первых, я очень счастлив! Надеюсь, другие группы не заберут Эсоэса.

Тот, видимо, тоже хочет к нам, потому что не идёт ни к кому другому, говорит:

— Меня сильно раздражает Солар. Я бы с ним силами-то померился!

В итоге приставучий зерг получает его нам в соперники, комментируя:

— Я возьму в свою группу так много протоссов, сколько смогу!

Видимо, у него есть особенные заготовки против моей расы, посмотрим.

image

Ни одного КТешника мне в группу не попало, уф. Флэша вообще никто не хотел брать в соперники, как и набирающего силу протосса Статса, а больше никого из КТ Rolster не прошло. Так что Зест не заявится в зал во время моих матчей. И на том спасибо, а то от одного его присутствия где-то рядом кожа начинает гореть предвкушением, выжигая мне мозг начисто. Концентрироваться не могу. Только на нём.


***


— Твоя кислая физиономия меня уже задолбала. Пошли в Марио Карт рубиться! — пихнул меня, присаживаясь рядом, Партинг. Ужин закончился, и мои тиммейты стали разбредаться кто куда. Я ещё сидел на полу за низким столом и скручивал спортивные штаны, заворачивая наверх—разворачивая вниз. Мыслями находился где-то не здесь. Я сонно поглядел на Партинга:

— Чего?

— Ты сейчас возьмёшь пульт в руки и будешь рулить, или я тебя прямо тут побью для взбадривания!

Он тащит меня из-за стола и почти волочит вялого к телевизору.

— Кто хочет в Марио Карт, выстраиваемся в очередь! — проорал этот массовик-затейник на весь тимхаус и врубил приставку.

Лёгкая, ненапряжная игра подействовала на меня хорошо. Я вроде пришел немного в себя, смеялся со всеми и вопил при попадании панцирем. Зрители на диване сидели кто как: на спинке и на подлокотниках или просто у кого-нибудь на коленях. Крик, ор да музыку из Марио Карт было слышно, наверное, даже на улице. Так что пискнувший смской телефон я не заметил. Увидел только, когда выкладывал его на тумбочку, ложась спать.

«БО3?»

Замер. Надо спать. Отомри и спать быстро! Нет, не надо тянуться к ноуту, не надо даже пытаться. Остатками самообладания пишу:

«Ночью спят.»

На что получаю ответ:

«Кажется, твоя шея в курсе, что я вампир.»

Место укуса вспыхивает, я тру его ладонью и делаю безумную вещь — звоню Зесту. Он не снимает трубку долго, я успеваю искусать губы, прежде чем слышу тихое «Да?». Продирает ознобом.

— Скажи так ещё раз? — на тут же сбивающемся дыхании прошу я.

— Всё, что захочешь. — Почти шепот.

— Ох. — Я падаю на кровать. Мурашки бегают по коже толпами, заново отвоёвывая сданные позиции у мозга.

— Ты видел снимки? — тихий голос.

— Ты специально? Белая футболка и босиком, — я затаиваю дыхание.

— Всё, что захочешь, — улыбается он на том конце «провода».

— Я хочу спать по ночам и не вздрагивать от того, что ты... — я не знаю, как сформулировать дальше, замолкаю.

— Сон не помогает, — говорит Зест через паузу, не дождавшись окончания моей фразы. — Мне.

Молчим оба. Еле слышное дыхание доносится до меня через динамик. Не выдерживаю:

— БО3? — быстро произношу я и слышу смешок.

— На желание?

— Всё, что захочешь, — копирую я его реплику и сам расплываюсь в улыбке.

— Хочу, — получаю ответ и звук завершения вызова режет мне ухо. Шиплю и жмурюсь. Первое от неудовольствия из-за громкого звучка, второе от предвкушения. Мозг? Ты там? Я понимаю, что подозрительно часто к тебе обращаюсь, но ты будь добр — работай как следует! Посмеиваюсь и врубаю питание у ноутбука, кликаю мышкой, разминаясь, тру пальцы, разогревая.

В первом сете я его дарками завалю, а во втором имморталами с четырёх робо! Видел я такую стратегию на одном соревновании, кажется, у русского прогеймера с каким-то кошачьим ником. Было весело.


***


На следующий день я отложил тренировки бомберовского ПвТ и сконцентрировался на предстоящем раунде GSL. Пока ещё групповой этап, пока не дошло до парных противостояний. Сначала меня ждёт зерг Эффорт и победитель (или проигравший, если меня завалят) пары Солар-Эсоэс. А это значит ПвЗ плюс ПвП.

Теперь Су помогал мне с тренировками. Конечно, уровень Эффорта — это вам ни разу не уровень Су. Он был хорош в БВ, но во втором не очень. Так что я не сильно напрягался. Просто дал вспомнить пальцам всё, о чём голова не успевает ясно подумать, а они уже выполняют. Правильные рефлексы — штука полезная. Разумеется, то, что этот зерг прошел в раунд шестнадцати лучших, уже внушает уважение, но бояться встречи в БО3 я не стану. Тем более что сам выбрал играть с ним. Ещё одно ПвЗ, только с Соларом, меня тоже не сильно смущает. А вот третий игрок группы может вызывать опасения.

Эсоэс способен тут же придумать что-то необычное и воплотить по ходу сета, не полагаясь на одни заготовки. Этого протосса бывает сложно раскусить. Терраны об него сами убиваются, но я не терран. К тому же, я сейчас слишком прочно засел мозгом в ПвП, а игры с одним из лучших протоссов даже при недосыпе дорогого стоят.

Я с Зестом и в снах играю, кажется. После вчерашнего полуночного матча я продолжил дальше во сне. Там мне удалось всё, не то что в реальности, где Зест как знал, что я в дарков пойду. Он первым делом создал обсервера, я дарков ещё и довести не успел, варпнув недалеко от его главной базы. Имморталы мои бодро разнесли Зеста во втором сете, но третий я продул. 1-2. С меня исполнение желания. Самому что ли ему тарелок грязных принести? Их есть у меня!

После того звонка и ночной игры мои нервы начали выдавать что-то совсем уж дикое, выплясывая чечётку по голове. Они, должно быть, помешались на взбудораженных гормонах, от которых у меня чуть пар из ушей не шел. Я знал, что смогу увидеть Сён Ука, ткнуться носом ему в шею и... А чего там «и» я уже не думал: мысли разбегались, глаза тоже, все в разные стороны. Пол, ты где? Потолок, ты как-то слишком близко!


***


Зест прошёл свою группу А. Если пройду я, буду драться с ним.

Как это было? Я видел. Это была жесть. Началось с того, что Зест заставил поменять себе системник, поэтому игру отложили. Мы всей командой следили за тиммейтом Соулки, смотря трансляцию в прямом эфире. Вообще-то он тоже выигрывал титул чемпиона GSL, но до Зеста. Вон у него значок золотой приколот к поло. А Зест свой на толстовку приколол. Учитывая, что в студии сейчас чаще тепло, то чемпиона в Зесте по одному виду и не признаешь. Совсем недавно все носили пуховики на играх, потому что было значительно прохладнее. Теперь в футболках разгуливаем, хотя я чаще кутаюсь в толстовку, мне так уютнее.

Так вот, в первом сете протосс выстроил сумасшедшую фотонку под призмой прямо у нашего зерга на базе. Постоянно варпал новых юнитов туда и защищал призму самой фотонкой. Восемь королев — вообще-то дикое количество! — ничего не смогли сделать, замурованные форсфилдами центрей. 1-0. Во втором сете Зест повёл себя не менее агрессивно и задавил Соулки в итоге.

Я переживал за друга и отводил взгляд от телевизора во время интервью с Зестом и игровых кадров, где фокус брали на его руки. Мне что, разорваться? Я за своих болею и от одного его взгляда тоже болею...

image

ПвТ с победителем второй пары Зесту не далось, и он опять бился с Соулки, но мой тиммейт проиграл. Снимая наушники после последнего сета, Сён Ук сгребал челку наперед и кусал губы с явным удовольствием от результата матча. Я отвернулся от ТВ и вообще ушёл из тимхауса гулять.

Воздух, мне тебя не хватало! Вечер, люди спешат по домам. Я вдыхаю полной грудью тёплый ветерок. Написать Зесту поздравление, может быть? А как же моя команда? Чёрт, путаюсь в эмоциях. Опять эта смесь несмешиваемого.


***


На следующий день был мой собственный матч, который я прошёл с отличным результатом. 2-0 в своей паре и 2-0 в матче победителей пар. Сплошные зерги. Без проблем отыграл все сеты и ушёл париться о следующем раунде с рыжим победителем из группы А. Пока ехал из студии, получил смайлик в смс от него. Ох, Сён Ук, нашел чего послать! Блииин.

Понятно, что его прёт драться со мной, как и меня — драться с ним, не говоря уже про взаимное притяжение, без реализации которого меня физически ломает который день. Но биться с ним в GSL не хочется совсем. Это будет слишком нервно, я могу не уследить и чего-нибудь натворить. Чёрт, даже думать об этом не могу!

А кстати, куда Зесту столько желаний? Он ещё ничего толком не попросил! Хм, как и я.


***


Кеспа Кап вклинился между играми GSL. Этот быстрый турнир играли всего за четыре дня. По жёстким условиям участвовать могли только приписанные к моему региону прогеймеры. Я в первый же день проиграл и не прошел дальше раунда шестнадцати. Бомбер-зараза меня завалил 3-1. Я разозлился и расстроился, собирал клаву с мышкой и хмурился. Для кого-то цифра тринадцать несчастливая, но не для меня: я свой последний титул в 2013-м получил. Хотелось что-нибудь выиграть и в этом году. На идущий GSL рассчитывать сложно: БО3 с Зестом — это штука совершенно непредсказуемая в плане результата, я уже понял. Куда бы ещё съездить поиграть?

image

Зест тоже сегодня играл на Кеспа Кап, но уже в следующей стадии. Пройдя раунд из шестнадцати игроков, где было просто какое-то избиение младенцев с ником ПигБэби, он вышел дальше и в итоге играл с нашим Классиком в полуфинале на следующий день. Уделал его 3-1, вот гад! Мы всем тимхаусом смотрели финал по телевизору, болея за протосса Хиро.


Но магия не сработала: 4-1. Первый проигранный сет Зест воспринял абсолютно спокойно, объяснив потом, что ему комфортнее сначала проиграть, чтобы потом, не нервничая, разбить противника. Он увёз с турнира 80 тысяч долларов и ещё один серебристый кубок на полочку в тимхаусе КТ Rоlster. На всемирную киберспортивную олимпиаду от Кореи, видимо, тоже он поедет.

image

Мне с этим выскочкой, которого ещё год назад никто и не видел толком, следующий матч играть, и тоже ПвП, как здесь! Аааа! Как же хочется ему врезать!

«Типа поздравляю!» — пишу я смс со злобным смайликом, отвернувшись от бурных обсуждений, что не так сделал Хиро в последнем сете. Мои тиммейты чуть на головах друг у друга не прыгают, сыпля восторгами и проклятиями.

— Да Хиро вообще третью базу ставить не надо было, — заявляю я погромче во всеуслышание, — а надо было давить Зеста, не рассчитывая на макроигру!

Слышу одобрительные «Да! Да!», читаю ответ на смс: «Спорим, в лицо ты меня поздравить не сможешь?» с хитрым смайлом. «Смогу!» — пишу я и останавливаю себя, чтобы не написать: «и пнуть тоже!». Затем присоединяюсь к перемыванию косточек уже обоим протоссам.

Да, я понимаю, что Зест крут, но я не могу вот так просто взять и перестать беситься от той лёгкости, с которой он бьёт одних за другим что моих тиммейтов, что других прогеймеров. И улыбка эта его звёздная, сверкающая. И вообще ОН! Просто он. Восторг и желание пнуть. И просто желание... Я притормаживаю на последней мысли, отвлекаясь от весёлой перебранки, и слышу трель звонка своего телефона. Вынимаю его из кармана. Знакомые циферки. Чёрт. На меня косятся, когда я ухожу к себе ради какого-то там телефонного разговора во время такой увлекательной беседы.

— Громко же! — ору я в доказательство неумолимых обстоятельств, вынудивших меня спешно покинуть столь чудесную компанию. Закрываю дверь своей комнаты, прислоняюсь к ней и отвечаю на звонок.

— Что ты хочешь? — выдаю на одном дыхании.

— Ммм...

— И что это было? — расплываюсь я в улыбке.

— Я соскучился по дождю.

— Мало полили шампанским в этот раз? — подкалываю я, щёки розовеют.

— Празднование только завтра, — смеётся Зест. — Сегодня мать на поезд провожаю, она приехала на финал. Вечер свободный.

И молчит. Я тут торопился, почти бежал, а он молчит! Слушаю его дыхание и сползаю по двери на пол.

— Рыбки?

— Рыбки, — отвечает Зест, и я чувствую, как он улыбается.

— Ты выводишь меня из себя, ты знаешь? Я равно пнуть тебя хочу и хочу, чтобы... нуу… —неопределённо заканчиваю я энергичный посыл. Слышу смех в трубке.

— Попробуй, —бросает Зест, отбивая удар, и отключается.


***


Из-за того, что я покинул словесную баталию, Партинг на меня надулся опять. А фиг ему! У меня будет баталия посерьёзнее. Я его пну! Не Партинга, в смысле, а Зеста. Ух, я не знаю, что из этого получится, но попытаться стоит.

Сажусь в автобус, еду. Одна остановка, другая, третья, четвёртая... А не, это светофор. Вот теперь четвёртая. Пяяятая... Подтолкните кто-нибудь эту черепаху от машиностроения!


Блииин. Так не пойдёт. Откидываюсь головой на сиденье, включаю музыку и стараюсь расслабиться. Под закрытыми веками вспыхивают кадры сегодняшней трансляции. Красные сталкеры носятся от синих, блинкают по карте на уступы туда-обратно. И сквозь всю эту круговерть сосредоточенное лицо Сён Ука, сверлящего взглядом монитор, пальцы бегают по клавиатуре.

Блинский блин, чуть не проехал свою остановку!

Я выполз под слегка моросящий дождик, помянул недобрым словом забытый зонт и побежал к нужному дому. Дверь квартиры открылась в темноту, как в мой первый приезд сюда. Луч света выхватил Зеста, осветив уложенную причёску и чуть заметные стрелочки у подведённых глаз. Он ещё не смыл грим, только переодел КТешную форму после матча.

— Первый раз встречаю вампира, так любящего рыбок! — выдаю я вместо приветствия. Зест улыбается, закусывает губу и тянет в свою темноту.

Дверь захлопывается, и я едва успеваю заметить лучик света из соседней комнаты, как Зест толкает меня, припирая к стене, и впивается в мою шею, заставляя застонать. Наконец-то облегчение мучавшей которую ночь ломки... Кажется, электрический ток бегает по венам вместо крови. Тело вибрирует и требует свою дозу напряжения нужной частоты, я будто всё больше наэлектризовываюсь.

— Ты... решил нас... в архона слить? — сбивчиво шепчу я.

Зест отвлекается от моей шеи и спрашивает тихо-тихо, шепча в самое ухо:

— Знаешь, о чём я думал каждое утро? — он водит носом по коже. Даже не щекотно. Это скорее что-то из физики, там искры должны сыпаться.

— Хм, — думать слишком трудно.

— Как ты точно так же стоишь в душе... — я слышу улыбку в его голосе.

— Люди, которые не вампиры, бывает, моются по утрам, — бурчу я. — Насчёт вампиров не уверен. Гробы там всякие, моль... — я тоже улыбаюсь в темноте. Сердце скачет, как обдолбанный энерджайзер.

— Сделаешь? Хочу. — Сён Ук затаивает дыхание и крутит пуговицу на моих джинсах.

— Расчётливый вампир попался, расплаты требует. — Моему шутливому тону ничего не удаётся замаскировать. Тело колотит. Подрагивающими пальцами расстёгиваю джинсы и ныряю рукой под ткань. Сён Ук немного отодвигается, но, уперев руки по бокам от меня на уровне плечей, замирает. Закрываю глаза и даю колбасящему напряжению выход. Мозг, все мысли оставлять до востребования, меня нет.

Расстояние до Зеста кажется выверенным математически — грань притяжения и отталкивания. Он как будто намагничен в противофазу. Его тело заставляет моё биться в силовом поле высокого напряжения. Шёпот — как спуск у электрической дуги:

— Кончай.

И меня громко выгибает ему навстречу, ноги подкашиваются. Зест подхватывает в объятия и гладит по спине. От шума его дыхания во внезапно ставшее дико чувствительным ухо я вздрагиваю раз за разом. Слушаю быстрые вдохи и заметно сдерживаемые выдохи. Это он меня тут распял своим электричеством, а сам пытается успокоиться? Я тяну вверх край его футболки и заставляю оторваться. Сён Ук помогает: сам быстро сдирает футболку, кидает куда то в темноту. Комок ткани вспыхивает, пересекая луч света из комнаты. Под ладонью гладкие упругие мускулы и... Теперь Зест шипит. Я покажу ему, что значит кроликом для экспериментов быть! Сжимаю сосок ещё раз. Чувствую, как податливое тело клонится навстречу. Торможу льнущего Сён Ука и уворачиваюсь от губ:

— Ты мне тоже должен желание.

Он громко фыркает и кусает меня за ухо. Прошибает разрядом тока.

— Ай же! — я хватаю Зеста за руку и веду туда, где свет, в гостиную. — Тут.

И я ещё удивлялся его невозмутимости во время похода под ливень на крышу? Зест облизывается, глядя мне в глаза тягучим взглядом, проходит и садится в кресло. Я останавливаюсь у двери, подпирая косяк и кусая губы. Зест свободно откидывается на спинку кресла, расстёгивает джинсы, закрывает глаза. Одна рука скользнула под молнию, во второй за дужку покачиваются снятые очки. Ловкие пальцы поигрывают чёрным поблёскивающим пластиком.

Я наблюдаю сощуренными глазами, оглаживая взглядом линии выгнутой шеи, груди, пресса, рук. Я рассматриваю первого в моей жизни парня, которого захотел так, что снесло крышу. Слушаю его отрывистое дыхание и тихо завожусь по новой. Когда Зест обводит губы влажным языком, я не выдерживаю и всё-таки захлебываюсь воздухом, на что он приоткрывает глаза и продолжает, смотря в упор.

Несколько секунд — и я второй раз за день сползаю на пол, не устояв под напором энергетики этого зачаровывающего меня человека.

Я что-то говорил когда-то про «смотреть на меня сверху вниз» и про «не выберу»? Зест с высоты своего кресла жжёт взглядом хищно прищуренных глаз. Будто не он там сидит полуголый в последней стадии удовольствия, а я. Я машинально облизываюсь и в ответ ловлю момент, когда его зрачки чуть закатываются, а веки, дрогнув, закрываются. Зест судорожно выгибает шею и медленно выдыхает.

А мои лёгкие, кажется, забывают о необходимости расстаться со старой порцией воздуха. Он с трудом вырывается через полуоткрытые губы. Я смотрю как Сён Ук, издав смешок, поднимается с кресла и торможу. Ладно, шоковое состояние я уже прошел раньше, сейчас это уже не шок, это… Как бы объяснить? Да кто бы мне объяснил! Я завис. Как комп. Тупо слежу взглядом за каждым движением Зеста, задирая голову, пытаюсь разглядеть его лицо на фоне слепящей лампы под потолком. Я не знаю, что сказать и надо ли говорить вообще.

— Что, процессора не хватает на переварить? – хитро улыбается он. Подаёт мне руку и поднимает с пола. Я оказываюсь лицом к лицу с Сён Уком. Пара сантиметров. Раскосые пристальные глаза, сверкающая улыбка, язык опять обводит губы.

Мой «висящий» мозг не отзывается.

— Дай мне пару минут, — медленно говорю я. — Не могу привыкнуть. В голове не укладывается, что я выбрал парня.

Чёрт, как тут можно вообще на что-то в мире полагаться, когда вот так, по чертовски не зависящим от тебя обстоятельствам, всё встаёт с ног на голову! Жил-был я и вот…

Зест надевает очки, погладив меня по щеке, нежно проводит большим пальцем по губам и уходит. Я почти его остановливаю, как-то на автомате не желая отпускать, но задерживаю свою руку. Взлохмачиваю волосы и тру шею. Да, мозг, это надо принять, тело уже приняло. Это не сумасшествие и не безумие. Просто я влюбился.

Я вышел в тёмный коридор и пошёл на свет.




ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ



Как я уже сказал, когда-то давно мой мир был проще. Соревнования, тренировки, друзья. Всё встало с ног на голову, поменялось вместе с изменением основы — меня. Я... Я влюбился. Но это не девушка, которой можно дарить цветы, водить в кафе, ходить с ней за ручку и хвастаться ею перед друзьями. Особенно последнее. Друзья, вы не поймёте. Я сам с трудом понял и принял.

image

Сён Ук, Зест — он считает это только нашим делом, и я трепаться о своём увлечении парнем не буду. Пусть все думают, что я встречаюсь с какой-нибудь поклонницей, например. Вожу её на свидания в кино и иногда уезжаю к родителям на выходные, поэтому пропадаю по ночам из тимхауса. Пусть. Моё дело.

Не знаю, как там, в своевольной Европе, но у нас газеты меня быстро съедят и не подавятся, а спонсоры не захотят иметь дела. Поэтому шшш... И пусть всё будет, как я хочу.



*** Глава 1 ***


Жара и ливни пошли на спад. Лето кончалось, и осень, не спеша, вдыхала в город свежий воздух, высушивая лужи. Я шёл по улице, возвращаясь от Сён Ука, и улыбался тёплым лучам солнца. Мой плеер был врублен почти на полную громкость. Позднее утро, все, кто спешил на работу, уже умчались, поэтому в автобусе я ехал едва ли не один, и никто не мог пожаловаться на мою невменяемую дурную физиономию с улыбкой до ушей. Сегодня, сейчас, мир был прекрасен, и я не мог этого ни скрыть, ни подавить. Развалившись на сидении, я подставлял лицо под солнечные лучи и с удовольствием жмурился.

Тимхаус встретил меня сонным Партингом, по которому было видно, что он только что разомкнул объятия со своей любимой подушкой. Наверное, этот твиттерный монстр ещё даже телефон в руки не брал. Редкость!

— Хэй! — кричу я ему, оглушённый музыкой из наушников, и хлопаю по плечу.

— А! Ты чего дерёшься? — крутит тот носом, вжимая голову в плечи.

— Утро! Еды мне! — я азартно выпучиваю глаза.

— Заметь, не я это сказал. А то «Партинг—пожиратель, Партинг только о еде думать может», — скрипит он, как несмазанная дверь, и тащится за мной на кухню. Я залезаю в холодильник, кажется, по пояс. Хватаю там, что плохо лежит, и несу всё это добро на стол. Плюхаюсь на подушку напротив друга. Партинг наблюдает, как я с энтузиазмом мажу бутерброд, и с подозрением спрашивает:

— Слушай, ты где был, что так проголодался? Не у родителей что ли?

Лучшая защита — это ж нападение, и я срочно выпаливаю:

— Утро — хороший повод поесть! На! — пихаю ему один бутерброд и сам затыкаю себе рот вторым. Не усидев и минуты, вскакиваю за кружкой, желательно с чем-нибудь жидким бы... Рыщу в поисках сока на дверце в холодильнике. К нам в компанию подтягиваются Классик и Су — не такие сонные как «пожиратель», но и до моего бодряка им далеко. Партинг старательно дожевывает дарованную пищу, вопросительно уставившись на мою спину:

— Вы не знаете, чего это Юн Чжонга так прёт?

Теперь три пары глаз направлены на меня.

— Ну, пусть лучше прёт, чем не прёт, — миролюбиво говорит Су и ставит греться чайник.

— Не, его как-то особенно прёт! — не сдаётся Партинг.

— Опять зависть чёрная необузданная? — иду я в наступление. — В обнажёнке не зовут сниматься, прущей травой не делятся, бедный несчастный Вон Ли Сак!

Я заглатываю остатки апельсинового сока и ухожу из кухни. Пусть теперь сами между собой догадки строят на разнообразные темы. Если кому-то интересна причина моей сегодняшней солнечности, то он может придумать её сам. У меня умные тиммейты, они подберут что-то подходящее, и мне не придётся трудиться, выдумывая.

Ставлю телефон на зарядку, хватаю полотенце и иду в душ. Умыться, побриться... Не хочется смывать прикосновения Сён Ука, но приходится быть цивилизованным человеком и расстаться с желанием зарасти памятной грязью. Провожу мочалкой по шее и чувствую след от укуса, тёплая вода бежит по коже, высвобождая из памяти ощущения. Не поддаться им очень сложно, и я заново прокручиваю в голове прошедший вечер, ночь и утро...



...Я нашёл Зеста выходящим из ванной. Его лицо было серьёзным, кончики чёлки мокрые. Видимо, он смывал остатки грима, пока я разворачивал внутреннюю вселенную на девяносто градусов, чтобы в кадр попал весь я, а не только мои представления о себе.

— Ты не пожалеешь? — спросил я его, тревожно вглядываясь исподлобья.

Он не спеша разгладил мои нервно разлохмаченные волосы и криво невесело усмехнулся:

— Я уже жалел об этом. Больше не хочу.

Поцелуй получился тягучий и медленный. Сён Ук подтянул меня к себе за ремень джинсов, я закрыл глаза и позволил себе просто чувствовать. Мозг больше не сопротивлялся и не пытался бунтовать и ультимативно отключаться. Нервы успокоились. Сердце не выдавало скачкообразный ритм. Оно размеренно и гулко ударяло в грудную клетку. Я провёл языком по влажным губам Зеста и тихонько прошептал прямо в них:

— Я не убегу.

Зест посмотрел на свои руки на моём ремне и немного поспешно убрал их. Он, видимо, сам не заметил, что крепко держал меня.

— Чаю? — спросил он, прочёсывая чёлку.

— Рыбки! — фыркнул я, заставляя его улыбнуться.

— Думаю, тётины рыбки не обрадуются чаинкам, — он хитро сощурился.

— А когда они вернутся?

— Чаинки?

—Тёти! Тьфу, тётя с дядей.

— Месяца через два.

— То есть не сегодня нооочью... — я растянул последнее слово и вопросительно поднял вверх брови. Зест закусил губу и помотал головой. Опять этот его пронзительный взгляд, пробирающий до дна души. Я шагнул ближе и шепнул в ухо:

— Надеюсь, у тебя не только подушки с дивана есть, но и запасное одеяло.

Зест шумно выдохнул и проводил меня глазами. Я зашёл в ванную и включил воду, чтобы умыться и привести себя в порядок. Безумная путаница эмоций и мыслей, поселившаяся пару месяцев назад в моей голове, собирала вещички и паковала чемоданы. Мир постепенно обретал свои новые очертания, переставая колбаситься на поворотах.



Тёплый чай был очень кстати. А одеяла с матрасами нашлись в шкафу. Мы притащили по комплекту в гостиную и покидали всё в кучу около дивана.

— Одно радует: тут нет компов и ты не потребуешь БО3 вместо сна, — подколол я Зеста, припоминая ему бессонные ночи, проведённые за СтарКрафтом.

— Ммм, не уверен, что вообще усну, когда ты будешь так близко, — он потянул за краешек моей футболки и отпустил.

— Можно тут стол убрать куда-нибудь? — я постарался сосредоточиться на задаче обустройства ночлега. Зест отодвинул стол в угол. Я подхватил один матрас и расстелил прямо по центру получившегося пространства. Зест улыбнулся и, закусив губу, стал стелить свой матрас впритык к моему, потому что другого места просто не осталось.

Когда всё было готово, я лёг поверх одеяла и вытянул руки, с удовольствием потягиваясь. Зажмурился, а когда открыл глаза, увидел, что Зест меня разглядывает, скользя взглядом от кончиков закинутых за голову рук, до ступней. Я не устоял перед искушением и, когда Зест в очередной раз отвел взгляд от моего лица, сделал ему подножку. Уронил на матрас этого наблюдателя.

— Поздравляю с Кеспой! — я с удовольствием слегка пнул Зеста, исполняя своё заветное желание, и торжествующе возгласил:

— Я выиграл!

— А ты ничего не путаешь? — засмеялся тот.

— Я же говорил, что смогу тебя в лицо поздравить. Ты проспорил! Тебе свет выключать идти, — я даже язык показал. Зест вытащил пульт из-под подушки, насмешливо продемонстрировал мне и убавил освещение до минимума.

— Ооо, читер! — я откинулся обратно на матрас.

Зест закинул пульт на диван и спросил:

— Ты зачем Бомберу проиграл?

Я пустился в объяснения моих не получившихся задумок. Мы вырулили на обсуждение других матчей и проболтали, наверное, часа два. Город за окном совсем затих. Если постараться, то наверняка можно было бы услышать бурлящую струйку пузырьков на поверхности воды в аквариуме. Разговор тёк тихо-мирно. Я валялся на одеяле и рассматривал люстру, слабо светящуюся жёлтым светом в почти полной темноте.

— А ты никогда не хотел уехать, как Бомбер и другие, из Кореи? В какую-нибудь европейскую команду играть. — Один из вопросов Сён Ука заставил меня выйти из полусонного состояния. Я поразмышлял и ответил:

— Это же так далеко... Никаких друзей, родни. Язык опять же надо учить, — я зевнул.

— А если бы ты не один уехал? Вместе с друзьями.

— Ммм... Я вообще хочу покататься поиграть на разных международных турнирах. Но пока никуда не отправляли. У нас вообще командный спонсор интересуется только корейским рынком, так что... Хотел бы, да. Но так, в перспективе.

— Умгу...

— А ты?

— А я не знаю. Я очень рад, что попал в КТ, даже капитаном стал, поэтому переезжать в Европу или Америку нет желания. Хотя, конечно, интересно.

Зест задумался, я стал засыпать. Даже гудение его телефона не заставило меня открыть слипающиеся глаза. Услышал, как Зест вышел из комнаты, подумал, что спать в одежде — это тупняк. По-прежнему не открывая сонных глаз, не глядя стянул джинсы и вполз под одеяло. Поздней ночью полагается спать, а не... Чего там «не», я уже не додумал, провалился в уютную дремоту.


Мне снилось, будто я стою напротив Эйфелевой башни и фотографирую её для твиттера Партинга. Было тепло, люди вокруг говорили на чём-то непонятном, но точно не на французском. Лучик солнца пустил зайчик мне в глаза, я помотал головой и проснулся. Потолок был какой-то странный... А, так я же не дома! Я повернулся к Сён Уку, кажется, он спал. Ещё даже не светало. Я не поверил цифрам на телефоне: только час проспал?

Сён Ук стал поворачиваться на бок, приоткрыл глаза и встретился с моим взглядом. Я сонно улыбнулся ему и получил такую же улыбку в ответ. Похожим сонным я его видел только после... Я неосознанно потянулся и провёл пальцами по его губам. Зест поймал мою руку и потянул к себе. Подкатываясь к нему под одеяло, я не думал ни о чём. Кроме того, что будь здесь ещё чуточку темнее, на коже точно было бы видно загорающиеся следы от его прикосновений. Светящуюся цепочку, идущую от кисти до локтя, бегущую по шее, ныряющую на спину под скинутую футболку, разжигающую костёр в груди и животе и обвивающую мои ноги. Солнечно рыжее пламя вилось вокруг меня, я таял и мурчал в ответ на улыбки, чувствуя их кожей.

Сён Ук скинул мешающее одеяло, сдёрнул свою футболку и, приподнявшись на руках, пристально поглядел мне в глаза, покусывая губы. Я потёрся об него бедром и притянул жмурящегося к себе. Стало ещё жарче, чем было с одеялом. Воздух отказывался быть, и я задыхался, ловя дыхание Сён Ука жадным ртом. Каким-то образом оказалось, что мы уже на полу, а не на матрасе.

— Жёстко, — засмеялся я, охватывая Зеста за шею. Он повернул голову, чтобы оценить наше местоположение, я его укусил за ухо и покатил нас на матрас. Оказываясь сверху, стал щекотать его шею носом, за что получил лёгкий укус в плечо.

— Вампиришь опять? — глотая воздух, произнёс я и не уследил —меня закружило и привалило к матрасу. Это Сён Ук про ураганы говорил, не я!

— Если ты меня не остановишь, то я сам не смогу, — выдохнул мой персональный ураганный вихрь. Я как во сне завис взглядом на припухших губах и прошептал:

— А надо?

Дальше отчётливых воспоминаний не было, только сонм из жгучих прикосновений и слишком горячих губ кружился в голове. Я заранее решил, что фиг с ними, с соседями: если кто что и услышит, то сам виноват, и перестал вообще контролировать себя. Разливающийся по коже свет будил во мне стоны, искры вспыхивали под веками. Я помню голос Сён Ука, его дыхание, срывающееся в всхлипы, и ощущение бархатной влажной кожи под пальцами...



Я проснулся, когда солнце уже совсем встало, в обычное для себя время. Снова закрыл глаза и улыбнулся. Зест крепко обнимал меня рукой поперёк груди, просунув одну ногу между моими коленями, и утыкался носом мне за ухо. Почему я не проснулся раньше, щекотно же! Я хмыкнул и разбудил этим Зеста. Он сонно поводил носом, вызывая во мне ещё пару смешков, и попытался отлепиться.

— Кажется, я застрял, — расплылся он в улыбке и провёл кончиками пальцев мне по животу, осторожно прикоснулся тёплыми губами к плечу. Я потянулся за этой рукой и скорректировал направление. Под моими веками продолжалась ночь. Единственное желание, желание ритма, проявлялось в звуке моего хриплого со сна голоса, как негатив, выцветая под солнцем в яркую вспышку. Зест впился мне в шею, и я пропал секунд на двадцать.



Открывая глаза вновь, я понял, что это утро начало мою жизнь как будто с чистого листа. Оно вымело прошлые годы из фокуса внимания. Я был здесь и сейчас так ясно, как никогда прежде. Тело гудело энергией, будто меня подключили к солнечной батарее.

Уходя из квартиры, я никак не мог оторваться от Сён Ука. Целовал его, вцепившись в футболку на спине, и впитывал низкие стоны, различимые на грани слышимости. Уйти было сложно, но помог телефон, затарахтевший в заднем кармане джинсов Зеста, как раз у меня под рукой в тот момент. Я слегка вздрогнул, отодвинулся и смог наконец-то открыть дверь, чтобы выйти.


***


Как я и ожидал, мои тиммейты придумали замечательное оправдание для моего солнечного вида. Они решили, что у меня появилась девушка. Что не далеко от истины и одновременно так же далеко, как до Луны. Меня ободряюще хлопали по спине, кто-то даже пробовал улюлюкать, но в целом всё шло неплохо. За исключением одного: постоянно просили показать фотографию. Я отверчивался и отшучивался, выдумывая самые неправдоподобные объяснения. То говорил, что у неё аллергия на фотокамеры. То с изумлением сообщал, что она вообще в кадре не проявляется, будто вампир, ха. То объяснял, что в её религии не принято фотографироваться. На последнее Партинг высказал предположение, не пророка ли Мухамеда я выбрал себе в пару. Получил ковриком от мышки по голове и хохот со всех сторон. Я развлекался, на душе было легко.

Тренировки снова стали укладываться у меня в голове, мысли не разбегались кто куда. Да, я всё ещё чувствовал дрожь от одного упоминания имени Зеста, но уже вполне мог себя контролировать, чтобы не впадать в непреодолимый ступор. Закусывал губу изнутри и пережидал, пока ураган эмоций уляжется в свою нору.

Сён Ук просачивался в каждый мой день, отголосками ощущений в дремоте перед сном, смсками в телефоне. Звучал в моих снах, заставляя просыпаться с терпким нереализованным желанием. Я ждал слов «Рыбки? Сегодня?» и нёсся к нему, даже если был измотан целым днём тренировок. Хватал бутылку воды с рабочего стола, подхватывал толстовку со спинки кресла и старался как можно незаметнее пробраться к выходу.

Сегодня меня поймал на манёвре отхода к кроссовкам Фэнтэзи. Он понимающе кивнул головой и пообещал прикрыть перед тренером во время «построения» на ужин. Я благодарно улыбнулся и выбежал из тимхауса. Да, голодный — это именно то слово, которым можно описать моё состояние. Но, конечно же, ужин не поможет. Я так голоден, что просто с ума схожу. Запах, прикосновения, звуки голоса, шум дыхания... Вампир ты, удав или просто протосс, которому пища не нужна, и питаешься одним воздухом да солнечным светом, как гласит легенда. Но мне нужно видеть светящуюся улыбку, чувствовать ураганную бурю в лёгких, старающихся насытить меня кислородом, пока я, затаив дыхание, слежу за твоими руками и губами, путешествующими по моему телу.


***


Когда живот забурчал, припоминая мне пропущенный ужин, я криво усмехнулся вечернему городу внизу — мы стояли на крыше. Я облокотился о перила, Зест стоял рядом. Разговор шёл о сегодняшнем случае у меня в тимхаусе. Я рассказывал, как Соулки на спор побил Партинга, играя за терранов, вместо своих обычных зергов. Тот тоже играл за терранов, вместо своеобычных протоссов. Я и ещё несколько моих тиммейтов следили у них из-за плеча за дракой. Эпичное вышло ТвТ. В итоге недотеррану Партингу пришлось стирать носки Соулки. Воплей из ванны было!.. «Зергушатина» и прочие вольности сыпались в избытке, народ угорал по-страшному, жаль, фоток никто не наделал. Но это было бы чревато висящими мыльными носками на камере или телефоне, так что побереглись.

На этом месте живот меня и выдал. Зест вопросительно посмотрел, я пожал плечами. Было решено идти на поиски еды. Куда-то туда, в темноту, где последние волны человеческого трафика угасают, возвращая спешащих людей с работы домой. Я накинул капюшон на голову, и мы пошли к лифту.

— Я прямо дарком себя чувствую, — пошутил я.

— С косой тебя в кафе никто не пустит в принципе, — засмеялся Зест.

— Сомневаюсь, что у них есть сканирующий обсервер, — шиплю я загадочно.

— Тогда надо для большей правдоподобности и рот тебе завязать, — хитро щурится он, поворачиваясь ко мне от панели лифта, на кнопку которой он только что нажал.

— Нет, тогда меня точно заметят. По завыванию желудка, — хохочу я и вхожу в раскрывающиеся двери. Зест входит следом и становится лицом ко мне, буравя взглядом. Опять игра в гляделки, опять никто не опустит взгляд, пока лифт не остановится. Я уже изучил все манёвры Зеста по отвлечению моего внимания. Я даже не поддаюсь на облизывание губ, держусь и не отвожу взгляда, чтобы проследить за языком. Эта густая энергия, что повисает между нами в такие моменты, кажется мне тёмной, как его глаза, в которые я почти падаю под конец спуска лифта. Раз за разом сдерживаюсь из последних сил в самом конце. Но пока не сдаюсь и не хочу, чтобы это кончалось.

Голова после, как всегда, слегка оглушённая. В фокус попадает убыстренное, как у меня, дыхание Зеста. Он берёт меня за руку, медленно погладив запястье большим пальцем. Подносит руку к губам и прикусывает тонкую кожу с внутренней стороны. Кажется, я сейчас никуда не дойду, растаю прямо тут и просочусь сквозь лифтовую шахту куда-то к центру Земли. Там должно быть примерно так же жарко. Я судорожно вдыхаю, а дверцы начинают закрываться. Но Зест хищно жмурится и вытаскивает нас наружу. Радостно улыбаясь, тянет из здания на улицу. Это первый раз я с ним иду туда, где кроме нашего с ним безумия есть ещё нормальные обычные люди. Не запутаться бы в общественных «можно-нельзя» — они стали для меня странными и непонятными в последнее время, могу перепутать.

Мы заглянули в 7-Eleven неподалёку, купили там всякой ерунды. Возвращаться не хотелось, хотелось гулять. Шурша пакетиками и булькая газировкой, отправились на набережную. Горящие фонари освещали парочки и отдельных прохожих то тут, то там. Я выбрал ступеньку у кромки воды и завернул к ней. Фуф, можно отдохнуть. Только на улице я понял, насколько меня сейчас тянет к Сён Уку. Будто у него есть такой большой магнит, настроенный на меня. Ага, магнит размером примерно с него. Постоянно приходится следить за дистанцией, иначе я рисковал просто налететь на Зеста с размаху, ослабив контроль. Интересно, у него так же?

Зест спустился на ступень ниже и остановился напротив меня, плюхнул пакет рядом, руки в карманы. Легонько попинал мой кроссовок. Я чуточку резче, чем бы надо, дёрнулся: тело всё ещё выполняло программу по соблюдению дистанции. На что Зест озорно мне улыбнулся и придвинулся ещё ближе, задел колено. Я откинулся на руки, отодвигаясь. Он поднял руку и тронул меня за капюшон, уменьшая и без того крохотное расстояние между нами совсем до минимума. Я не выдержал и просто прикрыл глаза, чтобы бесполезно не метаться. Услышал смешок. Зест сел рядом, пошуршал пакетом и тихо сказал:

— А в субботу что ты будешь делать?

— В субботу... — я вспомнил про наш матч на GSL. На какой-то период времени он абсолютно вылетел из моей буйной головы.

— Да, в субботу. — Зест больше не улыбался. Он смотрел на недалёкий противоположный берег тёмной реки, тоже освещённый кое-где фонарями. Вглядывался чуть тревожно во что-то мне невидимое и недоступное.

Я задумчиво захрустел чипсами и стал наблюдать за изредка проходящими мимо людьми. Тихий плеск воды, звуки проезжающих где-то там машин, обрывки чужих разговоров — всё вплеталось в единое полотно тёплого вечера. Приятный ветерок чуть шевелил листья деревьев, расставленных в кадках то тут, то там... Я почувствовал прикосновение прохладных пальцев к своей щеке и вздрогнул как от лёгкого щелчка статическим током. Повернулся к Зесту и не смог удержаться — потёрся щекой о его руку. Он постарался побыстрее её убрать. По удивлённым глазам было видно, что он задумался и опять не заметил, что делает, вот только сейчас с опозданием понял. Я тихо рассмеялся:

— Ты лучше себя спроси, что ты будешь в субботу делать.

Зест опустил голову, улыбнулся:

— Постараюсь нас не запалить.

— Ага, как сейчас! — я наслаждался его таким редким стеснением и хотел выжать ситуацию по максимуму. — Твои руки вообще знают о том, что у них босс — голова?

Зест посмотрел на меня, сощурился, закусил губу и пошагал пальцами по ступеньке ко мне. «Призрак» прокрался к моему карману и нырнул в него. Я опять рассмеялся и быстро встал. С заговорческим видом запихал упаковки от перекуса в пакет, пакет в урну. Зест следил за моими действиями, ничего не предпринимая.

Нуклир ланч детектед! — стараясь не сильно орать, выпалил я и сорвался бегом. Несколько метров до ближайшей кадки с деревом я преодолел быстро, но Сён Ук меня почти догнал. Я выскочил на лестницу с набережной, на самом верху повернулся, подпрыгивая на одной ноге. Увидел метнувшуюся в свете фонаря рыжую макушку и, не тормозя, перебежал пустую улицу, нырнул в тёмный проход между домами. Ха, кролик, как же! Я затаился в глубокой тени, как тигр в зарослях.

Пронаблюдал, как Сён Ук не спеша перешел улицу и тоже нырнул в темноту. Вот тут я его и поймал, благодаря тактическому преимуществу уже попривыкших к темноте глаз. Схватил за рукав и потащил бегом дальше. Выбрал место без людей и потянул смеющегося на себя, поцеловал. Сён Ук ответил, и я поплыл. Он забрался сзади за ремень моих джинсов под толстовкой и плотно прижал к себе. От нахлынувших волной ощущений все волоски на теле встали дыбом. «Вампирский» укус заставил приглушенно всхлипнуть. Я скорее кожей, а не ушами, почувствовал ответный тихий стон. Но тут внезапно какие-то люди вышли в конце улицы, и мы, не сговариваясь, рванули бежать. Хохоча, добрались до остановки, где я обычно сажусь в автобус.

Я зашёл за пёстрый рекламный щит, огляделся по сторонам и погладил Зеста по слегка румяной от беготни щеке, обрисовал кончиком пальца точки родинок. Он поймал мою руку и осторожно поцеловал ладонь, лизнув напоследок, от чего я грозно зашипел на него. Но нагнать страху не получилось. Зест подмигнул мне и торопливо пошел к входу на станцию метро неподалёку. Он накинул капюшон на голову и не обернулся. Я длинно выдохнул для восстановления равновесия, проводил удаляющуюся фигуру взглядом и стал ждать автобус.

Что же будет в субботу?..



*** Глава 2 ***


Когда неделя подошла к пятнице, я уже успешно отработал не одну, и не две идеи для матча против протоссов. Старался готовиться как к очередной игре, обсуждал последние игры Зеста и пересматривал кое-какие турниры вместе с тренером. Глотал всплывающие эмоции поглубже и тренировался, тренировался. Перемучил проработкой манёвров наших протоссов. Партинг и Классик уже даже не сопротивлялись моим «Пошли со мной, есть идея!» или просто «Эй!». Они заранее от всей души вздыхали, не спеша вставали и понуро шли за комп. Даже не пытались ни разу спрятаться под стол, что очень похвально и делает им честь как тиммейтам.

Ночь на субботу была нервно бурной. Я просыпался, подскакивая на кровати, несколько раз, прежде чем полностью заснуть. Ворочался, мякал жаркую подушку. И только превратив одеяло в рулет и обняв его руками и ногами, смог наконец заснуть нормально. Удалось наверстать те пару часов, что я проворочался, благодаря позднему подъёму. Ну, в какой-то степени. Я ещё успевал размяться и нормально поесть перед отъездом в студию.

Всю дорогу руки как будто слегка немели от нетерпения и предвкушения. Я так хотел завалить Зеста! Разбить, сломать, может быть?.. Ммм, нет, не так. Я хотел получить сбивающий с ног интенсив энергии, прущей сквозь игру. Тот, что чувствовал с ним, играя в гляделки. Хотел, чтобы он вспотел, щёлкая мышкой и стуча по клавиатуре. Это слишком сексуально, чтобы не хотеть. Ох. Я натянул на лицо капюшон. В который раз.



Тренер и Партинг с Классиком сопровождали меня на каждом шагу, так что я был качественно отгорожен ими от окружающего мира (то есть от Зеста, конечно), пока не начался эфир. Они уселись в зале, чтобы в перерывах между сетами подсказывать что-то, если мысли будут. Я концентрировался на музыке в ушах и раскликивался, не поднимая взгляда от монитора. Всё шло хорошо. Теперь бы ещё интервью предматчевое нормально пережить.

А, чёрт! Оно парное. Блииин.

Гьюри присела на высокий табурет в центре сцены, по бокам посадили меня и Зеста, дали в руку микрофон. Жду, пока натарахтятся ведущие и включат камеру на сцене. Оглянулся краем глаза на Зеста, тот и бровью не ведёт опять. Да как ему это удаётся?!

image

На обычные вопросы: «Как вы расцениваете свои шансы на победу?» да «Что вы думаете о сопернике?» я ответил традиционной вежливо-приличной чепухой. Не очень мудрил, просто сказал, что полагается в таких случаях. А Зест…

«Я думаю, Рэйн — лучший протосс в мире» сказанное со светящейся улыбкой — это что, нормальный ответ? Кажется, да. Но, кажется, нет! Хмм.

«Я думаю, это будет сложный матч, и я немного волнуюсь». Ох, да, сложный. И это он волнуется так?!

Серьёзное «Это очень важный момент для меня» заставило прикусить губу. Я постарался сосредоточиться хоть на чём-то, только бы не выглядывать из-за Гьюри, пытаясь посмотреть на Зеста. Ботинки оператора, не, это кроссовки, а не ботинки. Судя по трём полоскам, адидасовские. Как у Зеста и всего КТ. Блин! Нежелезные нервы дали трещину, после взваливания на них этой последней ничтожной детали.

Но ещё пара реплик ведущей, и можно будет уже уйти из-под софитов. Пожать сопернику руку? Нет проблем! Сейчас пожму за такие ответы, мало не покажется.

Гьюри встала, и я увидел закусившего губу Зеста. Сделал шаг к нему, быстро взглянув в глаза и поймав ответный дикий взгляд. Рукопожатие было слабым — я инстинктивно старался как можно меньше... Меньше почувствовать его. Поскорее отвернулся и пошёл в кабинку. Тренер заглянул, спросил, чего я такой взъерошенный. Демонстративно потёр руки и повернулся к монитору.

Сейчас я тебе устрою, мистер Немного Волнуюсь!

image

...Но мне не удалось. Подвела реакция, может быть. Не удалось вообще ничего. Сет за сетом валился из рук. Я не добирал в скорости реакции долю секунды, а Зесту безумно, просто сумасшедше везло. Три проигрыша подряд, хоть плачь. Глаза защипало, когда я написал последний раз gg. Уткнулся в ладони и задержал дыхание, пытаясь немного успокоиться. Ни тренер, ни тиммейты не спешили ко мне в кабинку, давая время прийти в себя. Я убрал мышку в рюкзак, накрутил провод на клавиатуру и запихал туда же. Коврик ещё, да.

Я вышел из кабинки. По студии разносились голоса ведущих, оживлённо комментирующих интервью Зеста. Глянул на экран. Победитель не выглядел радостным, что прошёл в полуфинал. Победитель смотрел в пол и облизывался на каждой фразе.

image

Я отвёл глаза и в поле зрения попали какие-то улыбающиеся мне европейцы, лист картона и фломастер в их руках. Мне бы в нору забраться, а не автографы давать, но на душе чуточку полегчало. Расписался и поскорее ушёл из зрительского зала к гримёрке поближе. Мои тиммейты наверняка там дожидаются.

На последних шагах тупо свернул в туалет. Не хочу никого видеть, погодите, дайте минуту. Привалился к дверце рюкзаком и вперился в потолок. Вдохнул, выдохнул, умылся.



Когда я выглянул в коридор, там вроде было пусто, я зашагал к гримёрке, но скоро был остановлен: кто-то поймал меня за локоть. Я повернулся и увидел Зеста. На меня смотрели невесёлые глаза.

— Прости.

— Всё окей. Незачем тут извинятся. Ты молодец! — я почти справился с голосом.

Зест ничего не ответил, только опустил мой локоть и поднял руку, погладил по шее сзади, замер так. Шагнул ближе, прикоснулся своим лбом к моему.

— Прости.

— Да ладно. Подумаешь, просто продул матч, — я попробовал шутить. Досада от полного поражения понемножку начала отступать, не справляясь с приливом тепла. Я поднял голову и поглядел на Зеста чуточку веселее:

— Поздравляю, — я попробовал приподнять уголки губ. — Доберись до финала. Файтин!

— Спасибо, — он улыбнулся своей сияющей улыбкой.

—Хм! — послышалось в коридоре, и я увидел Партинга, по лицу которого расплывалось хитрющее выражение. Я резко отодвинулся от Сён Ука. — Я чего-то путаю или это и есть твой не отражающийся в зеркале Мухамед? Фигасе!

Проклятье!..

— А если да, то что?! — моментально вскинулся я. Зест выключил улыбку и недобро сощурился на Партинга. Тот даже шаг назад сделал, попятившись.

— Хей, я ничего не говорю, не надо меня тут бить! — он опять прикалывался, как всегда.

В коридоре показались тренер с Классиком, оживлённо что-то обсуждающие. Ха, что-то. Матч же только что кончился, понятно, что мой проигрыш обсуждают. Увидели нашу настороженную компанию.

— Чжу Сён Ук, поздравляю с победой, — сдержанно сказал тренер Зесту.

— Спасибо, — слегка поклонился тот и взглянул на меня вопросительно, закусил губу.

— Потом поговорим, — я кивнул ему и развернулся к выходу, потащил Партинга следом.

В нашем микроавтобусе я почти не разговаривал. Пришлось, конечно, объяснить, что я хотел в последнем сете сделать своим олыном с одной базы против уже двухбазового Зеста с кучей неразведанной мною армии. Но в общем-то меня никто особенно не трогал. Партинг не трепал языком и даже в твиттер на телефоне не утыкался. Он смотрел в окно и слушал нас всех плюс музыку в одном ухе. Хм, я должен ему сказать спасибо? Ой, аукнется мне ещё это его прозрение, чувствую...


***


На пороге тимхауса я встретил Фэнтэзи, который похлопал меня по плечу. Пока я расшнуровывал кроссовки, он попытался меня приободрить, сказал, что это уже круто — добраться до такой стадии GSL. Я бы поспорил, конечно, но смолчал, дружеское участие было приятно. Когда переодевался в домашнюю одежду, вытащил телефон из брюк от формы. Увидел смс от Сён Ука:

«Мухамед?»

Вместе со смайлом, у которого глаза из орбит лезут, получилась весёленькая картина. Я плюхнулся на кровать. Попробовать позвонить? Я закусил губу и набрал номер из журнала вызовов в телефоне. Впишу! Задолбался же.

Зест взял трубку сразу.

— Слушаю, — его голос был бесстрастен.

— Ты не один? — быстро спросил я.

— В пробке застряли.

— Тебе рассказать о Мухамеде? — я старался говорить тише.

— Да, — я почувствовал, что он сдерживает улыбку, отвечая на этот вопрос.

Перечисление причин для тиммейтов, почему я не могу показать фотографию своей «девушки», заняло минуты две. Под конец рассказа я прыснул хихиканьем, не сдержался. Зест там, наверное, губы уже все искусал, чтобы не ржать в голос и не объяснять потом окружающим, что его так рассмешило в телефонном разговоре. Картинка представилась очень чётко, даже слишком. Я поспешил сменить ход своих мыслей, марширующих бодрым строевым шагом к файлам с паролем «рыбки». Заставил колонну с развевающимся флагом «влажные губы Сён Ука» сменить лозунг на что-то более спокойное, типа «Протосс-чемпион!». Пусть топают своими сапогами в более мирное русло.

— Теперь тебе опять с Су биться.

— Да, полуфинал с Су из СКТ, — Зест поддержал тему. — В этот раз один из нас в финал точно не попадёт.

— Это будет… — я выдержал паузу и растянул — мяяясо!..

— Позже поговорим, окей? — наверное, они доехали и теперь разговаривать было совсем неудобно. Я бросил последний камешек в воду:

— Я должен тебе желание?

Зест весело фыркнул и отключился. Волны от получившихся кругов прошлись мурашками по коже. Я с удовольствием потянулся, спихивая подушку на пол с кровати, и услышал, как зовут ужинать.

Привычные разговоры кто-о-чём висели в воздухе над столом вместе с запахами всякой еды. Мой проигрыш воспринимался как эпикфэйл только мною. Поражения — это нормальная составляющая и побед тоже. Да и мир продолжал крутиться и вертеться не только вокруг любимого СтарКрафта. Похоже, что мой мир тоже перестал центрироваться исключительно на игре. Ведь если бы я проиграл кому-то другому, скажем, Статсу или Флэшу из принципиального КТ, я бы разозлился, расстроился, но не так. Сегодняшняя обида была связана именно с тем, что это был Зест. С тем, как я на него реагирую: не доконтроливаю сам себя. Конечно, билдордер из последнего сета надо разложить по полочкам, чтобы понять, как, КАК у него успела построиться настолько большая армия.

Я ковырялся в тарелке палочками и не мог заставить себя поесть, размышлял. Но вскоре желудок отреагировал на аппетитные запахи, и я всё-таки поужинал по-нормальному.


***


Каждый мой будний день вот уже лет пять начинался почти с одного и того же взгляда на потолок или на стену или в окно — короче, со взгляда на одну и ту же комнату. Я разлеплял глаза после сна и топал умываться. У дальнейшего могли быть варианты, но это оставалось нерушимым. Сегодня я так же проморгался и хотел вылезать идти умываться, но что-то меня остановило. Я нахмурил брови, но не понял, что это было за ощущение, пробежавшее по остаткам сонливости в моей голове. Пошебуршил шевелюру, авось сойдёт за причёску, и вылез из-под одеяла.

Когда я умылся, оказалось, что мы всей командой едем к морю на пару дней. Здорово! Море... Конечно, сейчас не жара, чтобы купаться, но пожить в деревушке, отдохнуть от родного Сеула — это замечательно. Я покидал в рюкзак кое-какой одежды и вещей и с удовольствием присоединился к тиммейтам в ожидании автобуса.



Несколько часов добирались до места. Выйдя из микроавтобуса, я всей грудью вдохнул свежий воздух, так отличающийся от обычного городского. Здесь даже не видно, чем я дышу! Шутка. Но всё равно не видно. Влажный ветерок шевелил листья пальм и приносил запахи морской травы и чего-то цветущего. Сладкое и свежее, и солёное — море же! Взять бы пузырёк такого воздуха, заткнуть пробкой и с собой увезти.

Тело гудело от долгой езды, требовало движения. Кто-то вытащил мяч, пока мы распаковывались, и было решено идти играть. Вон, там и сетка есть, можно поперекидывать мяч пять на пять. Все угорали над Классиком, который отбивал мяч куда угодно, только не в нужную сторону. Большинство из нас совершенно не владеют ударом, зато обладают высоким АПМом, что, конечно же, утешает нас как киберспортсменов. Кто-то мяч уже даже ухом отбивать пробовал вместо ног — всё равно не получалось ничего хорошего, кроме всеобщего ржача.

Мне особенно удалась серия ударов, когда я стоял во второй линии от сетки по центру. В детстве я ходил в спортивную школу. Ну, до того, как мои родители обанкротились. Тогда пришлось завязать с мечтой стать профессиональным футболистом. Я ушёл в игнор реальности , засев за компьютер, и случайно познакомился с первым СтарКрафтом. Сегодня моя команда выиграла благодаря мне, конечно же! Противник был раздавлен, а время подходило к ужину.

image

Нам принесли больших морских ракушек или моллюсков — не разбираюсь. Не люблю что-то новое есть, люблю привычное. Партинг на меня за это постоянно бурчит, обзывает младенцем. Типа я только и ем то, что в детстве ел, ничего нового не пробую. Прямо у него на глазах взял и съел эту жуткую штуковину. На вид она противнее была, на вкус ничего, заел салатиком.

Компьютеры мы оставили дома, поэтому времени на погулять было хоть отбавляй. Смотрел, как небо постепенно затухает и перестаёт подсвечивать прибой серебристым светом через облака. Кутался в куртку от влажного морского ветра и жалел, что не могу поделиться этим всем с Сён Уком, который окружён сейчас городским воздухом и шумом не волн, а чего-то игнорируемого заранее. Вспоминал, как мы гуляли с ним по набережной, там тоже было слышно плеск воды. Маленький кусочек природы в мегаполисе: немного хаоса плеска реки, немного пения птиц, немного живой тени деревьев...

«Ты любишь море?» — написал я Сён Уку. И получил минут через пять ответ: «Я люблю дождь».

Сумерки могли видеть мою счастливую улыбку, больше никто.



*** Глава 3 ***


Совсем недолго солнце бликовало в заднее стекло нашего микроавтобуса, когда мы возвращались в Сеул. Оно быстро село. Гроздья фонарей на развязках, гирлянды — вдоль дорог. Городская темнота обрисовывала чёрным силуэты домов, освещённых только спереди. Я задумчиво следил за видимой из моего окна линией разметки дороги. Как она чуть виляет и иногда прерывается, чтобы возобновиться вновь, пропустив асфальтовый поток другой дороги.

Мы доехали до тимхауса тогда, когда я уже думал, что вплавлюсь в сидение и усну прямо так. Мысли текли вяло, глаза закрывались сами. Я подхватил рюкзак из багажного отделения, натянул рукава толстовки на кисти рук и засеменил, как и все, к входу в дом.

— Эй, тут ещё рюкзак остался! Чей? — донеслось до меня сзади от микроавтобуса. Зашедший вперёд меня в дом Партинг шлёпнул себя по лбу:

— Это ж мой. Притащите кто-нибудь!

— Сам тащи, — возмутился Соулки, — вот будет у тебя девушка, ты и за неё будешь сумку носить. Так что тренируйся!

— Ну, притащи!.. — Партинг сонно развалился на пуфике у двери.

— Что, тяжелее мышки с клавиатурой ничего поднять не можешь? —пошутил Фэнтэзи и был награждён смешками со всех сторон.

— Мне леееееень.

Ответный взрыв хохота.

— Сам сходи! Вон Юн Чжонг наверняка носит за девушку её сумку и не пикает? — Фэнтэзи вопросительно посмотрел на меня.

— Умгу, —отвечаю я.

— Он, когда женится, станет образцовым мужем! — поставил меня в пример Соулки.

— Ему не грозит! — отмахнулся лентяй, — у нас однополые браки не регистрируют. — Партинг резко захлопнул рот, сообразив, что только что сказал. На меня как ведро ледяной воды вылили, сонливость испарилась. Я сделал большие глаза и выразительно посмотрел на шутничка.

— Чего? — непонимающе спросил Классик, делая попытку улыбнутся шутке. Все неуверенно поглядывали то на Партинга, то на меня. — Ты чего тут такое сморозил сейчас?

— Ну, эээээ... Пойду-ка я, там же рюкзак мой остался! — и дружище Партинг очень не по-дружески свалил весь груз вопросительного внимания на меня. Я стою, руки в карманы, прикусил губу. Что мне им сказать? Завраться, что белое — это чёрное, а пол — это потолок? Что я не я и вся фигня не моя? Фигня? Это — фигня? Да пошло оно всё...

— Да,— говорю я, кажется, враждебно — не регистрируют.

Разворачиваюсь и выхожу, как был с рюкзаком из дома, только дверью не хлопнул разве что. Потрясённая тишина не спешила реагировать.



Я на автопилоте дошёл до автобусной остановки, с которой езжу к Сён Уку. Просто внезапно увидел её перед собою. Сел на скамейку и вынул телефон. Написал смску: «Партинг — козёл» и отправил Зесту. Я был немногословен. Изложил самую суть. Понуро опустил голову, зажав телефон в руке. Что же мне делать? Как-то по-детски всё вышло. Какая же дурь... Вечерний городской пейзаж поплыл смазанными светящимися линиями, я потёр глаза и сжал губы.

Телефон в руке вздрогнул, я нажал приём и поднёс трубку к уху.

— Да, — произнёс непослушным горлом.

— Я еду, дождись меня у дома, — услышал я запыхавшийся голос Сён Ука, будто он бежал откуда-то. Или куда-то.

— Да.

Он отключился. Я вздохнул и поднялся, подъезжал автобус.



Чем мне в потенциале грозит этот коминг-аут, я понимал и раньше. Тупость сложившегося положения была до одурения нелепой. Я просто не хотел быть тем, кем не являлся. Я не хотел извираться, чтобы вписаться в чужие стереотипы. Чёрт, я просто... просто люблю. Насколько люди судят по себе, когда пытаются оценить кого-то. Не надо, слышите, люди? Не надо меня заставлять быть вашего любимого цвета и размера, только потому, что вам так легче воспринимать окружающую вас действительность.

Зест приехал после моего почти получасового ожидания на лавочке у подъезда. Батарейка в плеере садилась, и он вот-вот должен был выключиться. Я поднялся Зесту навстречу и выдавил извиняющуюся улыбку. Он кивнул на дверь, и мы двинулись в дом. Долго объяснять положение не пришлось. Слова «У Партинга язык без костей» очень полно обрисовывали ситуацию с его несознательным выбалтыванием моего секрета.

Зест сидел на диване, я лежал головой у него на коленях. На меня смотрели серьёзные тёмные глаза. Сёнг Ук медленно пропускал тонкие прядки моих волос сквозь пальцы и почти ничего не отвечал мне, да и я почти не говорил ничего сам. Я обнимал его за талию одной рукой и пялился в потолок. С какого чёрта я не соврал? Когда мне стало так офигенно важно, чтобы друзья знали обо мне это? Зачем их вообще посвящать в настолько личные вещи? А если что-то выплывет в прессе? Я же себе всю карьеру загублю таким долбанутым упрямством! Что же я творю?..

Последнее я, видимо, сказал вслух, потому что Зест перестал перебирать мои волосы. Он невесомо погладил меня по щеке, повёл пальцем по губам и задумчиво прошептал:

— Дождик...

Я прихватил палец губами и лизнул подушечку, закрыл глаза. Почувствовал, как Зест шумно выдохнул. Он убрал руку, а я, дразня, провёл кончиком языка по верхней губе, по-прежнему не открывая глаз. Хотелось забыться и раствориться в чём-то хорошем, перестать кружиться мыслями над уже изъеденным до основания вопросом, что же делать. Зест потянул вниз собачку на молнии моей толстовки.

Загудевший телефон в его кармане заставил нас обоих вздрогнуть. Я почувствовал, как Зест вытащил его и услышал:

— Да... Да, у неё температура, я останусь до утра... Спасибо. До завтра. — Зест выключил телефон и убрал подальше. Я обвил его шею руками и притянул к себе.


***


— Юн Чжонг, ты понимаешь, что, если эта информация дойдёт до наших спонсоров, то тебя могут просто посадить в запас до конца дней? — вещал мне тренер на следующий день. — Или вообще попросят из команды?

— Да, понимаю, — бурчу я. Мне что, разорваться? Это бы помогло?

— Давай смотреть варианты с другой командой, на всякий случай. Не думаю, что корейские команды подходят, сам понимаешь, у них будет то же самое — зависимость от спонсоров. А у тех — зависимость от общественного мнения.

Кривлю рот и киваю. Поправляюсь и отвечаю вслух:

— Я не думаю, что стоит ждать, пока что-то просочится в прессу.

Тренер вскидывает на меня пристальный взгляд:

— Сейчас уйдёшь?

— Да, — отвечаю я тихо, но решительно. — Так будет лучше.

— Верная стратегия, я бы поступил так же. Не подставляешь команду, спасибо.

— Это же моя команда... — я вздыхаю и понимаю до конца, что именно я сейчас делаю. Хочется от души шарахнуть по чему-нибудь твёрдому. До звёздочек в глазах шарахнуть.

— Да, твоя. Жаль, что так получается. Жаль, — повторяет тренер. — Я свяжусь с юристом и запрошу твой контракт.

— Спасибо вам, — слегка кланяюсь ему и подхожу к двери из кабинета.

— Юн Чжонг.

Я останавливаюсь, не дотянувшись до ручки.

— Я не знаю, кто он, но... Пусть он будет аккуратен и не подставляет тебя.

«Хм. Ему бы самому не подставиться», —беззвучно шевелю я губами, а вслух говорю:

— Да. Спасибо, — и ещё раз клоню голову.

Я выхожу из кабинета и натыкаюсь в гостиной на несколько пар глаз жаждущих ответов тиммейтов. Уже почти бывших тиммейтов.

— Буду играть в Европе! — вздыхаю я, задумчиво чешу шевелюру. — Там как-то проще с... — я махнул рукой. Кто-то повскакивал с места, кто-то наоборот, как будто прирос, где стоял.

— Эй, ну ты даёшь! — Партинг кинулся ко мне. — Раз и всё!

— Как же так... —Фэнтэзи присел на диван в растерянности.

— Ну, правильно, — Су сложил руки на груди.

— Завали их там всех! — Классик постарался меня поддержать.

— Офигеееть... С ума сойти... — Соулки откинулся на спину, разлёгшись на полу у стола, где сидел.

— Это же ТВОЯ команда! — Фэнтэзи не сдавался, подошёл ко мне. — Ты — наш лидер, ты — эйс.

— Ну... Я думаю, что там я смогу больше международных турниров отыграть. Тут-то мы что видим? Нас почти никуда не посылают, — я старался озвучить положительную сторону получившейся палки о двух концах. Одним в меня уже тыкнули — мало не показалось. Надо посмотреть, что там есть с другого края. Вселенский баланс, мать его...

— А я тоже хочу! — кажется, Партинг просто пробует мыслить широко, не подумал же он на самом деле?..

— Слушай, это фигня. Так нельзя, — Фэнтэзи никак не верил в окончательность моего ухода.

Я попинал упавшую на пол подушку с дивана и прикусил губу.

— Ну нельзя, ага. Но что тут поделаешь. Зато будет больше свободы.

image



Конечно, всё может всплыть только на уровне слухов, если вообще всплывёт. Возможно, не попадётся никого, кому будет выгодно развивать мою тему, в принципе. Например, игрокам из соперничающих команд: мы слишком уважаем друг друга, чтобы делать такие подлости. Но в сети, в сети возможно всё. Какое-нибудь не особенно морально устойчивое издание может попытаться вытащить из моей истории свой трафик посещения собственного драгоценного ресурса. Лучше я застрахую себя от слишком резких поворотов судьбы.

Последующие две недели прошли под новостными заголовками «Rain уходит из SKT T1!» и «Rain ищет новую команду!». Я ещё жил в тимхаусе, мой контракт пока действовал. Но я уже не тренировался с командой и оставался, когда все уезжали на какое-нибудь мероприятие. Я стримил на свой канал на Твиче, часами играя с рэндомными соперниками из сети. Завёл твиттер и получил сразу около 10 тысяч подписчиков, разрекламированный Партингом.

К слову, он буркнул извинение за свой дурной язык. Когда я тем утром вернулся, оказалось, что сторониться меня никто не собирается. Большинством моя вынужденная ложь была понята. Первые реплики при встрече за завтраком давались немного трудновато, но потом всё наладилось. Пошли обычные подколы и любопытство.

Через какое-то время я с удивлением узнал, что не один собираюсь уходить из команды. Мой поступок послужил каким-то фиговым спусковым механизмом. Партинг, Соулки и Фэнтэзи в разное время каждый, но так же, как и я, объявили об уходе из СКТ. Партинг загорелся идеей штурма иностранных турниров, и Соулки, видимо, тоже. А Фэнтэзи просто сменил команду. Объяснил, что у него не укладывалось в голове, как можно выгнать своего лидера.

Как-то раз под конец дня я получил письмо из Швейцарии, на которое с энтузиазмом ответил. Там играл один мой друг, плюс была ещё пара наших прогеймеров, с которыми я был знаком по соревнованиям. Условия предлагали хорошие. Я допечатал ответ и достал телефон:

«Нашёл»

Поставил восклицательный знак, добавил название команды и отправил Зесту. Пароль «Рыбки?» не заставил себя долго ждать. Я расцвёл улыбкой и пошёл за рюкзаком.


***


Когда Зест открыл, и я шагнул в прихожую, то, привалившись спиной к закрытой двери, я сказал лишь одно слово:

— Швейцария.

— Уезжаешь? — нахмурился он и метнулся ближе ко мне, провёл рукой по шее.

— Нет, — я расплылся в довольной улыбке, и притянул его за чёрный джемпер ещё чуть-чуть поближе, — попробую пройти отборочные в СтарЛигу. Hot6 Сup тоже не за горами.

Он расслабленно выдохнул и сложил губы в лёгкой усмешке:

— Швейцария.

— Ну да. Там у них даже узаконивать можно. Так что меня точно не попрут в случае чего. — Я рассмеялся и потёр лицо ладонью.

Зест аккуратно отвёл мою руку и осторожно поцеловал.

— Остаёшься... — он выдохнул это слово, почти не отрываясь, тихо-тихо, прямо в мою улыбку.



Пока я стаскивал кроссовки и снимал рюкзак, Сён Ук ушёл ставить чайник. Я нагнал его в тот момент, когда он разворачивался от стола у плиты, держа пустые ещё чашки. Крепко обхватил его руками со спины, не давая пошевелиться.

— Я говорил, что люблю чай с апельсином? — проговорил я заговорчески, щекоча дыханием ухо.

— Нет, — Зест чуть повернул голову и тепло улыбнулся.

— Люблю.

Я поцеловал подставленный изгиб шеи и забрался руками под джемпер. Под ним была только голая кожа. Чашки брякнули по столу. Я продолжил домогаться сильного тела и потянулся одной рукой к пуговице на джинсах Зеста, зацеловывая выгнутую шею. Под пальцами начиналась тонкая дорожка жёстких волос. Дыхание Сён Ука стало громче, а пульс под моими губами пошёл частить. Я оставил ладонь на животе, а другой захватил край джемпера и заставил Зеста вывернуться из него, подняв руки. Кое-как я сам сумел выпутаться из толстовки с футболкой и наконец-то прижался грудью к спине, вплавляя нас друг в друга. Сердце скакало под рёбрами. Я медленно двинул рукой по бархатной коже и получил стон в ответ. Потом ещё и ещё. Сён Ук распластался на моей груди, запрокинув голову назад мне на плечо. Его веки немного дрожали, а руки притягивали меня ещё плотнее к себе. Я зачарованно ловил звуки голоса и наслаждался сносящей мозг податливостью, прошептал:

— Безумие моё...

Я обнял ещё крепче и увеличил темп. Почувствовал, как по телу Зеста поднимается волна за волной жгучее удовольствие. Мой язык мокро обрисовал плавную линию с горла и до скулы, я легонько прикусил кожу и последний стон сорвался в всхлип. Рвано дыша, Зест затих, расслабляясь в моих руках. Я провёл кончиками пальцев по его груди и услышал хриплый голос:

— Моё безумие… Дождь… — чуть усмехнувшись, проговорил он мой никнейм вместе с названием моей новой команды – mYinsanity Rain.

Чайник выкипел полностью.



Конец первой книги





image



— Реально, Рэйн? Серьёзно? Рэйн? Ты кого попроще не мог найти?




ЧАСТЬ ПЕРВАЯ



Когда я в первый раз зарубил команду соперника, отщёлкав их один за другим, я страшно обрадовался. Мы тогда полным составом КТ вместе с тренерами завалились в ресторанчик и отпраздновали событие. Но успех не вскружил мне голову, я понимал, что подобное — большая редкость на ПроЛиге, но не исключение. Я продолжал работать над своими стратегиями, тщательно тренировал микроуправление юнитами и стал, кажется, ещё больше прислушиваться к советам тренеров.

А вот когда через несколько месяцев после этого матча я разнёс в одиночку СКТ, то почувствовал, что упорные тренировки ведут меня к по-настоящему яркой полосе в жизни. И она, жизнь, действительно поменялась, и очень сильно, но не только СтарКрафт тому виной. Хотя с него всё началось.



*** Глава 1 ***


Я шёл на тот матч с СКТ в очередном раунде командных соревнований, готовясь выходить первым. Игроки должны были меняться после каждого неудачного сета. Тут были свои плюсы в виде разыгранности, например, и свои минусы, конечно. Усталость от напряжения концентрации — один из них. Ведь мы играем на виду у толпы зрителей, перед телекамерами в прямом эфире. Комп стоит в звукоизолирующей кабинке с прозрачным стеклом за монитором, на голове звукоизолирующие наушники — и у твоего соперника то же самое. Мы не видим друг друга. Зато нас видят видеокамеры, а ведущие комментируют весь процесс для публики в зале и телезрителей. Есть с чего потерять контроль над так необходимыми миллисекундами.

image

Сегодня, если ты выигрывал, то оставался драться со следующим игроком от соперников. И каких соперников! СКТешники имеют столько прогеймеров высокого уровня, что у них в основной состав даже не все помещаются. Можно, пожалуй, назвать только Фэнтези более-менее слабым игроком по сравнению с остальными, потому что его главный успех был во времена первого СтарКрафта. Но и до сих пор он всё равно многих способен победить, да и его авторитет и опыт соревнований дают многое. Я глубоко уважаю тех, кто продолжил карьеру после выхода второй части, во многом иной по управлению и прочим важным составляющим.

В моей команде есть непререкаемый авторитет — Флэш. Этот человек был лучшим терраном в мире в прошлые годы первого СтарКрафта. Сейчас он не бросил играть на проуровне, и я очень уважаю его за это трудное по исполнению решение. Пусть я капитан команды, но Флэш — вот кто будет поднимать кубок ПроЛиги, если мы его выиграем, дойдя до финала.

Я тоже начинал с первого. Кровавый айди P7Gab не принёс мне славы, но именно с него я начал работать на профессиональной основе. Пока переходил на второй СтарКрафт, сменил ник на Wooki. Сейчас я — Zest. Хотелось бы, чтобы мой теперешний айди соответствовал реальности на сто процентов. Развернутся по максимуму и добиться настоящего, осязаемого успеха — вот моя цель. Я стремлюсь к победе в каждом сете каждого матча, сосредотачивая на этом всю свою волю.

Сегодня мои соперники не смогли меня победить. Можно сказать, что мне везло. Но только я могу совершенно точно утверждать, что в эти часы видел лишь экран с игрой. Пальцы привычно сами нажимали нужные клавиши мышки и клавиатуры, повинуясь стратегии в голове. Зала за стеклом не существовало вовсе. Рефери за моей спиной растворился на тридцатой секунде первого сета. Я вжал педаль газа и не отпускал руля, пока не вышиб первого протосса, второго и третьего зергов. Взглянул лишь раз, когда за честь команды вышел играть последний мой соперник — их лидер - Рэйн. Если бы он меня выбил, то должен был бы выбить и всю мою команду, потому что у СКТ больше не оставалось игроков «на лавке». Добиться превращения 3-1 в 3-4 — трудная задача, а первая же наша победа начисто стирала бы все его усилия в предыдущих сетах.

Рэйн в прошлом году взял последнее соревнование в календаре — СтарЛигу. И это было круто. Его считают одним из лучших протоссов в мире. И это мнение заслужено: его стратегии и их исполнение — сплошное загляденье. Знаменитая широкая улыбка каждый раз сразу гаснет, как только он садится за комп. Способность концентрироваться — самое важное качество для прогеймера, когда вокруг вспышки фотоаппаратов, видеокамеры впритык и телеведущие готовы разобрать каждый твой ход по косточкам, пусть ты их и не слышишь в тот момент.

Сегодня этот симпатичный и, я слышал, общительный вне сцены парень не улыбается, сегодня улыбаюсь я. Хлопаю тиммейтам по рукам и с удовольствием даю послематчевое интервью. Кусаю губы и стараюсь не слишком довольно улыбаться в камеру — надо выглядеть профессионально! Приходится опускать голову, чтобы сбивать упорно выползающую улыбку. После победы над Рэйном хотелось прыгать и вопить от радости. Я повторил прошлогодний All kill, что сотворил с STX SouL — будущими чемпионами того сезона, но только над СКТ — это дорогого стоит!



Интервью меня задержало, да потом пока клаву, мышку и прочие вещи собирал... Я зашёл в раздевалку-гримёрку позже остальных моих тиммейтов. Им сегодня работы не нашлось, кроме как меня поздравлять сет за сетом. Атмосфера была праздничная. Чтобы привести бурлящие эмоции в относительный порядок, захотелось пихнуть голову под холодную воду. Я извинился и вышел. Пошёл умыться. Поглядел в свои улыбающиеся глаза в зеркале, поправил рыжую чёлку, перевёл дыхание. На подходе к раздевалке в, казалось бы, пустом коридоре внезапно наткнулся взглядом на хмурого Рэйна. Уложенные в начале съёмок волосы растрёпаны, лямка рюкзака мнёт попавший под неё капюшон.

— Поздравляю. Ты сегодня хорошо отыграл, — говорит Рэйн вежливо, но чувствуется, что внутри у него будто скрученная пружина сидит. Это моя победа его так завела, то есть его проигрыш?

— Спасибо. Ты тоже. — Благодарю, а сам рассматриваю его. Высокий, но весь какой-то слишком хрупкий. Кожа слишком светлая, руки слишком тонкие. Домашний мальчик… Впрочем, глаза лишают желания проверять степень изнеженности. Сильный взгляд. Я слегка подцепляю его самообладание фразой: — Хотя у меня на тебя времени ушло меньше, чем на остальных.

Посмотрим, что он на это ответит.

— Спорим, я тебя побью в БО3? — выпаливает Рэйн.

Уголок моих губ поехал вверх: похоже, тактика подействовала. Прикусил слегка губу и вернул спокойное выражение на лицо. Достал платочек и стал протирать очки. Демонстративно. Было интересно смотреть на Рэйна: такой взъерошенный. Подпитываемая газированными пузырьками радости улыбка опять слегка просочилась на моё лицо помимо воли.

— Не помню, чтобы у нас были с тобой матчи в GSL в ближайшее время.

Моё деланное спокойствие, похоже, действует Рэйну на нервы. Что ж, это приятно. Ведь мы уже не первый год играем за принципиально соперничающие команды двух конкурирующих телекоммуникационных компаний. Воспринимать друг друга в штыки — это нормально.

— Я тебя так побью, без GSL! — почти не повышая голоса, отвечает Рэйн, только глаза сверкают. У него, похоже, масса эмоций по поводу нашей сегодняшней драки. И тут, по ходу, не перегорело ещё ничего. Оглядываю Рэйна с ног до головы и неторопливо интересуюсь:

— То есть ты хочешь в свободные часы сыграть? Интересно, есть ли у меня время. Надо обсудить с тренером.

— Без тренеров. Спорим, у тебя не получится?

— Да? — Он что, хочет меня на слабо взять? Становится ещё забавнее! Смеюсь и облизываю губы. — И что мне будет за победу? Если я даже разобрать игру с тренером не смогу? — пусть-ка поищет причину. Кстати, мне и самому интересно.

— Боишься? — голос Рейна скатывается к шёпоту, а сам он прищуривается. Отвечаю ему нарочито спокойно:

— Я подумаю.

— Эй! То есть — «подумаешь»? Что тут думать?! Давай сегодня! — Рэйн взрывается в ответ. Похоже, он рассчитывает победить в любом случае и даже не думает о поражении. Я не уверен, это в нём сейчас уверенность в себе говорит или кричит ярость.

— Сён Ук, ты идёшь? — Флеш выглянул из гримёрки.

— Да, минуту, — отвечаю ему. А что ответить Рейну? — Давай свой номер.

Пусть будет. Вместо телефона в кармане внезапно нашелся блокнот, записал в него. Видимо, я очень увлёкся празднованием своей победы и перепутал их местами. Пока Рэйн диктовал номер, придвинувшись ближе, я почти слышал, как в нём клокочет искрящая энергия. Поразительная эмоциональность у человека с профессией геймера-стратега. Интересно, какой он в повседневной жизни? Впрочем, это я вряд ли выясню. По крайней мере, пока мы в жёстко конкурирующих командах, а я уходить не собираюсь.

image

— А что это вы тут делаете? — со спины подошёл побитый мною сегодня Партинг. Вот у кого внутри ни грамма угрюмости от поражения. — Записочками обмениваетесь? Ребята, Ромео и Джульетта — это слишком грустно, прекращайте срочно!

Хм, а он уловил мою мысль. Только с другого ракурса. Со спины, да.

— Ты спятил, Партинг? Хорош фигню молоть. Иду я. — В отличие от меня, Рэйн смутился от безобидной шутки, отпрянул сразу метра на полтора. Они пошли к выходу, я провожал его удаляющуюся фигуру взглядом. Плечи слегка опущены, но походка упрямая, руки всё поправляли сползающую лямку рюкзака, пока СКТешники не скрылись от меня за поворотом коридора.

После ужина перед сном я перебирал насыщенный день в памяти, раскладывал по полочкам всё случившееся и думал об отце. Он не смог увидеть этот мой успех. Так хотелось рассказать ему о сегодняшней моей победе! Надеюсь, где бы ни была его душа, он чувствует всё. Я вздохнул и постарался поскорее заснуть.


***


Подготовка к добытому моим потом и кровью проигравших соперников финалу GSL заняла все мои мысли. Расписание тренировок стало настолько плотным, что последнюю неделю я вырубался спать только часам к двум ночи. Экшен, как главный зерг команды, помогал мне с практическими отработками придуманных стратегий. Я готовился к Су — финалисту прошлого сезона GSL. Тогда он не взял трофей, значит, в этот раз будет сражаться вдвое серьёзнее. Просматривали вместе с тренерами и некоторыми тиммейтами его матчи и готовили стратегии конкретно под него. Будет сложно, очень сложно.

image

Из головы вылетело всё, кроме финала. Разминаясь перед беговой дорожкой или крутя педали велотренажёра, я думал о муталисках. Целых ордах муталисков. Летающих тварей, готовых забить моих высокотехнологичных юнитов-протоссов банальным числом. Отсчитывая упражнение для пресса, я думал о своих фотонках, блокирующих выход с его базы. О его подземном транспортнике-нидусе, выкидывающем мелких собак-зерлингов прямо на мой беззащитный мэйн в обход защитной стенки. Фениксы летали и харасили его добычу минералов. В другой раз они сменялись на оракула, двух оракулов, может, даже трёх?.. Я потяну их производство на этой стадии или не стоит так рисковать? Голова слегка шла кругом. И я плёлся спать, валясь на кровать прямо поверх одеяла. Веки выключали для меня свет, руки тянули подушку под ухо...



Как-то раз, обнаружив записанный в блокноте номер телефона, я немного потупил, но вспомнил Рэйна и его забавную нахохленность, трескучую электричеством во все стороны. Улыбнулся и вырвал страницу, чтобы не путать тренировочные записи. Повертел листок с цифрами в руках. Что тут думать? Сейчас вся энергия только на матч направляется, другие заботы сидят и тихо ждут очереди в тёмном неосвещённом вниманием уголочке моего мозга. Я переписал номер в телефон, подписал Rain и выкинул бумажку.

Если бы мир состоял только из того, что воспринимаю я, то в эти дни он был бы совершенно точно безумным. Да, ещё более безумным, чем сам Сеул есть. Шум большого города с огромным количеством людей перекрывался бы криками и шипением нападающих или затаившихся в кустах, за светофором, крадущихся под землёй зергов. Я машинально продумывал, где ставить укрепления, как располагать армию, какие выгоднее пути отступления. Но за день до я бросил всё. Просто ушёл в парк и постарался выключить голову. Перенапряжение ещё никого чемпионом не сделало, а я так хотел этот трофей!

Присел на скамейку и постепенно всё-таки смог заметить небо сквозь листву. Блики солнца заставили усиленно заморгать. Глаза немного заслезились и, вынимая платок, я вспомнил почему-то Рэйна. То есть его прошлый айди — Sun. Солнце. Левый уголок губ пополз вверх, я сгрёб чёлку вперёд и прикрыл глаза. Мелкие птицы чирикали совсем рядом с моей скамейкой, шелестела свежая листва на деревьях, ветер приносил обрывки чужих разговоров. Пахло наступающим летом.


***


На следующий день собрались всей командой и с лёгким, не мешающим шуткам и подколам, напряжением в воздухе загрузились в микроавтобус. Дорога до небоскрёба на одной из главных улиц города заняла нереальное время. Нет, пробок не было, просто оно растянулось благодаря моему ожиданию. Статс меня тихонечко веселил, Флэш подбадривал, тренер был собран и неразговорчив. Вот так, перебрасываясь изредка кое-какими репликами через полсалона, мы ехали, а я чувствовал себя как никогда членом команды.

Встретил в здании мать и тётю с дядей. Они специально приехали на мой финал. Родные, далёкие от геймерской среды, старательно сдерживались, чтобы не начать поздравлять уже сейчас. Моя группа поддержки в виде тиммейтов расселась, заняв полряда, сразу за ними.

По дороге к раздевалке я увидел афишу сегодняшнего вечера. Она повысила градус праздника у меня в душе. Я улыбался самому факту своего наличия в последнем этапе такого крупного и крутого соревнования. Впереди в коридоре на фоне светлого дверного проёма нарисовалась худощавая фигура с упрямым разворотом плеч.


— Ты утопил телефон? — негромко заговорил со мною Рэйн.

— И тебе здравствуй. — Всегда приятно видеть, что кто-то продолжает в меня верить. В смысле, жаждет отомстить за проигрыш. А тем более настолько именитый протосс как Рэйн. — Телефон в порядке.

— Что тогда? — Рэйн кусает губу и притягивает всё больше внимания, заставляя игнорировать шум из заполняющегося зрителями зала.

— Не вижу перспектив, — отвечаю я честно. — Палить тебе свои стратегии и прочие заготовки нет желания.

Рэйн хмурится, но его, уже готового ответить мне что-то колкое, отвлекает появившийся из-за поворота мой тренер:

— Чжу Сён Ук, иди раскликивайся, не успеешь!

Я поправил чёлку и опять проследил за уходящим Рэйном. Упорство — это похвальная черта, но тут слегка смахивает на зацикленность... Я потянул мышцы запястий, разминаясь.

image



На Су давила команда, желая отомстить его руками за тот разгром на ПроЛиге. Рэйн наверняка ещё дополнительно злопыхал из-за более раннего проигрыша мне в полуфинале GSL. Вообще, с их стороны зала как-то особенно веяло желанием меня запинать.

Сначала это сбивало меня с мысли, и я упускал ход игры из-под мышки. Но потом я всё же успокоился и пошёл давить. В чём-то крайне небанальная мысль — играть все матчи через муталисков — могла бы принести Су удачу. В теоретической вселенной. Единственный раз я решил действовать очень рискованно и зачизить его, заблокировав на первой базе фотонками. Но мне не удалось выбить зерга из колеи. Су просто воспользовался моей незанятой ещё базой: наштамповал там армию, пока я не видел, и двинул на мой мало защищённый мэйн. Короче, никто не выжил. Больше я не рассчитывал на быстрые победы и переходил в нормальные макроигры, вытаскивая каждый момент, каждую возможность получить преимущество. Тащил, тащил...



О самом матче я могу долго рассуждать. Для выяснения победителя потребовались все семь сетов. Но в последнем, когда я увидел gg от Су на экране компьютера, я наконец-то расслабился. Напряжение будто выключили, дёрнув за большой такой рубильник.

Я торопливо стащил с головы наушники, натянул кроссовки, привычно полуснятые во время игры, и выскочил из кабинки на сцену. А там — вручение, речи и прочие приятные штуки. Меня, тщательно залитого шампанским из трёх бутылок сразу, долго фотографировали и посыпали какой-то блестящей ерундой с потолка. При этом стеклянный трофей с красивыми значками всех трёх рас СтарКрафта и золотыми буквами GSL стал липкий и скользкий. Но фиг я его выроню!

Как же долго я шёл к этой награде! Долго и зачастую нудно до автоматизма отрабатывая манёвры и тайминги, но оно того стоило. Я с первой попытки прошёл с самого низу на верхние ступени соревнования, завалил там всех прошлых чемпионов и взлетел на первое место. Теперь у меня есть персональная табличка в зале славы, с ума сойти…

image

Рэйн поймал за плечо, едва я сошел со сцены:

— Сам придумывай свой приз, но я с тобой подерусь в БО5.

— Уже БО5? — я рассмеялся легко и беззаботно. Теперь беззаботно, но что творилось каких-то полчаса назад! Я прислонился к стене и поправил мокрую чёлку, слепляющую волосы в засыхающие жёсткие прядки. В голове висел лёгкий, приятно головокружительный туман. Он появился после того, как меня пару раз подкинули тиммейты с тренерами, а может, и раньше. Я на мгновение задумался, разглядывая хмурое лицо Рэйна напротив, но получить ответ на свой вопрос не успел — был утащен в гримёрку хохочущими друзьями буквально за руки и за ноги.


***


Вечерние не совсем трезвые посиделки перешли в ночные, и на утро от них немного гудела голова. Я пошёл в тренажёрку, чтобы взбодриться. Встретил там Статса, все остальные ещё отсыпались.

— О, вот наш чемпион! — он потряс руками, отлепившись от руля велотренажёра.

— Привет, — я довольно улыбнулся, — а ты, я гляжу, решил добавить внушительности своему виду?

— Как же я могу спрятать такую мощь, что в моих ручищах находится? Просто время ещё не пришло. Мир узнает! — Статс смешно подёргал бровями.

— Тогда тебе стоит перейти вон туда, а не крутить педали, — я указал на соответствующую скамью-тренажёр для мышц рук.

— Не, я рассчитываю заработать бицепсы, кликая мышкой, — важно ответил он, навалившись грудью на руль, и мы вместе залились хохотом.

— По поводу чего ржём? — Слип вошёл в зал.

— Спорим о способах получения мышечной массы в нужных и ненужных местах, — я подмигнул Статсу.

— А нужные — это какие? — заинтересовался Слип. — Я бы вообще сюда не заходил, моя б воля, вы, качки!

— И ел бы, и спал бы за компом, ага, мы в курсе, — Статс продолжил бодро накручивать километры. — Мы тут кто, команда хиляков что ли? Киберспортсмен — это звучит спортивно! Наааааадо повкруууучивать...

Я включил беговую дорожку и пошёл по ленте, а потом побежал. Как давно в голове не было столько свободного места! Не занятого шипящими и лопающимися от выстрелов зергами. Двигаться и чувствовать себя живым и бодрым человеком, а не только мозгом с манипуляторами — это кайф. Было бы совсем здорово, если бы я ещё... Мда, игра выплёскивает массу адреналина в кровь, ну и другие гормоны тоже никуда не деваются. Сколько можно замыкаться за компом?

При воспоминании о неудаче прошлого романа я глубоко вздохнул, нарушая беговой ритм. Обрыв был предсказуем, но от этого не менее обиден. Она была красивой и милой. Но бросила незадачливого геймера, у которого в голове был один СтарКрафт. «Ждать — это не то, что хочется делать в моём возрасте день за днём», — так она сказала.

Но какая девушка выдержит мой график? Моё постоянное проживание в тимхаусе с толпой других геймеров, извечная занятость головы стратегиями и прочими околоигровыми вещами, внимание телевидения и всяких СМИ... Среди поклонниц что ли поискать? Я усмехнулся. Не уверен, что это хороший вариант. Хотя и среди совсем не знающих моей среды девушек я рискую нарваться на точно такой же облом. Да, лучше не думать, может, оно как-то само получится. Хорошо бы!


***


Между матчами на ПроЛиге, следующими один за другим, выбрались всей командой в боулинг. Ну, почти всей — кто-то уже приступил к подготовке к отборам в новый сезон GSL и поэтому не стал отвлекаться. К нам присоединились наши ЛОЛщики. Играли в две команды. Надрали им задницы.

image

ЛОЛ — несерьёзная игра, только не говорите мне про громадные призовые, я всё равно не считаю её чем-то сравнимым с СК2. И не могу представить себе кого-то настолько же авторитетного, как, скажем, Флеш, но только в ЛОЛе. Там же всё мелкие щуплые мальчишки. Вон, Какао хотя бы взять с его страстью фотографироваться и носить розовые бантики да заячьи уши на ободке. Флеш и бантик? Ха, я так не думаю!

Боулинг не может соперничать с футболом, но тоже ничего. А футбол у нас запланирован сразу на после финала ПроЛиги. Надеюсь, не с теми же ЛОЛщиками будем играть, а то мы их просто порвём. Может, если против них выйдем только я, Статс и Флеш, втроём, то это будет хоть как-то трудно, но... Думаю, и тогда тоже — нет. Или я слишком самоуверен?

Я слышал, Рэйн хотел стать футболистом. Интересно было бы против него выйти. Но вряд ли получится. Я имею в виду футбол. На старкрафтерной карте мы с ним встречаемся в следующую субботу: КТ и СКТ в финале ПроЛиги. Задавили остальные команды своим авторитетом, так сказать. Телевиденье уже муссирует предстоящее событие как большой телекоммуникационный финал. Нагнетают и без того нервную атмосферу.

Прямо перед сном я уселся в кресло перед компом в тренировочном зале, намереваясь немного пощёлкать мышкой на Ладдере. Случайные соперники разваливались от моих стратегий, как орехи, и я вспомнил предложенное Рэйном БО5. Это может быть интересно...

Да что я, сплю? Это будет интересно! Это же Рэйн. Он крут, он изобретателен, он шикарен в ПвП. А ещё — когда кипит от злости. Я улыбнулся и облизнулся, предвкушая наш матч в финале. Чего бы такого придумать особенного?

image


***


Нужная дата подкралась незаметно: тренировки съели оставшиеся дни, как всегда. Прохладный апрельский воздух трепал мои волосы, пока я оглядывал площадку у реки, где установили сцену с экраном, кабинками для игроков и другие временные строения технического характера, плюс трибуны для зрителей. Мы приехали сильно заранее, чтобы не застрять в пробке к концу дня. Игра начнётся вечером, как стемнеет. Тогда будет видно картинку, транслируемую проектором на огромную белую стену. Я оглядывал площадку и рассматривал суетящихся техников. А вот и микроавтобус СКТ.

В выпрыгивающих из салона людях глаз без труда нашёл фигуру Рэйна, просто сразу прикипел к нему, игнорируя остальных. Кутается в толстовку и потирает лицо. Он там что, заснул во время поездки? Вон его Партинг в чувство сейчас приведёт таким-то ударом в плечо... Я залип взглядом на неслышной мне смешной перебранке и подумал, что зацикленность, кажется, заразна. Прочесал чёлку, поправил очки и направился к шатру своей команды. Надо сосредоточиться на матче.



Настраивая себя на серьёзную битву, я ждал своей очереди в кресло к гримёрше. Я остался один, других моих тиммейтов уже причесали и загримировали. Что мне нравится в гриме: он хорошо разграничивает мою работу и мой отдых. Эти десять-пятнадцать минут отлично подходят, чтобы собраться с мыслями. Я думал о предстоящем матче. Третья пара — я и Рэйн — очень ответственный момент. Потому как первый матч, второй неизвестно как пойдут, но третий точно надо выигрывать. И тут я боковым зрением уловил некую иллюстрацию своих рассуждений: Рэйн заглянул в шатёр и уставился на меня прищуренными глазами. Я мгновенно отреагировал на этот враждебный взгляд, расплываясь в улыбке. Кажется, весьма самодовольной. Он ещё больше напрягся, кивнул как бы себе за спину и вышел.

Через минуту я встретил его тут же на выходе и инстинктивно повёл подальше от оживлённого прохода. Договорные матчи караются слишком жёстко, чтобы я мог допустить хотя бы намёк на это. Нарушителя могут выкинуть из всех соревнований, из команды, полностью лишить всего, что у него есть, как у прогеймера. За простое подозрение уже исключают из команды.

Я остановился в относительно безопасном месте и спросил Рэйна негромко:

— Что ты хочешь?

Тот ответил глухим голосом:

— Я хочу БО5, ты же знаешь.

— Вот игра, мы с тобой третьей парой выходим. Что тебе ещё надо?

— Мне мало! Это одна игра, в ПвП слишком часто многое зависит от удачного выбора стратеги в самом начале, пока ещё и не началось толком ничего.

Прописные истины я знал и сам, а вот отдаёт ли себе отчёт Рэйн в причинах следующего своего заявления:

— Я хочу тебя уничтожить, а не получить просто один удачный сет.

Уничтожить значит. Уничтожить...

— Не смотри на меня, как удав, — слышу я глухое. — Нашёл тоже мне кролика! — Рэйн резко обрывает под конец взвивающуюся громкость своего голоса и прикусывает губу, отводит глаза. Комок эмоций, который просто притягивает своей кипучей энергией, а не человек. Поправка, кролик. Хочется придвинуться и погладить по взлохмаченной чёлке. Я поддаюсь первому порыву и немного сокращаю расстояние между нами:

— Обыграй меня сегодня, если сможешь, и получишь БО5.

Моё движение — это ещё одна яма на тигра, присыпанная ветками. Как и в предыдущие разы, она срабатывает: Рэйн поддаётся на мою провокацию, наступает на замаскированную ловушку. И я получаю ответ на свой вопрос: «Чего тебе от меня надо?». Я вижу, как он реагирует на мои слова: набор мелких жестов, на секунду сбивающееся дыхание и распахнутые глаза. Я немного дурею от ощущения проскочившей между нами искры. А вот понимает ли Рэйн, что происходит? Навряд ли.

Это было не место и не время вспоминать про своё единственное шальное увлечение одноклассником в выпускной год школы, задушенное на корню. И я не стал. Никто ничего не узнал тогда, даже он. Но сумеет ли Рэйн поймать чертей в своём чулане, пока не натворит бед себе на голову? И хочу ли я тормозить так интересно развивающуюся охоту на... кролика?

Я усмехнулся и пошёл назад к шатру.



Организаторы из финала сделали настоящий праздник. Музыкальная группа завела зрителей своими нехитрыми песенками. Я держал знамя с бахромой, серебряными кистями и красивыми буквами КТ Rolster на бархатном чёрном фоне. Пока ждали выхода, перешучивался с Хиро, подкалывая относительно его награды за самое большое количество побед в этом году, которую он делил с Эсоэсом. Одна статуэтка на двоих? Один призовой чек на двоих? Один титул на двоих? Не слишком ли много романтики?!

Хиро смеялся и распространял вокруг себя обычный, свойственный только ему, перманентный позитив, подзаряжая всех. Жаль, что мой друг в СиДжеях, было бы здорово играть вместе с ним в КТ.

image

Как это всегда бывает в финалах любых соревнований, не только киберспортивных, игры затягивались — никто не хотел рисковать. Статс выбил аккуратного Соулки, Флэш отметелил Партинга, и пошёл я.

Прямо чувствовал, как зло и сосредоточенно раскликивается Рэйн. Как он разминает пальцы и думает о своей мести. Больше не кипит, как чайник, а собирается с волей, бить в незащищённое место. БО1 — не мой конёк. Всегда легче знать, что один сет можно отдать. Проигрыш в нём помогает только лучше сконцентрироваться. Сейчас я себе этого позволить не могу. Хочется счёт 2-0 превратить в красивое 3-0, чтобы взбесить Рэйна окончательно. Я даже не представляю, что тогда с ним будет. Интересно, он захочет мне вмазать? Было бы любопытно.

Мда, но это я уже не узнаю, потому что Рэйн — это вам не Харикейн какой-нибудь. Рэйн — это серьёзно. А я, видимо, излишне увлёкся, вот и не успел сообразить, как он меня разобрал. СКТ попрыгали со своих мест, когда я сдался и напечатал gg. Их лидер молниеносно мне ответил и выскочил из кабинки хлопать по подставленным ладоням своих радостных тиммейтов.

Ситуация выходила неприятная, но пока поправимая. 2-1, и вперёд пошли наши зерги, Экшен и Слип, против их зергов — Дарка и недочемпиона Су. В получившихся 3-2 слово взял Классик с их стороны и Тивай с нашей. До победы нам оставалось только одно очко. Тивай единственный из всех решил рискнуть: пока протосс не шёл в разведку, он выкатился эссиви в центр карты, забабахал прокси баррак и взял протосса тёпленьким при помощи отряда морпехов. Вот теперь вскочили мы, и куда как веселее СКТешников!

image

Празднование вышло бурным. В этот раз шампанским полили не только меня, но и тренера, и второго тренера и подкинули обоих, да не забыли бережно поймать. Речей наслушались... Флэш поднял наш кубок над головой и выглядел даже более счастливым, чем мы все. Статс снял липкие от шампанского очки и азартно ловил мелкие «снежки» из пены, летящей сверху. Камеры щёлкали вспышками, зрители кричали поздравления и мне было наплевать, что в промокшей одежде было немного холодно стоять. Не спасала даже вторая футболка – белая, в отличие от обычного чёрного командного поло, зато с красивыми буковками «КТ — чемпион».

Лёгкий осадок от моего личного проигрыша добавлял остроты ощущениям от победы команды. И встреченному по пути к шатру Рэйну я подмигнул.

Опять провокация с моей стороны, кто бы сомневался. Но как приятно видеть его секундный ступор! Большой торт под названием «Чемпионство» получил свою розочку сверху: ты меня победил, но ты меня не победил. И ты получишь то, чего так добиваешься. Но получишь ли ты то, чего хочешь? А знаешь ли ты, чего именно ты хочешь?

image


***


Хорошенько отоспавшись после вечеринки и наконец стряхнув приятно разнеживающую сонливость, я стянул с тумбочки телефон и с удовольствием убедился, что уже достаточно поздно. Сомневаюсь, что в тимхаусе найдутся пташки, вставшие раньше меня. Геймеры любят поспать, особенно после битвы. Знатной битвы, путь к которой занял полгода. Я с удовольствием потянулся, зажав телефон в руке.

Да! Рэйн.

Я прикусил губу, улыбнувшись. У меня ещё одна знатная битва предстоит. Как бы её провернуть? В комнате у меня компа нет принципиально, тут я сплю. А сон и комп одновременно — это прогрессирующая бессонница без надежды. Спасибо, проходили. Придётся подождать, пока все лягут и засесть в общем зале, иначе не избежать любопытных зрителей. Рэйн...

Он сказал, мне самому выбирать свой приз.

Он сказал, что хочет меня уничтожить.

Он получит только то, что я сам ему позволю взять.



«Ночью. В Батлнете я Wooki» — улетела смс. На пришедшее спокойное «Ок» захотелось подколоть и выжать более эмоциональный ответ. Я вспомнил шутку Партинга и напечатал: «Джульетта ответила. ^_^». Но Рэйн на неё не отреагировал.

Звонила мать сообщить, что тётя с дядей передают свои поздравления из... Где они сейчас? Из Австралии пока ещё. Подарить жене на двадцатилетие свадьбы кругосветное путешествие вдвоём — это мощно. Зато теперь у меня имеется место, где можно побыть одному. Рыбки не в счёт. Они твари молчаливые. Глазеют себе через стекло аквариума. Я взял телефон секретарши дяди, чтобы звонить ей, когда буду сам заезжать кормить этих пучеглазых созданий.



Как и ожидалось, не один я предпочёл до полудня валяться в постели, не вылезая даже позавтракать. К обеду в столовую подтянулись мои разленившиеся тиммейты, все до одного с лицами котов, обожравшихся особо вкусной мышатины. Статс притащил пульт от телевизора и стал искать, не говорят ли чего-нибудь о КТ в выпусках новостей. Все над ним угорали, а он подпрыгивал на месте, завидев очередной подходящий кадр, и махал нам рукой:

— Ну, замолкните же! Ну, не слышно же ничего!

Мы ржали пуще прежнего, и Флэш выдавал что-то философское о природе выигрыша и сопутствующих вещей в нашей жестокой реальности. Обед затянулся, никому не хотелось убирать со стола. Статс нашел всё-таки репортаж со вчерашнего финала и прилип к телеэкрану, потянув остальных.

image



Когда я к вечеру остался в зале за компом, раскликиваясь под своим айди, рядом крутился только Тивай. Но в итоге он отругал Хартстоун и тоже ушёл спать. Время подходило к полуночи. Я сменил логин с Zest на Wooki и тут же получил приглашение на игру от пользователя Rain:

— Я тебе не Джульетта.

Не хватает восклицательных знаков, это точно было сказано вовсе не спокойным голосом, чувствую. Я попытался выманить его на эмоциональный ответ и поддел за краешек его спокойствия:

— А кто? Кролик?

— Rain!

О, эмоции. Только мало, хочется ещё.

— Ок, Дождик.

— Gogo!

Восклицательный знак закрался в обычное приглашение к старту игры, я улыбнулся и сосредоточился на сете. ПвПешечка... Не сказать, что люблю драться против своей расы: слишком велика доля случая. Но, кажется, начинаю проникаться этим матчапом всё больше и больше с появлением остро реагирующего Рэйна.

Пять сетов за три с лишним часа пролетели нереально быстро. Если бы я не выспался прошлой ночью, как медведь за зиму где-то в Северной Корее, то наверняка не смог бы поймать вниманием лёгкое колыхание «воздуха» в центре карты. Дарк. И я ещё успеваю варпнуть обсервера! Это 3-2 в мою пользу, кролик. И... что ты там хотел мне подарить за победу?

— Ты мне должен, Дождик.

Я будто услышал усталый вздох:

— Что ты хочешь?

Задумался, представив, как Рэйн сидит, освещённый только светом монитора, как и я, и упрямо сжимает губы. Какое бы желание у него попросить? Стоп!

— Желание, — пишу я в предвкушении взрыва из букв и восклицательных знаков. Они не заставляют себя долго ждать, печатает Рэйн быстро, особенно когда зол так, как сейчас:

— Ты там больной или просто пьян?! Какое желание?! Надеюсь, ты не будешь палить меня в своём тимхаусе за посудой?

— Смешной, — улыбаюсь я и быстро соображаю, как бы использовать свою победу. — Ты приедешь ко мне. Адрес дам.

— Тарелки мыть?

Он надеется на что-то простое. То есть он добивался меня уже больше месяца, а теперь рассчитывает на уже ставшую традиционной расплату?

— Увидишь.

— То есть?! Ты чего задумал?

Опять взрыв. Я сполз в кресле ниже, чуть отъезжая от стола. Нравится наблюдать. Ещё бы в реальности. Впрочем, в лицо Рэйн не стал бы так выплёскивать своё негодование, наверняка. Или стал бы? Может, я смогу вывести его на чистую воду, если мы встретимся...ммм, не на нейтральной территории, совсем не на нейтральной, но на вполне приемлемой. Для меня.

— Ну… Ты хотел меня унизить поражением, но не вышло. Посмотрим, что застыдит тебя, — печатаю я, закидывая долгоиграющую удочку, а сам выпрямляюсь в кресле и готовлюсь выключать компьютер.

— Эй! pp ЧЕГО??!! — отвечает Рэйн, но я вырубаю СтарКрафт.



Умываюсь, а мысли крутятся вокруг отыгранного БО5. Если бы Рэйн был чуточку осторожнее, то это не я, а он бы праздновал победу и придумывал желание. Он бы не преминул воспользоваться правом отправить меня в тимхаус СКТ на кухню. В качестве этакого психологического разгруза для всей команды. Почему нет? Очень даже возможно.



Моросящий по подоконнику дождь перешёл в ливень и кончился, когда я проснулся. Утром небо затянули однотонно серые непроницаемые тучи. Улицы были совершенно мокрые и какие-то нелюдимые. Я зашёл в метро и сел в поезд на прямой линии до дома тёти с дядей. Как вовремя у них случился отъезд! Надо будет захватить в следующий раз сухой одежды про запас. Пусть там полежит.

Смс для Рэйна получилась короткая: только адрес. Я не стал вписывать время, всё равно сегодня я буду там до вечера. Открыл начатую книжку и углубился в чтение, пока автоматически срабатываемый звоночек у меня в голове не заставил поднять голову на нужной станции. Маршрут был хорошо знаком. Улица встретила меня серостью. Дождь ещё не начался по новой, но тучи набухали влагой и темнели у горизонта.


Громкий сигнал домофона застал меня сидящим в темноте. Книга была давно отложена, я просто сидел и отдыхал после гонки последних дней. Перестал читать, когда света из окна стало недостаточно. Но вместо того, чтобы встать к выключателю или найти пульт зажечь люстру под потолком, я уставился в пространство и завис минут на... Ну, успело хорошо стемнеть, в общем.

Я поднялся, прошёл к входной двери, нажал кнопку открытия двери в подъезде, не глядя кто там. Рэйн. И, кажется, я его уже на расстоянии чувствую, исходящие от него эмоции, искорками пронизывающие пространство. Звонок в дверь квартиры не заставил себя долго ждать. Я открыл:

— Здравствуй.

— Здравствуй. Вот он я. Что тебе надо? — невесело буркнул Рэйн из-под капюшона.

— Заходи, — я освобождаю проход, и он проскальзывает мимо меня, обдавая волной запаха дождя. Хочется вдохнуть поглубже.

— Сними капюшон? — прошу я.

— Мне и так хорошо.

Кто бы сомневался, что ответ будет иным?

— Мне тебя не видно.

Я делаю шаг вперёд и скидываю капюшон сам. Кажется, Рэйн проглотил какую-то невысказанную колкость. Не успел сделать ход? Теперь поздно, кролик. Мои руки потянулись к его взлохмаченной чёлке. Волосы под пальцами были немного влажными и мягкими.

— Что же мне от тебя потребовать? — я проговорил вслух вертящуюся в голове мысль.

— Где твои тарелки? — получаю в ответ и задумчиво отвечаю:

— В посудомойке.

— Сам виноват! — Рэйн взрывается и почти толкает меня, собираясь выйти из квартиры.

— Стой, — мой тон не допускает возражения, хотя я не повышаю голоса. Впрочем, убедительности добавляет то, что я теперь держу Рэйна за запястье. Прохладное. — Ты проиграл, это время моё. Ты же проспорил мне желание.

Хорошо, пусть это и будет желание. Пусть он останется.

— Ты сам-то знаешь, чего хочешь? — не унимается Рэйн. — Я тут пёрся через полгорода не пойми зачем, а ты дома сидел и ничего не придумал!

— Это не мой дом, это дом тёти с дядей, — отвечаю на последние слова, игнорируя вопрос. Хороший вопрос. Отворачиваюсь и щёлкаю выключателем. Загорается яркий свет, я промаргиваюсь от лёгкой рези в глазах, а Рэйн жмурится:

— А... И что мы тут делаем вообще тогда?

Его голос всё громче — вот что значит увести его из-под камер и от посторонних свидетелей: он становится собой. Я разглядываю его и в противовес негромко произношу:

— Они уехали, я захожу рыбок кормить.

— Ну нифига себе, рыбок! Ох!.. — Рэйн откидывается на стену и так смотрит на потолок, будто мечтает пропилить его силой мысли. Электризует всё вокруг своими эмоциями. Я замечаю маленькую родинку на его шее и прикипаю к ней взглядом. Секунд через пять Рэйн улавливает направление вектора моего внимания и живо реагирует:

— Что, укусить хочешь? Вампир фигов.

Я вскидываюсь. Это ещё кто кого хочет тут укусить!

Отзеркаливаясь от внезапной улыбки Рэйна, моя против воли тоже выползает на лицо, и я начинаю смеяться. Сложившаяся ситуация выглядит крайне забавно, как ни посмотри. Рэйн рисовал из меня врага, мечтал о мести. А я сам что? Я даже не захотел толком никакую нормальную награду!

image

— Я правда не придумал, что от тебя потребовать. Хочешь чаю? — говорю, а сам продолжаю улыбаться: это не я должен предлагать что-то, совершенно точно. Я знаю, в играх призы всегда выглядят по-другому! Но такое чувство, словно игра не закончилась. Соревнование продолжается. Пока я взял сет, дело за следующей картой.

— Ну ты знаешь, как соперников из себя выводить! — смеётся Рэйн, вроде бы уже не пытаясь убить меня взглядом. Я облизываюсь и закусываю губу.

— Да это просто. — Не очень просто, на самом деле, но я, глядя в смеющиеся глаза, поддерживаю шутку: — Дэдбол и все дела.

Он ведётся и продолжает игровые аналогии:

— Ох...Not enough minerals! Где твой чай?

Интересно, теперь это внешнее дружелюбие напускное или не очень? Я немного нервно прочёсываю чёлку и прохожу на кухню. Рэйн идёт следом, стащив кросовки с ног неразвязанными. Он оглядывает окружающий интерьер и замечает аквариум.

— Рыбки, — говорю я в подтверждение увиденного им.

— Рыбки! — фыркает Рэйн и усаживается за стол, воспитанно не кладя руки на столешницу. Он опять начал сдерживать себя или мне мерещится? В нём, как в коробочке с секретом, прячется ещё одна коробочка и ещё одна — сквозь них иногда вырывается поток сверкающей энергии. Такой вкусной, что хочется потрогать её, впитать кончиками пальцев… Я обрываю себя на неподходящих желаниях и сосредотачиваюсь на приготовлении чая. У тёти точно найдется что-то интересное в шкафу. Вот, к примеру: китайский с жасмином или яблочный. Нет, с жасмином слишком сладкий, а яблочный слишком смахивает на фруктовый коктейль. Пусть будет просто зелёный.



Я завариваю чайник, пока мы обсуждаем будущие нововведения и апдейты в СК2. Куча всяких мелких «усовершенствований» не особо раздражают, но вот залп мин — это будет круто. Терраны смогут минами судьбы матчей решать. Тут нужны очень прямые руки, чтобы пытаться отконтроливать вовремя. Может, это и поможет как-то, а вообще имбаланс игры, конечно. Даже штормы не убирают за раз четырёх архонов, а эта фигня невидимая может!

Чашки давно стояли в сторонке, остывший чайник больше никого не интересовал. Я, смотря на Рэйна, как и он, разложил локти на столе и опустил подбородок на сцепленные пальцы. Чуть-чуть улыбался его словам о «хреновых терранах — плаксах», которые вечно ноют о перевесе в балансе сил в пользу расы протоссов. Приятно было смотреть на его подвижное лицо. Яркие глаза то улыбались и превращались в тёмные щёлочки, то выразительно распахивались.

Но вдруг он неожиданно выпрямился и сел прямо, взгляд пробежал по комнате.

— Пора на тренировку? — спросил я первое попавшееся обоснование его резкой смене дислокации с удобной, как мне виделось во всей его позе, на что-то некомфортное.

— Дааа, — он как будто и сам не был уверен, что его так вспугнуло. — Чашки помыть?

Я смеюсь и зарываюсь лицом в сгиб локтя. Очки мешают, но не отвлекают от смеха.

— Ну чего я такого сказал? — слышу я слегка недовольный голос.

Я встаю. Сейчас я проверю, что тебя так напрягло и почему. Иди за мной, кролик.

— Давай я тебя провожу, — я выхожу в коридор. Свет из кухни сюда почти не доходит. Выключатель прямо у входной двери. Вряд ли Рэйн помнит об этом, он просто идёт за мной в темноте и рассуждает вслух:

— Ты реально вампир что ли? Свет вообще не выносишь?

Я ухмыляюсь одним уголком рта и резко торможу, он предсказуемо влетает в меня, я щёлкаю выключателем и спиной чувствую, как Рэйн отпрянул в сторону. Он закусывает губу и прячет глаза.

— Выключатель тут, — объясняю я, изучая глазами Рэйна.

— Прости, — выдыхает он.

— Ничего, — спокойно отвечаю я.

И куда меня несёт? Я-то прекрасно знаю, что это за игры такие. А он? Я закусываю губу и складываю руки на груди, тихо смотрю, как он надевает, по-прежнему не расшнуровывая, кроссовки. Быстрый взгляд из-за плеча, и Рэйн выходит. Захлопываю за ним дверь.

Я во что лезу?

Я запер дверь, прислонился к стене и попытался просчитать ситуацию. Ничего не получается, постоянно всплывает улыбка Рэйна сквозь все расчёты. Какое-то время назад я стоял тут и рассматривал его шею, родинку. Это казалось абсолютно нормальным ещё вчера: поиграть с ним, на его желании мести устроить что-то забавное. Скорее высмеять его, чем разгладить его чёлку, прикоснуться к коже. Что не так сейчас?

Я развернулся и пошёл мыть чашки, убирать чайник. Да, забрать книжку со столика у дивана не забыть. Я приставил стулья обратно к столу.

Я прекрасно знаю, что не так сейчас. Я перестал видеть в Рэйне просто соперника, я стал видеть в нём живого человека. Живого и чертовски привлекательного. Мне что, не хватило того неудачного увлечения в школе, чтобы понять, что это неприемлемо для меня?!

Я сжал губы и остервенело протёр очки платком.



*** Глава 2 ***


Казалось, целая вечность прошла, прежде чем наступил новый день. Я поздно вернулся в тимхаус, предпочитая побыть одному. В последнее время в моей жизни что-то много всего происходит. И хорошего, и плохого. Смерть отца от долгой болезни, успехи в СК2, которые он уже не застал. А вот это увлечение чем считать? Хорошим или плохим?

Возможно, я неправ, возможно, я выдаю желаемое за действительное. Если меня банально глючит, то всё просто. Совершенно обыкновенно и нисколько не сложно: просто перестать улавливать своим вниманием Рэйна. И всё пройдёт. Я это уже проходил, я это смогу. Не хочу, но смогу.

Последний раунд, чтобы определить победителя, окончательно всё проверить. Я вздохнул. Это определённо не тот вариант, где я хотел, чтобы всё само устроилось с моей личной жизнью. Совсем не тот.

image

Серые тучи, повисшие за окном, накрапывали по подоконнику, но я не слышал. Сразу после завтрака я включил компьютер и пошёл катать ПвП. Тренер заглянул ко мне, одобрительно кивнул и ушёл к Статсу обсуждать его будущий матч и подготовку к нему.

Вечером я уже обдумал свою стратегию поведения и, заранее закусив губу, отправил Рэйну смс:

«БО3? Пароль: рыбки»

Ответа сразу не последовало, и после ужина телефон тоже не булькнул сообщением. Я продолжал ждать до ночи. Когда пришло время ложиться спать, я остановился у своей комнаты, придержав дверь за ручку. Рэйн вообще слышал смс, или это он отмораживается так? Уже? По плану он ещё не должен был ни во что врубиться. Для верности я набрал ещё одно смс, с более интересным содержанием:

«Кролик спит, рыбой не интересуется».

О, есть ответ! Читаю:

«Кролики вообще рыбу не едят!»

Ухмыляюсь и, почти насвистывая, иду обратно в зал. Я его раскручу на игру! Как бы подбадривая на распространённый ответ, пишу скупое:

«БО3?»

И ставлю смайлик, напоминая, что не кусаюсь (ПОКА не кусаюсь). Ответа нет. Врубаю комп и загружаю СК2, опять логинюсь под айди Wooki, чтобы не портить строго наблюдаемую тренером статистику по Zest. Шлю приглашение для Rain. Обмен любезностями не затрагивает тему милых ушастых зверюшек, а я ждал!

— gl hf — написал я. Определённо, «повеселиться» — это не то слово, но традиции же. Впрочем, Рэйн их не собирается соблюдать:

— hf? Теперь ты мне будешь должен желание! :р

Ну, это мы посмотрим ещё. Азартно облизываюсь и хватаю полупустую бутылку воды — да, вот это-то я и не припас. Жаль, но ладно. Не писать же ему «pp пить хочу». Сейчас кажется, что всё легко и непринуждённо, но я точно знаю, я чувствую, что там, у него под кожей, всё ещё сидит желание отыграться. Отомстить. Перебрать по косточкам и разложить по полочкам. По полочкам патологоанатома.

Осторожничаю, длительная макроигра мне сейчас гораздо больше нравится, чем какое-нибудь дурацкое зафотонивание. Тем более, что я весь день тренировал именно ПвП. А Рэйн — вряд ли...



Чёрт.

Ладно, следующий сет. Кажется, я сильнее устал, чем думал. Тогда фотонить — это вариант. Сейчас я потихонечку, не торопясь, по шажочку, быстренько заеду на его натурал в угол... Карта подходящая для зафотона, а на что-то долгое меня может не хватить чисто физически.

Кажется, он меня не видит. По крайней мере, я его ещё не видел. Хорошо, что карта дуэльная, других респаунов тут нет, искать, кроме как здесь, его базу не надо.

Блин, нет, всё же он сумел не пустить меня поставить фотонки, а пилонов для них я тут успел настроить, что самому страшно. Вот теперь дома отбиться надо.



Кхм.

Хватаюсь за бутылку — пустая. Шмыгаю носом и пишу gg. Выхожу и смотрю реплей, быстро перематывая до нужных моментов. Нет, он меня видел с самого начала, но дал настроить пилонов, чтобы я минералы потратил не на гейт и зилота, а на них. Даааа...

— И теперь ты мне должен желание, — читаю я сообщение в чате и тут же пишу, даже не раздумывая:

— Тарелки?

Интересно, он всё ещё хочет устроить показательное мытьё посуды в тимхаусе SКТ? Есть вероятность, что он не станет палить меня, а, соответственно, и себя со мной перед родными тиммейтами.

— Так я тебе прямо сейчас и сказал! Не знаю, как ты, вампир, а я пошёл спать. — Рэйн светится радостью прямо через буквы. Чистой и искренней. И. Это он со мной флиртует?

Кусаю губы и скорее вырубаю комп. Спать хочется сильнее, чем после конца прошлого БО5 в три утра. Когда я валюсь на кровать, то прекрасно осознаю, что уснуть с настолько наэлектризованным телом не получится. Тихо иду в душ, чтобы не разбудить всех по дороге. Вот если бы гормоны можно было включать и выключать по желанию! Особенно последнее.



Утро опять встретило меня серым небом, никакого солнца, один дождь. Да, в голове тоже один Дождь. Протягиваю руку, чтобы отрубить будильник в телефоне и задумываюсь над сообщением для Рэйна. Хочется отомстить за отнятые у сна минуты на ночной душ. Сажусь, вдумчиво прочёсываю обеими руками волосы и соображаю смс:

«Я в твоём распоряжении».

Если я прав, то его утро тоже начнётся весело.


***


Очередной футбольный матч мы всё-таки сыграли с ЛОЛщиками. Учитывая мой недосып последних дней, я был даже рад, что соперник был несерьёзный. В самом деле, разве можно воспринимать этих мальчишек хоть как-то иначе?

Это был не футбол, а одно сплошное комик-шоу. ЛОЛщики прикалывались над «стариканами» старкрафтерами, то есть над нами. Они заявляли, что СК2 — это прошлое, а будущее за их игрой, и всемогущие создатели в Blizzard знают это, но скрывают от общественности дабы не усугублять и не доводить до паники. Мы не оставались в долгу и колотили по воротам. Какао даже на поле притащил телефон: делал снимки своей команды и заставлял фоткать себя в «живописных» позах с мячом и без. Более выпендрёжного типа я не знаю!

Даже Статс, валящийся с ног после свистка, стенал не так громко. К слову, он отлично действовал в тактическом плане. У нас хорошо получалось вместе наваливаться на их оборону. «Мимими», которое разводят вокруг этого парня поклонницы, — совсем не повод считать его менее талантливым стратегом, чем он есть.

image

По Рэйну тоже не видно, что он в футбол играет прилично.

Хотя откуда мне-то знать? Это голословное предположение, конечно. Просто... Я это чувствую.


***


Жизнь двигалась в привычном ключе. День шёл за днём. Лето, обыкновенно дождливое, радовало ярким солнцем и шумными ливнями. Не радовала слишком жаркая погода, но для тренировок она не была помехой, ибо они проходили в тимхаусе под кондиционером. Это шикарное изобретение человеческого гения помогало не изнывать от духоты.

Благодаря моему чемпионству в прошлый раз, в новом сезоне GSL мне не пришлось напрягаться, чтобы пройти начальные стадии соревнований. Когда состоялась жеребьёвка и я узнал, что нахожусь в группе Е вместе с Рэйном, то хищная улыбка не заставила себя долго ждать. Я проиграл той ночью — значит, выиграю в этот раз!

Мой кролик так и не изъявил желания стребовать с меня за проигрыш. Что творится в его голове на сей раз? И с каких пор он стал «моим»? Вопросы, вопросы, много вопросов.



Подготовка к ПвЗ (в группе же есть один зерг) не заняла меня настолько, как проработка ПвП. Я увлёкся и катал почти без перерыва стратегии одну за другой. Выбирал что-то подходящее под новый матч с Рэйном. Конечно, там ещё этот Харикейн, но Рэйн... Кролик быстро бегал и по возможности сам устраивал мне ловушки похлеще моих, как оказалось. Вот сейчас я сижу в кресле, телефон лежит на столе и пальцы к нему непроизвольно тянутся сами. Проверить наличие сообщений хочется до зубовного скрежета. Немного интоксикации дождём, ещё немного, пожалуйста. Так хочется вдохнуть тот свежий запах и почувствовать...

Стоп.

Тренировка. Я за компом. Тут много народу, чтобы давать толпиться в моей голове всякого такого рода мыслям. С каких пор ПвП стало меня заводить?

Я знаю ответ. Я только пытаюсь не знать его.


***


Ответа на моё предложение, хм, себя так и не последовало. Телефон не выводил буквы Rain на дисплее, сколько его ни проверяй. Я пытался выбросить из головы то, что сегодня вечером я играю с ним в одной группе. Да, у нас разные пары, но вероятность, что мы попадём друг на друга не просто велика — это почти неизбежно. ПвЗ с Роугом? Разберу. Я тренировался против Су, Роуг — это рыбка помельче, точнее, зерг помельче. А дальше... Если мой кролик перепрыгает своего протосса...

— Здравствуй, Чжон Юн Чжонг! Посиди минутку, я почти закончила, — приветливо сказала гримёрша, в кресле у которой я сейчас сидел.

— Здравствуйте, – услышал я тихий голос Рэйна и напрягся всем телом. Увидел в зеркале, как он тормозит секунду, глядя на меня. Но тут же закрывается — ни одного лучика его взгляда не светится из-под красного СКТешного капюшона. Он решительно отвернулся и ушёл к скамейке у стены, где я не мог его видеть, а, значит, не мог получать никакой информации. Совершенно никакой. Я нервно сжал душку очков, но заметил это и заставил расслабиться тело, готовое выпрыгнуть из кресла или вжаться в него ещё сильнее. Весёленькая реакция! Я впутался в эту охоту на кролика гораздо сильнее, чем рассчитывал. Нужно срочно получить ответ и валить к чертям из этой топи.

Что ты думаешь обо мне?

Ты думаешь обо мне?

Потому что я постоянно думаю о тебе.

И я хочу это прекратить.

Или... не хочу?..

Я длинно выдохнул, надел очки и вышел из комнаты. Послоняюсь по коридорам. Не хочу трепать себе нервы ещё больше перед игрой.



Как я и думал, зерга я прощёлкал на 2-0 и попал в матч победителей пар к Рэйну. Я тёр ладони об греющую зелёную подушечку и не снимал звукоизолирующих наушников в перерыве. Сосредоточиться. Это просто матч. Просто ещё один соперник. Ступенька к успеху. Моему успеху, не кого-то ещё. Кого-то с пушистой чёлкой, тонкими белыми пальцами и офигительной энергетикой... Хочу его.

Оператор, начавший снимать нашу пару для представления перед сетом, застал мои сжатые губы и прищуренные глаза. Кто крольчатину заказывал? Я! Жареную.

image

Какие тренировки могут подготовить к тому, что ты будешь играть не только против соперника, но и против своих гормонов? Жажда не утолялась спонсорской водой из бутылочки, она требовала чего-то значительно вкуснее. Дождя.

Ливня. Потопа.

Я проиграл ему.



*** Глава 3 ***


Я в оглушённом состоянии завалил Харикейна в дисайдерах и собрал вещи. Задача минимум – выйти из группы в следующую стадию была выполнена, а Рэйн уже мог уйти, я могу не застать его в здании. Я отключил клавиатуру, смотал провод и сунул в сумку. Отключил наушники, аккуратно сложил и сунул туда же. Отключил мышку, вынул провод из держателя, медленно намотал его на руку и скинул в сумку. Убрал и сам держатель, протянул руку за ковриком. Его скатывать не надо, на нём время не потянешь. Застегнул толстовку под подбородок (конечно же, это кондиционеры виноваты, слишком холодно) и вышел из игровой кабинки.


Проход в комнату ожидания не занял много времени. Там были зерг и протосс, не мой протосс. Я сел и перевёл дух. Шум из студии потихоньку стихал. Я включил обратно телефон, подтвердил для себя отсутствие новых сообщений и убрал в карман. Пойду пройдусь по второму ярусу зрительских рядов, не могу больше на месте сидеть. А там, глядишь, уже можно будет и на свет белый выйти, успокоившись.

image

Я смотрел, как внизу выключают осветительные установки, убирают ненужные кабели и расставляют сдвинутые со своих мест стулья. Шоу кончилось, экран погас. Людей почти не осталось, от того каждая фигура привлекала внимание. Я заметил красную толстовку СКТ краем глаза, тут же развернулся всем телом, проследил, как Рэйн прошёл к тёмному краю зала. Он встал там и не двигался с места. Я смотрел на него, не мог не смотреть. Как магнитная стрелка — вот мой север.

Пойти спросить его? Напрямую. Пойти поцеловать его? Прямо тут в темноте погасшей студии.

Я спустился вниз и пошёл к Рэйну. Твёрдая походка не выдавала мои нервы. Звука шагов не было слышно. Кончики пальцев немного покалывало. Губы сохли, я их, не переставая, облизывал и придумывал, что сказать. Но мой лимит сегодняшней собранности таял. И когда я встал перед Рэйном, то не смог ничего сказать. Только смотрел. Рэйн стоял, прислонившись к стене и слегка запрокинув голову, его глаза оказались закрытыми. На лице было выражение умиротворения. Немного грустного, но совершенно спокойного. Заготовленная фраза испарилась на углях эмоций, вспыхнувших с новой силой.

Я не двигался с места, Рэйн не открывал глаз.

Ты не думаешь обо мне. Ты совершенно точно не думаешь обо мне.

Я опустил голову и немного покачал ею. Прочесав чёлку, «вышел из тени» и привалился к стене рядом с Рэйном, задев его локоть:

— Хей, — сказал я, не глядя на него, но отмечая боковым зрением резкий поворот головы и мгновенно распахнутые от неожиданного вторжения глаза.

— Ты что тут делаешь? — немного сбивчиво спросил он.

«Да сам удивляюсь» — я поглядел на него, слегка усмехнулся своим мыслям и тут же отвёл взгляд, опять опустил голову. Хочется спрятаться, хотя бы под капюшон, но пуховики летом не положены.

Рэйн отвернулся и оттолкнулся от стены, но я его поймал за руку. Реакция — одно из качеств профессионального геймера-киберспортсмена, вы не знали? Даже когда в голове творится, ну то, что в ней сейчас творится.

— Ты утопил телефон? — поинтересовался я негромко.

— Телефон в порядке, — в голосе Рэйна слышалось желание уйти от ответа, от меня, вообще отсюда. Он даже не повернулся.

— Суббота, рыбки? — выдал я тезисно.

Рэйн медлил с ответом, но и руку не вырывал. Как это трактовать?

— В три, — услышал я отрывистое и не более распространённое, чем у меня. Он так и не повернулся. Я не стал удерживать, отпустил рукав толстовки после этих слов, и Рэйн ушёл. Нервы, отбой, можно расслабиться. Уже можно. Сумка сползла на пол, я за ней.


***


Вечером кто-то притащил настольную игру, и я был вынужден отвлечься от книги. Сидеть дальше и читать, игнорируя реальность, не получилось. Как, собственно, и всегда с этой непослушной субстанцией. Она как-то всё равно просачивается из щелей между страницами, обтекает меня звуками, запахами и накрывает необходимостью реагировать. Двигаться, делать что-то. Идти вперёд.

Я потёр лицо ладонями и одёрнул футболку.

— Что это и как в это играть? — спросил я, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Сейчас разберёмся! Держи карту, — Статс протянул лист картона уже устроившемуся на полу Флэшу. — Ещё какие-то фигни. — Он стал выкладывать остальные принадлежности. — Я не знаю, как в это играть, но я с удовольствием посмотрю, как вы будете мучиться разбираться.



— Щёлк! — тренер, довольно улыбаясь, убирал камеру. — Обновление для Фэйсбука КТ, не отвлекайтесь.

— Паппарацци, — ворчливо прокомментировал Экшен.

— Грамотный пиар и лайки, — заступился за себя тренер.

— Ладно, что там делать-то надо? — я полез поближе к полю, чтобы рассмотреть получше. Отвлечься на книгу, игру, на что угодно, только не прокручивать в голове кадры, как Рэйн стоял с закрытыми глазами. Как он почти ушёл. Как я его поймал. Что я ему сказал, и что он не сказал мне в ответ.


***


— Чжу Сён Ук, не много ли ПвП? Может, терранов покатаешь? Тивая возьми себе в пару, а то он, кажется, на Хартстоун вместо СтарКрафта перейдёт в скором времени, если ещё хотя бы час просидит без задания. Как вовремя я зашёл!

— Да, — откликаюсь я глухо, себе под нос и выщёлкиваю нетерпеливую дробь мышкой.

— Дайте парню отдохнуть, он с восьми лет морпехов на смерть посылает! — выруливает Флеш на своём кресле и вклинивается в разговор, защищая право Тивая на священное ничегонеделанье. Ползала заливается хохотом, я тоже невольно улыбаюсь.

— Наш «малыш» уже подрос! — не остаётся в долгу тренер, намекая на прошлый айди Тивая — Baby.

— И поэтому вы хотите скормить его этому жуткому инопланетному чудовищу?!

— Но у него даже рта нет! — хохочет тренер. — Протоссы же впитывают энергию прямо «из воздуха».

— И вы только представьте, как нашего милого Тивайчика всасывают через кожу... Брр! — Флэш дёргается всем телом, подпрыгивая на кресле, которое от этого чуть отъезжает в бок.

— Да ладно, ещё посмотрим, кто кого всосёт! — вмешивается Слип.

— Ты, зерг, вообще молчи, на твою слизь никто не посягает! — Флэш разошёлся не на шутку ради собрата-террана. — Это не дело роя!

— Экшен, давай их два на два побьём? — косо глядя на нас всех, шипит в сторону Слип.

— Не, я лучше так посмотрю, чем всё дело кончится, — тоже шипит тот.

— Всё, всё! Я выключил. Давайте вашего убийцу королей, — отвернулся от своего стола Тивай.

Я улыбнулся своему недавно придуманному телевизионщиками прозвищу — Kingslayer — и потянул запястья. Смотря на меня, тренер провозгласил время разминки и выгнал всех из-за компов.


image


Ночью я валялся в кровати без сна при погашенном свете. Луна светила прямо в глаза с на удивление чистого неба. Одинокая звезда, зацепившись за самый край оконной рамы, вторила ей мерцающим блеском. Я смотрел на них и думал об удивительной штуке — отражённом свете. Ты, сказал я Луне, светишь благодаря такой же искорке, как эта маленькая точечка. Только её не видно сейчас, потому что мы все стоим спиной. Отвернулись и не замечаем, игнорируем, стараемся спать. Спать!

Я раздражённо накрыл подушкой голову. Глушить мысли не получалось. Все последние дни они неизменно притягивались на орбиту вокруг Рэйна. Стягивались к нему, как намагниченные.

Когда я всё же провалился в сон, то и там не смог увидеть ничего и никого, кроме него. Размытые очертания высотки телецентра, пустой студии, тёмного зала — я искал Рэйна, но он исчезал за поворотом слишком длинного коридора. Я видел его улыбку, и у меня кружилась голова, но поймать моего кролика не получалось. Я остановился посреди идущих, не замечающих меня зрителей и натянул капюшон...

Пятница встретила меня ярким солнечным светом из не зашторенного окна и ощущением прикосновения на губах. Я постарался растянуть сон, опять закрыв глаза. Поцелуй был нереальный, ненастоящий, но не отпускал. Я медленно провёл пальцами по губам. Я знаю, что ты не такой, но я не знаю, какой ты, Юн Чжонг.

Ещё одна такая же невменяемая ночь — и я просто отрублюсь за компом, как делал лет пять назад. Сегодня будет двойная доза тренажёрки, иначе не уснуть не то что вовремя, вообще до утра.


***


В этот раз попытку выспаться почти можно было засчитать как удачную. Перегруженные мышцы слегка ныли, когда я ехал к запароленному рыбками дому. Привычный способ скоротать время в транспорте за чтением сегодня не работал. Я ползал глазами по строчкам, однако, перепрыгивая на новый абзац, не мог вспомнить предыдущего.

При выходе на поверхность я поёжился от влажного сквозняка. Мелкая противная морось сыпалась с неба, пропитывая ознобом. Тучи опять обещали ливень во втором акте сегодняшнего дня, но не торопились исполнять его. Видимо, выжидали, пока призывными аплодисментами-хлопками окончательно сложатся все зонты, ожидающие солнца.

Мой зонт украл одну половину неба, другую застили окружающие здания. Я шёл от станции, замечая напряжёнными нервами все детали окружающей улицы. Мокрый асфальт пересекали бурно мчащиеся в водосток потоки воды, что уже успела прорваться, пока я был под землёй. Я почти вошёл в дом, когда терпение у туч лопнуло и вода обрушилась плотным занавесом, перекрывая все остальные звуки города.



Рэйн позвонил в домофон без пяти три. Я закусил губу и пошёл открывать. Нажал кнопку домофона и прислонился спиной к стене, ожидая, пока раздастся звонок в дверь. Облизывать искусанные губы — не лучший вариант, но идти за бальзамом уже поздно. Я распахнул дверь на короткое «дзынь» и увидел абсолютно мокрого Рэйна на пороге. Мокрого и улыбающегося мне. Я отступил, пропуская его и сбегающие с него струйки дождя в квартиру.

— Дождик, мда, — выдал я напрашивающуюся реплику, оглядывая Рэйна с ног до головы. Капающая чёлка, яркие смеющиеся глаза, острые, обрисованные мокрой тканью плечи, ключицы, тонкие руки, острые коленки... Я остановил свой взгляд на собирающихся озёрцах воды на полу и проговорил:

— Что же с тобой теперь делать?

— Люблю дождь! — Рэйн сияет, и ему пофиг, насколько я обалдел от созерцаемой картины. Он попросту этого не видит так, как я. Не видит себя.

— Мне тоже он нравится... — говорю я тихо. Эту реплику он тоже не заметит. Я отворачиваюсь по направлению к ванной. — Полотенце.

Когда я возвращаюсь, то застаю Рэйна сидящим на полу и улыбающимся мне снизу вверх. Я бросаю ему полотенце, не решаясь подходить слишком близко, чтобы не сорваться. Вот такого обалденно красивого неописуемо хотелось поцеловать и... И всё остальное. Я прочесал чёлку.

— Это целое одеяло! — объект моей почти паники по поводу немыслимого самоконтроля разворачивает полотенце.

— Тебе не повредит. — Я опять кусаю губы, перебирая в голове варианты дальнейших действий. В пределах разумного, конечно. Неразумные варианты думать не надо, они и так проскакивают двадцать пятым кадром. — Пойдём, я тебе чаю налью, — выбираю я подходящий под ситуацию — такой же горячий.

— Умгу, — откликается Рэйн и ставит моему самоконтролю фигуральную подножку, скользя по полу в попытке упасть, а не встать.

— Юн Чжонг! — я хватаю его за плечо. Рэйн справляется с разъезжающимися по мокрому ногами и снимает кеды, после этого я его отпускаю. Не удержавшись, на прощание глажу холодную ткань рукава футболки. Насквозь промок. — Ты простудишься. Снимай.

Ресурсов мозга на сообразить фразу попонятнее не хватило. Я прячусь в соседней комнате, провожаемый слегка озадаченным взглядом. Достаю из шкафа припасённые на всякий случай домашние брюки и вынимаю новую футболку из упаковки. Аналогичный запасной комплект уже на мне.

— Вот. Ванная там. — говорю я полуулыбке Рэйна, когда возвращаюсь в прихожую. Стараюсь не смотреть на полотенце на его плечах, скорее разворачиваюсь и иду на кухню. Чайник. Воды налить. Вскипятить. Я упираюсь руками в столешницу…



— Так это всё же дом не только твоих тёти с дядей? — слышу я весёлый голос Рэйна и открываю глаза, поворачиваюсь к нему.

— Ливни. Это запасное.

Информативный ответ — хороший ответ. Больше бы не добавить ничего, сдержаться. Прочёсываю чёлку и гляжу на свою одежду на Рэйне. Точнее на Рэйна в своей, чёрт, одежде.

— Умгу... — отвечает тот и разглядывает меня сам.

Зудящие кончики пальцев требуют прикоснуться к нему ещё. Срочно нужен повод незаметно прислушаться к его реакции на меня. Точнее на меня близко к нему, очень близко. Нельзя просчитать абсолютно всё, нужны полевые испытания. Эксперимент на кролике. Вот на этом.

— Бирка.

— Где? Не заметил. — Рэйн пытается заглянуть себе за шиворот.

— Тут, — я делаю шаг к нему и сокращаю оставшиеся полметра между нами, притягивая Рэйна за руку ближе к себе, почти вплотную. Не отпускаю запястье, прислушиваясь к пульсу под пальцами. Наклоняю голову, как бы выглядывая ярлычок. Фокусировка на таких близких расстояниях плывёт, зато все остальные чувства обостряются и ловят растущее напряжение из воздуха. Я тянусь другой рукой к шее Рэйна, провожу по коже, едва касаясь, почти щекоча.

— Зацепилась, — констатирую вслух несуществующий факт. Чувствую, как в ответ на сорвавшийся с моих губ выдох пульс у Рэйна подпрыгивает, разгоняя ритм дыхания. Я отпускаю запястье и поднимаю вторую руку, «помогая» отпутать бумажку. Прикасаюсь к спине под футболкой у горловины, почти обнимаю Рэйна и прикусываю губу изнутри. Юн Чжонг сбивается на вдохе... Всё, что требовалось доказать.

— Всё, — вторю я вслух и убираю руки. Рэйн отворачивается.

Не убежишь, кролик. Теперь ты должен сам узнать, чего ты хочешь, а я тебе помогу. Тяну за краешек рукава, возвращая внимание Рэйна на себя:

— Ты пахнешь дождём, — говорю я тихо, глядя ему прямо в глаза.

— Я он и есть, — несмело шутит Рэйн, чуть опустив голову, и трогательно глядит из-под приподнятых бровей.

— В таком случае, позволь угостить тебя красным чаем с апельсином. — Я даю передышку нам обоим, разряжая атмосферу, и поворачиваюсь за чайником. — У тебя вроде матч с Бомбером в Кеспа Кап на днях?



Сегодня я выбрал чай посложнее, чем в прошлый раз. Правда, он скорее подходил для рождественского вечера, но сейчас тоже был в тему, если учесть его состав: специи, апельсиновая цедра плюс красный чай. Небольшой намёк на мой никнейм. Крошечный.

Рэйн поставил локти на стол и обхватил чашку руками, не спеша принюхался к поднимающемуся от неё ароматному пару и тихонько попробовал. Кролики — осторожные звери. Я спрятал смеющиеся глаза за запотевшими стёклами очков.

— Как поживают рыбки? — спросил Рэйн.

— Я в них ничего не понимаю, — улыбнулся я.


— А тётя-то с дядей и не знают, что ты только СтарКрафт в своей жизни видел... — лицо Рэйна наполнилось скорбью по поводу невесёлой участи моего подопечного аквариума. Я рассмеялся и поставил чашку обратно на стол.

— Насколько обширны твои познания в рыбках? – интересуюсь я.

— Побольше твоих! Я знаю, — он важно поднимает палец, — что их надо... кормить! — завершает Рэйн и складывается пополам от хохота вместе со мной.

— И что их кролики не едят, — подкалываю я, припоминая смс.

— Ты ж их кормишь? — не унимается Юн Чжонг, скользя взглядом по моим губам. Облизываюсь дополнительно, ловлю ответное неосознанное действие у Рэйна и отвечаю:

— Пока не жаловались.

— Да они как бы и говорить-то не умеют, как они будут жаловаться! — Рэйн полон негодования, он энергично встаёт и подходит к аквариуму. Его голос серьёзен, но губы так и норовят разъехаться в широкую улыбку:

— Взгляни в эти честные круглые глаза и покайся в содеянном! Точнее, в не содеянном!

— Да покормил я их, покормил! — я снимаю очки и опускаю лицо в сгиб локтя. Общительный вне сцены — так я о нём думал? Да тут скрытый фонтан красноречия, просто беда!..

Рэйн остаётся у аквариума, рассматривая. Рыбки вьются вокруг подводного, заросшего водорослями замка, огибают ракушки и камешки, скользят между длинными спокойными без течения листьями. Я не спеша надеваю очки обратно, встаю из-за стола и подхожу к притихшему Рэйну. Вспышка смеха уже растаяла в воздухе. Глуша внешние звуки, повисает тишина, шипящая моросящим за окном дождём.

— Красиво... — тихо говорит Рэйн, следя за рыбками.

— Я их только изредка кормлю, в основном этим не я занимаюсь. Приезжаю, чтобы побыть одному. Тут тихо, — я заканчиваю фразу, окончательно приглушая голос.

— Даа... — Рэйн ведёт пальцем по стеклу, повторяя движение рыбок через арку.

Я, затаив дыхание, иду в наступление:

— У тебя красивые руки.

Медленно провожу по его тонкой кисти. Рэйн не отдёргивает руку, а замирает и сам перестаёт дышать, кажется. Даю ему время переварить свою реакцию и отхожу убрать чашки. Сердце колотится как ненормальное.

— Ты… — начинает Рэйн, сбивается, — твоя команда не держит рыбок?

— Хватает человеческих оболтусов. — Мой голос ровен.

— Давай я вымою! — оборачивается Рэйн на цоканье чашек об раковину и подлетает ко мне. Я ловлю его в десяти сантиметрах от себя и шепчу давненько интересующий меня вопрос, смотря прямо в глаза:

— И потребуешь пойти мыть тарелки к тебе в тимхаус?

Рэйн тут же отводит взгляд и пытается отодвинуться подальше. Плохо получается: мешает ничем не маскируемое на таком расстоянии взаимное притяжение. Мои руки на его плечах почти невесомы, я не давлю. Как бы ни хотелось.

— Вряд ли... — бормочет он. Я с сожалением его отпускаю и прислоняюсь к прохладному холодильнику.

— А что же ты хочешь за свою победу? – хмуро спрашиваю потолок.

— Я не придумал, — повторяет Рэйн мой собственный ответ и уходит. Опускаю голову и вижу его на полу в зоне гостиной. Это целых три метра от меня — слишком далеко. Рэйн лежит, закрыв глаза, и размышляет вслух:

— Надо что-то придумать. Что-то смешное, определённо, а то не весело же... Рыбки, тишина...

Я подхватываю по пути бархатную подушку с дивана и нависаю над ним со зловещей улыбкой. Забавное? Сейчас устрою! Кидаю подушку.

— Ай! — взвивается мой кролик.

— Вот тебе смешное! — я хватаю следующую подушку.

— Удав фигов, нашел себе кролика, да?!

Именно, именно. Я закидываю его и перебираю:

— Кролика не кролика, рыбку не рыбку...

Рэйн выбирается из завала и быстро собирает подушки на полу в кучу, подхватывает их все разом и прыгает на меня. Этакий подушкомэн с особо пухлыми суперспособностями. На ногах не удаётся устоять, и я валюсь на ковёр, смеясь. Очки съезжают с переносицы, а Рэйн восседает надо мной с «оружием» в руках и таким воинственным видом, что мой смех превращается в неудержимый хохот. Вижу сквозь просветы в завале его нахмуренные брови, еле сдерживаемую улыбку и сверкающие глаза.

— gg?! — он серьёзен как никогда.

— gg! — я поправляю очки, сгребаю с себя к дивану подушки и пытаюсь отдышаться. Рэйн шумно выдыхает, широко азартно улыбается и плюхается на голый пол неподалёку. Довольно потягивается там. Я переворачиваюсь на бок, чтобы лучше его видеть. Всего, начиная от голых узких ступней, вверх по мягким серым линиям моих домашних брюк до слегка задравшейся футболки, обнажившей кусочек белой кожи на рёбрах, по тонким рукам, по изгибу горла... Губы, щёлочки глаз. Я улыбаюсь от удовольствия просто чувствовать его рядом. Так близко, что протяни руку... Я вытягиваю руку к нему, но ловлю себя на этом движении. Не отвечая на взгляд Рэйна, делаю вид, что тянулся за подушкой, которая лежала между нами. Обнимаю её и кусаю губы. Бросаю быстрый взгляд на Рэйна и замечаю немного нахмуренные брови на совсем недавно весёлом лице.

— Вроде бы, дождь заканчивается, — говорит он отстранённым голосом в пространство.

Ему не понравилось, что моей целью была подушка? Он же злится! Впиваюсь в Рэйна взглядом.

Что ты хочешь, Юн Чжонг? Что?

Сердце скачет где-то в горле, пульс наматывает круги крови по телу. Рэйн замечает мой испытующий взгляд, резко вдыхает воздух, словно утопающий, и садится. Я, лихорадочно соображая, откидываюсь на спину. Увеличить расстояние между нами, сложить рискующие вырваться из-под контроля руки под головой, потому что нельзя вспугнуть. НЕЛЬЗЯ.

Рэйн порывисто встаёт и отходит к окну. Подальше от меня — не уходи! — подальше от висящего в воздухе сумасшествия — сходи с ума вместо со мной! — подальше от моего почти срывающего все запоры самоконтроля — хочу тебя...

— А та игра с Бомбером... — сбивчиво начинает Рэйн, но не успевает закончить предложение. Я не выдерживаю смотреть на немного ссутулившуюся спину и взрываюсь изнутри. Одно перетекающее движение с пола, и я уже прижимаю Рэйна к себе, крепко обхватываю руками поперёк груди, обессилено утыкаюсь лбом в его плечо и шепчу:

— Я говорил, что мне нравится дождь?

Рэйн застывает.

— Меня к тебе как магнитом тянет, — поток слов вырывается сам. — Я спать не могу. Сижу за компом часами и тренируюсь как ненормальный, стараясь выкинуть тебя из головы. А ты, как назло, попадаешь в мою группу на GSL, приходишь в зал, когда я играю... существуешь!

Я обрываю себя, отодвигаюсь и пытаюсь замолчать, кусаю губы, прочёсываю волосы, но не могу остановиться и продолжаю:

— Мой тренер рад, что я столько времени уделяю ПвП, хотя и слегка удивлён. Но я не хочу так. Меня вертит, как в урагане. Я могу сосредоточиться только на тебе. На тебе, Рэйн…

Кажется, это всё, что я хотел НЕ сказать. Мои глаза немного расширяются, когда Рэйн отворачивается от окна и протягивает руку к моим губам. Тонкие прохладные пальцы осторожно трогают раздражённую нежную кожу, на мгновение гася прикосновением тлеющие угли под ней. Машинально облизываюсь, смотря на его спокойное лицо, и чувствую подушечки пальцев языком. Тело реагирует на повышение градуса безумия, и меня почти трясёт.

— Ты знаешь, что ты меня ужасно раздражаешь? Весь целиком. И в особенности привычкой облизываться. — Рэйн приподнимает вверх брови. Это было бы очень мило, если бы не слова. Раздражаю? Это ещё кто кого больше! Особенно сейчас, когда ты едва заметно прикасаешься к моему лицу.

Рэйн присаживается на подоконник и громко заявляет:

— Высокомерный катэшный протосс! — он почти улыбается и вкладывает в одно короткое слово тот ответ, которого я так долго и болезненно ждал:

— Нравишься.

Я резко облегчённо выдыхаю и почти падаю на Рэйна, отпуская контроль притяжения, упираюсь в последний момент руками в стекло. Тянет безумно. Я выманиваю реакцию, облизываясь нарочито медленно. Влажно обвожу языком верхнюю губу, нижнюю, не свожу взгляда с его следящих за этими движениями глаз.

— Ну вот, опять ты меня раздражаешь! — очень тихо и как-то робко смеётся Рэйн.

Я прикусываю нижнюю губу раз, другой. Давай же, я так долго не смогу тормозиться.

— Дико... — выдыхает Рэйн и, наконец, целует меня.

Обжигающе горячо и до одурения вкусно, глаза закатываются и закрываются сами собой. Плыву от тактильных ощущений на языке и коже горящих губ. Забываю вдыхать, только впитываю, наслаждаюсь податливыми губами, ловлю кончик языка, играю, пробую, впиваюсь, атакую… Забывая контролировать себя, тону в потоке ощущений, затопляющих меня, смывающих всех, кто был до этого поцелуя. До этого головокружительного падения в бездну среди искристых солнечных всполохов и бархатно-чёрных, затягивающих ещё глубже протуберанцев темноты. Воздух кончается полностью, в голове всё ярче проявляется чувство свободного падения. Я ловлю язык Рэйна зубами, легко прикусываю и отпускаю. Не удержав стона, полностью рушу все свои когда-то тщательно возведённые барьеры против этой части себя.

Воздуха...

Я отрываюсь от мягких губ, прикасаюсь лбом ко лбу и всё ещё жмурю глаза. Упор на руки помогает не упасть окончательно.

— Это круче БО7, — слышу я хриплый смешок.

Отталкиваюсь от окна и от души смеюсь, усаживаюсь на первый попавшийся подходящий предмет интерьера — на журнальный столик. Ловлю какой-то дикий взгляд Рэйна. Губы я ему просто истерзал... Любуюсь картиной и пытаюсь немного остыть. Противоположные по сути действия, но я не могу перестать.

— Кажется, Сеул смоет нафиг... — улыбаясь и, совершенно точно, думая о другом, говорит Рэйн. Не представляю, о чём он думает, но могу предположить, что не о дожде.

Дождь. Остыть. Крыша!

Ерошу волосы, поправляю очки и встаю:

— Идём.

Я беру Рэйна за запястье, чувствую бешеный пульс под пальцами, опять кусаю свои и без того уже припухшие губы, чтобы сосредоточиться. Надо отвлечься хотя бы на боль. Холодный душ в этих случаях советуют в фильмах, да? Сейчас устроим.

Беру ключи с полки в прихожей и выхожу из квартиры. Рэйн идёт следом, не вырывая руку, только заинтересовано и немного смущённо озираясь. Холодный кафель под босыми ступнями сейчас в тему как никогда. А вот посторонние люди — не очень. Но, спасибо, их и не попадается на пути.

Я останавливаюсь у лифта, нажимаю кнопку вызова и жду. Нетерпение и бурлящее возбуждение почти заставляют подпрыгивать на месте. Вкладываю импульс в поглаживание тонкой кожи с внутренней стороны запястья Юн Чжонга. Он чуть напрягается, бросает взгляд на входную дверь в дом.

Я сдерживаюсь изо всех сил, терплю минуту, пока лифт едет. Терплю секунды, пока не захожу внутрь. И перестаю сдерживаться, когда Рэйн делает шаг за мной. Добыча сама падает в руки, когда я энергично тяну за руку. Охота на кролика окончена: охотник и жертва перепутались местами. Мне решительно непонятно, кто у кого выиграл и кто кому проиграл. Я глажу Юн Чжонга по шее сзади, перебираю кончики волос и смотрю в расширившиеся глаза. Больше ничего не делаю. Ничего. Совсем. Это как гипноз. Тёмная, почти чёрная воронка в бездну. Кажется, я смогу услышать его мысли, если ещё немножко сосредоточусь.

Рэйн, безумие моё…

До сознания не сразу дошло, что лифт уже приехал на последний этаж. Я нехотя обрываю взгляд и поворачиваю к выходу на крышу. Тут тоже нет никого, всех выгнал ливень — благодаренье тучным небесам. Серая пелена висит над городом, почти не пропуская сквозь себя другие звуки. Или я их просто не слышу. Зато я фиксирую быстрое дыхание Юн Чжонга, его взгляд, снова пробегающий по периметру в поисках людей. Я шагаю из-под навеса под ливень и наконец-то немного расслабляюсь. Тело чувствует каждую каплю воды и вынуждено на неё реагировать, отвлекаясь от магнетического притяжения, зовущего вплавиться в тёплое тело напротив до искр под веками.

Очки заливает потоками, они почти бесполезны. Убираю их в карман и вытаскиваю Юн Чжонга из-под крыши. Он немного съёживается, глядя на брызжущую дождём кромку навеса, неловко улыбается мне и поддаётся. Старается одной рукой обхватить себя, но как-то нерешительно, приподнимает плечи, не сводит с меня жадного взгляда. Сквозь белую футболку проступают контуры тонких ключиц, линии тела, которые уже сносили мне мозг сегодня.

Ну и чего я добился этим «душем»?

Ливень оказался горячее, чем я рассчитывал!

Юн Чжонг высвобождает руку и отводит глаза, идёт к краю крыши. Не спешу догонять, даю время ему и себе. Острое желание немного притихает, всё же отчасти заглушённое шумным ливнем. Вода сбегает по моему телу вниз и щекочет ступни, проскакивает ручейками между пальцев, когда я делаю шаг. Юн Чжонг стоит, подставив лицо дождю и закрыв глаза. При моём приближении он громко и отчётливо говорит:

— Ха-ха, я так злился на тебя!

Взгляд притягивают линии его шеи, подчеркиваемые струями воды. Мгновенно загорается желание повторить их языком. Широкие плечи, узкая грудная клетка, тонкий, какой он тонкий... Кажется, можно сломать. Да, кажется, пока не встречаешь взгляд.

— Ничья. Следующий сет? — мои руки сами тянутся и разглаживают складку ткани, которая мешает следить дальше за рельефом под ней. Слышу вкрадчивый голос с хитрыми интонациями:

— Ты зачем меня сюда привёл, я ж не аквариумная рыбка, чтобы нуждаться в такой прорве воды.

Дождик, рыбка, кролик... Я разглаживаю ещё одну складку, обнаруживаю под тканью острый бугорок соска и пробегаю по нему пальцами.

— Ага, ты мокрый-мокрый кролик, — я зачарованно тянусь и снова повторяю манёвр, на этот раз слежу за реакцией на лице Юн Чжонга. Он жмурится:

— Сколько можно повторять, я не кролик, нечего на мне опыты ставить. Я Рэйн!

Под конец совсем громкий голос смешивается с моим смехом, потому что я лечу от мастерски исполненной подножки прямо в лужу. Юн Чжонг почти падает следом за мной, но тормозит, оперевшись на мои плечи. Теперь уже ручейки воды щекотят не только мои ступни, но и ладони.

Я гляжу снизу-вверх на смеющегося Рэйна в обрамлении серых туч и бушующего ливня. Вода с него льётся на меня, и она кажется кипятком. Смех смолкает так же резко, как и начался. Я моргаю, усиленно стараясь убрать искажение картинки, щурюсь, когда Рэйн, будто чуткими руками, гладит взглядом моё тело: плечи, грудь, живот, на линии брюк его взгляд ускользает снова на моё лицо. Глаза смеются, а руки тянут меня вверх. Не поддаюсь и брызгаюсь, ресурсы лужи как раз под рукой. Душа жаждет реванша.




ЧАСТЬ ВТОРАЯ



*** Глава 1 ***


Вы когда-нибудь пробовали сдержать внутри ураган? Он рвётся наружу и не хочет принимать правила игры, задаваемые разумом. Укрощение стихии всегда сравнивалось с магией, волшебством, появляющимся из-под пальцев рук, рождающимся от таинственных слов. Попробуйте поработить и заставить двигаться в нужную вам сторону ураган. Он всего лишь сметёт вас своим хвостом и не заметит преграды. Чувства — как стихии внутри нас. Они повелевают нами, заставляя кружиться в воздухе, плыть, повинуясь течению, или сжиматься в камень.

Мысль не может покорить чувство, это только иллюзия, что она достаточно сильна, чтобы управлять жизнью человека. Почувствовав однажды восторженную ярость стихии внутри себя, беснующуюся и рушащую все создаваемые мозгом преграды, уже никогда не станешь прежним. Собственное бессилие перед ней и даруемая мощь незаметно проникают друг в друга, переплетаются и сцепляются намертво где-то глубоко внутри. Летать вместе или одиноко падать — тебе выбирать...



Я летел в бездну, падая в темноту глаз напротив, и не замечал, как лифт отсчитывает этажи.

Смотрел сквозь редкие капли с чёлки в блестящие глаза Рэйна и чувствовал почти искрящуюся видимыми вспышками энергию, исходящую от него. Она покалывала кожу и пробиралась мурашками под промокшую одежду. Свобода воли казалась иллюзорной. Любой выбор поглотила ярящаяся внутри тёмная буря, смыл шумный ливень и всё дальше от меня уносил ураган. Мой Дождь...

Створки лифта разошлись, и я моргнул, возвращая себя. Юн Чжонг мотнул головой, обдавая меня тёплыми каплями-дождинками. Мы тихо вышли из лифта, оставляя за собой на кафеле коридора блестящие озерца воды. Ключ в карманах нашёлся быстро, я немного неловко открыл замок и впустил нас внутрь. По инерции сразу пошёл в полутёмную кухню, на ходу протирая кое-как очки и надевая их.

— Ты понима... — Юн Чжонг, возможно, пытался сказать что-то вразумляющее и по делу. Мы с ним были опять оба насквозь мокрые, я не знаю, насколько высохла его или моя одежда, которая покоилась на сушилке в ванной. Может быть, она всё ещё была не пригодна для надевания. Возможно, не стоило мокнуть опять, а прийти в себя и очнуться.

Невозможно.

Я резко развернулся, обрывая его слова, и шагнул вплотную. Желание до дрожи. Рэйн смотрел на меня распахнутыми в ожидании глазами. Я повёл по его руке кончиком пальца, скользя взглядом за своим движением, чувствуя, как мурашки от этого лёгкого прикосновения проступают на его коже. Он немного нервно сглотнул.

Ты не один здесь волнуешься, не один...

Я легко погладил его шею сзади под кромкой волос и осторожно нырнул пальцами под воротник. И заметил, как его зрачки чуть закатываются каждый раз, когда он медленно моргает.

— Юн Чжонг, — я слышу свой какой-то немного непривычный голос.

— М? — он мычит в ответ и плавится от простого лёгкого поглаживания.

— Там не было бирки тогда, — я бросаю отыгравшего своё джокера в отбой.

— Да? — щёки Юн Чжонга немного розовеют.

— Да. Я придумал повод, — я наблюдаю за смущением от пропущенной элементарной ошибки.

— Стратег и тактик, — тихий голос, кажется, с удовольствием тянет слова. Юн Чжонг опускает голову мне на плечо, делая свой ход конём и вынуждая меня напрячься ещё больше. Зарываюсь пальцами в его мокрые волосы, прочёсываю их, растягивая предвкушение и всё ещё не решаясь сделать что-то большее. Сердце стучит всё быстрее. Вдыхаю яркий после дождя запах волос Рэйна и закрываю глаза.

— Сён Ук? — слышу я пониженный на октаву голос, дыханием щекотит влажную кожу около ключицы.

— Мм? — медленно откликаюсь я и получаю в качестве ответа осторожное прикосновение к своей спине. Юн Чжонг поднимает край футболки и пробирается под неё пальцами, будто ступает по тонкому льду. Почти зарываюсь носом в его волосы и горю от этих вкрадчивых шажков вверх, потом вниз. Юн Чжонг останавливается опять на кромке брюк, не решаясь заходить дальше. Я набираю воздуха, чтобы немного разочарованно выдохнуть, но почти глотаю его, потому что Юн Чжонг притягивает меня к себе так тесно, что разом вышибает последние мысли из головы. Сам судорожно вдыхает и быстро шепчет мне:

— Кажется, я не зря Партинга побил. Дошутился.

Я слушаю эти слова и с трудом соображаю. Шутка про Ромео и Джульетту? Хренов пророк...

— Кхм, — прочищаю я горло, — Ты о том, что он сказал после моего All-kill`а СКТ? — озвучиваю я ускользающую мысль. Про Партинга думать совсем не хочется, хочется ещё теснее прижаться к телу Юн Чжонга, чтобы тлеющие угольки на месте прикосновений разгорелись в пожар. Я похож на светлячка с маниакальной тягой к пламени, но мне сейчас решительно всё равно, что будет потом. Я не буду думать, я не хочу думать. Я не могу так… Огня…

— Да, — усмехается Юн Чжонг, — и потом.

Его нервные смешки при сбитом дыхании заводят ещё круче. Голова почти идёт кругом, не справляясь с потоком данных от кричащих о большем всех клеточек тела. Я поднимаю вторую руку и обнаруживаю в ней ключи. Тихо кладу их на стол, чтобы не вспугнуть моего кролика непонятным звуком. Прикасаюсь к спине Рэйна, медленно веду кончиком пальца по линии позвоночника и хрипло интересуюсь:

— Что же?

— Доприкалывался по Шекспиру. Я его треснул и руку отбил, — быстрые слова просвечивают смехом, но Юн Чжонг не смеётся, он поворачивает голову на моём плече. Волосы выскальзывают из-под моих пальцев. Теперь я вижу его шею. Небольшая струйка воды стекает по плавным линиям, оставляя за собой капли.

— Рукоприкладство в команде? Вот почему вы так здорово играете... — тихо проговариваю шутку, почти не думая о ней. Тянусь к этим каплям, провожу по мокрой коже носом едва касаясь, замираю, жду реакции.

— Ещё какое... — мурлычет Рэйн. Продолжаю и пробую капли на вкус. Под его кожей бесится пульс, такой же безумный, как у меня. Чувствую его языком, проходясь по коже над артерией. Вампир? О, да...

— Ммм, дождик, вкусно, — намеренно щекоча дыханием и почти задевая кожу, шепчу я в самое ухо. Юн Чжонг закрывает глаза и приоткрывает губы. Вижу кончик розового языка, обводящего их, и почти теряю голову. Юн Чжонг всхлипывает от укуса в подставленную шею и притягивает к себе ещё сильнее. Немного боли, да, кролик? Чтобы ты потерял контроль окончательно.

— Так я и знал... ты крови моей хочешь, — выдыхает Рэйн и дрожит всем телом. Он ещё больше выгибает шею навстречу моим губам, игнорируя мокрую ткань между нами, вплавляется в меня и пропадает в ритме движений. Горячее дыхание обдаёт кожу раз за разом всё быстрее. Я перестаю соображать, тону в нахлынувших ощущениях и звуках шумного дыхания. Волны накрывают с головой и несут в солнечный омут. Горячие ладони Юн Чжонга соскальзывают одна выше по моей спине, другая чуть ниже под пояс брюк, и я вспыхиваю, передавая вырвавшийся стон вибрацией ему под кожу. Прямо в укушенную артерию. Юн Чжонг откликается судорожной волной. Я чувствую её, вижу, как под на мгновение нахмуренными бровями дрожат веки, вижу белую полоску-щёлку между ними. Слышу перебой во в конец сорвавшемся дыхании и понимаю, что это я сделал с ним.

Или он со мной.

Я слежу, как глаза Рэйна закрываются полностью и он расслабляется в моих руках. Где-то далеко в сознании мелькает вопрос: интересно, я сегодня ночью смогу вообще заснуть с картинкой произошедшего под веками? Но я нетерпеливо отмахиваюсь от него. Вспыхнувший костёр не собирается потухать вот так просто. Он жарко полыхает, отбирая у мозга необходимый для мыследеятельности кислород и тратя его на иссушающее горение. Хочется ещё. Ещё…

Я внимательно слежу за Юн Чжонгом взглядом. Его лицо постепенно меняет выражение на встревоженное. Он поднимает голову с моего плеча. И, когда его глаза распахиваются, я уже понимаю, что там увижу.

— Страшно? — тихо спрашиваю его, стараясь успокоить одной интонацией.

— Чёрт! — задушено ругается Юн Чжонг, — как же я... Если...

Он кусает губы, глаза беспомощно бегают по комнате. Но он не отодвигается от меня, не убирает рук. Он не убегает...

— Это только твоё и моё дело, — говорю я твёрдо. Моё наивное желание игнорировать часть своего я продержалось ровно до тебя, Дождик. И было просто не замечено ожесточённо требующими нервными окончаниями. Тебя целиком, всего, мне... Я вцепился взглядом в губы Рэйна и облизал свои. Если я его не поцелую, то просто выгорю изнутри, снесённый сухой жаждой.

В первый раз Юн Чжонг слегка поддавался, плавясь в поцелуе и больше следя за своими ощущениями, но теперь он отчаянно хотел именно моей реакции. Теперь он понимал, что делает, к чему это приведёт и кто рядом. Напор энергии, которую он вкладывал в поцелуй, неизбежно выносил меня на новый виток безумия. Я бешено хотел его вот такого, отпустившего тормоза. Не послушного и покорного моим действиям, а живого и яркого. Словно ответное пламя взвилось в нём, я обжигался и сгорал, не слыша собственных стонов...



— Хотел. Я так давно этого хотел, — сбивчиво шепчу я, ещё отслеживая свои и его всполохи удовольствия. — Не ожидал, что ты будешь сбивать мой контроль так упорно. А ты как магнит тянул, — кажется, я опять начинаю неконтролируемо говорить Юн Чжонгу всё, что рождается в моей голове. Он убирает руку от моей чёлки, которую ласково разглаживал и, улыбаясь, отвечает:

— Кто бы говорил! Удав, — и тянет меня из кухни.

Двигаться не хочется. Тело, получившее слишком долго, слишком дико желаемое, отказывается шевелиться. Я расслабленно веду головой, разминая шею и плетусь за Юн Чжонгом в ванну. Он закрывает за нами дверь и, закусив улыбающиеся губы, подцепляет краешек моей футболки, тащит вверх. Я потягиваюсь и слегка разминаю мышцы со сдерживаемой хитрой ухмылкой. Да, я не пренебрегал тренажёркой, в отличие от некоторых моих тиммейтов. Там отлично прочищалась голова и выпускались лишние силы, заведенные адреналином тренировочных матчей. Я остаюсь в одних брюках и очках. Юн Чжонг медленно проводит рукой по моей груди, его лицо опять делается серьёзным, только глаза слегка расширяются.

Хочешь? Можно.

Я смотрю, как он опускает взгляд и берёт в руки завязки моих брюк. Задумчиво перекидывает их из правой ладони в левую, не решаясь потянуть.

Ещё раз вымокнуть со мной? Только теперь без одежды...

Но Юн Чжонг немного нервно вдыхает полную грудь воздуха и выходит. Я улыбаюсь закрытой двери, как дурак, и лезу в душ. Тёплая вода быстро бежит по коже, успокаивая. Мысли почти не мечутся. И насколько меня поглотило это безумие, я, кажется, начинаю понимать только сейчас. Насколько меня завертело в моём урагане, похоже, уже совершенно неконтролируемо.

Если бы он, оттолкнул меня, если бы он отвернулся и ушёл, хлопнув дверью, я бы понял. Меня бы разодрало, но я бы понял, чёрт!

Но он не отвернулся.

Он мне даже не врезал!

Моя кривая шальная улыбка отразилась в зеркале.

Он ответил… Он…

А теперь быстро скажем себе, что я буду делать, если Юн Чжонг просто уйдёт, пока я тут? Вдруг до него дойдёт, на что он подписывается в том реальном смысле, который мы все прекрасно знаем: это же НЕ нормально, это какое-то чёртово безумие...

Я жёстко закусываю губу и, не вытираясь, шагаю из душа, обмотав бёдра полотенцем. Быстрее распахиваю дверь и вижу Рэйна тут же, рядом. Сжатые мышцы моей шеи с облегчением расслабляются, немного приподнятые плечи опускаются. Отбой, безумие, запуск саморазрушения отменён. Или только отложен? К чёрту! Я улыбаюсь и скольжу взглядом по Рэйну без футболки. Тонкий, даже изящный… Руки, стрелки ключиц, лёгкий рельеф мышц... Гладкая кожа покрывается мурашками от моего пристального рассматривания, и я с удовольствием облизываюсь, видя эту реакцию, ловлю взгляд Рэйна.

Я тебя удивил? Что, ещё больше, чем было? Неужели?

Я глажу прохладную щеку всё ещё в капельках дождя.

А смотрел ли ты на кого-нибудь этим взглядом? Голодный? Обалдевший? Смесь.

Я тянусь к завязкам его брюк. С этого ракурса я узлы ещё не распутывал… Как-то не приходилось. Девчонки никогда не завязывают толком, там не глядя можно развязать. А вот парни… Ты знаешь, что ты первый?

Я опять глубоко ныряю в карюю бездну и не могу отвести взгляд. Не задумываюсь над тем, что собираюсь делать, пальцы сами тянут тесёмки. Я вообще перестаю думать на какое-то не отсчитываемое для мозга время. Ровно до того момента, пока Юн Чжонг не обрывает мои попытки сделать что-то. Он смущённо выворачивается из поля притяжения и торопливо ныряет за дверь ванной. Попритушенная улыбка заново расцветает на моём лице. Я слышал, кролики умеют прыгать на девяносто градусов, когда их догоняет рыжий лис. Я сгрёбаю чёлку и еле слышно смеюсь.

Рэйн не дольше меня зависал в душе, но в отличие от меня, он надел свою одежду, а не стал появляться в полотенце. Ну, нельзя сказать, что я не ждал, но. Я улыбнулся в ответ на его робкий взгляд, он осторожно обогнул меня, стараясь не прикасаться, и прошёл в прихожую. Тихо натянул мокрые кеды. Я, не говоря ни слова, отпер входную дверь. Он обернулся, посмотрел на меня внимательным взглядом, завис на секунду глазами на сползающем с бедренных косточек полотенце, поднял взгляд обратно на лицо и кивнул мне.



Когда он закрыл за собою дверь, я слегка пришёл в себя. Ровно настолько, чтобы сообразить одеться. Бардак в гостиной тоже нуждался в моём внимании. Тщательно раскладывая подушки по продуманным дизайнером местам, я продолжал немного ошалело улыбаться.

Как он сказал? Что-то про то, что мы мокрые как рыбы и нас можно добавить в аквариум. Я взбиваю последнюю подушку в руках.

Нас.

Я реально собираюсь оставить всё так, как есть? То есть, наоборот, поменять всё к чертям? Вывернуть свою жизнь на непонятную сторону? А как же желание встретить девушку, зажить полной жизнью? Какой? Что? Где, как, когда и прочее, и прочее. Да я просто разорвусь на части, если… остановлюсь.

Голова сделала попытку пойти кругом, я плюхнулся на диван, вытащил телефон из сумки рядом. Включил его и машинально проверил сообщения. Всё нормально. Мир продолжает спокойно вращаться на том месте, где я его оставил несколько часов назад. Я погладил белую пластиковую поверхность пальцем и длинно выдохнул.



*** Глава 2 ***


Совсем немного времени нужно, чтобы вернуться из точки Б в точку А. В себя прежнего вернуться сложнее. Дорога из тимхауса вперёд была длиннее. Но дорога к себе прежнему и вовсе не видна за горизонтом. Я вспоминал опасения и нервы перед встречей с Рэйном и старательно не касался произошедшего дальше. Увеличивал расстояние до него в своей голове с каждой проеханной мною станцией, умножал время на стук сердца и получал бесконечность до новой встречи.

Ещё одна попытка сосредоточиться на книге. Неудачно. Я попробовал подумать о стратегиях для ближайших матчей. Нет, соперник же ещё не известен и карты тоже. На мысли, что без грима на лице Юн Чжонга больше маленьких точечек-родинок, меня выдернула трель телефона.

— Да.

— Здравствуйте! Это Чжу Сён Ук? — услышал я мужской голос.

— Да. Здравствуйте.

Хм, кто бы это мог быть?

— Я Пак Вун Сан из И-Спортс-дэйли, фотограф. Ваш телефон мне дал менеджер КТ Rolster. Могу я договориться с вами о фотосессии для нашего сайта?

— Фотосессии? — я слегка оторопел.

— Да. Нашим читателям, читательницам было бы интересно, ну вы понимаете. — Голос в трубке перешёл с официальных интонаций на более живые и стал веселее.

— Я так понимаю, вы уже говорили с менеджером об этом? — я сделал паузу.

— Да. Я сейчас вышлю вам адрес в смс. В какое время вы свободны, скажем, завтра?

Этот человек явно умел ловить свой кадр, а не ждать другой более подходящей возможности сделать снимок. Я пообещал переговорить с менеджером и перезвонить ему.


***


Тимхаус встретил обычной атмосферой субботнего вечера. Кто-то уже пришёл, кто-то более основательно отсутствовал до понедельника. Я заглянул к Статсу и Слипу на кухню, ведомый вкусными запахами. Они готовили ужин, на который я, оказывается, успевал. Желудок после пропущенного обеда непрозрачно намекал на то, что я потратил много калорий и неплохо бы их восполнить. Правый уголок губ пополз вверх при воспоминании о том, как именно я их потратил.

— Эй, а что произошло? — Статс в переднике посмотрел на меня, отвернувшись от кухонного стола.

— Да так, — я закусил губу и скосил глаза, но улыбку не смог убрать.

— Эээ, да это ж свидание было! Я такой взгляд знаю. — Статс развернулся ко мне и для убедительности показал на меня большим кухонным ножом.

— Ага, он уже ревновал Тивая, когда тот пришёл с букетом сегодня, — пробурчал не отвлекающийся от помешивания в кастрюльке Слип.

— Чего? Я? Да мне просто интересно! — Статс упёр кулаки в бока, по-прежнему не откладывая нож.

— Умгу, и отповедь про честь команды, и необходимость сосредоточиться на тренировках я тоже не слышал. Ни словечка. — Слип накрыл кастрюлю крышкой и выключил огонь. — Давай уже свою траву, чего ты там резал.

— Я... Нет, я не это имел ввиду. Я ж не специально. А это прям так выглядело, да? — Статс отвернулся к столу и огорчённо продолжил шинковать.

— Да, — ответил с убийственной серьёзностью зерг и сделал большие глаза на мой почти вырвавшийся смешок.

Я подошёл и потрепал притихшего Статса по волосам, утешая:

— Он шутит.

Тот повернулся и потеплел в ответ на ласку. Когда-то давно злые языки называли его тосс-лопата из-за излишне удлинённого подбородка. Но после операции, на которую он копил с турниров, его внешность стала больше соответствовать его сути, на мой взгляд. Постепенно он перестал замыкаться в себе и стал чаще улыбаться. Я сказал:

— Это расовая ненависть в нём говорит. Ему противно всё, что не ползает по склизкому крипу и не плюётся ядовитой слюной.

— Я за биотехнологии! — Слип не остался в долгу.

— Нам что, теперь дежурство по расам распределять? — в кухню зашел Флэш. — Вон у протосса уже один нож есть, Слип того гляди кусаться пойдёт.

— А я тогда, я тогда его пси-штормом! — Статс вытянул вперёд свободную руку, растопырил пальцы и начал ими шевелить, напустив на себя мистический вид и вперив в зерга пылающий взор. Секунда созерцательной тишины наполнила кухню, а затем все хором покатились со смеху. Слип шмыгнул носом:

— Просто передник на плащ не очень похож, знаешь ли, — ухмыльнулся он и приобнял Статса за одно плечо.

Уснуть ночью оказалось проще, чем я думал. Я просто вырубился после ужина, коснувшись головой подушки. Никакие сны мне не снились вообще.


***


Для обговорённой фотосессии я взял недавно купленную клетчатую рубашку и пиджак. Фотографий в форме у меня достаточно, её брать не стал. Залез в любимые джинсы и, улыбаясь своим мыслям, натянул белую футболку. Она была на мне или на Рэйне в субботу? Сейчас уже не скажешь.

Казалось, солнце своей яркостью просто выгнало тучи, вытеснив их с неба, испепелило жаром. Хотя это ж тучи — не испепелило тогда, а испарило. Я зажмурился, как мог, и нырнул в метро, спасаясь от жары.

— Чжу Сён Ук, здравствуй! — невысокий мужчина встретил меня в фотостудии. Его брови восторженно взлетели вверх, когда он пробежался по мне глазами.

— Здравствуйте, — слегка поклонился я.

Он провёл меня вглубь студии, попросил располагаться и убежал что-то подкручивать в оборудовании. Я поставил сумку на длинную скамью и немного огляделся. Прочесал чёлку рукой. Расчёска, точно.

Мило улыбающаяся девушка подошла ко мне с блестящим саквояжиком, представилась и предложила помощь с макияжем. Подлетел Пак Вун Санг, посмотрел на разложенную одежду, перевёл взгляд на меня и запретил переодеваться. Я немного удивился, посмотрев на рубашку.

«А если ещё и обувь снять?» — подумал я, закусывая губу. Конечно, на мне джинсы, а не домашние брюки, но... Получившаяся ассоциация с субботой поднимала настроение и немного возбуждала. Интересно, как отреагирует Рэйн?

«Тебе понравится» — написал я смс и, отправив, прошёл босой к фотографу, получил ещё один восторженный взгляд и закрутилось. От софитов немного резало глаза. Пак носился вокруг меня, смеша и прося повернуть голову, опустить подбородок, развернуть в нужную ему сторону плечи... Когда он «наигрался» в один образ и ассистент принесла мне рубашку, я с удовольствием стянул футболку, отвернувшись к стене. Было жарко от нацеленных на меня ламп.

image



Ещё одну вспышку я даже не заметил, только потом увидел фотографию, когда разбирал присланные мне кадры. Немного нескромно. Немного слишком, возможно. Но я уже начал играть в игру «я дам тебе ещё один повод сорваться ко мне» и не мог остановиться. Я выманю моего кролика из норы, заставлю его высунуть нос из тимхауса. Лис ещё вцепится клыками в твою белую шею... Я отметил снимок как возможный к публикации. Мне было прислано множество разнообразных фотографий меня в разных ракурсах, в разной одежде, но больше всего было снимков в той футболке. Просто джинсы и белая футболка. Я с удовольствием смотрел на них и ждал публикации, ждал ответа Рэйна.


***


Один день шёл к концу, на часах минутная стрелка подбиралась впритык к следующему. Я следил за ней сонными глазами и не мог заснуть. Полумрак комнаты не усыплял меня. Тени от рыжего фонаря рисовали монстров в углах комнаты. Я мучил подушку и тёр глаза — они всё ещё зудели от недавних фотовспышек. Прошло уже достаточно времени, но Юн Чжонг так и не отреагировал на опубликованный фотосет. Он его видел вообще? Я ничего не знаю — это так бессмысленно!

Завтрашний день будоражил нервы. Я старался расслабиться, но все попытки блекли перед вспыхивающими под веками картинками. Тело подхватывало эстафету и вливало тепло под кожу, искры разбегались, и почти электрическое напряжение вытесняло сон.

Завтра съёмка разбора игроков по группам. Студия, команды, репортёры... Там будет Рэйн. А ещё куча другого народа. И видеокамеры, фотокамеры, зрители. Я не вполне представляю, что будет, но совершенно точно не хочу, чтобы кто-то лез в мою личную жизнь. Какая бы она ни была непонятная.

Чёрт, почему ты не девушка?! Мягкая кожа, воздушные платья и тонкие шпильки... Зачем мне жёсткий взгляд, пробивающиеся иголки щетины и острое желание устроить виртуальную драку? Я не знаю, чего ждать от себя, а чего ждать от тебя? Почему ты не отвечаешь? Тебя накрыло желание повернуть назад?

Я резко сел на кровати.

Да какого чёрта я вообще всё это продолжаю?! Оборвать всё рывком и хватит. Мучить себя, продумывать, просчитывать, отсчитывать дни... Я метнул подушку в стену. Бесит!



Ночь не принесла отдыха моим нервам. Утром тело было почти таким же уставшим. За окном шумел ливень, но с одного края небо уже синело свежеотмытым боком. Я поплёлся в душ нога за ногу, проверив отсутствие сообщений на телефоне. Тимхаус бурлил обычными для утра звуками. Навстречу мне выскочили Слип со Статсом, и я получил по плечу полотенцем от зерга, когда мой собрат протосс, прыгая, прятался у меня за спиной. Я поправил очки, невольно улыбаясь их дружному хохоту, и закрыл за собою дверь. Почти тишина. Только шумит дождь по крыше.

Тело прошило искрами, растворяющимися в остром возбуждении. Это уже почти рефлекс. Рефлекс на звук. Дождь... Ах ты ж чёрт!


***


Когда мы приезжаем в студию, я, как мне кажется, уже способен трезво думать. Мысли выстроились «по росту» в относительном порядке, расчёсанные здравым смыслом. Рядом со мной шли Статс и Флэш, тренер обговаривал что-то по телефону. Возможно, я кажусь им немного замкнутым, но что бы ни происходило у меня внутри, это только моё. Я сажусь за стол, в двух метрах по левую руку садится Рэйн. Он оглядывается и быстро находит более интересный объект для изучения — свои руки. Я не буду глядеть на его закушенную губу. Я не стану.

Возбуждение незаметно скользит из-под контроля и пронизывает сладким, налетая, как лёгкий бриз перед бурей. Я делаю усилие, чтобы подавить шторм в зародыше. Надо остыть, отвлечься от ощущения изменившейся гравитации, тянущей влево. Правый бок будто подмерзает на сквозняке. С кем-нибудь поговорить, чтобы отвлечься? За мной на ступени выше сидит Мару, ёрзая на стуле, остальные далеко. Я краем глаза слежу за Юн Чжонгом.

Глаза сегодня болят сильнее вчерашнего, может, грим их дополнительно раздражает. Они ещё больше покраснели, чем было, и правдоподобно делают из меня настоящего вампира. Я облизываю губы, вспоминая о том жадном укусе, и усмехаюсь про себя.

У меня группа А, я буду первым выбирать соперника в пару. Я уже выбрал, но ты сидишь за столом своей собственной группы, и я не могу взять тебя за руку, увести за собой, чтобы незаметно ото всех погладить под столом ладонь... Я встаю.

Ты смотришь на меня, буравя взглядом спину. Я чувствую твоё внимание, взволнованно шипящее где-то на ультразвуке.

Остановиться около двух твоих тиммейтов.

Соулки или Партинг? Подумай за меня. Протосс или зерг?

ПвП достойное — только с тобой, тут не о чём думать.

Ты.

Я поворачиваюсь к Соулки.

Что ты почувствуешь, если я возьму его за запястье? Как тебя. Это прикосновение жжёт твою руку?

Я снова завожусь от этих игр, вылавливая твою реакцию по косвенным данным. Словам, сказанным не мне, взглядам, брошенным не на меня. Веду свою партию, делая вид, будто тут есть все эти вопросы выбора, будто я не решил, кого выберу ещё до приезда в студию или неделю назад под ливнем...

Безумная идея, кружит голову, пока я слушаю ведущего, усаживаясь за свой стол. Оторвать тебя от остального СКТ и получить себе хотя бы на минутку. Без разницы где, только бы там не было никого больше.

— ...Рэйн — самый лёгкий соперник из предложенных, – слышу я.

Я впиваюсь взглядом в Солара, обрывая мечтания. Ммм, я бы тебя по твоему склизкому крипу-то размазал, зергушатина нахальная. Я потираю руки и проверяю очки на предмет пылинок, прикрываю зудящие глаза.

image

Твоя очередь:

— Я не выберу того, кто будет смотреть на меня сверху вниз.

Я одним уголком губ хищно улыбаюсь твоему ходу. Ты боишься меня, кролик?

— Я выберу того, кому буду нравиться...

Ты знаешь ответ, Дождик. Я вижу, как ты несмело улыбаешься и затем смеёшься над двусмысленностью сказанного.

— И кто будет уважать меня, — завершаешь ты, уже не смеясь.

Тебе нужны ещё доказательства, что я не буду давить? Я роняю взгляд на стол и складываю руки. Ты встаёшь и тоже выбираешь зерга, ты зеркалишь мой ответ или тебе больше нравится ПвЗ? Я играю сам с собою?

image


Под конец съёмок передачи нервы немного выгорают, и я почти не улыбаюсь. В твоей группе нет ни одного моего тиммейта, я не увижу тебя даже из зрительного зала, нет предлога прийти.


***


— Знаешь, Мару с Партингом у меня за столом просто висели друг на друге. Это любовь! — Статс смеётся, припоминая поведение двух друзей, похожее на поведение морских котиков на солнечном бережке, и открывает дверцу холодильника.

— Зато меня никто в группу не брал. Я последний остался! — Флэш кривит рот и неловко присаживается на столешницу.

— Уважают! И если бы я был не последним у себя в четвёрке, я бы взял! — горячо заверяет Статс.

— Спасибо, — невесело улыбается Флэш.

— Ты же знаешь, я хотел СКТ, — потягивая предложенное Статсом шоколадное молоко, говорю я.

— Но ты же вроде сплошное ПвП катаешь которую неделю, зачем тебе Соулки? Взял бы Партинга!

— И разлучить эту парочку? — ухмыляюсь я, с энтузиазмом заворачивая всё в шутку.

— Да ладно, Мару слишком мелкий, он бы не посмел тебя побить! — смеётся Статс. — А как Эсоэс к Партингу не пошёл, видели? Он вообще от него отвернулся на своём стуле, я в шоке!

Да, представить такую вольность от Статса было трудно.

— Зато вполне в духе самого Партинга, — замечаю я.


image



Вечером я понял, что меня ждёт ещё одна точно такая же ночь. Не было никакого желания крутить педали велотренажёра до изнеможения. Я почти разозлился на своё незавидное положение. Ждать. В этом есть хоть какой-нибудь смысл? Я опять сидел за компом, даже не думая ложиться спать вовремя. Бесполезно. Катал Ладдер уже не первый час, делая перерывы только на обед и ужин. Улетевшая какое-то время назад смс Рэйну с кротким «БО3?» не получила ответа, так же, как и та, предпоследняя. Свет в зале был притушен, я зевал, когда почувствовал прикосновение к плечу. Обернулся, вытаскивая наушники.

— Сён Ук, ты поссорился с девушкой? — тихо спросил Статс.

— Я... Эээ, нет, это... — я оторопел и не сразу нашел, что ответить.

— Ты ей напиши. Файтин! — он поднял руки и сжал кулаки, ободряюще мне улыбнулся.

Я улыбнулся в ответ. Статс быстро покивал и указал глазами на мой телефон на столе, который тут же ожил и звенькнул смс.

— О! — мой друг подмигнул мне.

Под его взглядом я прочитал долгожданное сообщение от Рэйна: «Ночью спят».

Спят? Похоже, что я сплю?!

— Файтин! — подбодрил меня Статс ещё раз, видя мою хмурую физиономию, и уселся в кресло напротив. Я закусил губу и мстительно напечатал: «Кажется, твоя шея в курсе, что я вампир», и быстро отправил.

image

Если бы ты не хотел моего ответа, ты бы не писал мне вообще, продолжая отмалчиваться. А лезть на стенку — это не мой стиль жизни. Я лучше эту стенку расшибу к чертям. Телефон в руке зазвенел вызовом, я глянул на дисплей — Рэйн, глянул на сидящего рядом Статса и резко встал с кресла. Оно отъехало к соседнему столу. Азартное «Файтин!», растянутое на внезапно образовавшихся шипящих в громком шёпоте, догнало меня на повороте в душевую. Я влетел в неё и, плотно закрыв дверь, нажал приём вызова.

— Да? — говорю я как можно тише, окружённый акустикой стен с кафельной плиткой, и получаю несколько секунд тишины в ответ.

— Скажи так ещё раз? — напряжение и затаённое дыхание в голосе Юн Чжонга рождают во мне улыбку.

— Всё, что захочешь, — я почти шепчу и закрываю глаза, концентрируясь на звуке.

— Ох, — слышу судорожный выдох и, чёрт, опять завожусь.

— Ты видел снимки? — спрашиваю я Юн Чжонга.

Неужели не видел? Не заметил...

— Ты специально? Белая футболка и босиком.

Заметил!

— Всё, что захочешь, — улыбаясь, отвечаю я.

— Я хочу спать по ночам и не вздрагивать от того, что ты... — Рэйн не договаривает, но это и не требуется, я знаю о чём он. Он чувствует то же самое, что и я. То же самое.

— Сон не помогает. Мне. — Я прочёсываю чёлку и тру глаза. В моих словах намёк. Я жду. Опять. Всё равно. Сделай шаг ко мне, Дождик, иди ко мне...

— БО3? — быстро говорит Рэйн, и я легко усмехаюсь его шагу вперёд при по-прежнему не сданных позициях.

— На желание? — я пытаюсь поймать моего кролика в прыжке.

— Всё, что захочешь, — он улыбается мне где-то там у себя на другом конце города.

— Хочу, — отвечаю я и отключаюсь.



Когда я вернулся в тренировочный зал, он был пуст: Статс ушёл спать. Я сел к компьютеру. Играть с Рэйном было чистым удовольствием. Я выслеживал моего кролика и ловил его, отыскивал спрятанные норы и прыгал в ответ на атаку. Лучшего соперника придумать невозможно, подумал я во время второго сета, когда ко мне на главную базу пришли аж восемь адских имморталов. Это была такая жесть — и тайминг, и количество — что я обалдело улыбался монитору, пока они меня выносили и почти рассмеялся, печатая gg wp, но вспомнил про поздний час и только кусал губы.

1-1

И я постарался выжать максимум из последнего третьего сета, тщательно выведя его в макро. Спрятанный ниндзя-нексус с дополнительной добычей в экономику Рэйну не помог, я разобрал моего потрясающего скай-тосса. В этот раз я не спущу на тормозах своё желание приглашением к чаю, не жди.

image



*** Глава 3 ***


Ритм моих тренировок, в который уже вписался собственной яркостью, затмевающей всех, Рэйн, в последнее время был зубодробительным. Мне предстояло выстоять в очередном групповом этапе против террана и зерга, надо было готовиться. Никаких протоссов. Никакого ПвП, на котором я бы мог фокусироваться, думая о своём. Вместо этого я тщательно, но тщетно, пытался сконцентрироваться на других матчапах, подчас совершенно бессмысленно тыкая мышкой. Повторял билды на автомате, работал по продуманным схемам.

Внезапно для себя в один из дней я понял, что не добьюсь ничего, если продолжу в том же духе. Я оборвал шатательства по закоулкам собственных мыслей во время тренировки и вперил взгляд в стену напротив. Сложно оторваться от безумного притяжения, постоянно тянущего меня, изводящего по ночам путанными образами, по утрам одним конкретным образом: как вода бежит по плечам Рэйна, струится по коже между лопаток... Я медленно сходил с ума.


***


Когда в расписании нарисовался футбольный матч, я был рад. И да, гораздо интереснее играть со старкрафтерами из Джин Эйр, чем с нашими ЛОЛщиками! Матч был изматывающим, что было мне на руку. Наш тренер тоже присоединился, встав на ворота. Я выбрал место в центре поля вместе со Статсом, и мы колотили по воротам Терминатора. Благодаря росту и своим габаритам он неплохо закрывал рампу, но временами всё же вынимал мяч у себя из-за спины. Конечно, с мелким Мару на его месте было бы проще, да и так не плохо!

Я повалился на искусственную траву после свистка на перерыв, рядом рухнул Статс. Мару, буйно рвавшегося «поцарапать» нам лицо, смеясь, оттаскивал в сторону скамеек Эсоэс.

— А если они встанут? Ты же не дотянешься, котик!

От «котика» только визги и шипение слышались.

— Ревнует к Партингу, — хихикнув, сказал Статс.

— Кто? — не понял я.

— Да Эсоэс. Ты вспомни те объятия!

— Ааа... — я потянулся. Искусственная трава кололась через футболку и майку. Я встал и подтянул Статса за руку наверх. — Пойдём, ещё вон в те ворота наколотим, чтобы его чувствительная душа болела о другом.

— А то! — он бодро подпрыгнул, улыбаясь мне.


***


Сложно сказать, почему я не писал Рэйну ни слова о том, чтобы снова встретиться. Возможно, я начал обрастать фобией, что если надавлю хоть немного, то он мгновенно отвернётся. Я чувствовал, что тут нужно действовать хитростью, постепенно. Давление же автоматически вызовет в Рэйне сопротивление — он не может иначе, это хорошо видно по матчам с ним. Он так никогда не сдаётся, а только больше ожесточается и жмёт своё.

Я задумался, о том, кто будет моим соперником, если я пройду свою группу. Вероятность, что я попаду на Рэйна, есть. Я раскликивался перед матчем с Соулки, сидя в телестудии. До начала трансляции оставалось совсем немного времени. Логинясь, я завис взглядом на экране загрузки и думал о своём. Даже если Рэйн помогал Соулки готовиться к матчу со мной, он не пришел в зал поддержать тиммейта. Классик с их тренером крутились вокруг противоположного конца сцены, когда я пришел. Я поднял взгляд и оглядел собирающийся зал, потом снова посмотрел на экран загрузки. Нет, это не я завис, это комп завис! Пришлось звать судью и говорить ему, чтобы мне дали другой системник.

Расписание быстро поменяли, переставляя пару, где был я, на после игры второй. Я вынужденно получил ещё время на развитие мысли о зарождающейся фобии, пока меня вытеснили из кабинки. Я отошел и вытащил телефон из кармана.

«Режим в полёте».

Мда, вернее не скажешь, только стрелки с направлением вверх или вниз не хватает.



Соулки я бил ожесточённо, системно давя его волю. СКТ было отличным раздражителем и до Рэйна. А теперь я был совершенно уверен, что он смотрит матч у себя в тимхаусе. Я вымещал на зерге всё, что у меня бесилось внутри. Ещё один СКТешник, ещё один чемпион. Я издевательски заблокировал всех его боевых юнитов на натурале и не пускал, пока не разнёс подчистую всю главную базу. К чертям все технологичные здания или как назвать всё это, прорастающее из личинок. Добычу полезных ископаемых я уже перебил. Моё подкрепление пришло, я взял зерга в клещи и раздавил. То же сделал во втором сете.

ПвТ-драка с победителем второй пары Кьюром принесла мне только одну победу. Я бился на терранской карте, пока не остался с одним сталкером на целую армию. Во втором сете я немного осадил себя и пошел действовать менее сломя голову. Осторожно начал и разбил террана, но третий сет вылился в дико напряжённую макроигру, из которой я не вышел живьём. Пришлось заново драться с Соулки. Слишком много СКТ не бывает, так? Я ещё раз его завалил.

Ведущие трещали о моём возможном матче против Рэйна в следующем раунде и выдали следующий спор, который я уловил краем уха:

— Зест — лучший игрок в матчапе ПвП! — заявил один.

— Рэйн лучше, — не согласился второй.

Я облизал губы, сдерживая улыбку.



На следующий день я смотрел вместе с моей командой, как играла следующая группа. То есть они смотрели, как играет группа, а я смотрел только на него. Рэйн, явно с музыкой в ушах, сидел перед камерами, отсчитывая ритм лёгкими кивками головы. Он с весёлой злостью втаптывал Эффорта в крип. Когда они пошли сносить друг другу базы кто быстрее, зерг вышел из игры, не дожидаясь конца сноса — не выдержали нервы. Мой кролик подпевал песенку, когда его взяли крупным планом. Я хищно улыбался, пока он катал укладочным катком второй сет и далее по списку — победителя второй пары. Солара Рэйн вынес, вызвав восторг не только у меня, но и у моих тиммейтов, и прошел в следующий этап соревнований с первого места в группе.

Я опять получил СКТ. Меня подбадривали и говорили, что я уж точно готов, припоминая все мои тренировки ПвП, от которых я не отлеплялся часами. Я криво улыбался и хмыкал в ответ. Ровно через полчаса я послал Юн Чжонгу глупый смайлик, не сдержавшись.


***


Через два дня меня ждало ещё одно соревнование — чисто корейский турнир Кеспа Кап. Победитель поедет представлять Корею на международные киберспортивные Олимпийские игры — не слишком престижный турнир, в общем-то, туда никто из моих знакомых не собирается ехать. Но вот сам Кеспа Кап выиграть — совсем другое дело! Четыре дня на турнир — это необычно и скорее похоже на европейский формат.

Юн Чжонг не прошёл Бомбера, я смотрел из зала, как он играет против живой легенды, и кусал губы. Рядом стоял Флэш — ещё более легендарный игрок и мой личный кумир — и одобрительно мычал на действия террана. Это немного раздражало.



В раунде шестнадцати я даже раскликаться толком не успел, когда случилось 3-0, и сидеть дальше за компом не было необходимости. Эсоэса я прошел, отдав первые два сета, потом стиснул зубы и отбил три сета для себя. Играя против Классика на следующий день, я высматривал Рэйна в зале перед матчем, но его не было. СКТ не пожелали поддержать своего игрока всего лишь в полуфинале. Я попил водички и отшвырнул Классика с моей дороги к трону. Ха, ещё одного чемпиона затоптало. Брысь-брысь с моего пути!

Возможно, примерно то же самое думал и Хиро о своём полуфинале. Он разбил Флэша, разрушив надежды моей команды на КТешный финал соревнований. Я прошёл в кабинку к Хиро поздравить с победой. Мой будущий соперник ещё сидя в кресле, радостно потянулся руками в разные стороны, как после сна на солнцепёке. Видя меня, он полуобернулся и поймал мою руку, я слегка пощекотал сгиб его локтя и вышел.

image


Мы встретились с ним в кафе после этого долгого дня.

—"Убийца королей" против "Улыбающегося ассасина", кто же победит?! — Хиро сиял улыбкой на весь зал небольшого уютного ресторанчика.

— А тебе не кажется, что для ассассина ты как-то слишком громко заявляешь о своих планах? — я потыкал палочками еду на тарелке, выбирая кусочек.

— Тссс! Пусть это останется тайной! — он пригнулся к столу и понизил голос до шепота.

— Ты только что заявил, что собираешься меня убить, и что я должен делать? — я азартно подыгрывал его шутке, не забывая жевать.

— Ну, ты же никому не скажешь? Ты ж мой лучший друг! — Хиро откинулся в кресле и опять улыбался, то есть был в своём обычном расположении духа. Я рассмеялся и перевёл взгляд на парочку у входа. Там разыгрывалось что-то громкое, видимо, ссора. Девушка швырнула букетом в поникшего парня.

— Ого, — мой друг заинтересованно глядел в том же направлении.

— Мда, — я перевёл взгляд.

— Вот и встречайся с кем-нибудь, чтобы потом получить по лицу букетом. — Он выразительно посмотрел на меня. — У тебя как, зажило после последней?

— Хм, да, — я устремил взгляд в тарелку.

— Ну и правильно! А я вот тоже букеты таскаю... — вздохнул Хиро. — Надо будет проследить, чтобы там колючек никаких не было, кстати, кхкхкх!

image

Я не улыбнулся в ответ, и моя кислая физиономия подействовала на Хиро как красная тряпка на быка. Всё же мы с ним ещё лет пять назад сдружились, вначале моей прогеймерской карьеры, когда оказались в одной команде. Он легко читал моё настроение.

— Эй! Ты чего? Что у тебя творится? — Хиро начал с напором, но видя мой невесёлый взгляд, поприкрутил фитиль. — Я могу как-то помочь?

Я покачал головой:

— Я с этим разберусь.

«Завтра же», — подумал я с внезапным злым энтузиазмом.

— Ты смотри там, роз в букет не бери, чтоб не так болезненно, — мой друг скривил физиономию.

— Букеты — это не его стиль, — я прикусил губу.

— Хм, — Хиро неуверенно улыбнулся мне, ловя взгляд. — Тогда я ему физиономию набью, так и знай!

Я резко поднял голову выше и пристально посмотрел в глаза другу, исследуя причины подобной реакции.

— Ооо, ну не надо на меня так смотреть, — Хиро рассмеялся, приподняв плечи, и замахал на меня палочками. — Да я просто не удивлён. Почти не удивлён. Хотя, конечно, вау. — Он на мгновение сделал круглые глаза и зажевал листик салата. — Но, в общем-то, мне пофиг. Хе. — Хиро потянулся к другим яствам на столе. — И прикинь, я даже не буду спрашивать, кто, хотя очень хочется. Вот такой я замечательный друг! — он осветился самодовольной улыбкой, уминая наш общий поздний ужин, пока я на него пялился.


***


Ночью я лежал поперёк кровати, даже не думая забираться под одеяло, чтобы спать. Я размышлял, смотря на светящийся экран телефона. Завтра приедет мать, я её встречу уже в телестудии, поезд обратно у неё около девяти. Как бы ни прошел финал, я всё равно освобожусь на вечер. Я найду время. Я так больше не могу. Это бред какой-то. Что вообще происходит?

Юн Чжонг...

Я с ума схожу из-за желания снова прикусить дугу твоей подставленной шеи, провести языком между лопаток, зарыться руками в волосы, впиться в губы и не отпускать. Чтобы ты по полной прочувствовал, насколько меня жжёт твоё постоянное присутствие в моих мыслях, сжигает. Заставить дрожать от моих рук, зазвучать от моих губ, хочу видеть, как ты будешь закрывать глаза, находясь на грани, хочу проследить руками спрятанные от меня линии тела. Почему дождю это можно, а мне нельзя? Я тоже хочу литься по твоей коже, пробираясь между волокон ткани под одежду, чтобы ты не мог сопротивляться происходящему. Пусти меня к себе... О, я прекрасно знаю, что ты чувствуешь, я слышал твой голос, мне хватило его, чтобы понять. Хватит прятаться за компом! Ты добился того, чего хотел, ты же это знаешь. Вот он я, лишённый воли, срывающий себе сон мыслями о тебе. Прими себя, как есть, и заставь меня перестать сожалеть...


***


«Давай повеселимся», сказал мне Хиро, когда мы раскликивались перед первым сетом финала. Я улыбнулся и напечатал традиционное gl hf. Вливаясь в игру, я перестал замечать людей и камеры вокруг. Темное ничто слегка колыхалось за пределами стекла. Словно глубокая ночь опустилась вокруг, я остался один. Громкие звуки игры создавали тишину своей привычностью. Белый шум больших наушников не пропускал в мой мир ничего снаружи. Я был один. Мои действия следовали по привычному маршруту: насытить экономику, разведать противника, сделать так, чтобы я был быстрее в развитии, срезать ему проб из его собственной добычи, выиграть время для себя. Выиграть.


Всё просто. Достаточно, чтобы отключиться, как оказалось, и перейти в состояние тренировочного матча. Стиль игры Хиро я знал очень хорошо — это расслабило меня. За недели, прошедшие с того первого знакомства Рэйна с рыбками, у меня приобрелась дурацкая бессонница, и я легко выпадал из реальности в бездну своих мыслей. Эта тяга высасывала из меня нормальную бодрость, заменяя её нервным возбуждением. Если от страсти можно сгореть, то я именно это и делал. День за днём, жалея, но не имея возможности ничего с этим поделать…

Первый сет рассыпался под пальцами. Я напечатал gg, дождался от Хиро ответного и вышел из игры. Чёрт.

Что ж... Я уже проиграл, мне нечего терять, значит, дальше буду выигрывать. Слышишь, кролик?

image

Я собрался и взял один сет, сравнял счёт.


Взял второй.

Взял третий.

Взял четвёртый!

Не обижайся, друг, но это было слишком легко. Ты вообще готовился? Я снял наушники.

Вспышки разноцветной подсветки, возгласы зрителей и шумные аплодисменты взволнованного зала, перекрикивающие друг друга ведущие... Я прочесал волосы и вышел из кабинки, надев приготовленную бейсболку, в которой праздновал чемпионство на ПроЛиге со всей командой. Я хотел, чтобы мои тиммейты знали, что я ценю свою команду и хочу разделить с ними эту победу. Кубок оказался внушительным по весу. Вспышки фотоаппаратов отражались в нём и били с двойной силой. Я закрыл глаза и прикоснулся губами к полированному металлическому боку. Кажется, я немного забыл, зачем я сажусь за клавиатуру раз за разом!

image

После того, как все желающие получили автографы, а тренер ушёл следить за всякими официальными нюансами, я был свободен. Когда я пришел в гримёрку, то сразу включил телефон и выбрал из списка поздравительных сообщений то, где в поле адресата было написано Rain. «Типа поздравляю!» — прочёл я смс и ухмыльнулся злобному смайлику в конце.

— Рэйн?

Я резко обернулся, глядя на удивлённого Статса, высовывающегося из-за моего плеча.

— Тебе показать весь список поздравлений? Он скролла на два, не меньше, — спросил я с лёгким нажимом в голосе. — Пока на два.

— Читай-читай! — замахал он руками, — не хотел тебе мешать, просто глаз зацепился за крупный шрифт. Ты даже от СКТ поздравления получил! 4-1 — круть! И кого? Хиро!

Восторги продолжали сыпаться, когда я набирал ответ.

Провокационное «Спорим, в лицо ты меня поздравить не сможешь?» плюс хитрый смайл улетели в неведомое гиперпространство, чтобы тут же прозвенеть на телефоне Юн Чжонга. Моментально последовало агрессивное «Смогу!», и я закусил губу. Проводить мать, отправить всех тиммейтов с их поздравлениями ждать до завтрашнего запланированного праздничного обеда...

— Прячешься от поклонниц? — Хиро, сияя, вошёл в гримёрку.

— Читает поздравления. Даже Рэйн написал! — Статс продолжал восторженно смотреть на своего капитана, то есть на меня, и выдавал всё, что только что узнал из-за моей нелепой невнимательности. — А твоя девушка знает, что ты только что турнир выиграл? Она написала?

— В общем, поздравляю с победой! — Хиро хлопнул меня по плечу, подмигнул и подкрался к Статсу, — вот пусть он ей позвонит, а мы пока пойдём.

Таким образом он закрыл тему «девушки» и энергично потянул моего тиммейта за руку в коридор. Я рассмеялся этому манёвру, наблюдая, как за ними закрывается дверь. Хиро спешит на помощь, блин.

Юн Чжонг не брал трубку достаточно долго, чтобы я убедился, что он либо раздумывает, хочет ли он со мной говорить, либо хочет, но не может. Я только надеялся, что это лишь пока. Кусал губы и ждал. Гудки отдавались где-то глубоко внутри смутным эхом, прыгая по границам пустоты, о существовании которой я не очень подозревал раньше.

— Что ты хочешь? — я наконец-то услышал голос Рэйна. Сбитое дыхание. Как мне оно нравится...

— Ммм... — тяну я.

— И что это было? — я чувствую улыбку и сам улыбаюсь ещё шире.

— Я соскучился по дождю, — говорю я честно.

— Мало полили шампанским в этот раз?

Колкий ответ. Это мне тоже нравится. Я прячу за смехом нетерпение:

— Празднования только завтра. Сегодня мать на поезд провожаю, она приехала на финал. Вечер свободный.

И молчу, вопрос повисает незаданным. Давать или не давать тебе повода отказаться — это одно, но я жду, что ты сам предложишь мне что-то. Себя. Тогда моё падение в неизвестную чёрную пропасть внутри моей пустоты превратиться в полёт. Среди солнечных зайцев, радуг и искрящихся капель дождя – чёрт, до чего же глупо! Я смущённо улыбнулся этому образу. Дождик, ты хочешь меня? Скажи это.

— Рыбки?

— Рыбки, — соглашаюсь я, кивая сам себе.

Я уже говорил: всё, что захочешь, кролик. Рыбки, зайчики... всё.

— Ты выводишь меня из себя, ты знаешь? — я хищно улыбаюсь, заслышав эти слова, окрашенные воинственными нотками. — Я равно пнуть тебя хочу и хочу, чтобы... нуу...

Скороговорка трансформировалась в медленные слова с большими паузами. Голос Рэйна под конец фразы прибрёл застенчивость, которой я у него ещё не встречал. Я опять прикусил губы, поддаваясь растревоженному воображению и возбуждению, поднимающемуся вслед за ним.

— Собирайся, мы выезжаем, — в гримёрку вошел тренер. Я мгновенно стёр с лица дурное выражение и быстро кинул кролику наживку, вкусную, я надеялся:

— Попробуй, — я отключился. Уголок рта всё же пополз вверх. Я встретился взглядом с Хиро, стоящим в дверях. Он внимательно разглядел моё лицо и подбадривающе разулыбался.

— Тренер, я провожу родных, и у меня ещё дело есть.

— Хм. Тогда мы поехали. Не задерживайся. Ещё раз поздравляю с победой! Ты — молодец! — он похлопал меня по спине в районе лопаток.

— Спасибо, тренер. До свидания.

Он повёл за собой на выход Статса. Мой тиммейт оглядывался на меня с явным невысказанным вопросом, но ушел, ничего не сказав.

— Ха! — весело ухмыльнулся Хиро. — Как ты их быстро. Я тоже поехал, только сиджейную футболку поменяю на свою, а то утешающие поклонницы — это жесть. И тут им расписаться, и так им попозировать...

— Тебе ж это нравится, — подколол я.

— Прятаться мне тоже нравится! — засмеялся Хиро и вышел из гримёрки.

Прятаться.

Я вздёрнул подбородок, отгоняя рискующие прорваться смутные неприятные мысли, и отзвонился матери.


***


Такси плавно скользило по многолюдным шумным улицам Сеула. Огни отражались в зеркале заднего вида. Ненавязчивое радио. Прохладный кондиционированный воздух. Я смотрел в окно, отслеживая маршрут, и немного нервно сжимал в руках КТешную сумку с клавиатурой и прочими вещами. Хотелось быстрее добраться до места. Привлечённый моей формой, водитель попытался завязать разговор, когда я с матерью только садился в его машину. Несколько вежливых слов прекратили его попытки. Теперь я, надеясь не застрять в пробках, мчался через полгорода на встречу с Рэйном. Ехать в таком виде в метро было явным преувеличением моего самомнения, поэтому я внимательно следил за дорогой, будто это могло помочь мне добраться до места более беспрепятственно.

Я приехал первым — Рэйн не топтался у подъезда. Я быстро взлетел по лестнице на этаж и вошёл в квартиру. Опустил сумку на полку и принялся расшнуровывать обеими руками кроссовки: правой — правую, левой — левую. Хотелось успеть переодеться до прихода Юн Чжонга. Бодрая трель домофона остановила меня через пару минут, когда я набрал воды в ладони и склонился над раковиной. Я нервно сглотнул и отложил мысль об умывании на потом. На хрен знает какое потом, к чёрту. Махнув по рукам полотенцем и схватив очки, я помчался в тёмную прихожую.

— Первый раз встречаю вампира, так любящего рыбок! — говорит вместо приветствия Рэйн, высвеченный ярким коридорным светом.

Я ничего не отвечаю, в голове ураганом носятся десятки мыслей, так что я не могу поймать ни одну за хвост. Тяну Рэйна за футболку к себе в темноту, захлопываю дверь и жадно впиваюсь в его шею. Он бессильно откидывает голову, касаясь затылком стены, и стонет под моими губами и зубами. Волоски на коже встают дыбом от этого звука.

— Ты... решил нас... в архона слить? — теряя дыхание на каждом слове, шепчет Юн Чжонг.

Я с трудом отрываюсь от его шеи, лизнув кожу на месте укуса, и провожу носом по ушной раковине, обводя край. Границы доступного мне... Что мне нельзя? Но я теряю связь с реальностью, влекомый собственным безумным воображением.

— Знаешь, о чём я думал каждое утро?

Мой тихий шёпот не встречает ответа, кроме неуверенного «Хм» Юн Чжонга. Он не поднимает рук, чтобы прикоснуться ко мне, ждёт моих слов и слегка дрожит. Рассеянный свет от дисплея домофона ложится на его лицо, обрисовывая мягкими бликами.

— Как ты точно так же стоишь в душе... — я улыбаюсь своим самым мучительным картинкам, что приходили ко мне по утрам.

Намёк крайне прозрачный. Рэйн делает попытку прояснить свой взгляд и отвечает лёгким вызовом моим внимательным глазам. Его голос негромок, дрожь в нём почти не заметна:

— Люди, которые не вампиры, бывает, моются по утрам. Насчёт вампиров не уверен. Гробы там всякие, моль... — он чуть-чуть улыбается мне немного сумасшедшей улыбкой. Я наощупь тянусь, невесомо провожу кончиками пальцев по джинсам Юн Чжонга от кармана к молнии. Задеваю её край и затаиваю дыхание. Осторожно ныряю под футболку и нахожу пуговицу на поясе, останавливаюсь.

— Сделаешь? Хочу, — не дыша, спрашиваю я. Сердце выстукивает бешеный ритм и лёгкие почти ноют о вдохе, но я не решаюсь.

— Расчётливый вампир попался, расплаты требует, — нервно шутит Рэйн, его дрожь становится заметнее. Я позволяю себе немного перевести дыхание и заставляю отодвинуться. Упираюсь руками по бокам от Юн Чжонга. Какие бы границы ни установил для меня мой кролик, я их не знаю. Я могу полагаться только на остатки здравого смысла, который несмелым огоньком теплится где-то на краю моего сознания, рвущегося в клочья от желания. Ощущение прохладной твёрдой стены под ладонями чуть-чуть отрезвляет. Но действие жёсткой реальности длится недолго, ровно до того момента, пока я не слышу звук расстёгиваемой молнии.

Я стараюсь разглядеть все оттенки эмоций на лице зажмурившегося Рэйна. Вероятно, у меня настолько расширились зрачки, что темнота уже не кажется такой плотной. Светлую шею под поднятым подбородком дико хочется зацеловать, чтобы снова услышать тот потрясающий звук. Я ловлю лёгкое прикосновение дыхания Рэйна на своём лице и сильно кусаю губы, чтобы не сорваться. Рэйн хмурит брови, жмурится ещё больше и ускользает от моего испытующего взгляда, поворачивая голову. Тишину прошивают его шумные быстрые вдохи и выдохи, темп нарастает. Я сжимаю кулаки от напряжения, упираюсь в стену костяшками и, не приказывая и не прося, а просто констатируя, шепчу на ухо:

— Кончай.

Он почти взрывает меня своей вспышкой и длинным стоном. Искристый всполох пробегает по всем моим обострённым нервным окончаниям, когда я ловлю падающего Рэйна в объятия. Он ещё горит, судорожно хватая воздух. Я глажу его спину, впитывая последние импульсы удовольствия, уходящего в темноту и тишину, и стараюсь успокоиться. Рэйн не помогает, только делает ещё хуже: тянет наверх мою футболку, оголяя кожу. Ничего не соображая, я подчиняюсь и помогаю убрать мою защиту от полного сноса самоконтроля. Тонкие пальцы пробегают по моей груди гораздо смелее, чем в тот первый раз когда-то давно, очень давно. Рэйн хитро улыбается, глядя на меня блестящими в темноте глазами, и сжимает мой сосок. Я прикрываю глаза на мгновение и чувствую, как искорки бегут от его тёплых пальцев по коже, собираясь в животе. Он слушает моё невнятное кошачье шипение и повторяет движение пальцев, но не даёт поцеловать себя.

— Ты мне тоже должен желание, — заявляет мой кролик, вызывая во мне громкий смешок. Желание? Ты тоже хочешь посмотреть? Я криво улыбаюсь и кусаю его за ухо. Рэйн вздрагивает. У кролика чувствительные ушки или я просто слишком сильно прикусил?

— Ай же! — он хватает мою руку и направляется к светлой полоске из гостиной. Распахивает дверь, заливая нас обоих светом. – Тут.

Я быстро промаргиваюсь и смотрю на его пятнами покрасневшие щёки, ловлю взгляд смеющихся глаз и медленно с чувством облизываюсь, растягивая момент. Вот теперь ты точно получишь то, что потребовал ещё тогда, за шатром. Иди за мной, кролик, и не говори, что я не предупреждал...

Ты отпускаешь мою руку и остаёшься стоять в дверях, когда я разворачиваюсь и иду к креслу. Снимаю на ходу очки, но забываю положить их куда-нибудь, и они покачиваются в моих пальцах. Сейчас зрение мне ни к чему, я и так прекрасно чувствую уже даже не кожей, а, кажется, глубже, где именно путешествует твой взгляд у меня по телу. Ему не мешает моя футболка, потому что она валяется где-то в прихожей. Боясь натолкнуться на возможное сопротивление в твоих глазах, я жмурю свои ещё сильнее, сконцентрировавшись на жарком прикосновении взгляда. Доступная мне ласка... И ты смотришь, а я плавлюсь, впитывая нарастающее горячее напряжение из воздуха. Оно похоже на то, что выгибало тебя пару минут назад, когда я стоял на самой границе дозволенного мне мной самим, на тонкой, режущей, как бумажный лист, кромке. Я не разрешал себе прикасаться, а ты дрожал от моего присутствия так близко, совсем рядом, почти на грани... Я скольжу языком по пересохшим губам и слышу твою реакцию — задушенный всхлип. Затравленный зверь понял, что он в ловушке?.. Я открываю глаза и прищуриваюсь, прицеливаясь.

Ты.

Сползая по косяку вниз, ты всё же не опускаешь упрямого взгляда от моего лица, выдерживая нажим. Обхватываешь колени руками. Неверные, расплывающиеся без очков линии твоего лица, упрямо сжатые губы — напряжение, сумасшедшее дикое напряжение. Оно перекачивается в меня, просачиваясь через все могу-нельзя-можно. Каково это, когда нет этой непреодолимой прозрачной стены, нет ничего, только твоя кожа к моей, твои нервы к моим нервам... Я вижу, как ты приоткрываешь губы, быстро облизываясь, и ломаю в себе что-то, сам выгибая шею, подставляя под укус.


...Чёрт, я сошел с ума. Я усмехаюсь спокойной констатации этого факта у себя в мозгу и встаю. Рэйн не двигаясь, продолжает глядеть на меня.

— Что, процессора не хватает на переварить? — Я преодолеваю разделяющие нас шаги и подаю ему руку, поднимая. Юн Чжонг молчит, немного хмуря брови, разглядывая моё лицо, а я улыбаюсь. Всё, что я мог сделать, чтобы не остаться в этом водовороте из безумия в больном одиночестве, я сделал.

— Дай мне пару минут, — через паузу говорит он медленно, осторожно перебирая слова. — Не могу привыкнуть. В голове не укладывается, что я выбрал парня.

«Выбрал». Прошедшее время, свершившийся факт, он выбрал! Выбрал, но не... но не принял. Пока. Время. Опять это чёртово время... Я надеваю очки, прикрывая на минуту глаза, уставшие от попыток сконцентрироваться на недосягаемом. Юн Чжонг звенит громкой тишиной своих мыслей. Поднимаю руку и нежно глажу его по щеке. Останься со мной... Ласково провожу по мягким губам большим пальцем. Ты нужен мне, Дождик... Затем опускаю руку и отступаю в темноту.




ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ



*** Глава 1 ***


Подсветка панели домофона маячила в конце коридора. Я шёл в темноте, ориентируясь на неё. Внутри выло холодным ветром опустошение. Голодный человек получил глоток воды и понял, что ещё более голоден, чем думал — вот как я себя чувствовал. Тело совершало заданные программой действия, пока в голове висела тишина. Она поглотила мысли и оставила блёклое послевкусие пережитых только что ощущений. Казалось, будто кто-то внезапно прикрутил громкость яростно звучащего радио — так вокруг было тихо.

Я не был уверен, что мне нужен свет, но включил его в ванной, положил очки на стеклянную полочку и стал умываться. Вода лилась из крана как-то слишком шумно. Я закрыл глаза и плеснул полные ладони себе в лицо.

Под веками, будто сфотографированный на плёнку, горел взгляд Рэйна. Нерешительный, но вместе с тем какой-то отчаянный. Он всё чётче проявлялся, чем больше воды я лил на лицо. Контрастнее становились детали на переднем плане, а задний фон оказался абсолютно засвечен. Будто не вовремя распахнули фотоаппарат, и плёнка по краям кадра засветилась. Не вовремя открыли дверь в светлую комнату. Может быть, вообще не хотели её открывать, но всё вышло само, и теперь никуда не денешься от результата. Вот он, требовательно жжёт плёнку насквозь.

Твой взгляд.

Я вытер лицо полотенцем и осторожно приоткрыл глаза, привычно промаргиваясь от лёгкой рези. Мне темнота уютнее, но, если ты захочешь, я включу свет по всей квартире. Только продолжай смотреть на меня этим взглядом не под моими зашторенными веками, а в лицо.



Я ступил из ванной в коридор и тут же встретил задумчивого Рэйна. Он тревожно спросил меня:

— Ты не пожалеешь? — и глубже запрятал руки в карманы джинсов, приподнимая плечи.

Я подошёл к нему и разгладил взъерошенную чёлку. Дождик выбрал именно то больное место, которое всю дорогу хотелось заклеить пластырем. Этакую не зарастающую царапину, спасибо логике — она всегда убедительнее всего остального.

— Я уже жалел об этом. Больше не хочу, — честно ответил я и притянул Рэйна к себе. Невозможно всегда действовать, исходя только из разумности поступков. Я, в конце концов, не мой компьютер.

Кажется, это мой первый поцелуй с Рэйном, сделанный совершенно на спокойную голову. Возбуждение не вспыхивает, как пороховой огонь от первой же искры, благодаря недавней разрядке. Я медленно трогаю своими губами губы Юн Чжонга и чувствую его спокойное тёплое дыхание на своей коже. Не верится, что можно расслабиться...

— Я не убегу, — слышу я тихий шёпот.

Открываю глаза, гляжу на свои руки и соображаю, что всё ещё держу Юн Чжонга за ремень. Чёрт, нервы, отбой, я сказал!

— Чаю? — нерешительно предлагаю я, отступая на шаг и пытаясь скрыть неловкость. Получаю искристую улыбку в ответ:

— Рыбки!

Юн Чжонг озорно мне улыбается, видя моё смущение, облизывает губы и продолжает ещё веселее улыбаться. Я ловлю вывернутую логику ассоциаций и отпасовываю:

— Думаю, тётины рыбки не обрадуются чаинкам.

— А когда они вернутся? — Рэйн перестаёт облизывать губы и прищуривается.

— Чаинки? — лениво интересуюсь я, наблюдая этот прищур.

— Тёти! — Юн Чжонг делает почти круглые глаза, осознав, что провалил свою подачу, и смеётся: — Тьфу! Тётя с дядей.

Мммм...

— Месяца через два.

— То есть, не сегодня нооочью... — Юн Чжонг тянет слог и мои нервы.

Я мотаю головой, не соображая, что ответить вслух. Сегодня ночью? Рэйн придвигается и щекочет дыханием ухо, я скольжу взглядом по его шее.

— Надеюсь, у тебя не только подушки с дивана есть, но и запасное одеяло. — Вкрадчивый голос лишает силы воли. Я шумно вдыхаю, понимая, что рано решил, будто спокоен. Провожаю взглядом спину скрывающегося за дверью ванной Рэйна.

Он останется на всю ночь со мной? Вот здесь? Прямо вот здесь, сейчас? ДО УТРА?! Чёрт!..

Ооо, нет, я же... «Не задерживайся» от тренера всплывает в голове. Я ж сегодня выиграл. Чёрт. Меня же вся моя команда ждёт, чтобы поздравить и напоить до беспамятства, надо думать.

«Мне очень жаль, но я вынужден задержаться до утра. Простите».

Так?

«Меня не ждите, отмечайте!»

...

«Сегодня не приеду. Скажи всем «извините» от меня, я завтра всё объясню».

Или так?

Чувствую, я сейчас просто выключу телефон и всё. Отправил Статсу третий вариант и отрубил звук. Не хочу думать, хватит, задолбало! Я хочу Рэйна. Я безумно его хочу. Я почти не могу себе представить, ЧТО мне, оказывается, можно. С ума сойти...

А. Да, ЭТО я сегодня уже делал!

Я почти рассмеялся, обведя потолок взглядом, потёр лицо обеими ладонями и прочесал челку. Рэйн шумел водой в ванной, я отправился ставить чайник. Как в лучших домах, блин. Чай. Если бы у меня было ещё хоть что-нибудь съедобное...



Немного странно было просто стоять друг напротив друга, прислонившись к высокой столешнице, и пить тёплый чай из кружек. После такого количества дней, недель этой охоты, соревнования... Я прикусил губу, разглядывая Рэйна. Интересно, о чём думает он? Кролик, так как насчёт нового спора?

Ещё на одно желание.

Кто первый сегодня ночью сорвётся.


***


Долго искать спальные принадлежности не пришлось. Я слегка нервно покусывал губу, пока распахивал в кладовке один шкаф за другим. Кажется, тётя отсюда доставала матрас для меня в прошлый раз. Искомое обнаружилось в третьем по счёту шкафу.

— Одно радует: тут нет компов и ты не потребуешь БО3 вместо сна.

Слова Рейна звучали вполне логично, но...

— Ммм, не уверен, что вообще усну, когда ты будешь так близко.

Я придвинулся к нему и потянул за край футболки. Можно.

Можно!

Можно... Я отпустил ткань и поднял глаза на Юн Чжонга. Можно, я?..

— Можно тут стол убрать куда-нибудь? — быстро проговорил Рэйн.

Да, можно, чёрт!

Я рывком поднял стекляшку и переставил в свободный угол, а когда развернулся, то увидел, что Юн Чжонг стелет свой матрас ровно по середине комнаты. Мой поместится, только если рядом положить. Я замер на мгновение, оценивая положение. Откровенный вызов в глазах Рэйна, кажется, бодрит не хуже кофе. Надо будет утром протестировать. Когда оно наступит. Сначала ночь. Нет, не так, а вот так: «ноооооочь». Я улыбнулся хитрым глазам напротив и заново прокрутил у себя в голове интонацию Рэйна в сочетании с этим словом.


Когда я стелил одеяло, Рэйн лёг на свою готовую постель и закрыл глаза, с явным удовольствием потянулся. СПАТЬ рядом с ним? Спать? Никто ничего не путает? Потому что я сейчас мышку способен левой рукой взять, не то что... Я замер, не собираясь упускать момент, разглядывал Юн Чжонга, но внезапно повалился на пол.

— Поздравляю с Кеспой! — Рэйн приподнялся на локтях и осветился улыбкой до ушей, довольный своей успешно реализованной подножкой. А я-то полагал себя стратегом! Попался так легко! В груди поднимался смех газированными пузырьками радости. Зашуршала ткань, и я почувствовал лёгкий пинок по лодыжке.

— Я выиграл! — торжествующе провозгласил Рэйн.

— А ты ничего не путаешь? — я смеюсь и раскидываю руки-ноги по одеялу.

— Я же говорил, что смогу тебя в лицо поздравить. Ты проспорил!

Я приподнимаюсь обратно и скептически смотрю в эти наглые глаза, старательно сдерживая прорывающуюся улыбку.

— Тебе свет выключать идти, — заявляет нисколько не смутившийся Рэйн и, окончательно обнаглев, показывает мне язык. Грязные приёмчики? Есть у меня один. Я демонстрирую пульт дистанционного управления от люстры, иронично приподнимая брови. Провокации, да, кролик? Интересно, ты тоже ждёшь, кто первый сорвётся, или это я опять сам себя перехитрил?

— Ооо, читер! — Рэйн валится обратно на матрас, а я убавляю свет до возможного минимума. Темноты ты больше не получишь, нет, безумие моё. Свет, только на свету, хочу тебя видеть, очень хочу. Я внутренне застонал и сжал зубы.

— Ты зачем Бомберу проиграл? — спустя минуту я кинул первую попавшуюся тему для разговора у себя из головы в пространство между нами.

Как и любой финал, финал Кеспа кап закончился поздно вечером, зарулив туда из прайм-тайма. Я тёр глаза под очками и не смог бы заснуть при всём желании, насколько бы ни был уставшим за этот долгий день. А Рэйн разлёгся на спине, заложив руки за голову, и неторопливо рассуждал на тему европейских турниров. Он, кажется, засыпал на глазах. Я лежал на животе в полуметре от него, приподнявшись на локтях и повернув к Юн Чжонгу голову. В моём теле не наблюдалось даже намёка на тёплую расслабленность, сквозившую во всей позе Рэйна.

— А ты никогда не хотел уехать из Кореи, как Бомбер и другие? В какую-нибудь европейскую команду играть, — подбодрил я вопросом постепенно затухающую беседу.

— Это же так далеко... Никаких друзей, родни. Язык опять же надо учить, — Рэйн душераздирающе зевнул, потирая лицо.

— А если бы ты не один уехал? Вместе с друзьями.

Мне хотелось знать ответ. Я не пускал эти мысли для осмысления, но они болтались на периферии моего внутреннего зрения и нервировали. Конечно, мы не в Северной Корее, но и у нас откровенно не приветствуется гомосексуализм. Слово-то какое...невкусное.

— Ммм... Я вообще хочу покататься поиграть на разных международных турнирах. Но пока никуда не отправляли. У нас вообще командный спонсор интересуется только корейским рынком, так что... Хотел бы, да. Но так, в перспективе.

— Умгу... — я осмыслял ответ.

— А ты?

— А я не знаю. Я очень рад, что попал В КТ, — я стал серьёзно размышлять вслух. — Даже капитаном стал, поэтому переезжать в Европу или Америку нет желания. Хотя, конечно, интересно.

Я задумался, а Рэйн сонно затих. Я перевёл взгляд на его спокойное лицо. Оно казалось немного грустным. Мышцы расслабились и выдавали сложную гамму чувств, отражая их для меня, минуя файервол сознания. А ты обидчивый, Дождик. И чувствительный... Я почти дотронулся до упавшей на закрытые глаза чёлки, но поймал своё движение и не стал будить. Опустил голову, не сводя взгляда, и устало выдохнул.


На кухне слегка гудел холодильник. Уютно журчал пузырьками аквариум. Я медленно моргнул и сделал попытку зевнуть, но был прерван гудением телефона. Кто так поздно?

Рэйн чуть шумнее выдохнул, но не проснулся. Я пошарил рукой на диване и откопал телефон. На дисплее светилось «Статс». Зажав телефон в руке, я встал и вышел из комнаты, затворил за собой дверь и только после этого ответил:

— Да.

— Эээ, привет. У тебя всё в порядке? Ты как-то внезапно... — Статс нерешительно замял фразу, не закончив.

— Умгу, я в порядке. — Я ещё в смс извинился, и было не понятно, что ещё я могу сказать сейчас. Вообще, не очень понятно, почему Статс так поздно решил мне позвонить. — Завтра поговорим?

— Да, да, конечно. Я просто, ну, не знаю.

— Ничего. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Я прочесал чёлку и поглядел на цифры часов. Поздно. Или рано? Я вернулся в комнату. Попытка спать номер раз, вздохнул я. Снял очки и положил их на столик, стянул джинсы и кинул их в общую кучу с рэйновскими. Пошуршал одеялом, устраиваясь, и закрыл глаза, прислушиваясь к тихому звуку дыхания Юн Чжонга. Память тут же любезно преподнесла мне воспоминание о звуках, что старательно записала в самом начале этого безумного вечера. Они прекрасно вязались с темнотой под веками. Я прикусил губу изнутри и плотнее зажмурился. Потом постарался расслабиться. Потом опять напрягся.

Ну, кто тут кого обмануть хочет?! Не могу я спать вот так! Я почти сел, раздражённо нахмурившись, но откинулся обратно и зарылся руками под подушку за головой, стал изучать потолок в неясном свете люстры в режиме ночника.

У рыбок в дозаторе корма ещё достаточно. Чашки я вроде споласкивал. Телефон на зарядку не поставить — зарядки нет. Что ещё? Будильник завести? Решительно к чёрту. Я своё дело сделал сегодня: новый кубок в тимхаус приволок. Это уже третий мой, а у Бога их, если брать первый СтарКрафт... Да, есть куда стремиться, но половину я уже собрал! Я вдохнул полную грудь воздуха и стал медленно его выдыхать — какое-то занятие. Тишина... Вдох... Выдох... Вдох...



Шорох со стороны Рэйна застал меня в полумедитативном состоянии. Время текло, вяло перетаскивая минуты через моё сознание, разум был как в тумане. Какая-то часть меня отключилась и спала, пока я уныло бодрствовал. Я открыл глаза и повернулся к Юн Чжонгу. Он сонно улыбнулся мне, и я ответил на его мягкую улыбку своей. Рэйн задумчиво притронулся тёплыми пальцами к моим губам, следя глазами за своим движением. Потянуть за его руку и притянуть в тепло своего одеяла казалось абсолютно естественным шагом. Как и поцеловать. И завернуть его в себя.

Мягкие смешки растворялись во всё более шумном дыхании и таяли в жёлтом полумраке комнаты. Мозг отказывался просыпаться, меня вело, будто во сне. Но в отличие от ставших уже обычными моих «кошмаров», я вдыхал настоящий запах Юн Чжонга. Чуть прикасаясь, водил носом по его шее и заставлял жмуриться. Сам улыбался и продолжал оставлять цепочки прикосновений везде, где мог достать. Когда я запустил руки Рэйну под футболку, он изогнулся и снял её. Куда она полетела, я не видел, сразу прикипев взглядом к светлой, почти светящейся коже. Провел по ней ладонями, повторил движение губами, обрывая все смешки, которые были до того. Рэйн резко вдохнул, замирая, когда я лизнул сосок, и запустил руку мне в волосы, вцепившись второй в мою собственную футболку. Слишком жарко...

Я скинул одеяло. Траектория полёта моей футболки так же не была отмечена моим вниманием. Оно полностью было захвачено Рэйном, который приподнялся на локтях, сминая мою подушку. Я замер на вытянутых руках, вглядываясь во всё ещё смеющиеся прищуренные глаза. Надо проснуться. Проснуться, проснуться... Рэйн обвил моё бедро ногой, и меня накрыло волной ощущений. Мужское тело... Как давно я хотел вот такой искры, этого. Я даже забыл о своём желании... Я проглотил стон и ринулся в новую для себя игру, отдавая и ловя преимущество.

— Жёстко, — засмеялся Юн Чжонг.

Я с трудом оторвался от него и посмотрел вокруг. Матрас давно кончился, мы лежали на голом полу. Хм, я, похоже, слишком увлёкся. Но Рэйн не дал просчитать, кто кого сколько раз перекатил, и куснул меня за ухо, возвращая в нашу с ним реальность — общую на двоих. Меня прёт, что это делает он, или мои девушки до него правильно кусаться не умели? Пока я соображал, он крепко обнял меня, не сопротивляющегося и жмурящегося, и укатил нас обратно на матрас. Сел сверху, заставляя ожесточённо кусать губы и в противовес, дразня, пощекотал носом мою шею. Захотелось зарычать, но вместо этого я вернул укус, наградив им плечо Рэйна. Подхватил его под бёдра и перекатил под себя.

— Вампиришь опять? — только и выдохнул он, подставляя шею под мои зубы. Я не поддался и мягко провёл губами по коже и кончикам волос за ухом Юн Чжонга. Его запах выносил меня с рельс осознанного понимания происходящего не хуже товарняка в лоб. Последняя попытка моей дурацкой фобии затормозить то, что я творю, прорвалась наружу быстрым шёпотом:

— Если ты меня не остановишь, то я сам не смогу. — Я отодвинулся и вгляделся в тёмные глаза.

— А надо? — выдохнул Рэйн, начисто снося этой парой слогов то, что я так старательно подпирал всеми доступными мысленными колышками и дощечками здравого смысла. Он нашел мои руки, переплёл наши пальцы и закинул себе за голову, вытягиваясь в струнку. И без того неустойчивый в полутьме, фокус зрения поплыл, когда лицо Рэйна оказалось в сантиметре от моего. Я облизал губы и ещё острее почувствовал нетерпеливое дыхание на своей коже. Мгновение балансирования на грани, попытка сосредоточиться на взгляде...и Рэйн отчаянно бросает нас обоих за край, жадно ловя мои губы, обжигая рот глубоким поцелуем. Я чувствую движение его бёдер подо мной и крепче сжимаю его пальцы. Рэйн стонет и выгибается мне навстречу, не менее жёстко отвечая хватке моих рук. Мой язык скользит по его шее, заставляя ослабить напор, и я освобождаю пальцы. Веду руками вниз, прорисовывая в ладонь шириной линию от тонких запястий, по излому рук, по впадинам подмышек и дальше по вздымающимся от глубокого, но быстрого дыхания рёбрам. Дурею от аромата тёплой кожи, лизнув впалый живот. Я прерываюсь, и мешающие остатки одежды летят прочь. Нервные окончания тут же кричат, что им мало, и я нахожу дыхание Юн Чжонга своим ртом. Если воздух кому-то и нужен, то это явно кто-то вне этих стен. А мне нужно то электричество, которое генерирует вот этот парень, обалденно звучащий в полутьме...



Я чувствовал, что всё ещё горю пламенем, пока целовал расслабленные руки, обводил языком линии ладони. Мне было мало, я хотел ВСЁ. Рэйн, снова сонный, лежал в ворохе простыней и мурчал в ответ на ласку. Я подпёр голову рукой и наблюдал за ним прищуренными глазами, продолжая изучать губами его пальцы. Немного терпения — это я смогу. Ерунда же... Совсем немного терпения... Я опустил голову на подушку.


***


Солнечные зайцы бегали по моему лицу, азартно прыгая по ресницам и запуская свои хищные лапки под мои зажмуренные веки. Пытаясь избежать пробуждения, я зарылся носом поглубже в волосы Юн Чжонга и почти уснул заново, когда услышал смешок. Я попробовал устроиться чуть иначе и услышал ещё пару-тройку весьма самодовольных хмыканий. Приподнялся, пробуя перелечь. Рэйн, не открывая глаз, улыбался и совсем не стремился мне помочь.

— Кажется, я застрял, — констатирую я вслух итог моих бесполезных телодвижений и падаю обратно. Одна моя рука безнадёжно потеряна среди окопов подушки, ногу поймали в плен коленки Рэйна. Я даже не смог сдвинуться дальше пары сантиметров, настолько это пленение оказалось качественно исполнено. Осада. Я включаю тактику со стратегией в голове и использую то, что остаётся в резерве: поднимаю свободную руку и легонько провожу кончиком пальца по животу разнежившегося Рэйна, едва задевая короткие волоски. Щекотно, кролик? Прикасаюсь губами к плечу, к светящейся от солнечных бликов коже. Лишить противника возможности двигаться — это ещё не всё. Ресурсы — вот что важно. И мне достаточно того, что ты мне оставил. Я плотнее прижимаюсь к Рэйну, и для него исключая возможность отступления. Он прикусывает губу и ловит мою руку, тянет её вниз, сдаваясь. Его ладонь обхватывает мою и подсказывает лениво-сонный ритм.

Я смотрю, как под косыми лучами тёплого утреннего солнца потихоньку тает улыбка Дождика. Он крепко жмурится, не пуская новый день в свою жизнь. Остаться внутри этой ночи, на краю завтра, далеко ото всех и вся... Слишком соблазнительно...

Хриплый шёпот и рваные вдохи... Горячая кожа под пальцами и солнце, путающееся в тёмных волосах... Рэйн выпускает мою руку, растворяясь в ощущениях. Слишком сладко, что бы не...

Я впиваюсь в белую шею, с наслаждением ловя всхлип, и почти кончаю сам, почувствовав влагу на пальцах. Слишком для самоконтроля...


***


Мало сна для любого геймера — вещь привычная. Я умылся и мокрыми руками зачёсывал волосы в подобие причёски, разглядывая сеточки красных прожилок в уголках своих глаз. До бывшего недавно покраснения далеко, но и здоровым этот вид не назовёшь. Может, сказаться больным и остаться тут?

Рэйн заглядывает в ванную, шурша простынёй, в которую завёрнут. Сам-то я не стал прибегать к римским одеяниям, выбрался из нашего гнезда и пошел умываться, чувствуя голой кожей жгучий пристальный взгляд.

— Что, никак не можешь расстаться с коконом? — хитро улыбаюсь я, щурясь без очков.

— Не могу. Ты меня обратил, теперь я куколка вампира, — горестно вздыхает Юн Чжонг.

— Остерегайся солнечного света! — я хватаю Рэйна в охапку и втаскиваю в ванную, захлопывая и запирая дверь одним движением. Сопротивления я не встречаю никакого, простыня надёжно зафиксировала моего хохочущего кролика. Или вампирчика? Или кролика? Я разматываю её и обнимаю Рэйна снова. Мои руки тут же быстро пробегаются по его спине, спускаются ниже. Я подхватываю Юн Чжонга под колени и рывком приподнимаю, прислоняя спиной к двери, вышибая воздух из его и своих лёгких. Рэйн напрягается всем телом и, чтобы не упасть, обхватывает меня ногами и обнимает за шею. Его улыбка становится чуть кривоватой из-за закушенной губы. Я прикасаюсь лбом к виску и заставляю себя медленно выдохнуть.

Терпение, да, я забыл о тебе. Терпение.

— Душ? — говорю глухо.

— Умгу, — неуверенно мотает головой Рэйн.

Я ставлю его на пол и шагаю в душевую, выдавая самую сверкающую улыбку, какую только могу. Юн Чжонг заметно расслабляется, позволяя утянуть себя внутрь кабинки. Впрочем, он тут же забирает всё под свой контроль, начиная играть с пультом настроек. Дождь посыпался на нас и одновременно полетели брызги по ногам, будто мы выбрались прогуляться в ливень на автомобильную трассу. Рэйн хихикнул, весело глянув на меня через плечо, и сощурился от капель на ресницах.

Два дождя в пределах квадратного метра и одно безумие на всех...



Целоваться в настолько агрессивно мокрой среде сложно. Хотя мы и пренебрегаем этим фактом достаточно долго, чтобы измучиться. Через какое-то время я, наконец, соображаю, что мне мешает, и выключаю искусственно созданный ливень.

По телу сверкающей бурей разливается желание. Вызов вспыхивает во взгляде Рэйна, словно зарница. Шторм уже почти рядом, захлестывает ветром и лишает нас обоих дыхания. Я слизываю капли воды с шеи и ключиц Юн Чжонга, ловя рваные выдохи на своей мокрой коже. Прикосновение к бедру проскакивает молнией по всему телу и громом обрушивается в вены, окончательно взбесив пульс. Рэйн вжимается в меня, обдавая шквалом ощущений, но тут же резко отстраняется. Останавливая, вцепляется в мои руки повыше локтей и зажмуривается, потом хватает ртом влажный воздух и стреляет жарким взглядом из-под бровей.

«Нет»?

Рэйн нервно кусает губы и пытается прояснить плывущий взгляд, шумно дышит.

Да...

Я понял, кролик... Я медленно облизываюсь. Потом ещё. Мой язык не спеша обводит верхнюю губу, задерживается на нижней и снова возвращается на верхнюю, обрисовывая приподнявшийся в хищной улыбке уголок рта. Я сосредотачиваю на этом маневре внимание Рэйна, заставляя забыть про все остальное, пока хватка не начинает слабеть.

Это только губы и язык, кролик. Ты ХОЧЕШЬ больше. Тебе НУЖНО больше.

Не отводя взгляда, я одной рукой открываю створки душа. Озноб катится по телу, поднимая дыбом волоски на коже. Я спиной выбираюсь наружу, своим движением потянув Рэйна, все ещё держащегося за мои руки. Но теперь это не тормозящий захват, а скорее попытка утопающего остаться на поверхности. Желание плещется в его взгляде грозящей вырваться из-под контроля бурей. Темные всполохи беспокойства прорезают морщинками переносицу.

Я веду Рэйна за собой, не давая замечать ничего вокруг, удерживая его взгляд волей своего. Коридор — бедро Юн Чжонга покрывается мурашками от моего почти невесомого прикосновения. Прихожая — мышцы в напряженно прямой спине чуть расслабляются от тепла моей ладони. Дверь в комнату — еще одна волна мурашек бежит по шее Рэйна. Я валю его подножкой на залитый солнцем матрас и, не давая опомниться, впиваюсь в губы. Ныряю языком глубже и прижимаю его запястья к постели. Юн Чжонг вцепляется в простыню и жёстко отвечает, заставляя плавиться, растворяться в потоке несущихся навстречу мне искр. Запрокидывает голову, выгибая шею под мои ласки, и в этом судорожном движении я чувствую скрытую дрожь. Юн Чжонг отчаянно жмурит глаза, костяшки сжимающих ткань пальцев белеют от силы, с которой он... боится меня... Сумасшедший коктейль из инстинкта обладания загнанной добычей и желания увидеть наслаждение во взгляде, будоражит кровь.

Ты сам предложил, и я выбрал приз. И я возьму его. Возьму тебя... Но сначала я сведу тебя с ума и волью ту раскаленную лаву, которая плещется у меня в венах тебе под кожу...

Горячая дорожка от моего языка чертит линию, спускаясь к соску, гуляет по блестящим каплям на ребрах, делает кружную около тонкой бедренной косточки. Я вывожу первую букву никнейма Юн Чжонга на его животе и бросаю быстрый взгляд на лицо. Спускаюсь ниже и прикасаюсь языком к бархатной коже, замечая в себе самом неожиданную дрожь. Веду губами вниз и вверх. Рэйн прячет зажмуренные глаза в сгибе локтя и опять кусает губы. А теперь ты боишься...себя?

Едва уловимый терпкий вкус наполняет рот. Тихий стон Юн Чжонга прокатывается по моим нервам, вышибая из мыслей план. Но я хотел только отвлечь Рэйна, а не сходить с ума от острого возбуждения сам, слушая среди быстрого дыхания негромкие стоны будто отчаяния вперемешку с изнеможением. Возбуждение кричит о разрядке вот так, пока во рту горячо. Солнечные блики превратились в огненные всполохи и прыгают перед глазами, но я усилием воли возвращаю немного контроля себе самому, отнимая у них право распоряжаться моими действиями. Я горю, но, оказывается, способен жить в этом пламени. Я ощупью нашарил брошенный в складки простыни крем. Пальцы обняла горячая плоть, и у меня кружится голова от всхлипа, который я слышу сквозь гул собственного буйного пульса. Мои губы опускаются резче, вынуждая переключиться, и Рейн стонет громче и выгибается всем телом. Я замедляю инстинктивно увеличивающийся темп и провожу языком снизу вверх, чувствительно надавливая на нежную кожу. Пока пальцы кружат, заставляя рвано дышать нас обоих, я нахожу выгнутую шею языком. Цепочка поцелуев обвила руку Рэйна — посмотри на меня. Шепот нервный в губы:

— Я хочу тебя...

Рэйн распахивает глаза и вцепляется абсолютно голодным взглядом. Быстро облизывает покрасневшие губы. Я ловлю его язык на мгновение и чувствую ртом ещё один стон. Жарко. Солнце разливается по коже ручьями золотистого света. Я кусаю изогнутую шею Рэйна и одновременно вхожу в него. Возбуждение почти толкает болью, дрожь прошивает нас обоих с одинаковой силой. Юн Чжонг поддается ко мне навстречу, и ловит мои губы, и стонет подо мной, и притягивает ближе и глубже. Требовательно ищет мои руки и находит мои прикосновения. Хочется потеряться в скорости, но я лишь всхлипываю сам и отмеряю безумие ровными дозами нам обоим.

Мой...

Я почти выдыхаю это слово вслух, смотря в широко раскрытые глаза. Почти теряю дыхание, пытаясь растянуть путь до гребня волны ещё на мгновение дольше. Но чувствую, как Рэйн вспыхивает с болезненным стоном, срывающимся с искусанных губ, и тону окончательно, не успевая поймать очередной глоток воздуха.



*** Глава 2 ***


Каждый раз, когда по логике ситуации нужно было действовать так-то и так-то, я позволял правилам рулить собою. Поведение цивилизованного человека в обществе расписано до мелочей, и им относительно просто следовать. Есть действия, которые приемлемы, есть действия, которые не приемлемы, есть действия, которые всего лишь не приветствуются. Если думать категориями, то то, что я делаю сейчас, подпадает именно под последнюю. Проще закрыть глаза, чем пытаться выбрать между первым и вторым вердиктом, не так ли? Пусть немного непечатных подробностей моей личной жизни останутся никому неизвестными. Потому что...

Потому что — к чёрту. Это только моё дело, с кем я сплю, в конце концов! Я никого к себе в спальню не тащу силой. Катись всё к чертям, я никому не скажу, что до одурения втрескался в парня. Никто не узнает, кто он. Никто не узнает, почему это произошло и какой он в моих глазах. Никто не узнает, как он стонет под моими губами. Это только моё!

Только моё...

Лгать? Легко. Её зовут Ён Мин. Она не связана с кибеспортом, она не знает никого из тех, кого знаете вы. Она очень скромная. Она стесняется моих друзей и не хочет, чтобы кто-то из моих поклонниц узнал, кто она и где живёт. Поэтому у меня нет ни одной фотографии. Да, даже в телефоне. Традиционные ценности? Точно, вы правы. Крайне традиционные.


***


Моё возвращение в тимхаус вызвало небольшой переполох. Я разуться ещё не успел, как уже был окружён тиммейтами. Они наперебой задавали вопросы, на кого я их променял и длинные ли у неё ножки. Я громко смеялся вместе со всеми и вежливо извинялся на все требования рассказать подробности.

Как оказалось, я пропустил возможность напиться, но они — нет. Праздничный торт будет точно по расписанию, а на завоёванный кубок можно посмотреть вон на той полочке вместе с остальными трофеями команды.

Я бросил сумку по дороге и пошёл к застеклённым стеллажам.

— Прости, если я тебя вчера разбудил, — Статс выглядел очень виновато.

— Я не спал в тот момент, — успокоил я его, разглядывая «блеск и славу».

— Мы как раз домой вернулись, и я был очень нетрезвый, иначе поглядел бы на часы. — Он вздохнул. — Ты правда с девушкой был?

— Да, — просто ответил я, и моя сияющая улыбка искрой отразилась в стекле и кубках.

— Извини, — он опять вздохнул и понурился.

Я обернулся и приобнял его за ссутуленные плечи:

— Перестань! Давай лучше расскажи, как вы без МЕНЯ умудрились отмечать МОЮ победу? — я рассмеялся и двинулся к выходу. Зверски хотелось есть. Вообще-то, ещё вчера, но можно и сегодня.

Статс вскинул голову и с энтузиазмом начал объяснять, что я чуть не стал причиной коллективной обиды. Тренер привёз его и кубок в тимхаус, а на вопрос всех, где же, собственно, победитель, ответил что-то вроде «вернётся, у него и спросите». Конечно, все тут же раздосадовано навалились с расспросами на Статса. И он не смог ничего вымолвить, кроме как «кажется, на свидании».

— Как будто волна откатилась — все от меня тут же отстали. Лица были такие, знаешь, понимающие или мечтательные, у кого как.

Я криво ухмыльнулся и завернул на кухню. Насколько я знал, не многие мои тиммейты имели отношения, и подобная реакция была вполне законна, что меня устраивало целиком и полностью. Конечно, утром я готов был послать весь мир куда подальше, но, как сейчас видел, мир вполне может со мной ужиться. Вот и молодец.

Я хмыкнул и принялся поглощать недо-завтрак-ранний-обед. Статс ещё покрутился рядом, рассказывая об их ночных похождениях. Я чувствовал, что он что-то недоговаривает, но никак не мог сосредоточиться достаточно, чтобы понять, что именно. Он, как обычно, оживлённо болтал, показывая в лицах разные диалоги и не смущаясь забавных подробностей. Вскоре компанию пополнили Слип с Экшеном. Они жаловались на нереальный солнцепёк на улице и абсолютно закономерную после вчерашнего, но такую несправедливую, головную боль. Вздыхали, пили лимонад и слушали Статса, поддакивая и похихикивая в самых разнообразных местах.

Зашедший на очередной взрыв хохота Флэш ужаснулся картине валяющихся как попало подопечных тиммейтов. Он как наш самый главный Хён, собрал всех бойким окриком и отправил расставлять коробки с доставленными вкусностями. Торт тоже приехал. И Флэш его лично сопроводил на стол.

image

— Если ты продолжишь теми же темпами, то мы все потолстеем, — заверил меня Флэш как бы по секрету и подмигнул.

— А я не против немного набрать вес! — хихикнул Статс.

— Эй, это углеводы, они вредны для твоей фигуры, — Слип вперил страждущий взор в торт.

— Вам всем есть, что терять, — зловеще предостерёг Экшен и взял тарелку.

— Хэй! — влетел в зал Тивай, поскальзываясь на тапочках. — Я успел!

— Да, — засмеялся я. — Успел! Давай поздравляй!

— О, бог СтарКрафта, велик ты! — начал речь Тивай и обернулся на сложившего руки на груди Флэша. — Эээ, прости, Бог, ээээ, Ён Хо.

Все покатились со смеху, хлопая Тивая по плечу и уверяя, что он умница и, конечно, ничего лучше не мог придумать, уж куда ему, бедненькому, несчастненькому, ущербненькому... Тот отпихивался и ржал со всеми. Флэш широким жестом простил оговорку и разрешил принести себе извинения.

— За победителя! За тебя! — гордо поднял свой стаканчик с газировкой Статс, и я отсалютовал ему. Ну хоть на кого-то можно положиться в этом дурдоме!


***


Стягивая перед сном футболку, я завис на минуту, понимая, что весь пропитался Юн Чжонгом. Лёгкий аромат геля для душа и этот запах... Я зарылся носом в ткань и посчитал в уме, сколько времени мы провели, пытаясь отлепиться от друг друга перед уходом. Много. Я разгладил ткань и закусил губу, кривя улыбку. Мне тогда было решительно всё равно, насколько я опоздаю к ожиданиям моих тиммейтов. Мне нравилось, как Рэйн вцеплялся в мою футболку, не давая отступить ни на сантиметр, и нетерпеливо целовал, жадничая перед расставанием. Мне нравились его руки, постепенно спускающиеся ниже спины...

Он тогда вздрогнул вместе со мной от внезапно раздавшегося гудения. В глазах тут же мелькнула вспышка понимания, что это всего лишь телефон. Рэйн нехотя убрал руки, но потянулся взглядом ко мне в душу, расплавляя воздух между нами. Секунда растянулась в минуту, пока телефон продолжал гудеть. Юн Чжонг опустил голову, пряча глаза, шагнул к двери и вышел, не оборачиваясь. Мне пришлось глубоко вздохнуть, чтобы выровнять дыхание и голос.

Услышанное в трубке «Торт мы тоже можем съесть сами!» встретило моё краткое и безэмоциональное «Еду». Угрозы в телефонном голосе у Флэша не было совсем, но я прекрасно понимал, что команда заслуживает моего присутствия на своём собственном празднике.

Чёрт дёрнул Флэша позвонить именно в тот момент! Хотя, «момент» длился... сколько? Десять минут? Полчаса? Больше? Мда. Я хохотнул и кинул футболку в стирку.


***


Летняя жара в Сеуле почти всегда тяжело переносится. Влажный городской воздух, насыщенный выхлопными газами, густо висит над городом. Каждое лето я стараюсь выделить пару недель на то, чтобы съездить домой. Конечно, сейчас тимхаус стал моим домом, но это другое. Морской прохладный ветер и отсутствие толп на улицах — мне этого не хватает. Сложно было привыкнуть к столице с её темпом жизни. Но сейчас я, кажется, не смогу вернуться обратно и не почувствовать нехватки этого несущегося вокруг стремительного потока — людей, информации, впечатлений... Сеул уже включил меня ещё одной клеточкой в своё огромное тело, и я был совсем не против стать частью его. Пусть и с душной жарой.



Хиро позвал меня в зоопарк под предлогом исследования, есть ли у них какой-то зверёк. Я не понял, то ли это хомяк, то ли бурундук. Собственно, и Хиро-то сказал только, что тот любит стоять на задних лапках и таращиться. Видите ли, он хочет свою девушку, которая пока не его девушка, привезти сюда и показать их. Ей эти зверьки нравятся, она в них души не чает.

Я вытащил из-за компа вечно тренирующего что-нибудь Статса, и мы отправились в зоопарк. Ну, я уже говорил: жара. Жара и духота. Мы слонялись по зоопарку с путеводителем в руках и пытались разглядеть этих хомяков. На втором часу шатательства Статс не выдержал и завалился на лавочку. Хиро присел рядом, положил голову Статсу на плечо и стал осматривать путеводитель по десятому разу. Статс заговорил таким тоном, что я сразу понял: приближается его предел способности воспринимать мир дружелюбно.

— Ох, я готов уже голову им отгрызть, если мы их найдём.

— Нее, без голов у них не получится глаза выпучивать. Надо с головами. — Хиро обессиленно закрыл глаза и положил путеводитель себе на лицо, закрываясь от солнца. Видно было, как листок колышется от дыхания. Я прочесал чёлку и предложил классический вариант:

— Своди её в кино?

— Приглашал уже, отказывается, — вздохнул Хиро. — Хочу что-то необычное.

Статс сочувственно погладил его по колену:

— Что бы такое придумать... О! — он поднял указательный палец, Хиро дёрнулся и листик улетел под скамейку. — Кулинарные курсы! Всегда мечтал.

— А?

— Ну, такие, для пар. Будете готовить и друг друга вкусностями кормить, — Статс мечтательно воззрился куда-то далеко вперёд в своих мыслях, а по совместительству на вольер с черепахами. Мы оба проследили за направлением его взгляда и хором спросили:

— Супом?

— Да нету в вас ни грамма романтики! — Статс подпрыгнул со скамейки и упёр кулаки в бока. — Я вообще не понимаю, как ты — он указал на меня — девушку завоевал!

— Хехе, может, это ЕГО завоевали, — Хиро потёр нос. Я глянул на него, готовый предостеречь взглядом, но этого не потребовалось. — Ладно, давай в кино. Надоело!

Следующую часть дня мы провели под кондиционером, просматривая очередной популярный фильм и жуя попкорн.


***


«м?»

Смс была ну очень короткая, из чего я вывел, что скрывается за ней достаточно много. Губы поехали, растягиваясь в улыбку, которую я тут же прикусил. Рэйн, как всегда, придерживался осторожной стратегии, безопасно намекая, выбирая момент для тактических действий. За прошедшие дни мы переписывались несколько раз на предмет встретиться, но наши графики до обидного не совпадали. Сегодня я таскался по зоопарку вместе с парой таких же измученных жарой друзей только потому, что у Рэйна было интервью на полдня. Я не мог получить его в свои руки, и тело мстило мне ломотой.

Я склонился над телефоном, высвечивая из темноты кинотеатра нетерпение на своём лице. Напечатал только одно слово «Рыбки?».

«Тебя»

Хиро обернулся, почувствовав, как я резко откинулся в кресле, и вопросительно глянул на меня и телефон в моей руке. Я старательно выровнял подскочивший пульс долгим выдохом, оглянулся на Статса, который увлечённо следил за фильмом, и тихо произнёс (спокойным, я надеялся, голосом):

— Удачи с твоим свиданием.

Я приподнялся в кресле, а Хиро весело прищурился:

— Кажется, от нас сбегают, — он пихнул локтем Статса. Тот повернулся и вопросительно поднял брови, не донеся попкорн до рта. Я, согнувшись, чтобы не застилать другим зрителям экран, поклонился как мог, извиняясь. Стал пробираться к выходу, пока Хиро делал какие-то внушения моему тиммейту. Тот немного растеряно смотрел мне в след.



«Тебя», «тебя», «тебя»... Я крутил смс Рэйна в голове, пока влетал в метро.

Если кто-то думает, что метро — это быстрый вид транспорта, потому что не подвержен пробкам и прочим погодным условиям, то он жестоко ошибается. Хотя, возможно, у меня в голове время идёт несколько иначе, чем в реальности. Что-нибудь из-за гравитации. Ведь если увеличить один параметр в уравнении вселенной, то ни в чём уже нельзя быть уверенным на сто процентов, правда? Константа моей гравитации сделала сальто через голову, умудрилась не задеть потолок и вывернула наизнанку весь мир вокруг, дав мне ещё один вектор притяжения, кроме центра Земли.

Рэйн.



Я встретил его у подъезда. Мой кролик спрятался от солнцепёка в густой тени и поднял лицо, только заметив меня. Тонкие руки тут же дёрнули шнурки наушников и убрали плеер в карман тёмных классических брюк. Рукава белоснежной, светящейся даже в тени приталенной рубашки были закатаны в угоду жаркой погоде. Юн Чжонг солнечно улыбнулся и облизал губы, прибавляя лично для меня ещё десяток градусов к и без того немаленькой температуре окружающего воздуха. Я слегка поплыл. Интервью? Что же это за интервью такое...

Я прочесал чёлку и слегка потряс головой, молниеносно набрал код подъезда. Замок выдал ошибку. Чёрт, медленный какой. Я повторил комбинацию не так быстро. Домофон одобрительно пискнул и открыл дверь.

image

— Морской дождь, — прошептал я Рэйну, когда смог оторваться от него. Губы слегка горели от соприкосновения с солёной кожей, но я не останавливался, находя в этом ощущении что-то завораживающее и очень родное. Мои пальцы расстёгивали мелкие белые пуговки. Помять этот сногсшибательный костюм не хотелось совершенно. Джинсы, толстовки, футболки? Я улыбнулся смеющимся глазам напротив. Рэйн снял с меня очки, но вместо того, чтобы отложить их в сторону, надел на себя. Искристая улыбка спряталась за плотно сомкнутыми губами. Скептически приподнятая бровь, видимо, должна была изобразить одно из моих выражений. Рэйн с сомнением наклонил голову, и я не выдержал, рассмеялся.


***


Уставший и вымотанный жарой, я вернулся в тимхаус поздно, почти ночью. Статс выглянул в коридор на шум и зашел со мной в мою комнату.

— Ты нас бросил!

Я повалился поперёк кровати.

— Умгу, прости.

Статс невесело хмыкнул и, недолго думая, тоже растянулся на свободной половине моей постели, глядя в потолок, сказал:

— Сён Ук, а мне сегодня цветы прислали.

— Здорово! — порадовался я за друга. — Кто?

— Не знаю. Там была подпись в карточке, но мне такое имя не знакомо, — смутился Статс.

— Что-то мало энтузиазма у тебя в голосе.

— А, ну... — он потёр лицо ладонями. — Как-то это неожиданно.

— Привыкай. Первый раз что ли? — я снял очки и помассировал переносицу, потом прикрыл глаза и сонно потянулся. Душ. Может, утром? Идти куда-то, когда подушка лежит в пределах прямой видимости, приманивая пухлым боком и навевая сны даже издалека...

— А ты какие цветы любишь? — прозвучал неожиданный вопрос.

— Я... — я зевнул, — ...никогда не задумывался.

— Как ты думаешь, она придёт на следующую игру? Я бы хотел увидеть, кто мне подарки шлёт.

— Конечно, придёт! — подбодрил я его. — Если будет симпатичная, обязательно зови на свидание.

— А Ён Мин красивая? — Статс повернул ко мне голову.

Улыбка скользнула по моим губам. Под закрытыми веками полыхнул солнечным теплом кадр улыбающегося Юн Чжонга у подъезда. Пальцы вспомнили прикосновение к маленьким пуговкам.

— Безумно красивый... — вырвалось у меня, я прикусил язык и поправился: — Красивая, то есть. Сплю, извини.

— Да, поздно уже, — засобирался Статс. — Я тоже пойду лягу. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — я опять зевнул.

То, что я сделал оговорку, мне не понравилось совсем. Она была лишней. Пара таких оговорок, и что я буду делать? Но мысли возвращались к сегодняшнему долгому-долгому дню, и я не смог сохранить в голове чувство вины дольше пары минут. Я заставил себя сходить в душ. Подушка успела лишь слегка намокнуть от моих влажных волос, когда я уже провалился в глубокий сон.



*** Глава 3 ***


Весь следующий день и последующие полностью поглотили тренировки. В светлую голову тренера пришла пара новых идей персонально для протоссов. Мы со Статсом вдвоём их оттачивали, пробуя на вкус разные нюансы. К слову, обед нам пропустить не дали, хотя мой напарник и порывался посидеть «ещё минуточку». Я его знаю уже не первый год и прекрасно осведомлён, что этот геймер может совсем забыть про еду. Он даже может забыть, что она ему в принципе нужна. И легенда старейшей расы СтарКрафта, протоссов, тут не причём, ибо Статс точно не получает энергию из воздуха. Просто он живёт в компе. У него немного друзей, хотя масса знакомых. Он почти никуда не ходит, его жизнь сосредоточена в тимхаусе.

А моя жизнь... Ещё полгода назад я бы сказал, что карьера для меня имеет превалирующее значение. Моей единственной целью был киберспортивный Олимп. Я стремился собрать минимум такое же количество трофеев как у Флэша, а лучше больше. Полгода назад я бы одёрнул человека резким словом, если бы он пошутил, что я буду пытаться урвать любой свободный момент ради SKT T1 Rain. Что я буду стоять в лифте, целовать его тонкое запястье и думать о критическом нарушении правил поведения в общественном месте. Ха! Как же. А клавой по голове не хотите? Или, может быть, стулом? Впрочем, своё я по голове уже получил.

Из простого спуска в лифте получается соревнование в гляделки. Из обычной прогулки — догонялки с засадами. Из отношений — шпионский роман с конспирацией, запароленным домом и неразглашением совершенно секретных сведений о том, как непроизвольно закрываются веки Юн Чжонга, когда я прикусываю кожу на его запястье. Как жмурятся искрящиеся смехом глаза в полутьме улицы. И как я прячу улыбку под капюшоном, спускаясь в метро...



Забавно наблюдать, как Рэйн пытается не прикасаться ко мне вне дома. Он держится на безопасном расстоянии, когда мы заходим в магазин за лёгким перекусом, и педантично соблюдает дистанцию, пока мы, гуляя, идём по вечерней набережной. Один шаг к нему — и мой кролик прыгает в сторону. Губы сомкнуты в напряжённую линию. Рэйн следит за собой так тщательно, что хочется сделать какую-нибудь дикую глупость.

— А в субботу что ты будешь делать? — спрашиваю я его, присев рядом на одну из ступенек набережной.

— В субботу... — Рэйн, кажется, только сейчас вспомнил о нашем матче на GSL.

— Да, в субботу. — Я смотрю на противоположный берег узенькой речки, в глубокую тень. Веселье сдувает тёплый ветерок. Я задумываюсь. Это будет не просто очередное БО5 с ним, которых мы переиграли уже достаточно много, не привлекая внимания наших команд. GSL — самый крутой сезонный турнир на планете, он важен для карьеры. Вспомнить бы, какими глазами я смотрел на Юн Чжонга раньше. Лучший игрок СКТ, их лидер, победитель престижнейшей Старлиги, просто парень, который, как и я, играет в СтарКрафт...

Пальцы чуть кольнуло, когда Рэйн потёрся щекой о мою протянутую к его лицу руку. Чёрт. Я удивлённо вскинул брови и поспешно убрал её. Ничего себе. Мой самоконтроль вильнул, стоило мне лишь чуть-чуть отпустить руль.

Рэйн тихо рассмеялся:

— Ты лучше себя спроси, что ты будешь в субботу делать, — последовало законное предложение от кролико-тролля.

— Постараюсь нас не запалить, — пообещал я. Улыбнулся блестящим в темноте под капюшоном глазам и смущённо опустил голову.

— Ага, как сейчас! — Рэйн просто наслаждался тем, что поймал меня.

Я закусил губу и продолжил делать глупости: пошагал двумя пальцами по гладкой поверхности ступеньки к Юн Чжонгу под бравый аккомпанемент его смеха. Рэйн старательно досмотрел представление в стиле детского садика и, как только мой «призрак» с непрокаченной невидимостью скрылся в кармане его толстовки, вскочил со ступеньки и быстро затолкал в урну пакеты от еды.

— Нуклир ланч детектед! — приглушённо выпалил он и сорвался бегом прочь.

Моя реакция была молниеносной, я почти поймал Рэйна у соседнего дерева, но рука схватила воздух, и я почти налетел на это самое дерево, а кролик опять отпрыгнул. Я, отставая на шаг, взлетел следом по ступенькам наверх с набережной и притормозил. Перешёл дорогу, намеренно давая фору. Рэйн скрылся в темноте неосвещённой соседней улочки. Сердце азартно стучало в груди, разгоняя тепло по телу. Я свернул в темноту и почувствовал, как меня схватили за рукав. Приманка сработала — добыча сама шла в руки, точнее, тянула меня бежать дальше. Я смеялся в голос и бежал. Юн Чжонг остановился в безлюдном месте и притянул меня к себе, жарко целуя улыбающимися губами. Я на минуту отпустил контроль, отвечая. Эмоции закрутились вихрем вокруг желания получить Рэйна прямо тут, сейчас же. Я забрался руками под его толстовку, скользнул под пояс джинсов к тёплой коже и плотно прижал Рэйна к себе. Он немного прогнулся в пояснице и тихо всхлипнул, забыв про смех, когда я добрался до его шеи своими зубами. Я уловил краем глаза движение в конце улочки, и мы хором рванули с места, опять смеясь и распугивая местных кошек.

Под прикрытием рекламного щита на остановке автобуса Рэйн сам погладил меня по щеке. Я, всё ещё горя азартом, поймал его ладонь и поцеловал, на мгновение прикрыв глаза, лизнул солоноватую кожу. Юн Чжонг шикнул на меня, но его губы предательски расползались в улыбку. Я быстро подмигнул и, не прощаясь, скорее пошёл ко входу в находящуюся неподалёку станцию метро. Капюшон притушил мой взгляд.


***


В этот поздний час метро было не слишком многолюдным. Немногие возвращающиеся с работы трудоголики были поглощены своими мыслями. Кто-то уже начинал засыпать, кто-то, наоборот, был, похоже, ночным жителем. В мегаполисе хватает и тех, и других. Мимо окон проносились тёмные стены туннеля. Я глядел в отражение вагона в стекле двери и думал о том, как впихнуть в одну рамку картинку Рэйна в форме СКТ и Рэйна, которого я обнимал со спины, стоя у края крыши. Перебирая события этого вечера, я отключился от мира вокруг, погрузившись в тепло и снова ощущая приятный прохладный ветерок, пробирающийся под одежду. На высоте многоэтажки он был свободен от жара прогретых за день асфальтированных улиц. Мы стояли на крыше, я обнимал Юн Чжонга со спины и смотрел на вечерние огни города внизу. Рэйн рассказывал о том, как у него прошел день, а я слушал его рассказ со смешанными чувствами и непроизвольно поглаживал тёплую ткань его футболки. Я сегодня кучу часов подряд отрабатывал манёвры для ПвП, и мне делиться было нечем. Если только я не хотел проиграть в субботу. Я зарывался носом в волосы Рэйна и отбрасывал прочь эти мысли…

Вагон чуть качнулся, тормозя на моей станции. Я развернулся, чтобы выйти, и натолкнулся на взгляды двух девушек в паре метров от меня. Девушки косились и тихо переговаривались, закрывая лицо ладонями. Я натянул съехавший капюшон обратно на голову и вышел из вагона. Максимум, что я сейчас хочу делать — это завалиться спать и перестать думать. Совсем.


***


Так уж получилось, что до конца недели мы с Юн Чжонгом больше не нашли времени встретиться. Каждый готовился к матчу. Перелетающие с телефона Рэйна на мой и обратно смски не несли и половины того, что кружилось беспокойными вороньими тучами в голове. В пятницу мои нервы выдали ошибку, и прога их подключения к мозгу вылетела окончательно. Я остановился на полпути к компу и завис.

Да что я переживаю, в конце концов?! Это же всего лишь матч! Я таких за день штук пятьдесят играю! Я с силой прочесал чёлку. Ну, ладно, может, и поменьше, но всякое бывало. ПвП, протосс, хороший протосс, хорошо защищается, осознанно наступает, почти идеален в микро, отлично играет против протоссов. Мы похожи по стилю игры. Я буду играть почти с самим собой. А судя по опять глючащему драйверу эмоций, именно с самим собой.

Я собрал губы в напряжённую линию и повернулся к Статсу. Тот, как обычно, тренировался за соседним компьютером. Я положил руку на его плечо, и он моментально обернулся, сдёргивая наушники:

— Сён Ук?

— Хм... — я внезапно задумался, формулируя вопрос.

— Помочь с ПвП что-то? — Он, не доигрывая матч, почти не глядя, напечатал что-то противнику и вышел из игры, не дожидаясь моих слов.

— Да, — я прочесал чёлку. — Ты можешь поиграть по стратегиям Рэйна?

— Да, конечно! Которую карту? — бодрость в голосе Статса резко контрастировала с моим настроением. Я сделал попытку благодарно улыбнуться и ответил:

— Каталену для начала.

— Умгу, — Статс развернулся к экрану и пошёл колдовать с настройками.

Я присел в кресло и выдохнул, собираясь с мыслями. Ещё один матч, да, кролик? Немного пустого белого шума вместо всего мира, кроме тебя. Чуть-чуть больше напряжения в шее под подголовником кресла. Капля пронизывающе яркого в качестве концентрации…

И...

Спорим, я выиграю?

image


***


На матч всегда приезжаешь заранее. Высотка студии GomTv встретила холодным кондиционированным воздухом и по обыкновению снующими туда-сюда озабоченными людьми. Я увидел Юн Чжонга только перед самыми съёмками. Он сидел за компом в кабинке, заткнув уши плеером и сосредоточенно раскликивался, не замечая ничего вокруг.

— Ты его побьёшь! — подбодрил Статс, видя мой взгляд, на мгновение дольше, чем надо, задержавшийся на Рэйне. Мы дошли до второй кабинки, и я стал вытаскивать свои вещи. Привычные действия, практикой доведённые до автоматизма. Я зубами оторвал ленту двустороннего скотча, приклеил коврик точно под руку, придвинул кресло как надо, поправил монитор.

Я просто попробую сделать всё по таймингу и максимально эффективно. И всё.



— Множество людей считает вас двоих самыми лучшими протоссами в мире, что ты думаешь об этом? — прозвучал первый вопрос ведущей Гьюри.

В одном из прошлых предматчевых интервью Рэйн сказал, что я «очень хороший игрок», и что мой «уровень ПвП чрезвычайно высок». И это были не просто слова. Правда или полуправда — это одно. Но самое главное в подобной тактике — это то, что она хорошо смотрится в любом случае: проиграл ты или выиграл. Потому как если проиграл, то проиграл кому-то очень крутому. Ну, а если выиграл, то ты, значит, ещё более крут, чем он. Беспроигрышно. В своё время этим пользовался Флэш — звучит на камеру отлично и последствия высказывания по-любому плюсуют твою репутацию. Я припомнил выражение лица Рэйна во время того высказывания и решил повторить финт. Тем более, что это не будет ложью. Ни в одном слове.

— Я думаю, Рэйн — лучший протосс в мире. — Я улыбнулся. На весёлое личико ведущей я посмотрел лишь краем глаза, быстро скользнув взглядом мимо неё в сторону Рэйна. Нас посадили на сцене всех троих в ряд. Я не мог толком разглядеть Юн Чжонга из-за Гьюри. Интересно было бы увидеть его реакцию на мои слова, но для этого пришлось бы встать с места. Рэйн немного вертелся на своём сидении, смотрел в сторону от камер, в пол — куда угодно, только бы, похоже, не присутствовать здесь. Я закончил мысль, уже без улыбки:

— Но с самого начала этот год был моим, и я собираюсь продолжать доминировать.

— Чжон Юн Чжонг, тебе удобно играть против Чжу Сён Ука? — Гьюри отвернулась от меня. Она, кажется, поймала трескучее напряжение, прошивающее воздух. Я слегка повертел микрофон в руках, разминая запястье, и с усилием заставил себя сесть спокойнее.

— На ПроЛиге это было вполне удобно.

Немного подрагивающий голос, но я распознал в нём улыбку. Вспомнил финал, кролик?

— Но сегодня я, возможно, чувствую себя немного не так комфортно.

Или вспомнил что-то другое...

— Я оставлял Зеста за спиной много раз. Он, конечно, хороший протосс, не могу отрицать его способностей, но, думаю, что я значительно лучше. Сегодня будет крутой матч.

Обычные слова для обычного интервью?

Гьюри повернулась ко мне:

— Чжу Сён Ук, твоего тиммейта Статса недавно выбил с турнира тиммейт Чжон Юн Чжонга. Не хочется отомстить?

— Вы знаете, Статс сейчас тут, — я посмотрел вбок, за игровые кабинки. — И он, возможно, немного волнуется. Но я не Статс, — сказал я твёрдо. — Это киберспорт, и тут должен быть победитель и проигравший. Посмотрим, что будет сегодня.

Я закусил губу, а Гьюри повернулась к Юн Чжонгу.

— GSL уже стал для меня практически домашним соревнованием, — сказал он. — Раунд восьми — очень важная стадия, и я по-настоящему хочу выиграть.

Гьюри встала и отошла, чтобы мы могли пожать друг другу руки — традиционная демонстрация сопернику честных намерений. Я метнул в зашторенное лицо Юн Чжонга взгляд и протянул руку. Почувствовал короткое мягкое пожатие на кончиках пальцев. По-настоящему — это как? Так же, как ты хотел после финала ПроЛиги, или так же, как ты шептал в телефон поздно ночью, предлагая сыграть три сета? Тепло побежало по руке от прикосновения. Я спрятал его, прижав разогревающую подушечку к ладони.

Ты или я...

image

Сосредоточиться, аккуратно, выверенно, соблюдая идеальный тайминг. Рискованные броски за преимуществом, осторожное позиционирование. Кропотливо вымикрить.

Выдохнуть.

Собрать внимание, вложиться в точный расчёт. Обратить манёвр против противника. Поймать момент.

Закрыть глаза.

Сухое горло. Не отвлекаться, уложиться в миллисекунды, построиться в точно продуманном месте. Найти брешь, откатиться в безопасность. Обнаружить скрытое, успеть уничтожить. Успеть выдохнуть. Успеть, успеть, успеть...

gg

Я неверяще посмотрел на экран и облизал губы. Это всё.

Я медленно снял наушники и встал с кресла, повернул ручку в двери кабинки и вышел к сияющей Гьюри.



Ведущая задавала мне какие-то вопросы, я отвечал какими-то ответами. Взгляд постоянно нырял в пол, я поднимал его на камеры, но снова опускал, облизывал пересохшие губы и старался отвечать не односложно. Я почти пропустил момент, когда Рэйн вышел из кабинки, но помогли какие-то парни, попросившие автограф. Юн Чжонг задержался, нервно чиркнув что-то на листе бумаги, и поспешил уйти от зрителей и вспышек фотокамер. Я глянул на Гьюри — скорее бы это интервью кончилось. Измотанность тянула нервы и ныла в мышцах запястий.

Наконец, я свободен, уворачиваюсь из поля зрения Статса и тренера, не собирая вещей, сразу иду к раздевалке. Юн Чжонг сворачивает за угол, не видя меня. Ловлю его за локоть и чувствую, как он еле заметно вздрагивает всем телом: был погружён в свои мысли.

— Прости, — быстро говорю я и натыкаюсь на подёрнутый безразличием взгляд.

— Всё окей. Незачем тут извинятся, — Юн Чжонг прикрывает глаза, на мгновение чуть поморщившись. — Ты молодец!

Слова звучат очень натянуто. Примерно так же, как звучали его поздравления с моим all-kill`ом тогда давно. Будто он совсем не то хочет сказать, но вынужден соответствовать ситуации и не вымещать эмоции синяками. Хочется обнять и вытопить холод из его тела, перестать чувствовать в нём лёд, колющий осколками из-под кожи.

Я выпускаю локоть и тянусь к шее Юн Чжонга сзади, под кромкой волос. И правда, холодный... Я придвигаюсь ближе, касаясь его лба своим, и тихо-тихо произношу:

— Прости.

Проходит секунда другая, третья...

— Да ладно. — Дождик начинает потихоньку оттаивать. — Подумаешь, просто продул матч. — Он медленно выдыхает, расслабляясь. Я ласково глажу его шею, вкладывая в это движение ещё одно «прости», третье — по количеству сегодняшних побед Zest`а и поражений Rain`а. Юн Чжонг чуть качает головой и поднимает взгляд, говорит веселее: — Поздравляю. Доберись до финала. Файтин!

— Спасибо, — я наконец-то вижу живой отклик в глазах. Юн Чжонг почти улыбается мне, пытаясь неловко, но искренне подбодрить. И тут подзабытый окружающий мир внезапно прорывается к нам в виде громкого «хм!». Рэйн тут же резко отодвигается.

— Я чего-то путаю или это и есть твой не отражающийся в зеркале Мухамед? — вопрошает стоящий в минуту назад еще пустом коридоре Партинг. — Фига се!

Реакция Юн Чжонга мгновенна. Он тут же переключается от грусти к агрессивной атаке и почти бьёт своего тиммейта вопросом:

— А если да, то что?!

Я пристально вглядываюсь в СКТешника и вытаскиваю из кармана греющую подушечку, перекидываю её из левой ладони в правую, разминаю. Улыбка исчезла с моих губ.

— Хей, я ничего не говорю, не надо меня тут бить!

Манера Партинга вести диалог мне не нравится. Совсем. Во-первых, он вклинивается не вовремя (лучше бы сразу сквозь землю провалился!). Во-вторых, это он пытается отшутиться? Я прищуриваюсь.

image

Сцену разрушает появление тренера Рэйна вместе с другим его тиммейтом — Классиком. Я получаю сдержано высказанное поздравление, односложно благодарю и кидаю взгляд на Юн Чжонга. Тот стоит, будто готовый к прыжку. Агрессивное напряжение кипятит воздух между ним и Партингом.

— Потом поговорим, — бросает он мне и хватает своего ухмыляющегося тиммейта за рукав, подавляя одним взглядом его лёгкие попытки к сопротивлению, тащит к выходу с этажа.



Вот я и столкнул две свои вселенные друг с другом. Только бы их не разнесло вдребезги вместе со мной от Большого взрыва. Не уверен, что захочу жить в том мире, что получится после катастрофы.



*** Глава 4 ***


Я вернулся сложить сумку и по дороге встретил задумчивого Статса. Он поздравил меня с победой и затих. Может быть, почувствовал мою замкнутость на себя в данный момент. В любом случае, его молчание мне сейчас было на руку. Говорить не хотелось абсолютно. Тем более слушать и реагировать на цветастые поздравления. Тренер гордо воззрился на меня и, как обычно, хлопнул по плечу. Ёмкое «молодец!» — и меня больше не тревожили, понимая, что я вымотан матчем.

Микроавтобус КТ вырулил со стоянки. Я сел у дальнего ото всех окна. Смс «Мухамед?» улетела вместе с весьма удивлённым смайлом Юн Чжонгу. Не особенно разбирая городской ландшафт, я уставился в окно. Телефон так и остался в моей руке.

Машины уныло тянулись вереницей одна за другой. Я наблюдал за ними почти сонными глазами. Ни тренер, ни Статс не стремились пересесть ко мне, обсудить что-нибудь. Возможно, моё лицо не располагало к диалогу, потому что Статс поворачивался ко мне пару раз, но отворачивался обратно, явно передумав. Книги под рукой не было, чтобы скоротать время, и я жалел об этом.

В один из особенно тоскливых моментов, когда наш микроавтобус вообще перестал ехать, крепко застряв в потоке вечернего трафика, телефон в руке вздрогнул. Я всю дорогу играл им от нечего делать, разминая запястье. Не успел он разразиться звонком, как я уже нажал приём. Лишь на мгновение высветилась надпись «Рэйн» на дисплее, и тут же погасла вместе со всем экраном. Я поднёс телефон к уху и уложил начавшие просачиваться громкие эмоции в тихий спокойный голос, заплетя их волей и необходимостью. Негромко ответил:

— Слушаю.

— Ты не один? — быстро догадался Юн Чжонг.

— В пробке застряли.

Статс обернулся ко мне, но опять отвёл взгляд.

— Тебе рассказать о Мухамеде? — голос в динамике дрогнул смехом, но остался негромким.

— Да, — я удержал улыбку.

Рэйн, глотая смешки, начал рассказывать, к каким словесным уловкам он прибегал, когда его расспрашивали о его «девушке».

— Да я, собственно, и не утверждал никогда, что она у меня есть. Это то ли Су, то ли Классик придумал, точно не знаю. Никогда бы не подумал, что молчание настолько плодотворное занятие! Я только выкручивался разными способами, когда просили фотографию показать. Говорил, что ты, ой, ну, она то есть, на фотографиях не фиксируется. Кому-то сказал, что и в зеркале тоже не видна. Кому-то обронил, что в религии у неё не принято фотографироваться. Вот тут Партинг и насел на меня со своим Мухамедом! Я ржал, как ненормальный, и побил его ковриком от мышки, — Юн Чжонг хихикнул.

Хотелось спросить: почему именно коврик, ничего другого под рукой что ли не было? Чего-нибудь поудобнее для битья, поэффективнее, пусть коврик и дешевле всего в нашем «обмундировании». Но я не стал прерывать яркий поток эмоций. Смаковал интонации Юн Чжонга и покусывал губы, чтобы самому не смеяться. Я представлял, как мой кролик отдирает от стола коврик и носится за Партингом. Губы против воли поползли, обозначая улыбку.

— Теперь тебе опять с Су биться, — сказал Юн Чжонг, немного помолчав.

— Да, полуфинал с Су из СКТ. — Вот на это я могу ответить вслух. — В этот раз один из нас в финал точно не попадёт.

— Это будет... мяяясо!.. — Юн Чжонг вложил в одно слово целую горсть интонаций. Там был и азарт, и предвкушение хорошего шоу, и гордость, и что-то ещё, что я не успел распробовать, отвлечённый тренером, среагировавшим на волшебные слова «СКТ» и «Су». Он оглянулся на меня и встал, пробираясь на сидение поближе.

— Позже поговорим, окей? — я благоразумно закруглил разговор, но Юн Чжонг не стал следовать моему примеру. Его слегка поспешный почти шёпот стрельнул по телу искрой:

— Я должен тебе желание?



На порог тимхауса мы прибыли странной компанией. Молчаливый, неразговорчивый Статс, тихий после выплеска напряжения я и тренер. У последнего от нас обоих и тухлого настроения в микроавтобусе всю дорогу голова, кажется, уже пухла. Он не понимал, что происходит, и пытался выплыть на знакомую воду, пару раз не особо успешно заговорив на тему будущего матча.

Я ушёл к себе в комнату и упал на кровать, раскидывая руки в стороны. Глубоко вздохнул, затопив лёгкие воздухом. Подержал с минуту и тяжело выдохнул. Попытка стать воздушным шаром провалилась. Не летать мне в небе, путаясь среди антенн и проводов линий электропередач... Я усмехнулся и плотно сжал губы.

Решать проблемы по мере поступления — так говорит моя мать. Что ж. Партинга оставим на момент, когда он покажется из-за горизонта, а пока будем жить дальше. Хрен с ним. К чёрту.


***


Не во всех тимхаусах знакомых мне команд обеды готовят игроки. У Самсунгов, например, готовит жена тренера, и они там все весьма упитанные и розовощёкие. На того же Солара посмотреть. Но вот у нас практикуется командная игра и всё такое. Сначала готовят одни, потом другие, дальше третьи и так по кругу. График прыгает и скачет из-за индивидуальных соревнований. В те дни, когда кто-то что-то выигрывает крупное, всех освобождают от кухни и заказывают готовую еду. Возможно, это ещё один скрытый стимул выигрывать? Я кривлю губы, приподнимая уголок рта в лёгкой улыбке и продолжаю нарезать овощи для салата. Слип снимает тарелки с полки и расставляет на столе. Я окидываю взглядом стопки посуды и думаю, что хорошо иметь посудомоечную машину, но я бы не отказался увидеть Рэйна прямо сейчас. В фартуке, недовольно поджимающего губы и стремительно перемывающего гору тарелок. Щёлочки не по-доброму прищуренных глаз закрывает отросшая чёлка, и он её убирает раз за разом мокрыми руками. Злится. Электризует всё вокруг...

Я закусываю губу и благодарю просторную домашнюю одежду за возможность свободомыслия. Фыркаю и сгребаю овощи в салатницу.



«Ты любишь море?» — оживает мой телефон смской, пока я кручу педали велотренажёра часа через два после обеда. Я улыбаюсь вопросу Юн Чжонга и непроизвольно глажу большим пальцем полированный пластик. Море?

Я набираю, чуть заметно медленно покачивая головой из стороны в сторону: «Я люблю дождь». Смотрю на отражение того, что со мной происходит, в виде ровных букв, уложенных в аккуратные слога. Бликующие лампы тренажёрного зала обрамляют мои удивлённые глаза, пока я пялюсь на экран.


***


Очередное солнечное утро перезрело и вылилось в жаркий полдень. Начало календарной осени избавило от постоянных ливней, подарив лёгкость городскому воздуху. Все желающие, включая меня, отправились в аквапарк поплескаться на водных горках да попрыгать с высоты в бассейн. Тело припекало даже через вымоченную в хлорированной воде футболку для плаванья. Я прятал волосы под бейсболку. Она тоже была насквозь мокрая, потому что в какой-то момент я решил, что неплохо бы столкнуть щебетавшую на бортике парочку Слип — Статс в бассейн. И план почти удался, да только зерг утащил и меня под воду, схватив своей недоклешнёй край моих шорт. Пришлось валиться вместе с ними и булькать хохотом и пузырьками. О том, что бухаться в воду солдатиком веселее, чем шмякаться животом о водную поверхность, я понял на примере Тивая, который, потирая ушибленное место, выбирался на деревянный мостик. Время летело незаметно и только по внезапно заурчавшему животу я понял, что завтрак был очень давно. Мы командно задумались об ужине, возмещающем пропущенный обед. Неплохо бы уже сделать перерыв в водных процедурах и перекусить.

image

Статс составил мне компанию, и мы пошли за кошельками в раздевалку, пока остальные отправились в аквапарковое кафе вчитываться в меню.

— Я бы сейчас и слона съел! — поделился мой друг, весело хлопая себя по боку и вышибая брызги.

— Питательный, сбалансированный обед! — я важно поднял палец и сделал паузу. — Хобот, бивни и хвостик.

Заливаясь хохотом, мы полезли в шкафчики.

— Три составляющих успеха плюс подножная травка на закуску, — похихикивал Статс, роясь в рюкзаке.

Я вытащил из своей сумки кошелёк и машинально вынул телефон из бокового кармана. Там горело только что полученное смс. Я улыбнулся, ожидая ответ от Рэйна на мои вчерашние слова. Но краткое «Партинг — козёл» оборвало что-то внутри, переключив эмоции, будто рубильником. Я нахмурился и почувствовал волну отчаяния, затопляющую каждый пиксель этого небольшого послания.

— Интересно, тут сразу держат стадо слонов или варпают поштучно с орбиты? — Статс закрыл шкафчик и повернулся ко мне. Я поднял глаза на него и пробормотал:

— Не знаю... Я поеду, там… — я запнулся. — Моей девушке нужна моя помощь.

— Срочно? — Статс скис.

— Да, — я уже стаскивал бейсболку с головы. — Скажи, пожалуйста, остальным, что я уехал. — Я хватанул мокрую футболку и сдирал её с себя, продолжая говорить. — Прости, что опять отваливаюсь от компании.

— Умгу. — Статс полуотвернулся по направлению к выходу и негромко спросил: — Ты её любишь?

Я прервал скоростные сборы и замер на секунду от неожиданного вопроса.

— Кажется, да, — тоже тихо ответил я, закусил губу и затолкал плавки в пакет.

— Умгу. Ну удачи, — Статс пошел к выходу.

— Пока. — Я застегнул шорты и свободной рукой одёрнул свежую футболку. Она слегка свалялась от долгого лежания в свёрнутом состоянии. Закинул сумку на плечо и промчался мимо тиммейта, не замечая невесёлое выражение его лица. Мысли мои были уже далеко.


Я выхватил телефон из кармана практически на бегу и набрал номер Рэйна. Наверняка тот громко хлопнул дверью и шатается где-то по улицам, если всё так, как мне кажется. Данных мало, конечно, но...

— Да, — севшим голосом ответил Дождик.

— Я еду, дождись меня у дома, — быстро проговорил я.

— Да.

Я отключился и убрал телефон.

Не хочу. Не хочу слышать такой его голос. Пусть рвёт и мечет, пусть что-нибудь сломает. Только не себя! Только не укутанная в безразличие горечь.

Я растрепал волосы, чтобы быстрее сохли, и заскочил в подъезжающий автобус. Мне нужно было добраться до метро, затем ехать под землёй не меньше получаса, потом ещё идти минут пять. Долго, как всё долго!


***


Юн Чжонг поднялся мне навстречу, когда я подлетел к дому. Грустная извиняющаяся улыбка скользнула по его губам. Я скорее кивнул на дверь и подавил порыв обнять его прямо тут. Я знал, что не захочу выпускать его из рук, пока не почувствую, как он расслабляется. Сколько на это потребуется времени, я не представлял, поэтому быстрее ушел туда, где мог забыть обо всём, кроме Рэйна.

Мы вошли в квартиру, и я наконец-то притянул Юн Чжонга к себе, крепко обнял за поникшие плечи.

— У Партинга язык без костей, — мычит мне в плечо Рэйн.

Я, ероша волосы, глажу его от шеи вверх к затылку и обратно.

— Хотя бы про тебя не успел наговорить, заткнулся, — вздыхает Юн Чжонг. Он медленно выпрямляется и мотает головой. — Аааа, до чего же тупооо!

Спорить с этим сложно, и я не спорю. Просто целую грустную дугу его губ и делюсь набранным за день солнечным теплом. Оно от этого только больше разжигает мою грудную клетку, выплёскиваясь к Юн Чжонгу неожиданной всеполгощающей нежностью. Бликует несмелыми солнечными зайцами в его глазах и отражается обратно ко мне, грея нас обоих...



Рэйн устроился головой у меня на коленях, когда я присел на диван. Юн Чжонг лежал и пялился в потолок, а я смотрел в нахмуренные глаза и перебирал прядки его волос, медленно пропуская между пальцами. Другая моя рука покоилась на спинке дивана. Рэйн витал где-то в своих мыслях, далеко-далеко от меня. Тревога пробегала по его лицу лёгкими волнами, заставляя хмурить брови. Я поймал себя на желании разгладить их руками. Я уже почти потянулся сделать это, но услышал тихое:

— Что же я творю?.. — Рэйн выдохнул эти слова в пространство, не адресуя их ни мне, ни кому-то ещё, только себе.

Что ты творишь?

Я погладил Юн Чжонга по щеке, привлекая к себе внимание. Прикоснулся к губам. Глубоко вздохнул.

Ты любишь — вот что ты творишь.

— Дождик... — прошептал я вслух.

Рэйн очнулся от своих мыслей и прихватил мягкими губами кончик моего пальца, лизнул. Стрельнуло током по кисти. Юн Чжонг бросил пронзительный взгляд в мои глаза лишь на мгновение и закрыл свои. Я убрал руку, а он приоткрыл губы и обвёл их языком. Влажно, медленно, офигенно... Я шумно выдохнул и потянулся к застежке молнии на его серой толстовке, но меня прервали. Телефон разразился звонком будто на всю вселенную, я проморгался и нажал приём.

— Да, — ответил я.

— Ты успел? Всё в порядке? Девушка заболела? — завалил меня вопросами Статс. Я выбрал подходящий и, смотря на непристойности, вытворяемые Рэйном со своими губами, ответил:

— Да, у неё температура, я останусь до утра.

— Ну передавай, чтобы выздоравливала, и сам не заболей!

— Спасибо. До завтра. — Я скомкал разговор и выкинул его в корзину, зажав мысленно shift. Пульс уже бежал галопом, хотелось перестать просто смотреть и начать действовать. Я зарылся рукой под футболку Рэйна и поцеловал изводящие меня губы. Он притянул ближе, обхватывая меня руками за шею, и тихо застонал, когда я нашел молнию и на его шортах.

Я заставлю тебя забыть обо всём, что сегодня произошло. Забыть обо всех, кто не я. Сейчас ты весь мой. Весь. Не отдам никому...


***


«Больше свободы». Эти два слова вертелись в голове, когда я возвращался в тимхаус рано утром. Это был уже не первый, не второй и не третий раз, когда я влезал в метро в утренний час пик на этой линии. Я возносил хвалы киберспортивным богам за то, что мне не приходится повторять ритуал собственного жертвоприношения на алтарь переполненного общественного транспорта каждое утро благодаря жизни в тимхаусе, а не в своей квартире. Но в этот раз два простых слова вынесли меня с циркуляции по кругу за пределы клише моего обычного хода мыслей.

Больше свободы.

Два слова, сказанные голосом Юн Чжонга.



*** Глава 5 ***


Любая новость, ставшая достоянием одного спортивного интернет-журналиста, становится достоянием всех. Новость, что Рэйн решил уйти из СКТ, была словно гром среди ясного неба для всех без исключения. СМИ кричали наперебой громкими заголовками о том, что бессменный на протяжении уже четырёх лет лучший игрок СКТ хочет покинуть свою команду. Вопрошали, чей же тимхаус станет его домом, и гадали методом рэндома о причинах ухода.

Я знал причину и догадывался, что таково будет окончательное решение моего...хм, парня. Юн Чжонг поговорил с тренером и самовыпилился из команды. Он бросил мне смс как раз накануне того утра, когда ко мне в комнату постучался Статс. Я уже оделся к завтраку и собирался спускаться. Тот застал меня в дверях.

— Ты... эээ, ты видел новость? — Статс протянул мне свой телефон с открытой страницей новостного портала. Там большими буквами было напечатано: «Rain уходит из SKT T1!». Статс бросал на меня неуверенные взгляды. Я пробежал последующую более мелкую строчку, гласившую, что Чжон Юн Чжонг ищет новую команду, и вернул телефон.

— Неожиданно, — коротко резюмировал я.

— Да, очень. Ты... что-нибудь знаешь об этом? — Статс почесал нос и оглянулся на открытую в коридор дверь.

— Не-ет, — протянул я, разглядывая то, что самым крупным заголовком было написано на лице у моего тиммейта. А написано там было много всего, включая то, что он не просто так интересуется, что он хочет что-то сказать, но не решается. Что он... знает. Чёрт. Как? КОГДА?

— Давно? — спросил я, прищурившись, и закрыл дверь.

Статс понурился.

— Давно, — он упорно не глядел на меня. — С той игры на GSL.

Ах, чёрт. Я прикусил губу.

— Тебе Партинг по дороге не попадался?

— Что? Там был Партинг? Тогда понятно, почему Рэйн...

Я прочесал чёлку и помотал головой от досады, сделал шаг назад. Сколько народу нас вообще тогда видело? Коридор же пустой был! А сколько бы ни видело, не мог я тогда не подойти к Юн Чжонгу. Просто не мог!

— Мне так нравилось имя Ён Мин... — тихо пробормотал мой тиммейт.

Я стрельнул в него взглядом, и Статс опять опустил глаза в пол.

— Ты не беспокойся, я не трепло. До сих пор никому не сказал. Просто... – Статс вскинул на меня глаза, до краёв заполненные тревогой и выпалил: — Ты-то же не уйдёшь из КТ?!

— Оох, — я облегчённо выдохнул и горько усмехнулся. — Не собираюсь!

Я снял очки, провёл по лицу ладонью и опять прочесал чёлку.

— Пойдём завтракать! – я легонько хлопнул тиммейта по плечу, тот расцвёл немного смущённой улыбкой и с энтузиазмом покивал.



Надо было мне забыть телефон в спальне, потому что не успел я даже чаю попить, как меня затребовал на разговор Хиро. Звонить рано утром было не в манере моего лучшего друга, поэтому я снял трубку, не откладывая в «пропущенные».

— Ммм, ты новости читал? — поинтересовался Хиро, кажется, жуя. — Скажи, я должен за тебя беспокоиться?

Что? И этот туда же!

— Ты хочешь, чтобы я соврал или промолчал? — проговорил я.

Статс слегка ревниво покосился на меня и постарался заняться нейтральным делом — наваять себе бутерброд.

— Ага... — Хиро перестал жевать. — Реально, Рэйн? Серьёзно? Рэйн? Ты кого попроще не мог найти?

Я закатил глаза и промолчал. Хиро хихикнул и выдал:

— Это вы круто попали!

— Спасибо за сочувствие и пока? — не выдержал я.

— Ну ты в курсе, если что, я тебя всегда поддержу, зови. — Жевание возобновилось в трубке с новой силой.

— Да, знаю. Спасибо.

Надеюсь, сегодня меня больше не ожидают никакие другие «прозрения», достаточно и этих двоих. Совершенно точно достаточно.



Последующие две недели я жил, как на иголках. Но в отличие от индийских йогов, мне они никакого извращённого удовольствия не доставляли. Напряжение перекрывало все эмоции коротким замыканием: Юн Чжонг искал команду и искал её не в Корее.

Ростки глупой надежды, что его возьмёт на контракт КТ, были растоптаны в самом начале логикой здорового, невлюблённого человека. Этого не будет. А если посчитать точнее, то этого не будет никогда. Чёрт, да если Рэйна пихнуть в один тимхаус со мной, то я за себя не ручаюсь! Контролировать себя двадцать четыре часа в сутки — этого никто не вынесет. А значит, я просто перестану париться о конфиденциальности. А значит, всё полетит хрен знает куда моментом. И что будет дальше... В общем, некорейская команда. Американская, европейская — любая, любая далеко отсюда. Как та, что Юн Чжонг сейчас ищет. Та, что в самолётном перелёте от меня. Боже мой!.. Дождик...


***


«Нашёл!» написал мне Рэйн как-то вечером. Меня подбросило в кресле, но я совладал с эмоциями и дочитал сообщение до конца. А там было кое-что крайне важное — название команды. Я вбил его в поиск, оглядываясь на тех, кто ещё задерживался в тренировочном зале за компьютером, и закусил губу. Гугл автоматом вывел мне перевод слова, и я криво невесело улыбнулся, удивлённо приподнимая брови. Привет моему безумию красовался на экране в столбике с пометкой «по-корейски» напротив того, что теперь будет стоять перед ником Юн Чжонга.

Я быстро напечатал ответ в виде вопроса «Рыбки?» и полез на сайт команды. Европа, Швейцария... Я свернул браузер и закрыл лицо ладонями, поставив локти на стол.


***


Серебристые рыбки выписывали причудливые траектории вокруг водорослей. Заворачивали вокруг башенок подводного замка и делали красивые «стопкадры», замирая в воде без течения. Я ждал приезда Рэйна. Во время всей дороги сюда мысли крутились как белка в колесе всё по одному и тому же месту, внезапно и неожиданно перепрыгивая с пятого на десятое, теряя промежуточные логические звенья.

Как же я ненавижу Швейцарию! Европу, Америку — ненавижу их всех. Не улетай! Обними меня, останься со мной, сломай свою жизнь...

Я треснул по стене рядом с аквариумом. Я этого хочу? ЭТОГО?! Я вскочил и стал ходить по квартире, выстукивая зуд волнения в ритме шагов. С силой прочесал волосы, но легче не становилось. От звонка домофона меня подкинуло, и я полетел к входной двери.

Рэйн шагнул с порога и, закрыв за собой дверь, прислонился к ней, стреляя взглядом сквозь щёлки тёмных глаз.

— Швейцария, — с удовольствием произносит он, растягивая губы.

— Уезжаешь? — выдаю я весь свой страх одним словом и подаюсь к Рэйну.

— Нет, — он широко улыбается мне и притягивает за тонкую ткань джемпера вплотную к себе. — Попробую пройти отборочные в СтарЛигу. Hot6 Сup тоже не за горами.

У меня будто камень с груди сваливается, становится легче дышать. Я на мгновение с силой зажмуриваюсь и расслабленно выдыхаю.

— Швейцария, — усмехаюсь я.

— Ну да. Там у них даже узаконивать можно. Так что меня точно не попрут в случае чего.

Рэйн смеётся и облегчённо трёт лицо ладонью. Я отвожу его руку от лица и очень бережно целую, показывая, насколько мне важно это «Нет».

— Остаёшься... — я выдыхаю остатки напряжения из тела шелестящим шёпотом прямо в губы Юн Чжонга.

Он смотрит, хитро прищурившись, и весело улыбается мне. Я улыбаюсь в ответ. Диалог без слов: «Я так боялся!» и «А я знаю!» перерастает в очередную игру в гляделки, но в этот раз я не выдерживаю взгляд. Слишком много сил отняло волнение. Рэйн фыркает, облизывает губы и выпускает мой джемпер. Он снимает рюкзак с плеча и кладёт на полку. Я смотрю, как он стаскивает кроссовки с ног, но ловлю себя на торможении и ухожу на кухню ставить чай.

Будто я готовился прыгнуть с обрыва, даже не рассчитывая на парашют, а в итоге только подпрыгнул на месте! Земля, стукнув по пяткам, осталась твёрдой и надёжной, но потеря равновесия на краткий миг вышибла дух.



Я стараюсь прийти в себя за привычным механическим действием, но Юн Чжонг не даёт мне провести все приготовления к чаю точно по списку, пункт за пунктом. Он налетает сзади, крепко обнимая, и щекотно шепчет на ухо:

— Я говорил, что люблю чай с апельсином?

— Нет, — улыбаюсь я, поворачивая голову, ловлю прикосновение губ.

— Люблю, — говорит Рэйн вполголоса. Интонация сложная, словно он сам удивлён, что говорит такое вслух. Внутри становится тепло, и я таю. Даже забываю поставить чашки на стол, держу их на весу. Юн Чжонг плотно обнимает, властно прижимая к себе, и не даёт пошевелиться. Чувствую, как его прохладные ладони забираются под мой джемпер. Пальцы одной руки сжимают сосок, и по телу разбегаются электрические искры, которые тут же растворяются в быстро поднимающейся тёплой волне возбуждения. Рэйн расстёгивает мои джинсы и скользить по животу под ремень. Я закрываю глаза и отдаюсь в его руки, отпускаю контроль. Он шипит, попадая серебристыми ртутными каплями на раскалённые за последние недели нервы.

Забытые чашки звякают по столу.

Медленные гипнотизирующие поцелуи ложатся на кожу моей выгнутой шеи. Дыхание становится глубже. Юн Чжонг тянет джемпер вверх, не убирая ладонь с низа живота. Я поднимаю руки, выпутываясь, и расслаблено роняю их обратно. Чувствую, как Рэйн сдирает с себя толстовку и что там у него под ней. Ком одежды бухается к ногам. Я почти ложусь на Юн Чжонга. Он, шумно выдыхая, вплавляет нас друг в друга, крепко прижимая к себе. Твёрдость под его брюками распаляет мой пульс, и он несётся сломя голову из-за желания перестать контролировать что-либо вообще. Хочется сгореть тем мотыльком в слишком ярком пламени.

Забери меня... Забери совсем, без остатка.

Юн Чжонг отрывается от моей шеи и облизывает свою ладонь. Я распахиваю глаза и поворачиваю голову, следя за этим действием. Но зажмуриваюсь обратно, потому что Рэйн берёт сразу быстрый темп. Стон срывается с моих губ. Это твой ритм? Сумасшедший...

Завораживающие поцелуи попадают в странный резонанс со скоростью, и я разрываюсь между ними. Вжимаюсь в Рэйна и чувствую инстинктивное движение бёдер сзади. Запрокидываю голову, сглатывая по сухому горлу. Ладонью, что лежит на моём животе, Рэйн слегка толкает меня к себе назад, и я схожу с ума от желания почувствовать его внутри. Но кусаю губы, не в силах остановить ловкие пальцы, попросить притормозить, просто выдохнуть что-то, кроме стонов. Различаю еле слышный шепот:

— Безумие моё...

Рэйн ещё увеличивает темп и ведёт языком вверх по моему горлу, вышибая последние остатки разума. Мокро и сногсшибательно горячо, кожа пылает, почти больно. Юн Чжонг делает крохотную паузу, и я чувствую зубы на своей шее. Хватаю ртом воздух, падая в пламя, и тело прошивает лучами, вспыхнувшего внутри солнца.



Пока я выравниваю дыхание, Юн Чжонг лениво ведёт кончиками пальцев по моей груди. Я нахожу свои руки вцепившимися в его джинсы и не спешу отпускать. Мой немного хриплый голос чуть-чуть дрожит:

— Моё безумие... Дождь... — перевожу я с английского название новой команды Рэйна и его никнейм. Теперь эти слова будут стоять вместе.

— Мне нравится, как ты это произносишь.

Я слышу улыбку в голосе Юн Чжонга. Гнусь, пуская небольшую волну по телу, плотно прижимая Рэйна к себе ещё раз. Он шипит как кошка и смеётся.



Забытый чайник выкипал, наводняя воздух туманной тёплой влагой. Оставленные в одиночестве никому ненужные чашки так и лежали на столе, не обретя ни ложек, ни блюдец. Чайные пакетики остались не тронутыми в своих коробочках с красочными ярлыками. Жёлтый закат заглянул в окно и поспешил спрятаться за соседними домами, зная, что проиграет в споре с той яркой звездой, что светила сейчас только для двоих.



image



Зест завоевал в том 2014 году больше трофеев, чем все остальные прогеймеры, вместе взятые. Самые главные турниры планеты были покорены им. Взлетев в начале года с победы над принципиальным соперником — СКТ — в матче, где он в одиночку сделал весь результат, он сбавил обороты лишь к холодному сезону. СМИ курсировали слухами, что он нашел себе пару, поэтому отвлёкся от коллекционирования титулов.

Озвученное в интервью желание Рэйна получить «больше свободы» было реализовано им осенью в уходе из СКТ и обретении новой команды. Европейская mYinsanity имеет меньше требований к дисциплине и позволяет ему жить в Сеуле, летая по всему миру на соревнования. Конкретная причина ухода так и осталась неизвестной.

Рэйн заставил заткнуться немало злых языков, утверждавших, что без тренерского штаба СКТ он просто ещё один обычный прогеймер, когда самостоятельно завоевал престижный GSL в 2015. В начале того же года Зест подтвердил своё высказывание «Zest is best!» тем, что взял кубок на чемпионате мира, где были только лучшие из лучших.

image

Матчи Зеста и Рэйна никогда и никого не оставляют равнодушными благодаря накалённой до предела атмосфере. Но обоих их редко видят в кадре вместе. Общие друзья и общая работа не мешают им упорно игнорировать друг друга на публике. Зест, если может, просто не появляется там, где будет Рэйн, пропуская даже общие футбольные матчи.

Но одна из последних новостей всколыхнула околостаркрафтерное сообщество: Рэйна видели в тимхаусе КТ. Он попал в поле зрения вебкамеры Флэша. Зест сидел рядом.



КОНЕЦ