Этюд с лампочкой, голубыми трусами и Бэтменом

Автор:  Auxtessa

Номинация: Лучший авторский RPS по зарубежному фандому

Фандом: RPS (актеры)

Бета:  мышь-медуница

Число слов: 7733

Пейринг: Дин О'Горман / Эйдан Тёрнер, Ричард Армитидж

Рейтинг: R

Жанры: Humor,Romance

Предупреждения: AU

Год: 2014

Число просмотров: 649

Скачать: PDF EPUB MOBI FB2 HTML TXT

Описание: По заявке с AiDean-феста: Дин/Эйдан. РПС-АУ. Дин - врач "Скорой помощи", Эйдан - на усмотрение автора. Знакомство: Дин приезжает на вызов (какая-нибудь дурацкая ситуация наподобие "голова, застрявшая в инородном теле"). Дин издевается, Эйдан злится. Вторая встреча - случайная, но тоже с оказанием медицинской помощи. Эйдан заранее готовится к новой порции ехидства, но Дин оказывается не таким уж троллем. Дальнейшее развитие отношений - на усмотрение автора, рейтинг приветствуется.

Примечания: текст участвует в фесте, в связи с чем выложен анонимно. Автор обязуется написать модераторам соответствующее разъяснение.

Этот день определенно претендовал на то, чтобы стать самым худшим в жизни Эйдана Тернера. Стоя на пороге собственной квартиры, он чувствовал себя совершенно пустым и легким: хотелось заржать и съехать по перилам вниз. Нервная система явно нуждалась в починке. Истерически хихикая и шмыгая носом, Эйдан набрал номер на телефоне.

— Полиция? Да, мне нужна помощь, мою квартиру вскрыли и обокрали. Диктую адрес...

Приехали быстро, в три часа ночи пробок в городе почти не бывает. За то время, что копы осматривали нехитрое жилье и задавали глупые вопросы по пять раз, Эйдан с вялым безразличием отметил, что похитители вынесли все, что можно было продать — старенький ноутбук, телевизор, фотоаппарат и даже электрический чайник. Кроме того, наглые воришки умыкнули почти полный флакон туалетной воды и сожрали колбаски, которыми он собирался завтракать. От трех бутылок пива, стоявших в холодильнике, осталась половинка одной, да и ту забрали копы как улику со следами ДНК. Эйдан хотел бы поорать, может, даже разбить что-нибудь тяжелое, но сил не было. Он курил и рассеянно думал о том, что готов обнять и расцеловать того здоровенного негра в баре, что устроил там погром несколько часов назад. Ведь тогда Эйдану казалось, что это плохой день, ха!

После ухода полиции в квартире стало еще больше чужих запахов и грязных следов. Голубой ковер он все равно собирался выкинуть. Да и коробку с дисками, кому они нужны в мире интернета и флэшек? А теперь еще и вещи Ричарда можно вынести, вряд ли он вернется за ними, раз не нашел в себе храбрости даже поговорить лично. Освободится пара полок, которую вскоре заполонит всякая фигня. Дверь в квартиру не запиралась, потому что замок вырвали с мясом. Нужно было дождаться утра и вызвать мастера, а пока не спать, ведь неизвестно, кого еще может принести, и что в этом случае останется от квартиры. Эйдан пошарил в диване и хмыкнул довольно — этот тайник воры не нашли. Все же хорошо, что он держал часть выпивки отдельно: пусть и теплая, зато его. Сейчас бы психовать и нервничать, но мозг, не зная за что браться, просто отказывался напрягаться. Эмоциональный буфер переполнился и не мог выделить из общей массы главные мотивы для исполнения арии «Депрессия». Рыдать из-за расставания с Ричардом? Можно подумать, скользкий адвокат по разводам и есть мечта его жизни! Нет, конечно, он был симпатичным и обходительным, и даже не пользовался тем, что Эйдан бармен, чтобы бесплатно выпить, как делали многие его знакомые. Но разве можно серьезно относиться к человеку его возраста, который краснеет, отводит глаза и мямлит нечто вроде: «Можем мы не видеться пару недель? Меня мама навестить решила, ей это не понравится…»?

Эйдан зевнул и полез за айфоном. Какое счастье, что хотя бы он остался! А ведь когда сегодня Ричард позвонил, телефон едва не лишился своей маленькой электронной жизни. Голос в трубке торопливо говорил об отсутствии искры и дальнейших перспектив, Эйдан молча кивал из-под стойки, где сидел в компании самой дорогой бутылки виски, и с интересом наблюдал за дерущимися парнями и пролетающими мимо столами и стульями. И правда — какие тут перспективы? Телефон чуть было не отправился по тому же адресу, что и разбитые бутылки, украшавшие теперь пол в баре, спасло его только своевременное явление полиции: парни подоспели как раз когда мебель и целые бутылки уже закончились, а участники потасовки собирались расходиться. До двух ночи Эйдан собирал осколки и вытирал алкогольные лужи, потом расставлял новые бутылки из кладовой, так что его ночной сменщик, Роб, застал почти порядок. Теперь предстояли уборка дома и починка двери, а после — плановые стенания по поводу отсутствия чайника, электробритвы и телевизора. Придется пока смартфону побыть и телевизором, и ноутбуком для хозяина, жаль вот бриться им нельзя. Зато в недрах айфона нашлась какая-то финская комедия, пару недель назад скачанная по рекомендации охранника, так что до утра можно досидеть с пользой. Заниматься уборкой перед приходом мастера Эйдан не хотел, по опыту зная, что это означало бы двойную работу.

Теплое пиво на голодный желудок — кто сказал, что это плохая идея? Комедия оказалась дурацкой и местами непонятной, но Эйдан все равно хихикал иногда. Суть была в том, что группа финских ребят поехала на выходные в Россию, и молодежь развлекалась с национальным колоритом. Части шуток Эйдан, конечно, не улавливал, но фильм не требовал особого ума, а кроме того, это был единственный фильм в квартире, что существенно повышало его ценность.

Один момент привлек внимание особо — русский розыгрыш с лампочкой во рту. Эйдан хмурился, глядя на страдания финна в маленьком экране.

— Да быть того не может, — наконец пробормотал он, — как вошла так и выйдет!

Пока парни в кино ехали на такси до травмпункта, Эйдан уже копался в кладовке. Он точно помнил, что где-то в запасах должна лежать стоваттная уличная лампочка, но она никак не находилась. Устав и надышавшись пылью, герой сегодняшнего дня сел на пол и уставился на потолок. Постепенно взгляд его стал заинтересованным, а потом Эйдан и вовсе возбужденно подскочил, отыскивая выключатель. В кладовке была вкручена подходящая по размеру лампочка, хоть и не такая яркая. Оставалось ее остудить и выкрутить из патрона.

Айфон вывесил сообщение, что батарея разряжена, и осталось ему десять процентов, но Эйдан этого не видел. Едва дождавшись, когда лампочка остынет настолько, что за нее можно будет взяться голыми руками, и не забывая при этом прихлебывать пиво, он потащил свое сокровище в ванную, чтобы сполоснуть от пыли. Русские и финны в кино приветствовали его действия радостными воплями — судя по всему, там из пострадавшего парня лампочку вытащили. Эйдан пожевал губы, чтобы они не потрескались, и разинул рот пошире. Гладкое стекло медленно скользило, до боли раздвигая челюсти, но вроде бы входило внутрь. Вот кузина Эванджелин наверняка справилась бы с этой задачей на раз, а Эйдан таращил глаза и мучительно втягивал в себя лампочку. Парни в фильме хохотали и орали на своем языке, лампочка скользнула внутрь, чуть расслабляя напряженный рот. Получилось! Эйдан замычал что-то довольно и потянулся за телефоном, чтобы сделать фото на память, но верный айфон махнул значком о разрядке аккумулятора и погас. Ну ладно, не беда, можно же на зарядку поставить!

Наступающий день грозился стать не лучше ночи — розетка оказалась пуста. Неприхотливые похитители забрали даже зарядник от айфона, чтоб им гореть!

Эйдан дернул лампочку изо рта, и даже не удивился тому, что она не поддалась. Он вскинул бровь и попробовал еще — безрезультатно. Легкая паника овладела Эйданом. Ноутбука нет, айфон разряжен, позвонить по телефону проблематично, хотя стационарный аппарат оставили (к счастью, он был старый, битый и замотанный скотчем, Эйдан все ленился покупать новый, но зато воры на него не польстились). Наверняка в интернете есть способ как вынуть эту гребаную лампочку, но не идти же за этим к соседям? Представив себя с табличкой «Помогите вынуть эту штуку изо рта» и вспомнив, что многие соседи недолюбливают его из-за ненормированного рабочего графика и, как следствие, громкой музыки по ночам, Эйдан счел за благо самостоятельно разрулить все свои проблемы. Он сбегал в ванную и полюбовался на свое отражение. Красавец, хоть сейчас на плакат «Из психбольницы сбежал пациент. Не опасен, просто идиот».

Эйдан попробовал лить в рот воду, сперва холодную, потом горячую, какую мог вытерпеть, пытался смазать лампочку мылом, но вместо этого просто наглотался пены. Лампочка и не думала поддаваться, зато челюсть стала ощутимо ныть уставшими от напряжения мышцами. Может, попробовать разбить стекло осторожно и достать осколки? Эйдан вспомнил, как в детстве они обожали находить старые лампочки и разбивать их о камни — те взрывались с резкими хлопками и рассыпались мелким крошевом. Угу, разбей такую — и привет, все деньги улетят на восстановительную медицину, рот в клочья. Эйдан зажмурился и помотал головой. Должен быть способ, непременно должен быть! Он метался по квартире, иногда для порядка дергая лампочку во рту, но ничего путного придумать не получалось.

Звонок поступил оператору службы 911 в начале седьмого утра. На том конце провода что-то отчаянно мычали, но слов разобрать не удалось. Согласно правилам, специально разработанным для подобных случаев, по адресу, ассоциированному с телефоном, высылаются наряд полиции и дежурная бригада парамедиков. Оператор сработала на отлично, тем более что утренние пробки еще только начинались. Спустя пятнадцать минут многострадальная дверь квартиры Эйдана слетела с петель, и взору полицейских с оружием предстал хозяин — очень несчастный, очень растрепанный, с весело поблескивающим цоколем лампочки, торчащим изо рта.
***
Вызовы этой ночи были один к одному. Дин О'Горман, хирург-травматолог по специальности, хорошо знал, что примерно раз в пару месяцев случаются такие вот дежурства, полные абсурда и безысходности, словно кто-то с дурным чувством юмора подтасовывает события. Еще вечером только заступившая в смену дежурная бригада вместе со спасателями доставали очень толстого мужчину, застрявшего в ванне. Парень собрался на свидание и хотел хорошо выглядеть. Дин посочувствовал и рекомендовал в дальнейшем обходиться душем. Потом была неудачная попытка суицида школьницы со срочной реанимацией. Девушка залетела от одноклассника, он с ней порвал, и несчастная, боясь родительского гнева, приняла лошадиную дозу снотворного. Всю дорогу до больницы медики пытались делать промывания и поддерживать жизнь организма, к моменту передачи на руки коллег в клинике она еще дышала, но на душе все равно было неспокойно. Ближе к часу ночи был вызов на квартиру, где женщина застряла головой в оконной решетке и оглушительно вопила на весь квартал, потом роды в застрявшем лифте — особую пикантность вызову придавал тот факт, что роженица оказалась азиаткой, знающей только два слова на английском. Дин с напарником Адамом орали ей указания через двери, пользуясь адаптированным электронным переводчиком в телефоне, чтобы женщина понимала хоть что-то, а потом явился ее муж и начал махать кулаками, не разобравшись что к чему. К шести утра бригада едва стояла на ногах, но смена продолжалась. Очередной вызов привел их в квартиру с выставленной дверью, внутри уже была полиция, и командир наряда — лысый, как колено, краснолицый мужик — орал на кого-то, сидящего на диване.

— Сэр, вы понимаете, что полагается за ложный вызов? Я могу выписать вам штраф прямо сейчас. В это время, возможно, кого-то убивают, а мы вынуждены тратить время на вас!

В ответ раздавалось невнятное мычание, и Дин решил, что это просто чья-то шутка или вызов слабоумного.
— Ложный вызов, офицер? Мы не нужны? — поинтересовался он у полицейского.

— О, медики! Нет, вы тут как раз к месту, полюбуйтесь на идиота, — хохотнул коп, указывая на диван.

Дин прошел в комнату, подталкиваемый Адамом, любопытство которого временами здорово мешало жить, и рассмеялся, не выдержав. На диване сидел мрачный кудрявый парень с лампочкой во рту и бросал гневные взгляды на присутствующих.

— Э-э-э, — издевательски покачал головой парень, всем своим видом изображая фразу «очень смешно».

— Приятель, это что, шутка? — широко улыбаясь, спросил Адам.

Пострадавший отрицательно покачал головой.

— Тогда, может быть, спор? Ты получил денег за это?

Снова отрицание.

— Дин, слушай, я все понял. Тут явно не обошлось без дури. Офицер, вы проверили этого типа по базе, может, он замечен в торговле наркотиками?

— Судя по нашим данным, парня зовут Эйдан Тернер и он бармен в клубе неподалеку. Сегодня ночью он уже вызывал полицию в связи с ограблением в квартире, — лысый коп шумно почесал макушку и усмехнулся. — Странный способ переживать кражу, а, мистер Тернер?

Эйдан закатил глаза и показал на лампочку у себя во рту. Интересно, какой ответ думает услышать этот тупица? Носатый развеселый медик, общавшийся с копом, уже бесил Эйдана так, словно они прежде учились в одной школе и враждовали не меньше пяти лет. Второй врач зевал, улыбался, почесывал нос, а потом достал из кармана конфету и сунул ее в рот.
— Ладно, офицер, мы займемся парнем, вы делайте что требуется, — негромким и вполне дружелюбным голосом сказал он.

— Нмубубу! — радостно согласился Эйдан и активно закивал.

Он понадеялся, что хоть кто-то не будет над ним ржать и нормально поможет.

— Ты умеешь вынимать лампочки? — неугомонный помощник явно получал удовольствие от происходящего.

— Приходилось однажды, — пожал плечами Дин.

Он раскрыл чемоданчик с медикаментами для экстренной помощи, на всякий случай приготовил обеззараживающий раствор, которым промывают раны, и склонился над Эйданом.
— Да уж, парень, ты большой молодец. Скажи мне, ты хотел найти себя, осветить потемки души или просто проверить, пойдет ли свет из ушей?

— Эао!!! Мфуу! — возмутился Эйдан.

— Угу, вот тут я с тобой согласен, — медик уверенными движениями ощупывал его челюсть, — именно что «мфуу», даже дважды. Знаешь, эксперимент крайне неудачный, ведь тебе некуда вкручивать патрон, так что света не будет. К тому же, когда лампа нагреется, станет очень горячо, и ты вряд ли полюбуешься на свои сияющие уши.

Голос врача был приятным и мягким, но Эйдан все равно бесился, не желая воспринимать все в шутку. Ему было больно и стыдно, поэтому он сверлил взглядом синюю нашивку с именем медика, лелея надежду, что когда все закончится, он накатает жалобу о хамстве сотрудников, а может даже подаст в суд на компенсацию морального вреда, если полицейские подтвердят его слова. У этого Дина О'Гормана была рыжеватая щетина на лице и горле. Светлые глаза покраснели от усталости — ну да, ночная смена же. Его коллега с интересом наблюдал за манипуляциями товарища, пока тот трогал, почти гладил теплыми и шершавыми пальцами где-то под ушами Эйдана.

— Так вот, я думаю… — он внезапно нажал куда-то, где челюсть крепилась к черепу, и Эйдан заорал от резкой боли, потому что его рот непроизвольно раскрылся шире, — что лучше сходить на УЗИ или гастроскопию, если так уж не терпится взглянуть на свой внутренний мир!

Абсолютно целая лампочка поблескивала в руке Дина, Эйдан моргал от белых вспышек в глазах, лихорадочно размазывая выступившие слезы. Челюсть нещадно болела, а где-то под ушами появилось отвратительное ощущение надутых пузырей, от которого хотелось постоянно сглатывать.

— Здорово! — уважительно протянул второй медик, широко улыбаясь.

Эйдан совершенно не к месту подумал о том, что этому носатому Адаму очень нравится его напарник.

— Это было не очень сложно. Держи, Эйдан Тернер, — Дин протянул хозяину квартиры кусочек его собственности. — Не делай так больше, хорошо? Ох, нет-нет, дружочек, говорить пока не получится, ты же челюсть потянул, мышцы не в тонусе. Через несколько часов все придет в норму, так что потерпи. Я бы тебе советовал лед приложить, найдется?

Эйдан вяло кивнул, отводя взгляд. Он чувствовал, что еще немного этого отеческого издевательского тона, и он разобьет лицо своему спасителю.

— Вот и славно. Адам, собираемся, мы здесь закончили. Скоро конец смены, какое счастье!

Спустя несколько минут Эйдан остался один. В квартире медленно оседала тишина, кружились пылинки в первых лучах солнца, с лестницы доносились звуки чьих-то шагов и разговоров. В город пришел новый день.
***
Отвисающую челюсть пришлось подвязать, чтобы не выглядеть совсем уж дебилом. Соседи по очереди заглядывали в выставленную дверь, некоторые сочувствовали больным зубам, а Эйдан вымученно кивал и делал вид, что все в порядке, собирая мусор в пакеты. Лед он сунул в повязку, и теперь чувствовал, как медленно успокаивается тянущая боль. Курить было все еще неудобно, поэтому пришлось довольствоваться парой затяжек. Как только речь вернулась хотя бы частично, Эйдан вызвал слесаря и заказал пиццу, а после починки двери и плотной еды проспал до самого вечера. Он смог выбраться за покупками только к ближе ночи. К счастью, деньги дома он не хранил, справедливо считая квартирку легкой добычей, но теперь находиться там было особенно неуютно. Эйдан купил зарядник для телефона, еды на пару дней, пива; в магазине бытовой техники приценился к телевизорам и бритвам, повздыхал и ушел домой с чайником ядрено-желтого цвета (на них удачно объявили большущую скидку). Какое-то время придется бриться дурными одноразовыми станками и смотреть айфон, ничего тут не поделаешь. Но за пару недель он наверняка наскребет в баре чаевых и забытых пьяными клиентами денег, а там еще и зарплата подоспеет, так что хотя бы нормальную бритву получится взять. А если удачно попасть на скидку — то и большой новый телевизор.

Под веселый шум вскипающего чайника Эйдан подключил телефон к розетке и возрадовался его возвращению к жизни. Однако, радость вышла кратковременной и недолгой. В пришедших сообщениях значились два звонка от Ричарда и один от сменщика. Текстом первый спрашивал, все ли у Эйдана хорошо, а второй сообщал о недостаче в баре и предлагал списать все на вчерашнюю драку. Чуть позже пришло заблудившееся сообщение от Сары — подруга по колледжу радостно уведомляла о том, что прилетает через неделю, и по этому поводу хочет увидеться и погулять по городу вместе. Эйдан всегда подозревал, что нравится ей, поэтому стоило соблюдать дистанцию.

Ричарду он написал «У меня все хорошо, почему ты спрашиваешь?», а Робу ответил коротким «ОК». Вряд ли это он тырил выпивку или деньги, скорее всего, и правда во время драки кто-то ухватил в кутерьме. Ричард тут же попытался перезвонить, но Эйдан сбросил — ртом он все еще владел не слишком уверенно, не хватало еще, чтобы бывший любовник решил, будто он тут напивается с горя!

«Почему ты сбрасываешь звонок? Я просто хочу поговорить!»

«А я не хочу. У меня был трудный день».

«Я понимаю, ты расстроен. Это пройдет, ты найдешь кого-то лучше. Ты заслуживаешь лучшего. Возьми трубку, пожалуйста».

«Неа. Не расстроен. Все ОК. Давно нашел, кстати, просто не знал как тебе сказать».

После этого сообщения Ричард на некоторое время замолчал. Эйдан блефовал, но не для того чтобы обидеть его, а чтобы тот уже отвязался от него со своими завуалированными извинениями. В конце концов, говорил сам себе Эйдан, он действительно не был влюблен в Рича. Секс случался неплохим, это правда, но на этом все. Тем не менее, как приятно было думать о том, что Ричард сейчас перебирает все события последнего времени, вспоминая — а на самом деле придумывая — ситуации, где было бы заметно, что у Эйдана появился кто-то еще. Он прорезался снова через полчаса.

«Я хотел бы забрать свои вещи».

«Прости, друг, я их уже вынес! Могу сбегать до мусорных баков, может, бомжи еще не все растащили?»

«Не нужно. Ты уверен, что с тобой все хорошо?»

— Ричи, да прекрати ты загоняться, — усмехнулся Эйдан, но в ответ написал другое:
«Да, все отлично, ты выяснил все, что хотел? Немного отвлекаешь».

«А, ты не один. Прости, я исчезаю. Счастья тебе».

Последнее слово, разумеется, должно было остаться за Ричардом. Эйдан посмеялся бы, но правда была в том, что какой-никакой, это был близкий человек. А теперь уже нет, и никого другого у Эйдана тоже нет. А еще секса не было, и уже больше двух недель, если не считать упражнения в душе по утрам. Но все это наверняка можно исправить, если очень захотеть.

На работу он немного опоздал. Влетел ураганом, по пути извиняясь перед Робом.

— Слушай, ты чего такой растрепанный, Эйдан? Все в порядке?

— Вроде того. Не поверишь — меня обокрали! Вынесли из квартиры телек, ноут, даже бритву! Пока полиция, пока убрался, мастера дождался, поспал... прости, ладно? Опоздай тоже завтра, если хочешь, идет?

— Погоди, как обокрали? Может, помощь нужна, деньги?

— Нет, спасибо, я справлюсь. Правда, Роб, все нормально! Давай, иди, а то твоя опять прибежит скандалить!

— Ну смотри. Но если что надо — ты не стесняйся, слышишь?

Слова поддержки от Роба немного подбодрили Эйдана, и мир уже не казался таким однозначно мерзким. Все как-нибудь образуется.
***
— Уверен, что не хочешь остаться у меня? — Адам не мог не попробовать еще раз.

— Уверен. Не волнуйся так, мне нужен минимум удобств, ты же знаешь! Я вообще могу спать стоя, как лошадь, — Дин сонно улыбнулся, вливая в себя половину стаканчика растворимого кофе. — Гадость какая!

— Тогда я утром принесу тебе поесть, идет?

— Отлично, спасибо! Я как раз пробегусь по окрестностям, узнаю, кто здесь сдает квартиры, может, что-то и найдется.

На самом деле Дин бы с радостью перекантовался в гостиной у друга, например, на диване, но он прекрасно знал, что у Адама в планах ни разу не диван и не гостиная, а потому считал нечестным дразнить его. Адам был хорошим парнем и замечательным напарником, но совершенно не в его вкусе. Поэтому Дин предпочел бы, чтобы их и дальше связывала дружба только по работе.

Что и говорить — выселение со съемной квартиры стало неприятным сюрпризом. И ведь почти два года все проходило спокойно — во время визитов хозяйки рыжий паразит тихо сидел в кладовке за коробками, но в этот раз ему приспичило сунуть нос в пыльный угол и расчихаться. В общем, если опустить безобразный скандал и замаячившую финансовую дыру в счетах Дина, связанную с перспективой экстренного поиска жилья, уже на следующий день два бомжа пополнили численность бездомного населения города. Дин старался не унывать. Возьмет побольше дежурств, выспится в пересменках, душ и туалет есть на станции. Главное что все живы и здоровы.

— Гаденыш ты лохматый, — бормотал Дин, целуя рыжую макушку, — не брошу я тебя, не бойся!

Гаденыш вздыхал и горячо сопел в ухо. Ему было решительно все равно, где спать — в квартире, в машине или в подвале станции скорой помощи, да хоть на картонке под мостом, лишь бы рядом был Дин.
***
Ричард появился из ночной темноты и людского гула, как древний демон, нарисованный завитками сигаретного дыма. Только что не было его, и вот уже сидит за стойкой, сверлит холодными глазами, улыбается слабо. Эйдан вздрогнул, но постарался не подать вида, что удивился.

— Привет. Как обычно?

— Привет. Да, если можно, — вежливо кивнул Ричард.

— Отчего же нельзя, — фыркнул Эйдан, привычно организуя коктейль. — Как мама, уже уехала?

— Хорошо, спасибо. Да, проводил ее вчера днем. А ты как?

— Отлично! — Эйдан постарался улыбнуться как можно более беззаботно.

— Я слышал, тебя ограбили, — Ричард покачал бокал в пальцах, с интересом изучая содержимое.

— Ничего серьезного. Вынесли телек, ноут, пару мелочей.

— А потом ты вызывал 911.

— Ты следишь за мной? Рич, ты же сам звонил вчера и героически сообщил, что между нами нет искры, и никаких перспектив не светит. Может, перестанешь уже беспокоиться обо мне и займешься своими делами, теми, что с искрой?

— Ты обиделся, — удовлетворенно усмехнулся Ричард.

— Конечно, я обиделся! Очень неприятно, когда тебе после двухнедельной разлуки говорят, что все кончено, причем даже не потрудившись взглянуть в глаза! Но это уже совершенно не важно, так что не беспокойся. Найти партнера для секса в наше время не так уж сложно.

— И кто это? — цепкий взгляд впился в лицо Эйдана, надеясь уловить малейшие намеки на ложь. — Твой светленький симпатичный сменщик?

— Роб? Да ты спятил. У него чудесная невеста, и потом, никаких романов на работе, у меня правила!

— Тогда кто? Мне просто интересно, Эйдан.

— Какая разница? Моя жизнь тебя больше не касается.

— Я думаю, ты врешь мне. Никого у тебя нет, ты все это придумал в надежде заставить меня ревновать, — проницательно улыбнулся Ричард.

— Его зовут Дин, — сам не зная зачем выпалил Эйдан. — Ты доволен?

В памяти сами собой всплыли картинки, как кадры в фильме — рыжеватая щетина, мягкая линия губ, нос с едва заметной горбинкой, усталые глаза в обрамлении светлых ресниц. И ощущение, память на коже — теплые пальцы, их уверенные движения. Эйдан сглотнул. Определенно, с сексом надо что-то решать в ближайшее время.

— Дин? — бровь бывшего любовника дернулась, похоже, он перебирал в уме всех знакомых, близких и дальних. — Как вы познакомились?

— Случайно. Он врач, — вдохновенно продолжил рассказ Эйдан, мысленно извиняясь перед практически незнакомым Дином О'Горманом, — и у нас с ним много общего.

— Этот Дин бывает у тебя дома?

— Конечно! Ричард, мы взрослые люди, не обжиматься же нам по подъездам и подворотням!

Краем глаза Эйдан видел, что охранник закрывает дверь. Последние посетители расползались, у стойки был только Ричард. Значит, уже утро, скоро можно будет домой, поспать и поджарить мясо, купленное вечером. Может, снять кого-то...

— Эйдан, послушай! — Ричард придвинулся и зашипел, глядя прямо ему в глаза. — У тебя остались мои вещи? Наши фото, или что-то в этом роде? Он их видел?

— Эммм... что?

— Ты понимаешь, что это опасно для меня? Что если он кому-то расскажет о наших отношениях? Это может плохо сказаться на моей репутации! Загубить карьеру!

Брови Эйдана взлетели вверх, он беспомощно открывал рот, не в силах выдавить ни звука. Он думал, что Ричард расспрашивает его о новом друге потому что ревнует, жалеет о своем поспешном решении, а его беспокоила только собственная безопасность, имидж его трусливой задницы!
— Мы закрываемся, — сообщил он, механически улыбаясь и глядя поверх плеча Ричарда.

— Что? — похоже, тот опешил от резкого перехода и растерял при этом изрядную часть уверенности.

— Бар закрывается, сэр. Ждем вас вечером, — продолжал благожелательно улыбаться Эйдан.

— Это просто глупо, Эйдан! Прекрати паясничать и отвечай мне!

— Сэр, я сейчас охрану позову!

Последняя фраза отрезвила Ричарда, он выдохнул, поправил пиджак и встал из-за стойки.

— Ну что же, тогда мы идем к тебе. Я должен убедиться, что у тебя не осталось моих вещей, и что твой новый дружок не может быть опасен для меня.

— Я тебя не приглашал. Просто оставь меня в покое, ясно? У меня нет никакого желания портить тебе карму и плести интриги, но если ты будешь очень настойчив — гарантирую тебе, оно появится!

За время препирательств Эйдан прибрал стойку, и теперь только сердито зыркнул, схватил куртку и собрался шустро слинять через черный ход. Ричарда в баре знали, так что ничего страшного не было в том, что бармен ушел раньше постоянного посетителя. Однако не тут-то было: бывший любовник, обеспокоенный своей репутацией, мог поставить рекорд мира по скорости реакции.

— Отвяжись от меня! — кричал Эйдан, пытаясь скрыться в жиденьком потоке прохожих.

— Прекрати убегать! — не сдавался Ричард, лавируя между сонными горожанами.

Просто так удрать не получалось, поэтому Эйдан рискнул. Он выскочил на проезжую часть, пользуясь тем, что машин здесь не слишком много, и бодро поскакал на ту сторону. Многие тормозили и матерились на придурка из окон, но ему было наплевать, по большому счету — до спасительного тротуара оставалось всего пара метров. Эйдан толкнулся от асфальта, планируя в один прыжок достичь бортика, и тут что-то пошло не так. Он почувствовал только резкий толчок чуть выше колена; земля приближалась с какой-то немыслимой скоростью, пока сильно не впечаталась Эйдану в лоб, в ту же секунду на границе восприятия кто-то визгливо закричал, а потом боль взорвалась двумя горячими бомбами в бедре и в голове разом.

Перед глазами все плыло, смотреть на свет стало больно, внешний шум смешивался с натужным гулом в голове. Кто-то придерживал его за плечи, вокруг собиралась толпа. Эйдан с трудом рассмотрел Ричарда на той стороне — он был бледен и старался не привлекать к себе внимания, очевидно, боялся, как бы кто не догадался, что все случилось из-за него. Он стоял у светофора и ждал зеленого, чтобы перейти на эту сторону.

— Пожалуйста, пропустите, я врач!

Возня в толпе, появившаяся минуту назад, обрела голос и внешность — невысокого взъерошенного медика, который на работе носил бирку с именем «Дин О'Горман».
***
Дин проснулся рано, но не потому что выспался — просто замерз. Конечно, это рыжий паразит спер его одеяло и радостно устроил себе гнездо! Дин сбегал в душ до пересменки, пока все душевые были свободны, и решил прогуляться по окрестностям, чтобы убить время. Район был не самый тихий, но и не слишком шумный. Близость к центру располагала к активности, поэтому везде виднелись вывески магазинчиков, кафе и баров. Прежде Дин жил довольно далеко отсюда, и бывал в этих местах только по работе, так что гулять подобным образом ему не приходилось. Он шел по небольшой улице, застроенной четырех- и пятиэтажными кирпичными домами; возле тротуаров росли большие деревья, корни которых скрывали витые чугунные решетки. Кое-где сидели цветущие по случаю весны кусты, встречались люди на пробежке, собачники с питомцами и пакетиками, дети на самокатах. Возможно, получится найти квартиру или комнату неподалеку? Место симпатичное, и до работы рукой подать. Вчера был вызов в этом районе — тот парень, что хотел проглотить лампочку, кажется, жил где-то здесь. Точно, вон в том доме, на четвертом этаже! Окна на улицу, в одном плакат с выступления группы в баре — это то самое место. Любопытно это: вторгаешься в чужие жизни, цепляешь краешком, как ручной фонарик, освещающий в темноте отдельные предметы. А что дальше, за ними? Этот Эйдан, например — что у него произошло? Может, долги, уличные разборки, или наоборот, все очень прилично. Родители общаются с ним по скайпу вечерами, а он любит пиво и фильмы про пляж. Кто знает? Не зайдешь же просто так, только потому, что пациент оказался симпатичным, не спросишь, как у него дела и что он любит есть на завтрак…

Дин свернул в переулок и вскоре вышел на более крупную улицу. Здесь было больше машин и вывесок, да и встречных людей тоже. Ранний офисный планктон в костюмчиках, школьники, уличные работники — все казались милыми и приятными людьми. Утро вообще собиралось быть прекрасным, ровно до визга тормозов немного позади и чьих-то криков. Дин не думал, это была скорее привычка — торопиться, потому что кому-то может быть нужна помощь. Толпа у перехода, растерянный водитель, повторяющий «не знаю, откуда он выпрыгнул!», подозрительно знакомая кудрявая шевелюра… Ба, да это же старый приятель! Сердце подпрыгнуло к горлу и сделало кульбит. Дин моргнул, медленно выдыхая. Неужели так понравился? Надо собраться, парень мог пострадать. Он присел рядом с Эйданом, быстро оценивая ущерб. Крови практически нет, хотя это ничего не значит…

Эйдан мысленно чертыхнулся. Не хватало только здесь этого тролля-самоучки, как раз когда у него появилась гениальная идея назвать Ричарду это имя! Он уже приготовился услышать очередную шуточку, но вместе со звуковым сопровождением пешеходного перехода что-то щелкнуло в его голове, он потянулся к склонившемуся над ним Дином и прошептал, отчаянно глядя в его глаза:
— Помоги мне!

Тот, кажется, опешил. Может, подумал, что Эйдан ушибся слишком сильно, или просто пьян, но замешательство его длилось всего пару секунд.

— Конечно. Интересная у тебя жизнь, Эйдан Тернер. Куда же ты так спешил?

Его руки отодвинули волосы со лба, Дин осторожно осматривал место ушиба, любуясь наливающейся на глазах шишкой.

— Не «куда», а «от кого», — успел шепнуть Эйдан, краем глаза отмечая позади обступивших их людей знакомую аккуратную прическу.

— Ясно. Пошевели ногой, можешь? А согнуть? — Дин придерживал колено, сосредоточенно глядя на пострадавшего и фиксируя проявления боли.

— Ох, Дин! Как хорошо, что это ты!

Он опомниться не успел, как оказался в объятиях Эйдана, который цеплялся за него с упорством утопающего и умудрялся при этом свирепо сопеть. Дин смешно хрюкнул, в его глазах мелькнуло удивление, а затем загорелись озорные огоньки.

— Конечно я! Так и знал, что ты попадешь в историю, Эйдан, глаз да глаз за тобой нужен! Вроде бы перелома нет, и то хорошо…

— Слушайте, давайте без полиции, а? — вклинился в беседу водитель. — Я не знаю, откуда вылез этот парень, я ехал на зеленый!

Дин вопросительно посмотрел на Эйдана и, дождавшись его короткого кивка, согласился.

— Да езжайте уже. Вроде бы ничего серьезного, мы тут сами управимся.

Эйдан готов был расцеловать понятливого Дина за то, что согласился ему подыграть. Лицо Ричарда выражало сдержанное удивление в гармоничной смеси с презрением; Эйдан всегда считал, что ему стоило стать актером — до того богатой была мимика любовника.

— Идти сам сможешь, или мне позвонить парням со станции? — Дин успокоительно погладил Эйдана по спине.

— Попробую. Ох, угораздило же меня...

Люди вокруг постепенно расходились, возвращаясь к своим делам — зрелища не получилось, раз нет жертв и крови всего две капли. Ричард плавно перемещался между зеваками, стараясь не привлекать к себе внимания и одновременно слышать разговоры.

— Ты чего на красный побежал, куда спешил-то? — Дин подставлял плечо, чтобы Эйдану было удобно опираться на него.

— Хотел успеть домой пораньше, завтрак приготовить!

Эйдан постарался ласково улыбнуться, и понял, что получается само собой, вполне непринужденно. Это было логично, он на самом деле хотел бы отблагодарить Дина за помощь и сообразительность.

— О, вот оно как! А я думал встретить тебя и сходить куда-нибудь вместе, попить вкусного кофе, — Дин рассмеялся и почесал щетину.

Эйдан заморгал удивленно от странного чувства в горле, и вдруг подумал, что у него сто лет не было таких отношений, чтобы они ходили вдвоем куда-то, смеялись и вели себя как придурки. Влюбленные придурки.

— Мне теперь с разбитой рожей только в кафе, — мрачно усмехнулся он. — Пойдем домой? Кофе я тоже неплохо варю.

— Конечно, — кивнул Дин, — тебе бы полежать надо. Я посмотрю что там с ушибом бедра, да и голова у тебя пострадала.

— Мне к семи обратно в бар, надо себя в порядок привести, — пожаловался Эйдан, вполне уверенно топая в сторону квартиры.

— Если сотрясение мозга — то я тебя в клинику потащу, так и знай!

— Зануда!

Посмеиваясь и нежно обнимаясь, они добрались до дома, где жил Эйдан. По пути Дин купил бутылку минеральной воды и заставил своего беспокойного пациента запихнуть ее в карман джинсов, чтобы хоть немного охлаждать пострадавшее бедро. Подъем на четвертый этаж без лифта превратился в забавное приключение, но выдохнул Эйдан только заперев за собой и Дином дверь.

— Слушай, друг, ты меня так выручил! Просто слов нет, как я тебе благодарен.

— Погоди благодарить, я же тебя еще лечить собираюсь, — улыбнулся Дин, — а ну как ты с горя лампочек наешься, или голову в горшок засунешь? Лучше расскажи, что это был за театр, от кого ты спасался?

Он вполне по-хозяйски стянул кроссовки, повесил легкую куртку в прихожей и прошел в ванную, чтобы помыть руки.

— Да так, один приставучий тип. Наврал ему, что у меня есть любовник, и сдуру брякнул твое имя, — отозвался Эйдан с кухни. — Не подумай дурного, просто первое, что вспомнилось. Ты выпить хочешь?

— Кофе. Ты мне кофе обещал, с утра самое то. Но сначала я осмотрю твои травмы, — Дин пришел к нему и сунул нос в холодильник. — Лед остался? А что есть из медикаментов? Так, дай я сам тут покопаюсь, а ты иди ложись и раздевайся!

— Что, так сразу? А поцеловать? — Эйдан состроил дурашливое лицо, но из кухни пропал. — Раздеваться полностью или трусы можно оставить?

— Ну, если в трусах что-то болит, то лучше полностью, намажу йодом! — хохотнул Дин, выгружая лед в тарелку. — Мне понадобятся чистое полотенце и салфетки!

— Полотенца в шкафчике в ванной, салфетки на холодильнике! — с готовностью отозвался пациент из комнаты.

Дин копался в шкафах у Эйдана и удивлялся тому, как легко находит нужные вещи. Словно этот смешной парень думает точно так же, и раскладывает вещи так, как сделал бы это он сам. Появившись в гостиной с тарелкой льда и вспомогательными средствами, Дин едва не рассмеялся. Эйдан возлежал на диване в позе Данаи, главное отличие было только в футболке и пронзительно-голубых трусах.

— Синяк будет впечатляющий, — вздохнул он, кивая на ногу.

Да Дин и сам видел: алые с фиолетовым переливом разводы красовались чуть выше колена и дальше, почти до верхней части бедра. Хорошо хоть перелома нет.

— Да уж, ты просто красавчик. Так, возьми, — Дин завернул кусок льда в салфетку, — держи на лбу. И терпи, я помучаю тебя немного.

Он протер кожу на ушибленном месте салфетками, сложил полотенце и напихал туда льда, стараясь укрыть холодом всю пострадавшую область.
— Полежи так немного, пусть опухоль спадает.

Эйдан терпеливо сносил все мучения, разве что немного щурился и шипел сквозь зубы. После команды он послушно замер, сосредоточенно пялясь в потолок.

— Можно вопрос? — нарушил повисшее молчание Дин.

— Валяй!

— Лампочка... зачем? Мы с напарником головы сломали, миллион предположений изобрели...

— О, я так и думал, — вздохнул Эйдан со смешком. — Дай мне айфон, пожалуйста. В кармане джинсов, справа. Ага, спасибо. Был бы телек — я бы на удобном экране показал, а пока только так.

Он перемотал фильм на нужный момент и повернул экран к Дину. Тот некоторое время смотрел, не отвлекаясь, а Эйдан наблюдал за ним. Как двигаются глаза, чуть приподнимаются брови, как трогает губы легкая улыбка. Дин был из той породы парней, которых сложно назвать красавцами, но есть в них что-то милое и привлекательное, затягивающее, как катание на карусели или легкий наркотик.

— Ты серьезно? Решил попробовать... как в кино?

— Ну да. Глупость такая, я понимаю. Наверное, у меня так стресс выходит, — рассмеялся Эйдан, поправляя салфетку на лбу.

— Стресс? Тяжелый день был? Ах, да — полицейский сказал, что тебя вроде бы ограбили, верно?

— Ага. Выставили дверь, вынесли все, что смогли. Ну и до этого там, всякое. В баре драка была, Ричи довел тоже.

— Ричи — это тот тип, от которого ты бегал сегодня? — Дин чуть прищурился.

— Ага, — неохотно согласился Эйдан. — Ты извини, что я тебя так нагло использовал, втянул в свои проблемы.

— Нет, ничего, я понимаю.

Дин собрался с мыслями, взглянул на стопку журналов на столике, на плакат с полуголым парнем, перевел взгляд на виноватое, но все равно красивое лицо Эйдана.
— Он твой бойфренд, да?

— Эм... нет, не совсем. Мы спали иногда, но отношениями это назвать сложно. Скажем так — у нас случался секс.

— Любишь его?

— Кого — Ричарда? — Эйдан фыркнул. — Не думаю. Обиделся немного, но это потому что две недели уже на самообслуживании.

— Теперь он наверняка от тебя отстанет, — мягко улыбнулся Дин, глядя куда-то в окно.

— Прекрасно, — вполне искренне выдохнул Эйдан.

— О, черт! — Дин подпрыгнул, из кармана его джинсов заиграла веселая мелодия. — Извини, это напарник... я про него совсем забыл!

Он выскочил с телефоном в коридор, но Эйдан все равно слышал разговор.

— Да, привет, Адам! Простиии, я совсем забыл! Да тут маленькая авария, помогаю парню. Нет, ничего серьезного, ушибы, вроде как. Недалеко, помнишь, куда вчера ездили, парень с лампочкой? Ага. Не поверишь — он же! Вот такая жизнь. Слушай, да, я ужасный человек, забыл про него. Покормишь? О, Адам, спасибо тебе огромное! Да, можете поиграть, у него игрушки с собой, мячик он любит сейчас больше всего. Скоро буду, да. До встречи.

Дин вернулся в комнату, немного красный и смущенный.

— Сын? — поинтересовался Эйдан.

— Коллега. Ты его вчера видел, мы вместе были.

— Да нет, это я понял. Ты говорил о ком-то, кого надо покормить и поиграть с ним. У тебя сын?

Дин посмотрел на него немного странным взглядом, но улыбнулся.
— Вроде того. Хороший парень.

— Понятно, — Эйдан кивнул и отвел взгляд. — Ну что, долго мне еще лежать в мокром полотенце?

— Ох, конечно же нет! Давай, снимай его, так. Я нашел у тебя гепариновую мазь — откуда? Неужели так часто влипаешь в неприятности?

— Мазь? Ох, я про нее и забыл! Нет, не так уж часто, на самом деле. Зимой неудачно упал, ушиб колено. Тогда врач мне ее прописал, но все прошло, а часть лекарства осталась. Жалко было выкидывать. Ты ее в шкафчике нашел?

— Ну да, как раз за нарядной коробочкой с презервативами, — буднично кивнул Дин. — Сейчас намажу тебя, и потом можно будет еще холодное приложить.

Он открыл тюбик и выдавил немного мази на пальцы. Эйдан сглотнул и отвернулся. Он чувствовал сейчас совсем не то, что должен был, и не хотел привлекать внимание Дина к своим проблемам. Обычно мысли о неоплаченных счетах помогали в этом случае, или план уборки в туалете, или же воспоминания о том, как однажды клиент в баре заблевал весь зал... Руки у Дина были теплые и сильные, он растирал мазь по ушибу деликатно, не нажимая слишком сильно и не касаясь особенно чувствительных мест, но это не спасало Эйдана. В голове не осталось места мыслям о чем-то еще, потому что профиль Дина, сосредоточенного и золотистого в солнечных отсветах, казался вырезанным из мрамора. Эйдан сглотнул и зажмурился. Он уже ничего не мог изменить.

Дин замер, убрал руки, потом коротко хмыкнул.
— Это так сказываются две недели самообслуживания, или я что-то не то задел?

— И-извини. Наверное, все вместе. Не обращай внимания, хорошо? — выдавил Эйдан, заливаясь краской и отводя взгляд.

— Хм. А если я не соглашусь не обращать внимания? Я врач, Эйдан, я обязан помогать людям даже в очень странных ситуациях!

Пальцы скользнули под резинку, отодвигая в сторону эластичную ткань. Эйдан вздрогнул и закусил губу — он уже сутки отгонял от себя мысли об этих руках, об их тепле, о том, как приятно похрустывает рыжеватая щетина, когда скребешь ее ногтями, и как, должно быть, жарко умеют целоваться эти губы с плавным изгибом…

— Презервативы… в ванной, — шепнул он, зажмурившись до белизны.

— Я знаю, — выдохнул Дин в его рот, коротко лизнув губы.

Эйдана трясло. Это не было похоже на страх, скорее на удар током, от которого долго не можешь унять дрожь в пальцах и коленях. Он стянул футболку через голову, путаясь в ткани и чертыхаясь, попутно соображая, не удобнее ли будет перебраться в спальню. Хотя, если по правде, то сейчас он был готов трахаться даже на лестнице, и не мог точно определить, потому что с Дином, или потому что очень хочется. Эйдан стиснул в пальцах до боли налившийся член и выгнулся, едва не воя от переполнявшего желания.

— Ароматизированные или рифленые? — Дин бесшумно возник рядом, лучезарно улыбаясь.

— Дин, мать твою… не пугай так! Сам какие больше любишь? — сглотнул Эйдан, пожирая взглядом его обнаженную грудь.

— Ты чего так нервничаешь, Эйдан? Секс — это удовольствие, а не ответственная работа!

Одно из двух: либо длительное отсутствие физического контакта действовало так, либо Дин трахался как бог. Вряд ли гепариновая мазь была причиной того, что Эйдан рычал, царапал его спину, сам толкался навстречу распирающему удовольствию и кончил слишком быстро, чего не случалось с ним уже очень давно. Он блаженно урчал и бесконечно гладил Дина, пока тот продолжал двигаться и тереться животом о его опадающий член. Дин тихо постанывал ему в шею и сдерживался, чтобы быть ласковым. Кончая, он вскрикнул и широко распахнул глаза, показавшиеся Эйдану зелеными от страсти.

Некоторое время в комнате слышались только тиканье часов и тяжелое дыхание.

— Ты обещал мне кофе, — прошептал Дин, целуя Эйдана в грудь.

— Угумф… — сонно пробормотал тот, — сейчас. Ты самый лучший врач в мире, Дин.

— Точно. Теперь ты даже не соврал своему Ричарду насчет меня.

Эйдан поморщился, мягкую истому как рукой сняло.
— Ну вот, все испортил, — он сел на диване и запустил пятерню в волосы, надеясь немного пригладить бардак.

— О, ну прости! Давай, испорть настроение и мне, — Дин приподнялся на локтях и с улыбкой смотрел на него.

— Ты женат?

— А? С чего ты взял?

— Ты сказал, что у тебя сын.

— Ох, нет, нет-нет, я не женат. И не был женат, если что, — рассмеялся Дин. — Черт, Эйдан, отличная шутка!

— Замечательно.

Эйдан встал, даже не потрудившись прикрыться, критически осмотрел свой синяк.
— Да я просто королева красоты!

Под одобрительное хмыканье Дина он прошлепал босиком на кухню, загремел оттуда посудой.

— Какой кофе ты любишь?

— Пусть будет… с сахаром и сливками, если есть!

— Сливок нет, молоко пойдет?

Дин пришел к нему на кухню, деловито выбросил мусор в ведро, даже не спрашивая, где оно находится.
— Думаю да. Я вообще не очень люблю кофе, но ты мне его обещал.

— Ты живешь где-то неподалеку?

— С чего ты взял? — Дин обнял его за талию и прислонился шершавой щекой к плечу.

— Ты не в рабочей одежде, пешком, явно гулял. Просто интересуюсь.

— Я временно живу на станции скорой помощи. Ну, так получилось, долгая история. Вот бродил, осматривался. А тут ты случился…

— А чего у друзей не остался? — Эйдан уверенными движениями управлялся с туркой.

— Не хочется их беспокоить. Адам сам предлагал, но мне бы не хотелось доставлять ему неудобства.

— Потому что ты ему нравишься?

— Ты тоже заметил? — Дин вздохнул. — Он отличный друг и хороший человек. Но я так не могу. Не получается.

— А я плохой человек и не друг вовсе, так? — Эйдан попробовал лягнуть его не глядя.

— Нет. Не знаю. Меня к тебе тянет. Слушай, я не хочу думать, прекрати!

Дин укусил его за лопатку и открыл холодильник.

— На верхней полке мясо, пониже помидоры и яйца, — опередил его вопрос Эйдан. — Я собирался плотно обедать сегодня.

— Это правильно, у тебя же травма. Голова не кружится? Тошноты нет?

— Нет, все нормально. Ноет немного. Слушай, ты… ты мог бы пожить у меня немного. Ну, если хочешь, конечно.

— Но я не один.

— Думаю, уживемся. У меня две комнаты.

— А хозяева квартиры? Они не будут против?

— Не будут, — Эйдан достал чашки и разливал кофе, чуть позвякивая ситечком о фарфоровый край. — Это моя квартира.

— Ого, да ты прямо невеста с приданым, — Дин швырнул сковородку на плиту. — У тебя есть аллергия?

— Чего?

— Я медик, у меня профдеформация! Всегда спрашиваю, когда готовлю, чтобы знать, от чего тебя потом спасать.

— На мистера Симмонса из страховой и когда мою зубную щетку кто-то использует.

— Эйдан, это идиосинкразия. Я спрашиваю об аллергической реакции — сыпь, зуд, приступы астмы…

— Ну… меня может обсыпать, если я съем килограмм апельсинов. Или клубники. Или помидоров. Но, скорее всего, просто пронесет. Так, кофе! — он сунул чашку под нос Дину. — Не дай бог тебе не понравится!

После еды они опробовали и спальню, и душевую, и потом просто валялись поперек кровати, думая каждый о своем. Эйдан чувствовал виском щекотные волосы Дина и представлял, как здорово, должно быть, залезать в постель к нему спящему и целовать золотистую щетину, зарываясь все глубже в одеяльное тепло. А Дин жмурился, словно довольный кот, вспоминая, как Эйдан выгибался в его руках, хватаясь за спинку кровати, и мечтал, что сможет просыпаться пораньше и смотреть, как солнечный луч скользит по подушкам, подбираясь к разметавшимся во сне темным кудрям.
***
Эйдана разбудил писк будильника — пора было вставать на смену в бар. В спальне уже стемнело, но он и без света понимал, скорее чувствовал, что Дина здесь нет. Он встал и прошелся по квартире: так и есть. Не было его куртки и кроссовок, остались только частицы запаха, волосы на расческе и записка на кухонном столе. «Не хотел тебя будить. Мне пора на работу, будь хорошим мальчиком и береги голову!» Вместо подписи была картинка, изображающая Дина в смешных топорщащихся спереди трусах в горошек. В руке нарисованный Дин держал цветочек.

Эйдан не мог понять, что именно его расстроило. Что Дин ушел не попрощавшись? Не оставил номер телефона? Не обещал новой встречи и толком не ответил на его смелое предложение пожить вместе? Хотя, чего тут думать, конечно же он откажется. Эйдан курил в приоткрытое окно и наблюдал за дымом, улетавшим в вечернее небо. Сегодня после смены он, пожалуй, напьется до зеленых чертей.

Из зеркала на него смотрел мрачный тип с сине-фиолетовой шишкой на лбу. Пришлось повязать бандану и выглядеть как парень с рок-концерта. Бедро болело, при ходьбе он здорово хромал, поэтому не без труда отыскал в гостиной мазь и снова втер в больное место. То ли у Дина получалось лучше, то ли просто болеть стало сильнее, но в этот раз вышло совсем уж тяжело. Эйдан поковылял на работу, стараясь настроить себя на общение с клиентами, но вместо этого всю смену высматривал в толпе встрепанные рыжеватые волосы и на вопросы отвечал невпопад. Может, найти эту станцию медиков и спросить там Дина? Эйдан качал головой сам себе и наливал не то и не тем.

Роб почти не опоздал, было только начало третьего. Он критически осмотрел Эйдана, задержал взгляд на шишке под повязкой, хмыкнул и выпроводил домой, упаковав ему с собой бутылку текилы и лайм. Остатка ночи Эйдан не помнил.

Проснулся он от громоподобного стука в дверь и застонал. Кажется, болело все, что только могло болеть, а язык во рту распух и присох к небу.

— Сейчас я… сейчас открою, кого там еще принесло… в восемь ночи?

За дверью все пространство занимала здоровенная коробка, а за ней кто-то растрепанный и сердитый сопел, кряхтел и ворчал.
— Да помоги же ты, не стой столбом! Если я уроню телевизор за две штуки баксов в первый день нашего совместного проживания, я буду напоминать тебе об этом всю оставшуюся жизнь!

Эйдан едва успел перехватить коробку, над ней показалась красная и потная физиономия Дина.

— Приглашение в силе, я надеюсь?

— Ээээ… Да, конечно да! Телевизор ты где спер?

— Купил, — обиженно протянул Дин, с помощью Эйдана втаскивая коробку с гостиную. — В качестве арендной платы.

— Чего не писал?

— Ага, а номер-то я у тебя не спросил! Куда писать? Вот как со смены освободился, побежал вещи собирать, — Дин утер пот со лба и прищурился, глядя на Эйдана. — Так, ты что, пил?

— Немного, — кивнул Эйдан, понимая, что соврать не выйдет.

Он глупо улыбался и мял край коробки, не зная, куда деть руки.

— Тебе нельзя! У тебя травмы, вредно же!

— Ерунда! А твои вещи? И… ты же не один, правильно? — Эйдан постарался перевести тему.

— За дверью. Сейчас я вас познакомлю, — Дин распахнул дверь и выглянул на площадку. — Эй, ты, засранец рыжий, топай сюда!

Из-за большой спортивной сумки показалась очень скромная и растрепанная собачья морда. Обычно такие принадлежат самым отъявленным хулиганам или великим актерам из числа четвероногих друзей человека.

— Эйдан, это Бэтмен. Бэтмен, это Эйдан. Все, вы знакомы, помогите занести вещи!

— Собака? У тебя собака, Дин?

— Ну да. Из-за него меня вышибли с прежней квартиры.

— Ты назвал рыжего лохматого пса… Бэтменом?

— О, ты поймешь, уверяю тебя. Он везде. Он следит за порядком. Он, сука, летает, — Дин закатил глаза. — Так ты мне поможешь или нет?

Бэтмен прошел внутрь, тихо клацая когтями по полу. Он лучше обоих людей знал, что это место будет его домом, потому что настоящий дом — это не стены, не кухня и даже не удобная кровать. Настоящий дом там, где хорошо быть вместе.