Лучший авторский RPS по Кей-поп фандому

R U Happy Now?

Автор:  Kwon

Номинация: Лучший авторский RPS по Кей-поп фандому

Фандом: RPS (Bangtan Boys (BTS))

Бета:  Shun

Число слов: 3021

Пейринг: Ким Сокджин (Джин) / Мин Юнги (Шуга)

Рейтинг: NC-17

Жанры: Drama,Hurt/comfort_на_удаление

Предупреждения: Hurt/Comfort

Год: 2014

Число просмотров: 526

Скачать: PDF EPUB MOBI FB2 HTML TXT

Описание: Отношения должны строиться на доверии

– Заткнись, – совершенно равнодушно произносит Джин и отвешивает Тэхёну подзатыльник. Тот ойкает и обиженно затихает, потирая ушибленное место. Что бы там ни было, рука у Джина тяжелая.
– О, у нашей принцессы, кажется, ПМС, – язвительно тянет Юнги и улыбается.
«Я знаю, что тебя гложет, – говорит весь его самодовольный вид, – И я горд тем, что причина – это я».
Джин закрывает глаза.
Он устал. От бесконечной ругани с Юнги в том числе. Но прежде всего, от роли, которую ему приходится играть.
Его никто и ни о чем не спрашивал. Просто как-то утром к нему подошел менеджер и между делом сообщил, что они решили какой образ идеально подойдет Джину. Образ немного тупенькой, но милой принцессы. Не принца.
Говоря по правде, Джин тогда растерялся. Он непонимающе смотрел на менеджера и пытался понять – всерьез ли тот сейчас.
– О, отлично в образ вошел, – удовлетворенно заулыбался менеджер. Хосок тогда не сдержался и захохотал.
Может быть, если бы не этот смех или не внимательные взгляды младших, предвкушающих развлечение, Джин бы возразил, высказался о том, что на его взгляд это несколько унизительно. Но Хосок смеялся, а Чонгук смотрел так, что проще оказалось улыбнуться и спустить на тормозах. В конце концов это лучше, чем изображать из себя позитивного придурка.
– Юнги-хён, – неуверенно тянет Чимин и тут же замолкает. Он не единственный, кто понимает, что Юнги перегибает, просто для Чонгука и Тэхёна эта сцена еще один повод пожрать попкорн. Не потому что они не любят Джина, любят, наверное. Просто они, как и все дети, злые. Хосок и Намджун молчат, рассудительно предпочитая не вмешиваться. Они-то знают больше, чем Чимин.
Что происходит в голове Юнги, Джин не имеет ни малейшего понятия и не собирается гадать.
Он встает, идет к двери и слышит, как за спиной нервно бормочет Чимин:
– Юнги-хён, зачем ты так? Он ведь обиделся…
Что отвечает Юнги, Джин не слышит, плотно закрывая за собой дверь.
Он достает из заначки последнюю банку пива и уходит на балкон, даже не сомневаясь, что скоро к нему придет Юнги. Не извиняться, конечно, нет. Но приходит Хосок, долго молчит, переминаясь с ноги на ногу, не один раз уже собирается начать говорить, но так и не произносит ни слова.
– Если ты пришел покурить, то вперед. Я давно знаю и никому не скажу, – пожимает плечами Джин, допивая пиво. Ему все эти прятки кажутся смешными и совершенно детскими. Видимо, Хосок слишком увлекся своим образом.
– Да, нет… я бросаю… опять… – морщится Хосок, опираясь на перила балкона. – Вы снова поругались.
Он не спрашивает. Глупо спрашивать, когда все и так очевидно.
– Хочешь, еще за пивом сгоняю? Или за сочжу? – предлагает он, не глядя на Джина.
– Предлагаешь напиться без повода, а завтра мучиться похмельем? – хмыкает Джин. – То, что мы поругались вообще ничего не значит.
– Хён… – Хосок неуверенно поднимает на него взгляд и все же достает из кармана пачку сигарет. – Я, конечно, рискую, что ты меня сейчас с балкона просто выкинешь… и будешь даже прав… Но я все равно спрошу. Кто?..
Хосок осекается и не находит в себе сил договорить.
– Кто – что? – уточняет Джин, вытаскивая из пачки Хосока сигарету. Ему не нравится курить, но разве кто-нибудь видел хоть одну курящую принцессу?
– Ну… кто из вас кого… – снова не договорив, Хосок нервно облизывает губы.
– Трахает? – приходит ему на помощь Джин и закуривает. – Никто и никого.
Хосок непонимающе на него смотрит, а Джин думает, что сигаретный дым не такая уж и неприятная штука. Просто с чем сравнивать.
Он облокачивается на перила, смотрит на дорогу внизу и молчит. Джин готов поставить все свои деньги на то, что Хосок ждет пояснений. Но их не будет. О некоторых вещах не говорят даже друзьям. Даже самым близким, если бы Хосок вдруг к ним относился.
Джин тушит наполовину выкуренную сигарету о пустую банку, потирает пальцами висок и с трудом сдерживается от того, чтобы зло рассмеяться.
«Никто и никого».

Юнги просто однажды зашел за ним следом в ванную, не дав Джину привычно закрыть за собой дверь. Приподнялся на мыски и прижался своими обветренными сухими губами к уголку его губ, не сводя при этом настороженного взгляда.
– Что ты делаешь? – тихо и спокойно спросил Джин, отстраняясь через несколько секунд, поняв, что больше ничего не произойдет.
– Хочу с тобой встречаться, – повел плечом Юнги. – Из твоих пьяных разговоров с Хосоком я понял, что ты не чужд отношений с мальчиками.
Джин прищурился. Недобро, выжидающе. Одно слово, и Юнги бы вылетел из ванной. Всего одно слово про принцессу.
Но Юнги ничего не говорил и терпеливо ждал ответа.
– Вот так тупо? Без банального «ты мне нравишься, давай встречаться»? – немного наклонил на бок голову Джин.
– М-м-м… окей, ты мне нравишься, давай встречаться, – пожал плечами Юнги и нетерпеливо поджал губы. – Ну?
– Хорошо, – Джин кивнул, развернулся на пятках и бросил на раковину полотенце. Он хотел принять душ, и не хотел, чтобы к нему в это время ломились, требуя освободить помещение. По опыту он знал, что у него минут пятнадцать, не больше.
Джин увидел в зеркале, как Юнги удовлетворенно кивнул и стянул с себя футболку. И только теперь вдруг подумал, что тот, возможно, не шутил. Джин замер, смотря в отражении на то, как Юнги снимает джинсы, потом белье.
Он смотрел и пытался понять – нравится ли ему то, что он видит? И пришел к выводу, что нравится.
Джин зашел следом за Юнги в душевую кабину, закрыл дверцу и едва повернулся, чтобы отрегулировать воду, как Юнги обхватил его руками за талию и крепко прижался.
– Может, ты пришел ко мне просто потому, что тебе не хватает секса? – тихо спросил Джин, приподнимая голову Юнги, обхватив пальцами его подбородок.
Наверное, именно в этот момент он должен был заметить что-то в глазах Юнги, какую-то мгновенную перемену. Хоть что-то. Но Джин не заметил ничего.
– Если ты думаешь, что я позволю принцессе себя трахнуть, то ты сильно ошибаешься, – промурлыкал Юнги, прищуриваясь.
Джин усмехнулся и взял с полочки мочалку.
– Есть много других способов.
Он всегда настороженно относился к Юнги, с самого знакомства. Слишком резкий, прямолинейный и нетерпимый. Скорый на чересчур жесткие шутки. Так что и теперь, вряд ли это было что-то другое. По крайней мере, именно так Джин думал некоторое время. Ко всему прочему, ему вообще не слишком нравились парни такого типа. И целовался Юнги не очень.

– Хён?.. – осторожно окликает его Хосок. – Может, спать пойдем, раз уж напиваться или жаловаться мне на жизнь ты не хочешь?
Джин хмыкает под нос. Он так и видит, как начинает свой рассказ с фразы вроде: «Я влюбился в своего парня, и это моя главная проблема».
На самом деле, Джин и сам не понял, как так вдруг вышло. Вечером они быстро подрочили друг другу в душе, и для него это был не более чем просто способ снять напряжение. А утром он едва сдержался от того, чтобы поймать сонного и лохматого Юнги за руку, усадить к себе на колени и просто крепко-крепко обнять.
От этого порыва Джин ошалел настолько, что вечером они в первый раз действительно поругались, а не просто ограничились парой язвительных комментариев.
Джин даже представлять не хотел, во что превратится его жизнь, если Юнги вдруг что-то поймет. Слабость тот не прощает никому.
– Знаешь, хён, – снова подает голос Хосок, так и не дождавшись никакой реакции. – Ты говори что хочешь, но в этот раз тебя пробрало. Обычно ты в себя настолько не уходишь.
Джин только кивает и сцепляет пальцы в замок.
– Думаю, мы скоро расстанемся, – тихо произносит он. И это ровно на четыре слова больше, чем он собирался сказать.
– Жаль, – вздыхает Хосок. – Но могу тебя понять. Последнее время Юнги как с цепи сорвался, ощущение, что он целенаправленно тебя изводит. Ты хоть пытался с ним об этом поговорить?
– Смысла нет, – фыркает Джин. Он не хочет продолжать этот разговор. – Пойдем, поздно уже.
В спальне темно, но совсем не тихо. На одной из кроватей возятся, отбирая друг у друга телефон и то и дело сдавленно хихикая, Чонгук и Тэхён, прямо над ними умотавшийся на тренировке Чимин уже спит, то и дело всхрапывая. Не иначе, как простудился, отмечает Джин и думает о том, что утром надо проследить, чтобы тот выпил лекарство. Намджун что-то смотрит на планшете на такой громкости, что ощущение, будто на нем и нет никаких наушников.
Юнги лежит на кровати Джина, подложив руки под голову.
– Юнги, иди на свою кровать, – тихо и как можно мягче говорит Джин.
Чонгук и Тэхён тут же забывают про телефон, они ждут драму. Хосок только качает головой и забирается на свою кровать.
– Хён, – сладко тянет Юнги, но взгляд у него холодный и злой. – Я, может, тебя жду, извиниться хочу…
– Не при детях, – бурчит Хосок, накрываясь одеялом с головой.
Джин вздыхает, смотря как Юнги сдвигается на кровати, освобождая рядом с собой место. Ему бы просто уйти спать на одну из свободных кроватей, но Джин вообще редко поступает разумно. Он ложится рядом с Юнги, поворачивается к нему спиной и тянет на себя одеяло, пытаясь хоть немного укрыться.
Юнги хмыкает и придвигается вплотную к нему, крепко обнимая и утыкаясь носом в ухо.
– Прости, что я последнее время такой невыносимый, – тихо-тихо шепчет он, то и дело задевая губами мочку уха Джина. – Мы просто слишком редко теперь бываем наедине…
Джин закрывает глаза, он понимает, что эта ночь будет очень длинной и бессонной, и что незаметно глубоко вдохнуть у него нет ни единого шанса. Не возбудиться – тоже.
Кажется, Юнги раскусил его маленькую тайну.

– Куда мы идем? – недовольно спрашивает Юнги, но послушно идет следом за Джином. – Нас хватятся.
– С каких пор тебя волнуют такие вещи, и ты живешь по четким правилам? – хмыкает Джин и перехватывает Юнги за руку. Просто на всякий случай.
Юнги издает неопределенный возмущенный звук, но тут же расслабляется.
– Ну да, принцесса, конечно же, все предусмотрела, и ты наплел какой-нибудь фигни менеджеру.
– Он полагает, что мы ушли пить, – спокойно отвечает Джин. Пока у него получается не реагировать на провокации.
– А на самом деле? – не унимается Юнги.
– Трахаться. Ты прав, мы слишком редко бываем наедине.
– Но выпить все равно придется, – после паузы почти задумчиво произносит Юнги. – Иначе возникнут вопросы.
Джин только хмыкает. Если он хоть немного знает Юнги, тот не просто выпьет, а напьется в сопли.
– Ты оплатил номер на всю ночь, – растерянно уточняет Юнги, проходя по коридору следом за Джином. – На кой черт?
– Будем пить, трахаться, спать, потом снова пить, снова трахаться, и снова спать, – Джин сам морщится от того, насколько насмешливо звучит его голос. – На самом деле, я просто терпеть не могу куда-то переться, когда можно сразу завалиться спать.
Едва Юнги оказывается в номере, он проходит к мини-холодильнику и достает оттуда бутылку пива.
– Ничего так местечко, – кивает он. – Часто тут бывал?
– Доводилось, – неопределенно поводит плечом Джин и тоже берет себе пива. Он замечает в глазах Юнги что-то наподобие ревности. – Это имеет значение?
Юнги делает большой глоток пива и отворачивается. Джин улыбается и подходит к нему со спины, почти невесомо целуя в плечо.
– Это было давно, не ревнуй… – шепчет он и замолкает, прекрасно понимая, какая реакция последует далее.
– Ревность от неуверенности в себе, а мне на это грех жаловаться, – тут же ощетинивается Юнги.
Джин тихо смеется.
Они выпивают по паре бутылок пива, прежде чем Джин решает, что пора. Он достаточно изучил Юнги за время их отношений, чтобы знать, какие ласки заводят того сильнее всего.
– О, принцесса сегодня такая пылкая… Неужто прошедшая ночь произвела такой эффект? – почти что стонет Юнги, прогибаясь под поцелуями. Джин молчит, но все больше и больше звереет внутренне.
«Мы все равно скоро расстанемся, – думает он. – Оно того стоит».
– Какого черта?! – вскрикивает Юнги и пытается спихнуть с себя Джина, едва тот проталкивает в его тело скользкий палец.
Джин никогда прежде не сомневался, что сильнее физически, теперь же у него есть все шансы это проверить.
– Тс-с-с… не шуми, – он вдавливает Юнги в кровать, только глубже проталкивая в него палец. – Спорим, тебе понравится?
– Пусти меня! – шипит Юнги, и в его глазах куда больше злости, чем когда бы, то ни было раньше.
– Не пущу. А будешь вырываться, сам себе сделаешь больно, – фыркает Джин и прижимается губами к шее Юнги. – В конце концов, это всего лишь палец…
Юнги ерзает, пытается выползти из-под Джина, но хотя бы больше не вырывается так активно, как в самом начале. Он только все чаще дышит, вздрагивая каждый раз, как Джин проталкивает в его тело теперь уже два пальца.
– Давай так, – шепчет Джин в губы Юнги. – Я сделаю что-то, только если ты попросишь.
– Мечтай, – огрызается Юнги, закрывая глаза и откидывая назад голову. – Я тебе этого… не прощу…
– Ты думаешь, мне нужно твое прощение? – щурится Джин, наращивая темп движения своей руки. – Мне нужно только слышать, как ты орешь о том, чтобы я тебя трахнул.
Юнги почти что рычит в ответ, но при этом шире раздвигает ноги.
Джин улыбается, хотя у него самого уже сводит все внутри от возбуждения.
– Дай же мне кончить, – всхлипывает Юнги, отворачиваясь и крепко зажмуриваясь.
– Неправильно… – хрипит Джин и оставляет под его ключицей засос.
– Сука… – Юнги впивается ногтями в плечи Джина, не то специально причиняя боль, не то уже просто не понимая, что делает. – Давай уже… ну…
Он никак не может выдавить из себя еще одно слово, но Джину достаточно и этого. Он улыбается и тут же выполняет эту просьбу. Он входит в Юнги и единственное, чего ему хочется – это сразу сорваться на глубокие, резкие толчки. Хочется трахнуть Юнги грубо и быстро. Джин слишком долго ждал.
Но он двигается медленно и осторожно, плавно входя до самого конца и так же плавно подаваясь обратно. Джину нравится, как протяжно стонет Юнги, как цепляется руками за его плечи, как дрожит всем телом. Джин уверен, что это их единственный раз и потому не торопится.
Юнги уже мечется под ним, изгибается, перемежая стоны руганью. И Джин, наконец, срывается, переходя на размашистые, сильные толчки. Юнги выгибается, впиваясь ногтями и в без того расцарапанные плечи Джина, захлебывается стоном. И кончает, едва Джин сжимает ладонью его член. Джину требуется еще пара секунд, прежде чем он глухо стонет, упираясь лбом в плечо Юнги.
Они так и лежат какое-то время, пытаясь отдышаться. Но потом Юнги грубо спихивается с себя Джина и поджимает губы.
– Да ладно тебе, еще разведи теперь драму, – фыркает Джин и утыкается носом в щеку Юнги.
Он думал, что после того, как трахнет Юнги, то сможет легко того отпустить. Как обычно, Джин ошибся.
– Пошел ты! – огрызается Юнги и снова его отпихивает.
– Еще скажи, что тебе не понравилось, – Джин перекатывается на спину и потягивается. – Вот уж не думал, что ты умеешь так стонать.
Джину бы заткнуться, оставить следующий комментарий при себе, но остановиться вовремя у него вообще редко получается.
– У меня такое впечатление сложилось, что тебе нравится, когда тебя силой заваливают. Сразу так возбудился, не в пример тому, что бывает обычно, – он довольно и почти мечтательно улыбается, смотря в потолок. И слишком поздно замечает руку Юнги, летящую в лицо. От боли перед глазами на мгновение вспыхивает фейерверк.
– Ты мне губу разбил! – ошалело констатирует Джин и тут же бросается на Юнги. Никто и никогда не бил его безнаказанно.
Они скатываются с кровати, осыпая друг друга ударами, ругаясь и вымещая, не иначе как всю накопившуюся за время отношений злость.
Джин умудряется прижать Юнги к полу, смотрит на его окровавленное из-за разбитого носа лицо, на злые глаза. Но помимо злости он видит разочарование и обиду. И именно это заставляет Джина остановиться.
Он отпускает Юнги и садится на пол, прижимаясь спиной к кровати.
– Прости, – вдруг говорит Джин, опуская голову и зарываясь пальцами в волосы. Никогда прежде он не извинялся перед Юнги, боялся, что тот только рассмеется в ответ. – Мне много чего не стоило говорить, много чего не стоило делать. А много что наоборот, стоило.
Юнги приподнимается на локтях и настороженно на него смотрит, пока не комментируя.
– Наверное, я до сегодняшнего дня был уверен, что все эти отношения для тебя не больше, чем шутка, – фыркает Джин, не поднимая взгляда. – Вот и вел себя как придурок.
– К чему ты это сейчас? – напряженно спрашивает Юнги.
– К тому, что я думаю, что нам стоит прекратить ебать друг другу мозги, – тихо говорит Джин. И непонимающе вскидывает голову, слыша злой, почти истеричный смех Юнги.
– Наконец меня завалил, план выполнил, можно идти дальше? – смеется Юнги. – Я не думал, что ты настолько банален.
– Нет. Я хочу расстаться, потому что люблю тебя, – спокойно говорит Джин.
Смех Юнги обрывается в одно мгновение.
– Потому что любишь? – переспрашивает он и хмурится. – То есть ты меня любишь и именно поэтому хочешь расстаться? Не потому что я мудак?.. Хён, ты уверен, что ты нормальный?
– Нет, конечно, не уверен, – смеется Джин и поднимается на ноги. – Давай только постараемся, чтобы на работе это не отразилось. Проблемы не нужны ни мне, ни тебе.
– Ты вот так и уйдешь, что ли? – зло спрашивает Юнги, когда Джин собирает свою одежду.
– Нет, сначала в душ схожу, – улыбается Джин. Ему проще улыбаться, делать вид, что ему все равно, иначе он не справится с собой и никуда не уйдет.
Юнги не говорит больше ничего. А когда Джин выходит из душа, тот уже сидит в глубоком кресле, курит и пьет пиво. Даже не стерев с лица кровь.
– Я скажу ребятам, что мы были в клубе, и ты остался там тусить, – тихо говорит Джин уже от двери.
– Пошел ты! – огрызается Юнги.

У Джина никто ничего не спрашивает, не иначе решив, что они просто снова поругались. К таким вещам все давно привыкли.
Юнги ходит мрачный и подавленный, пряча глаза за козырьком кепки. И Джину тошно так, как давно не было.
Он ловит Юнги вечером и тянет за собой на балкон.
– На пару слов, – тихо говорит Джин и очень надеется, что голос у него не сорвется. Потому что внутри все скручивает от ужаса.
– Ну? – спрашивает Юнги, тут же доставая из кармана сигареты. – Что такого ты не мог мне сказать при всех?
Джин откашливается, делает несколько глубоких вдохов и выдохов.
– Юнги, я тебя люблю. Я хочу с тобой встречаться.
Юнги молчит несколько секунд, так и не прикурив сигарету. Он смотрит на Джина в упор и непонятно, чего в его взгляде больше: удивления, раздражения или усталости.
– Хён, ты издеваешься, что ли? Ты только вчера меня бросил! – на последних словах голос Юнги срывается.
– Вчера мы поставили точку в наших неудачных отношениях, – пожимает плечами Джин, стараясь удержать лицо. – Сейчас я предлагаю тебе попробовать снова. Без равнодушия, язвительности и прочих неприятных деталей. Наверное, именно этого ты хотел первоначально, но я не понял, и получилось то, что получилось. Я боялся доверять тебе и мне жаль.
– А теперь не боишься? – фыркает Юнги. – Я могу согласиться только ради того, чтобы отыграться.
– Нет, не согласишься. Я достаточно тебя узнал, – неуверенно улыбается Джин. – Так попробуем еще раз?
– Ну, раз ты просишь, – поводит плечом Юнги после очень долгой паузы и убирает сигарету обратно в пачку.
За то время, что они были вместе, он отлично научился целоваться.