Кое-что о Бене

Автор:  lotioniel

Номинация: Лучший ориджинал

Фандом: Original

Бета:  Trinett

Число слов: 4046

Пейринг: ОМП / ОМП, ОМП / ОЖП / ОМП

Рейтинг: NC-17

Жанр: PWP

Предупреждения: Групповой секс, Жестокость, Секс на публике, Смерть персонажа

Год: 2014

Число просмотров: 550

Скачать: PDF EPUB MOBI FB2 HTML TXT

Описание: Когда отец приказал мне присмотреть за Беном, я не очень-то обрадовался. Я никогда его не любил — Бен был тем еще психом. Он называл меня «деткой», завешивал стены фотомонтажными плакатами Хартфилда, коллекционировал трусики своих шлюх и программки бродвейских мюзиклов, не в тему декламировал Шекспира и Хемингуэя, ел мюсли с фруктами на завтрак и раз в месяц ездил кормить своих акул на побережье.

Примечания: Текст написан на ФБ-2012 (левел NC17!kink — NC21) для команды ориджиналов.

Когда отец приказал мне присмотреть за Беном, я не очень-то обрадовался. Я никогда его не любил — Бен был тем еще психом. Он называл меня «деткой», завешивал стены фотомонтажными плакатами Хартфилда, коллекционировал трусики своих шлюх и программки бродвейских мюзиклов, не в тему декламировал Шекспира и Хемингуэя, ел мюсли с фруктами на завтрак и раз в месяц ездил кормить своих акул на побережье.
Но никто лучше Бена не решал деликатные отцовские проблемы, так что с его чудачествами приходилось мириться.
На побережье у Бена была маленькая рыбацкая хижина. Первый день каждого месяца у нас проходил одинаково — на крыльце среди вонючих рыбных очисток. Под звуки «Blue suede shoes» Бен обычно разделывал свиную тушу. Лучшие куски отправлялись в кастрюлю с маринадом, все остальное — в эмалированное ведро.
Вот и сегодня я сидел на деревянной бочке, слушал, как Бен безмятежно подпевает Элвису, и смотрел, как ловко нож скользит вдоль мышечных волокон.
— Жизнь прекрасна, — заявил Бен.
Я счел излишним спрашивать, что привело его к этому выводу. Мне хотелось спать, а еще больше — удавить Бена, но отец бы не одобрил.
Весь день и часть ночи накануне я провел за рулем, да еще и проснулся сегодня в половине пятого утра от весьма смущающих звуков. Стоны и шлепки приглушались тяжелым шерстяным одеялом, но мне с моим чутким слухом задремать снова не грозило. Увы, в хижине была всего одна комната, которая совмещала функции спальни, кухни и кладовой, поэтому вопрос раздела жизненного пространства стоял весьма остро. Путем сложных дипломатических переговоров удалось договориться, что право на кровать остается за Беном, продавленная, вытертая тахта передается в полное мое распоряжение, а прочие вопросы, связанные с вынужденным сожительством, решаются по мере возникновения. То, что Бен может притащить с собой какую-нибудь шлюху из города, мне и в голову не пришло, иначе я бы настоял на дополнении нашего «устного контракта», как назвал это Бен, еще одним пунктом.
— Бен, эй, Бен, — позвал я.
Стоны прекратились, из-под одеяла показалась покрытая выгоревшими волосками рука. Оттопыренный средний палец красноречиво демонстрировал отношение Бена к моим претензиям.
— Бен, — повторил я более угрожающим тоном.
— Неужели хотите присоединиться? — отозвались из-под одеяла. Хриплому голосу Бена вторил высокий женский смех.
Я свесился с тахты, нащупал ботинок и швырнул в сторону кровати. Судя по отнюдь не страстному стону — попал.
— Полегче! — рыкнул Бен, сбрасывая на пол одеяло.
— Доброе утро, миссис Кирк, — выдавил я, рассматривая самый потрясающий бюст, который мне приходилось видеть.
— Здравствуй, Дэнни, — отозвалась она, продолжая раскачиваться на Беновом члене. — Что будешь на завтрак? Оладьи или глазунью?
— Оладьи сгодятся, спасибо.— Я поднялся с тахты и прошлепал босыми ногами к двери. — Пойду пока по берегу погуляю, страсть как люблю гулять в пять утра.
Около полутора часов я бродил по влажному после ночного дождя песку. В сером рассветном небе с криками носились чайки, ближе к холму пара грифов воевали за какую-то падаль. При моем приближении они с шумом взлетели и устроились на одиноком искореженном дереве, наблюдая. Я швырнул подобранным куском известняка в труп животного — после того, как меня в детстве укусила издыхающая лисица, я не рисковал приближаться к тому, что, возможно, лишь издали кажется мертвым. Грифы разразились недовольным клекотом.
— Дэнни! — я обернулся. Миссис Кирк была одета в мятое вечернее платье, ее ошеломительной высоты каблуки вязли в песке. «Неужели Бен настолько хорош, что ради секса с ним можно сбежать с приема и проехать триста с лишним миль?» — подумалось мне. — Дэнни, у меня к вам просьба.
— Да? — я изобразил вежливое внимание, стараясь не пялиться на проступающие сквозь шелк соски.
— Вы же не расскажете моему мужу?
Признаться, у меня было искушение сообщить пикантные подробности нашей утренней «встречи» партнеру отца, но по размышлении я решил попридержать эту информацию до подходящего момента, поэтому с чистой совестью ответил:
— Конечно, нет, миссис Кирк.
Она улыбнулась с облегчением, потом подошла еще ближе, практически касаясь меня своей грудью, провела пальцем по моему плечу и прошептала:
— Вы знаете, я умею быть благодарной. И я всегда, — она положила руку на мою ширинку и ощутимо сжала, — всегда глотаю.
— Не сомневаюсь. — Я осторожно отстранился, несмотря на то, что ее слова завели меня не на шутку. Я не мог не оценить ее тактический ход, но путаться с женой Стивена Кирка не входило в мои планы. — Вам бы поторопиться, думаю, вас заждались в Карсон-Сити.
Улыбка ее померкла. Она с достоинством развернулась и зашагала к хижине.
— До свидания, миссис Кирк, — крикнул я ей в след. В данный момент недовольные птицы и труп енота интересовали меня гораздо больше, чем чьи-то обиды.
Когда я разобрался со стояком и вернулся в хижину, серебристого Morgan Aero 8 уже не было.
— Если бы я вздумал изменять Стиву, я бы выбрал тачку понезаметнее, — сообщил я Бену. Бен ухмыльнулся, вновь показал мне средний палец и продолжил жевать оладьи. Если бы я сам не слил в унитаз его пакет с коксом на грязной заправке на шестьдесят шестом шоссе, то подумал бы, что Бен под кайфом.
После завтрака все еще лучащийся довольством Бен принялся разделывать мясо, а я, не зная, чем себя занять в этой глуши, уселся рядом. Должность няньки при Бене была хлопотной только в городе. Здесь, где в радиусе десяти миль не было никакого жилья, я чувствовал себя почти как на отдыхе.
— Человек осужден быть свободным, — голос Бена вырвал меня из полудремы. Я вяло подумал о том, что Сартр в качестве «туалетного чтива» — это слишком. Впрочем, я не удивился бы, если бы узнал, что Бен действительно дрочит над этими мятыми страницами, которые я обнаружил в ванной.
— Уверен в этом, — отрезал я и снова прикрыл глаза. Через пару секунд нечто влажное и противно-холодное шлепнулось мне на лицо.
Я смахнул со щеки кусок мяса и произнес, как мне казалось, строго:
— Бен, прекратите.
Бен был старше меня на добрый десяток лет, но большую часть времени вел себя как ребенок.
— Я свободный человек и могу делать, что хочу, — заявил Бен. Я подивился такой трактовке философских концепций экзистенциалистов, но промолчал.
Новый окровавленный ошметок оказался значительно крупнее первого. От него у меня на рубашке остался смазанный красный отпечаток. Я чертыхнулся и отправился в дом переодеваться. Покопавшись в рюкзаке, я вытащил шорты с футболкой, потом мстительно потоптался на сваленных в кучу на полу рубашках Бена.
— Вам приходилось ходить под парусом? — примирительно спросил Бен, когда я вернулся на крыльцо.
Я помотал головой. Обычно Бен не брал меня с собой в море, и эти пару часов я лежал в гамаке и читал или чистил оружие.
— Поедете со мной. Вам точно понравится. Надеюсь, вы не подвержены морской болезни, — заявил Бен без тени сомнения в моем согласии. Он оттер руки тряпицей, ухватил ведро, мольберт, коробку с красками и потащил к пирсу. Я последовал за ним.
Старая лодка мягко покачивалась на волнах, полустертые буквы по борту складывались в «Доминикана».
— Я выиграл ее в покер у одного мексиканца, — произнес Бен, хватаясь за канат.
Отец рассказывал мне эту историю. Мексиканец лишился не только лодки, но и головы — в буквальном смысле. Бен ненавидел карточных шулеров и имел обыкновение носить с собой мачете в кожаных ножнах.
— Неужто боитесь? — насмешливо поинтересовался Бен, когда я замялся у борта: лодка не выглядела надежной, а плавал я не особенно хорошо.
Меня всегда было легко поймать на «слабо», так что я перемахнул через высокий борт и устроился на носу.
— Хороший мальчик, — Бен потрепал меня по волосам. Я не переносил чужих прикосновений, и только обещание, данное отцу, удерживало меня от того, чтобы врезать Бену. Бен был в курсе моей фобии и регулярно пользовался своим знанием. Он не уставал повторять, что ему нравится наблюдать за тем, как я краснею от злости.
— Чем быстрее мы выйдем в море, тем быстрее вернемся, — буркнул я. Бен лишь усмехнулся в ответ.
Море было неспокойным, холодный северный ветер гнал дождевые тучи. Я дрожал в легкой болоньевой ветровке, но молчал, поскольку Бен, одетый лишь в распахнутую на груди гавайскую рубашку, не выказывал никаких признаков неудобства.
Мы прошли пару морских миль, когда Бен произнес: «А вот и мои приятели», — и сложил парус. Я насчитал восемь темных треугольников над водой.
Бен принялся швырять в воду кости и требуху. Я наблюдал, как акулы заглатывали куски, а Бен, перегнувшись через борт, бесстрашно гладил их скользкие мокрые бока.
— Они не трогают меня, — ответил Бен на мой немой вопрос. — Но вам рисковать не советую.
Я кивнул. Минут через десять твари закончили свою трапезу, но Бен не спешил возвращаться. Он пересел ближе, отчего мне стало не по себе.
— Отчего вы так боитесь меня? — спросил Бен, наклоняясь ко мне.
— Я не боюсь, — бросил я и попытался отодвинуться, жалея, что оставил пистолет и ножи в хижине.
— А стоило бы, — Бен улыбнулся кривой улыбкой и ухватил меня за плечо. Я дернулся, но Бен держал крепко. От моих движений лодка принялась раскачиваться, так что я притих в опасении, что мы перевернемся. Восемь акул на двоих мужчин — не самый приятный расклад.
— Умный мальчик, — мурлыкнул Бен, и от его голоса по моему позвоночнику побежали мурашки. Я знал этот тон — он означал, что Бен задумал что-то запредельно гадкое. — Красивый мальчик.
Бен заломил мне руку, подтянул к борту. Одна из акул выпрыгнула из воды рядом со мной. Я увидел несколько рядов острейших зубов в широко раскрытой пасти. Так страшно мне бывало только пару раз в детстве и то ровно до тех пор, пока я однажды не обнаружил, что бугимен, живущий под моей кроватью, — всего лишь старая отцовская футболка.
— Бен, прекратите, — прошипел я, пытаясь вырваться. Я знал, что ему безумно нравилась моя беспомощность, он наслаждался властью надо мной, но я-то не был одной из его испуганных жалких жертв. — Отец вас убьет.
Бен прижимался к моей спине и бедрам, и я чувствовал его эрекцию.
— Не сегодня, детка, не сегодня, — прошептал он, перегибая меня через борт. Я не мог двинуться: впереди были акулы, а при попытке рвануться назад плечо простреливала острая боль. — Будьте послушным мальчиком, потерпите немного.
Бен с силой провел левой рукой по моей шее до затылка, заставляя опустить голову еще ниже. Лодка опасно накренилась, но Бена это, похоже, не волновало.
— Вот так, — шепнул он мне в ухо и крепче прижал бедрами к борту.
Я чувствовал на своем лице соленые брызги: волны поднимались все выше.
Бен сунул руку под пояс моих шорт, сжал ягодицу. Я дернулся и зашипел от боли. Самое унизительное — у меня уже стояло. У меня всегда стояло при опасности.
Бен провел ладонью по моей спине, задрав ветровку с футболкой, потом вниз к животу под белье. Больше попыток вырваться я не предпринимал. Когда Бен провел пальцами по моему члену, от головки до яиц, я лишь сжал зубы, чтобы не застонать как девчонка.
Бен принялся с силой дрочить, хрипло дыша мне в шею. Моей силы воли едва хватало на то, чтобы молчать и не толкаться в его кулак слишком явно. Бен раскатисто смеялся, акулы алчно щелкали пастью, а я придумывал, как убью сукина сына. Представляя, как мои руки сжимаются на его горле, как его глаза закатываются, я кончил.
Судя по звукам, Бен приспустил свои джинсы и принялся дрочить себе. Похоже, его все устраивало, он не собирался вставить мне. Я немного успокоился и вздрогнул лишь от влажного чмокающего звука и последующего плеска: акула с торчащим меж глаз мачете в агонии принялась метаться по волнам, а ее товарки, почуяв кровь, хищно следили за ней в ожидании гибели.
— Зачем? — засмеялся я в недоумении.
— Она вас напугала, — просто ответил Бен и с выражением продекламировал: — «В этом месте у акулы находится мозг, и старик ударил в него своим гарпуном. Он изо всех сил ударил в него гарпуном, зажатым в иссеченных до крови руках. Он ударил в него, ни на что не надеясь, но с решимостью и яростной злобой».
Я снова засмеялся.
А что мне оставалось?
— Нам пора, если не хотим попасть в шторм, — заявил Бен. — Лучше вам пытаться убить меня на суше.
— Хороший план, — ответил я, приводя в порядок свою одежду. Бен занялся парусом.
К берегу нас несло с крейсерской скоростью. Издалека был виден полыхающий факелом старенький понтиак.
— Красивый получился маяк, — восхитился Бен. Я его радости ничуть не разделял. Мне мой автомобиль был дорог как память о тех чудных годах, когда я еще верил, что могу отказаться от того будущего, которое прочит мне семья, и создать свое.
Еще меня слегка беспокоило, что я безоружен, хотя я и был уверен, что уж мне-то точно ничего не угрожает.
Кирк ждал нас у причала. За его спиной стояли трое. Я знал этих парней, пару раз мы вместе надирались в баре. Оба раза все заканчивалось одинаково — славной групповухой в заведении мадам Петит и двухчасовым мандражом перед кабинетом венеролога.
— В чем дело, Стив? — спросил я. Вопрос был явно лишним: неподалеку стоял серебристый Morgan.
— У меня дело к Беннету, — зло ответил Кирк. На нем был смокинг, правда, уже без пояса и бабочки — похоже, он сразу с приема рванул за блудной женушкой.
— Отец будет недоволен, — я счел нужным сообщить Стиву. — К тому же если кто и убьет этого засранца, то это буду я.
Бен за моей спиной коротко хохотнул. «Ради Бога, Бен, заткнитесь!» — прошипел я, чем заслужил еще один обидный смешок.
Кирк побагровел, я даже стал опасаться за его здоровье — на мой взгляд, сегодня он был как никогда близок к инсульту.
— Дышите глубже, мистер Кирк, — посоветовал ему Бен. Стив сделал знак своим парням, и те с весьма угрожающим видом предприняли попытку достать Бена из-за моей спины. Бен кривлялся, но в целом вел себя вполне прилично.
— Давайте успокоимся, — я примирительно поднял руки, — пройдем в дом и обсудим все за бутылкой виски. Стив, вы же не хотите сердить отца?
Кирк поморщился, но кивнул. Впрочем, я не знал ни одного вменяемого человека в этом мире, который рискнул бы вызвать недовольство моего родителя.
Парни Кирка под руки повели Бена в хижину, я потащился следом.
На кровати со следами утреннего разврата рыдала миссис Кирк. За ее актерскими потугами пристально следил Тони, правая рука Кирка. Я обменялся с ним рукопожатием и полез на верхнюю полку у импровизированной барной стойки — там, как я знал, Бен хранил крепкие напитки.
— Итак, Стив, расскажите, что у вас за претензии к Бену?
По-моему, мне вполне удалось скопировать интонации моего школьного психолога. Для полного сходства не хватало только юбки до лодыжек и длинных желтоватых зубов.
Миссис Кирк принялась рыдать еще громче.
— Заткнись, шлюха, — прикрикнул на нее Стив. — Не знаю, что твой отец, Дэнни, нашел в этом парне, но его поведение переходит всякие границы! Я никому такое не спускаю.
Я сунул ему в руки стакан виски, налил выпить себе и уселся на тахту, нащупывая пальцами знакомую выпуклость под подушкой.
Бен молчал и ухмылялся. На секунду у меня мелькнула мысль оставить его наедине с Кирком и парнями, и я даже успел вообразить картину отмщения обманутого мужа (надо признать, Бен с отрезанным членом в собственном рту — «Наконец-то он заткнулся!» — меня чертовски порадовал).
— Мольберт! — внезапно произнес Бен.
— Чего? — переспросил я. Миссис Кирк от удивления перестала рыдать.
— На улице дождь, а вы забыли мою картину! — возмутился Бен.
Ворча, что я не нанимался следить за мазней посредственных копиистов, я поднялся с тахты. Кирк сделал знак Тони, и тот последовал за мной.
Мы вышли из дома и остановились под навесом, наблюдая, как молнии рвут небеса на части. Идти под дождь никому из нас не хотелось. Тони вытащил из кармана пиджака пачку «Мальборо» и предложил мне сигарету. Я не стал отказываться. Несколько минут мы курили и болтали о том, какой Кирк хреновый босс и как трудно найти постаревшему боксеру приличное место в наше время. Я сочувственно кивал и тянулся за новой сигаретой.
Наконец Тони решился, чертыхнувшись, натянул пиджак на голову и побежал к пирсу.
Я только успел сделать пару шагов за ним, как в доме послышались звуки выстрелов и крики. Чертов Бен!
— Прости, неудобно получилось, — повинился я и выстрелил в метнувшегося было назад Тони.
Внутри мне пришлось извиняться еще два раза.
Миссис Кирк пряталась за тахтой, Бен уже расправился с третьим парнем и деловито приматывал Стива скотчем к кухонному столу.
— Что вы, мать вашу, творите? — заорал я, целясь Бену в лицо. — Это, блядь, не бездомный из Чайна-тауна, это один из партнеров отца!
Бен пожал плечами, мол, не вижу разницы. Он с какой-то неприятной жадностью смотрел мне в лицо, и этот взгляд воскрешал в памяти недавний эпизод в лодке, от чего меня начало потряхивать.
— Вы же умный мальчик, Дэнни, вы что-нибудь придумаете, правда?— промурлыкал Бен, шагая на меня. Я против воли попятился. — Ну что же вы, Дэнни!
Бен укоризненно погрозил мне пальцем. Он теперь был настолько близко, что мой «зиг» едва ли не упирался ему в губы. Бен широко улыбнулся и взял ствол в рот.
Я знал, что мне стоило нажать на курок. Но, черт возьми, я не мог оторвать взгляд от Бена, от его чертовых губ, имитирующих минет. Он провел языком по стволу и выразительно посмотрел на меня поверх пистолета. Я сглотнул вязкую слюну.
— Дэнни, да у вас стоит! — усмехнулся Бен и потерся о ствол щекой.
И я впервые в своей жизни уронил пистолет.
В следующую секунду я осознал, что прижимаю Бена к барной стойке, а Бен улыбается, но не делает попыток вырваться.
К слову, у Бена тоже стояло.
Не знаю, что произошло бы дальше, если бы не миссис Кирк, подобравшаяся к столу и двинувшая Стиву по яйцам.
— Вот тебе, сука, за то, что испортил мне жизнь! За твой вялый хрен, за твою жадность и за твою паранойю!
От удара Стив пришел в сознание и заорал.
Бен закатил глаза.
— Боже, женщина, какой момент испортила!
Миссис Кирк обернулась, хищно прищурилась и хрипло произнесла:
— Возможно, я еще могу все исправить?
Мне хотелось сказать: «Нет, не можете», — но у Бена, похоже, было противоположное мнение на этот счет. Он выпутался из моих рук и ухватил миссис Кирк за талию.
Я, стыдно сказать, пошатываясь, отправился к оставленной на табурете бутылке виски, сделал несколько глубоких глотков. Вроде полегчало. Стараясь не смотреть в сторону Бена, я отмотал от рулона немного скотча и залепил Стиву рот.
В наступившей тишине отчетливо слышалось хриплое дыхание Бена. Я не выдержал и обернулся на звук.
Бен облокотился на барную стойку, миссис Кирк расположилась на коленях между его ног. Ее неряшливо накрашенные губы сомкнулись вокруг его члена.
Я замер, не в силах отвести взгляд. Нет, это не было и вполовину так же горячо, как губы Бена на стволе моего «зига», но все равно заводило.
Бен поймал мой взгляд, понимающе хмыкнул и принялся театрально стонать, ухватив миссис Кирк за волосы и жестко толкаясь в ее горло. Я присел на табурет и сделал еще пару глотков виски. В паху вновь заныло, но дрочить на глазах у Бена было выше моих сил.
Бен раскатисто засмеялся и поманил меня пальцем. Я еще не настолько опьянел, чтобы присоединиться, так что покачал головой.
Бен буркнул: «Ханжа», — и пожал плечами, мол, ну как хочешь. Он подтянул миссис Кирк вверх, заставив ее обхватить себя ногами, и пошагал к кровати.
Я отвернулся и принялся думать о дохлых енотах и рвущих друг друга акулах, но это было не настолько занимательно, чтобы отвлечь меня от того, что происходило на постели, и я сдался.
Под аккомпанемент мычания Стива Бен трахал миссис Кирк. Платье с нее Бен снимать не стал, только поддернул вверх, освободив грудь и прикрыв ей лицо, отчего казалось, что он трахает безголовое тело. Мышцы на его бедрах и животе ритмично сокращались, и это было одно из самых прекрасных зрелищ, которые я видел в жизни.
— Боже, Дэнни, хватит строить из себя целку, идите же сюда, — прорычал Бен, и я, почти загипнотизированный его размеренными движениями, пошагал к кровати.
Бен поймал меня за руку, дернул на себя, заставляя встать на колени рядом с ним. Его пальцы легко касались волос у меня на затылке, отчего вдоль по позвоночнику пробегали мурашки.
— Дотроньтесь до нее, — приказал Бен, и я подчинился.
Я провел рукой по ее животу, обвел впадину пупка, сжал грудь, прочертил ногтем линию от соска до промежности, завороженно наблюдая за тем, как исчезает и вновь появляется Бенов член.
— Раздевайтесь, — хрипло произнес Бен.
Я послушно стянул с себя шорты с бельем, сдернул футболку через голову.
— Если я когда-нибудь обнаружу пропажу своих трусов, вам не жить, — сказал я, как мне казалось, угрожающе, но Бен только засмеялся и провел рукой по шраму на моем плече.
— Я хочу, чтобы мы трахнули Марту вместе.
Не могу сказать, что мысль об этом хоть сколько-нибудь воодушевила меня, но Бен не слушал моих протестов. Он с силой ткнул меня в грудь, от чего я растянулся на постели.
— Ох, Дэнни, милый, — фальшиво простонала миссис Кирк, усаживаясь на меня верхом. Бен сделал мне одолжение и заткнул ей рот своим членом. Я ухватил ее за бедра и прикрыл глаза, представляя совершенно другое тело — большое, с длинными сухими мышцами и с сеткой старых шрамов от запястья до предплечья.
— Откройте глаза, — потребовал Бен. — Смотрите на меня!
И я смотрел.
Бен запрокинул голову и размашисто двигал бедрами. Пот блестел на его груди, вздохи становились все более частыми и хриплыми. Судя по всему, до оргазма ему было недолго.
Миссис Кирк уже не пыталась двигаться в ритм, лишь тихо раскачивалась туда-обратно, а я просто смотрел на Бена и в этот момент отчего-то ненавидел ее настолько остро, что горло перехватывало спазмом.
Наконец Бен содрогнулся, кончая в ее рот. Миссис Кирк самодовольно улыбнулась, глядя на меня. Бен вытер член о ее щеку, нежно приобнял за шею, а потом резко вывернул вправо. Послышался хруст.
— Бен, что, вашу мать, вы творите?
— Между прочим, это было ради вас. Только не говорите, что не хотели этого! — Бен сделал обиженное лицо.
— Не скажу, — произнес я, и мне подумалось, что это прозвучало как-то уж совсем сопливо. — Но что же, прикажете теперь трахать мертвую женщину?
— Вы можете кончить мне в рот, — с энтузиазмом отозвался Бен и спихнул тело миссис Кирк на пол.
Он уселся мне на колени и положил ладони на выступы подвздошных костей.
— Тронете за волосы — убью, — произнес он, улыбаясь, и я засмеялся, припомнив, что сказал ему почти то же самое полчаса назад.
Бен наклонился и взял мой член в рот. Я охнул и сцепил руки за головой, стараясь удержаться от соблазна запустить пальцы в жесткие лохмы. Его язык покружил вокруг головки, задел отверстие уретры — именно так, как мне нравилось. Я развел ноги шире, чтобы ему было удобнее. Бен сжал мою мошонку одной рукой, второй плотно обхватил ствол и принялся дрочить. Я стиснул зубы, чтобы не закричать. Бен довольно улыбнулся и, убрав руку, резко насадился горлом до самого конца. Я приподнялся на локтях, чтобы лучше видеть, как его побелевшие от напряжения губы движутся на моем члене, и это было чертовски горячо. Бен смеялся, не выпуская меня изо рта, и вибрации в его горле заставляли меня дрожать всем телом.
Мне было непривычно просто лежать, не имея права даже минимально управлять процессом. Бен положил руку мне на бедро, прижимая к постели, и ускорил движения. Я чувствовал приближение разрядки и попытался отстраниться, но Бен не дал мне шанса, легко удерживая на месте и с силой скользя губами вверх-вниз. Я зашипел, кончая ему в рот. Без шуток, это был один из самых потрясающих оргазмов в моей жизни, но Бену об этом говорить я не собирался.
Потом я расслабленно лежал на спине и думал о том, что и как следует сказать отцу, когда услышал испуганное мычание вновь очнувшегося Стива и довольное хмыканье Бена.
Я поднялся с кровати и пошлепал босыми ногами к столу. Бен уже успел срезать опасной бритвой рубашку со Стива. Я был знаком с дальнейшей программой и был резко против.
— Вы не будете этого делать! — строго заявил я.
— Еще как буду! — ответил Бен и вынул свой нож для разделки мяса. Стив замычал совсем уж истерично. — Он сливал инфу о вашем отце китайцам.
— Окей, — ответил я. — Только убирать потом будете сами. Я еще в прошлый раз вам сказал, что в этом не участвую.
Бен пожал плечами, мол, справлюсь.
Я ухватил за ногу беднягу Пита — так, кажется, этого парня звали — и поволок на улицу.
Дождь закончился, небо быстро светлело, что было чертовски кстати. Я кое-как дотащил Пита до пришвартованной лодки и отправился за Тони. Тони был в полтора раза тяжелее, так что пришлось попотеть.
Когда я вернулся в дом с канистрой бензина, Бен уже заканчивал. Он вообще быстро работал ножом.
— Собирайте тут все и пойдемте поможете мне.
Бен кивнул и достал из кармана зажигалку.
Вернуться к привычным ролям было довольно комфортно.

Как выяснилось, морская вода неплохо смывает запах гари. Соль неприятно стягивала кожу после купания, зато я больше не пах, как кусок угля.
Бен кормил акул и был, похоже, совершенно счастлив.
— Смотрите, — он показал пальцем на еще один серый треугольник над волнами. — Теперь их снова восемь. Назову его Стивом. Будет здорово, если в следующий раз он приведет с собой подружку.
Я кивнул, провожая взглядом исчезающую в пасти узкую женскую кисть.
— Очень жаль, — задумчиво произнес Бен. — Классные у нее были сиськи.
Я промолчал. Меня разморило на солнце, говорить мне совершенно не хотелось. Я думал о том, что безумно устал, что за три прошедших года я ни разу не был в отпуске. Думал о так и не пригодившемся мне экономическом образовании, Беновом дипломе флориста и еще куче бесполезных вещей.
Нужно было что-то менять в жизни.
— Что вы думаете о Гавайях, Бен? — поинтересовался я.